В моей голове

-То есть. Что вы планируете? — я немного оторопела, когда Ренли закончил свой рассказ. Уютная атмосфера почти пустой гостиной факультета, мягкие, обтянутые бархатом кресла, тихое потрескивание поленьев в камине, — все это никак не вязалось с тем, что я только что услышала. -Выпустить провинившихся из подземелий, говорю же, — паренек тряхнул соломенной челкой так, что она сползла на глаза. Много воды утекло с того момента, как Ренли впервые мне помог. Мы вместе отсиживали наказания и помогали младшекурсникам с их травмами, сбегали с занятий и саботировали откровенно кощунственные нововведения. Но все это время страх не покидал меня. Мы совершали детские шалости, воспринимая все это больше как игру в шпионов, чем действительно что-то серьезное. А тут… Серьезное дело, — я знаю парня с Гриффиндора, который готов нам помочь. МакКвинн, мы не одни, понимаешь? И за это нужно бороться, — его исхудавшее лицо исказилось в какой-то блаженной мине. Я слышала, что не одни только мы с Ренли вставляем палки в колеса новому «педагогическому» составу, но у меня просто немели мышцы, как я думала, что необходимо будет действительно пополнить ряды сопротивления. Неизвестно, имеет ли это вообще смысл, или Золотой мальчик уже лежит где-то бездыханный, а нас ждет разительная смена устоявшихся привычек. -Эй, я не могу тебе ничего обещать, ты же знаешь, — взгляд моего лучшего и единственного друга поник, он просто-напросто не мог понять, что же меня останавливает. Конечно, его-то родители были в безопасности. Он не имел пожирающих изнутри привязанностей, исходя из которых самым разумным было не высовываться, иначе поплатишься сполна. В интересах всех моих близких я должна была быть примером смирения, неведения и покорности. Ведь чем больше я знаю, тем больше из меня можно получить. И тем жестче это отразится на всех, кого я люблю. -Подумай над моим предложением, — Ренли встал с кресла и направился к двери спальни. На полпути он обернулся, — Если хочешь жить, нужно за это бороться. На следующий день решение было принято. Оно свалилось как гром среди ясного неба. Очередным пасмурным утром я уныло поедала почти остывшую яичницу за столом своего факультета. Ренли еще не появлялся, так что мой взгляд бродил по головам сидящих за соседним столом учеников Рейвенкло. И тут передо мной опустилась материнская сова. Я до последнего надеялась, что в свертке, еле вырванном из клюва животного, было послание в духе «Как ты там, наша принцесса?», но, развернув бумагу, внутри все похолодело. Это определенно был почерк матери. Я выцепила всего пару слов, прежде чем на глаза навернулись слезы. Папы нет, арест, не жди, домой не возвращайся, — вот что меня ждало в послании. Я не могла сдержаться. Как можно быстрее я выбежала из Зала, чтобы ни одна живая душа не увидела моего состояния. Пару коридоров, и вот я уже в туалете для девочек, еле держусь на ногах. Я села прямо на пол и снова развернула записку. Мама, когда писала это, очень торопилась: буквы прыгали по пергаменту, а бумага кое-где потерлась. Должно быть от слез. «Дорогая, Против меня с отцом были выдвинуты обвинения в обличающих связях. Папы больше нет. Он оказывал сопротивление при аресте. Не жди меня, я думаю, что это мое последнее письмо. Крепись. Не возвращайся домой, его передают Министерству. Сделай все, чтобы быть в безопасности. Целую, Мама» Руки дрожали, а взгляд перебегал с одной коротенькой строчки на другую. Это что, глупый розыгрыш? Как все происходящее в мире могло так резко свернуть не туда? И неужели… Мамы тоже не будет? Я с яростным рыком встала на ноги. Теперь хоть Тот-Кого-Нельзя-Называть, хоть армия таких как он мне не угроза. Они отобрали у меня все. И теперь они должны поплатиться. Какой же я была ханжеской дурой, раз терпела все это время. Поттер ведь не терпит! Гермиона не терпит! Так почему должна я? Очень быстро мысли в голове обрели ясность, решение пришло само собой. Мне срочно было нужно найти Ренли. Не дописано <3