Gone, Gone, Gone

Чуть позже этой же ночью Исак написал Лизе.

Лизе от Исака Я у Юнаса. Когда будете ехать с Эвеном к врачу, заберите меня.

Она, как заботливая мать, попыталась дозвониться ему. Это было мило, на самом деле. Исак любил ее. Она взяла ответственность за него еще в самом начале и продолжала заботиться так, будто он был ее родным сыном. Парень ценил это. И сейчас она хотела, чтобы Исак вернулся домой. Но он сказал, что сможет вернуться только тогда, когда Эвену станет лучше. С трудом, но Лиза приняла такое условие. Исак выдохнул с облегчением. Они находились в комнате Юнаса: Исак лежал на полу, в то время как сам Юнас сидел на подоконнике. Никто не возражал такому раскладу. Парни просто курили и слушали старую музыку весь вечер. Исак думал о том, что он явно мешает Эвену идти на поправку. Он думал об этом последние двенадцать часов. Он портил жизнь абсолютно всем в этом доме. Было плохо, когда он болел, но сейчас, когда он умирает, все стало еще хуже. Он видел это на лицах Лизы и Андерса. Для них двух больных подростков было слишком много. Юнас приветствовал друга со счастливой улыбкой на лице, а его мама заключила Исака в крепкие объятия, сказав, что все будет в порядке, и что она как раз приготовила поесть. Все пытались заставить парня съесть хоть что-то, и на этот раз, у него действительно получилось удержать еду в себе. — Значит, он просто кричал? — Да. Не что-то определенное, а просто какой-то набор слов и звуков. Это правда было страшно. Я никогда не видел его таким. — Чувак, ты умираешь. А он страдает от этого сильнее, чем кто-либо из нас. — Я знаю, знаю, Юнас. — Уверен? Ты хоть на секунду задумывался об этом по-настоящему? — Я… Нет, на самом деле. — Из того, что я понял из разговора с Магнусом и его матерью, это действительно ужасно, Исак. И если бы на его месте был я, я бы боролся за тебя до последнего. Но, думаю, я бы никогда не переставал плакать и боль была бы настолько поглощающей, что я бы просто сошел с ума. Наверное, я пытался бы убить себя, снова и снова, пока бы мне не удалось. Тишина. Исаку вдруг стало стыдно. Юнас, который никогда не думал об Эвене достаточно хорошо, был сейчас на его стороне. Исак изучал лицо своего друга. Он был прекрасным человеком. Всегда думал об остальных. Заботился о каждом. Но он никогда не показывал свою слабость, в отличии от того, что он сделал сейчас. — Ты никогда не говорил мне, что тебе тяжело принимать мою смерть. — Я не хотел расстраивать тебя. — Но ты выглядел таким спокойным и собранным, таким… Собой. — Я не такой, когда тебя нет рядом. — Как сейчас? — Я бегаю, Исак. Бегаю и плачу, пока совсем не выбиваюсь из сил. И это все, что я могу делать. Молчание. — Черт. Прости, Юнас. — Не бери в голову. Позаботься об Эвене, потому что та дикая боль, которая есть у него в сердце сейчас, в миллионы раз сильнее моей. — Я… — Я встретил девушку в лесу несколько недель назад. Она рассказала мне, что потеряла младшую сестру из-за рака мозга. Но она выглядела так, будто справилась с этой потерей и сейчас может спокойно жить дальше. А когда я спросил ее об этом, знаешь что она ответила? — Что? — «Ты никогда не сможешь отпустить это. Но все равно, нужно просто продолжать двигаться». Молчание. — Насчет Эвена. Я не думаю, что он сможет пережить твою смерть. Боль будет настолько сильная, что он не сможет даже дышать, не говоря уже о том, чтобы двигаться дальше. Да, всем нам придется переступить через это и просто продолжать жить. Но Эвен. Что будет с ним? Это же убьет его. — Так, что ты хочешь сказать? Что я должен разбиться в попытках помочь ему, и похрен, что это все равно не поможет? Или пойти к нему и извиниться? Я же буквально несколько минут рассказал тебе о том, как он наорал на меня прямо в автобусе и сказал отвязаться. Что мне сделать, Юнас? — Ты должен быть рядом с ним настолько долго, насколько это вообще возможно, несмотря на то, что он отталкивает тебя. Вспомни, что ему безумно тяжело и он борется с кучей проблем прямо сейчас. Покажи ему, что ты все еще любишь и дай ему время. Возможно, это все же поможет ему в долгосрочной перспективе. Но он перестанет бороться, если ты умрешь, Исак. Он просто не захочет. Независимо от того, будет ли он ходить к врачу или нет. Ты умрешь, и, в конечном счете, умрет и он.

***

Однажды Исак ходил к психологу Эвена, поскольку все решили, что ему лучше получить профессиональную поддержку перед первой химиотерапией. Она пыталась заставить его простить своих родителей и думать «только о хорошем». Естественно, он не смог сделать ни первое, ни второе, так что наотрез отказался идти к этой женщине снова. Но вот он здесь, в кресле у психолога. Но сейчас ему было уже все равно насчет того, какие вопросы она будет задавать. Он был здесь ради Эвена и, к тому же, понимал, что она единственная, кто сможет помочь им. Исак рассказал обо всем, что произошло в больнице и после того, как они оттуда вышли. Естественно, не упоминая о курении. Эвен смог вставить только несколько слов, но в основном говорил младший. Взглянув на своего бойфренда, Исак увидел, что тот смотрел в окно. Рассуждая о том, стоит ли взять его за руку, парень прикусил губу. Психолог поймала момент и сказала: — Эвен, чтобы наша сессия помогла, тебе нужно выговориться. Ты знаешь это. Но парень не отреагировал. — Почему ты пытался покончить с собой прошлой ночью? — Я не хотел, чтобы меня оставили. — Поэтому ты захотел оставить Исака, чтобы он мучился? Тебе не кажется, что это эгоистично? Исак не мог поверить своим ушам. Эта женщина хотела заставить Эвена почувствовать вину, но разве это правильный подход к психически больному человеку? — Мне все равно. Эти слова снова ранили Исака. С другой стороны, он прекрасно понимал, что не должен принимать подобное близко к сердцу, учитывая состояние Эвена, но он так же понимал, что парень говорит это не просто так. Исак встал с кресла. — Я подожду снаружи. И затем он вышел.

***

Четыре недели назад Единственным преимуществом того, что Исак всегда лежал в кровати, было то, что он мог смотреть фильмы тоннами. Поэтому они были уже на половине списка всех тех фильмов, которые Эвен хотел показать парню. Их было действительно много. Исак сомневался, что сможет пройтись по всему списку, даже если доживет до 170 лет. Список был очень длинным. Но он и не жаловался, на самом деле, так было только лучше. Многие из фильмов даже понравились Исаку. — «Хотелось бы мне знать, как тебя бросить». Как тебе этот фильм? — Не знаю? — «Не знаю»? Ты гей, и ты не знаешь? — Я не один из тех сто-процентных геев, ты знаешь. У меня даже была девушка и все такое. К тому же, я не особо люблю определять свою ориентацию. — Кстати, я наконец-то нашел классический фильм, который ты не видел, — Исак зловеще улыбался. Как можно было пройти мимо «Горбатой горы»?! — Даже так. Ну удиви меня. Скажи, скажи, скажи! — Эвен чуть ли не подпрыгивал на месте. Исак просто накинул на себя одеяло и снова ухмыльнулся. Они сидели в креслах напротив и Исак соскучился по теплу своего парня. — Я скажу тебе, если ты сядешь рядом. — Мы договорились сидеть так, на случай если моя мама неожиданно придет. Ты знаешь как быстро моя рука начинает блуждать по твоему телу. — Тогда я не скажу, о каком фильме я говорил. — Но… Но… Но… Это шантаж! — Ага, — Исак дьявольски улыбнулся. — Ладно, — закатил глаза парень. — Я сяду. Но сначала скажи мне название, чтобы я смог включить его. — Ладно, — Исак скорчил гримасу и передразнил Эвена. — «Горбатая гора». — Ой. — Что «ой»? Ты видел его? — Нет, но я слышал, что он довольно грустный, — Эвен смущенно улыбнулся. Вдруг Исак вспомнил о том, что его Эвен был слишком чувствительным и реагировал на подобное сильнее, чем остальные. — Черт, прости, Эви. Мы можем посмотреть что-то другое. — Нет, давай посмотрим его. — Все в порядке? — Конечно, просто держи меня за руку. — Конечно. — Хорошо.

***

В тот же день

Эвену от Исака 11:23 Прости, что ушел раньше. Ты в порядке? Эвену от Исака 21:21 Я люблю тебя, Эви. Пожалуйста, будь в безопасности Исаку от Эвена 03:27 Зачем? Ты все равно бросаешь меня Эвену от Исака 07:18 Пожалуйста, поговори с нами сегодня. Мы не сможем помочь тебе, если ты не будешь говорить

***

Исак действительно думал, что это плохая идея. Ему не нравилась эта женщина, и то, как она разговаривала и Эвеном. Вчера он говорил по телефону с Лизой и рассказал о своих переживаниях, но женщина сказала, что это обязательная часть их курса. За последние несколько лет она часто посещала врача вместе с сыном, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Лиза сказала, что поначалу это тоже тревожило ее, но, как потом оказалось, этот прием действует в лучшую сторону. Не сразу, но действует. Исаку пришлось смириться с этим. И вот он, снова сидит на этом же кресле, рядом с Эвеном (ладно, почти рядом: два метра ничего не значат), который снова не сказал ни слова. Он снова смотрел в окно и игнорировал происходящее. Психолог пыталась разговорить Эвена, но попытки закончились абсолютным провалом. Через час их время закончилось. Исак думал над тем, стоит ли ему пытаться разговорить своего парня. У него появилась мысль сказать хоть что-то, что хотя бы разозлило бы Эвена, и тогда он заговорил. Но парень вспомнил что было после их последнего разговора. На него накричали. А потом накричали и на старших. Исак почувствовал, что эти воспоминания снова укололи его сердце, поэтому он решил промолчать.

Эвену от Исака 10:17 Мне очень жаль, что мы не смогли поговорить, но я люблю тебя, Эви Эвену от Исака 21:21 Я люблю тебя, Эви <3 Эвену от Исака 08:24 Я немного опоздаю, так что не теряй меня, Эви. Люблю тебя Эвену от Исака 10:59 Мы не можем продолжать в таком духе. Пожалуйста, пойди на следующий прием один и поговори с психологом. Ради себя. Родителей. Ради меня Эвену от Исака 21:21 Я люблю тебя, Эви <3

***

Исак сидел на кровати Юнаса в позе лотоса. Он наблюдал за парнем, который, видимо, делал что-то серьезное в своем ноутбуке. Исак все никак не спрашивал его об этом, да и, на самом деле, ему не было интересно. Лицо Юнаса было серьезным и он казался немного напуганным. Возможно, он делал домашнее задание. Исак встал на ноги и подошел к колонкам, чтобы включить музыку. Он подключил к ним свой телефон и быстро нашел песню, которую хотел послушать.

Прости меня на какое — то время, Пока я с широко раскрытыми глазами Пойман на распутье. Я прощу тебя на какое — то время, Пока я с широко раскрытыми глазами Пойман на распутье.

Он лег на спину, закинул ногу на ногу и достал косяк. Юнас повернул голову и посмотрел на парня, когда тот включал музыку, и Исак все еще чувствовал на себе взгляд. Спустя мгновение парень закрыл ноутбук и присоединился к своему другу.

И если лев, лев рычит, Неужели ты не услышишь? Если ребенок, ребенок будет рыдать, Неужели ты не простишь его?

Исак передал Юнасу косяк, придвинулся и опустил голову на плечо своего лучшего друга. Юнас взял косяк и прижался своей головой к его. Они просто лежали, прижавшись друг к другу, слушали музыку и курили травку. В один момент Исак поймал себя на мысли, что он хотел бы, чтобы на месте Юнаса был Эвен. Нет, на самом деле, ему нравилось быть в компании своего друга, но он скучал по своему парню. Количество дней, которые ему осталось прожить, можно было сосчитать на пальцах, поэтому каждый день, проведенный без Эвена — это очередная упущенная возможность попрощаться с ним. Последние несколько дней Исак чувствовал себя только хуже, но он никому не сказал это, не желая возвращаться в больницу и проводить свои последние дни там. Он хотел увидеться со своими друзьями, хотел встретиться со своими родителями, хотел творить добрые дела на прощание.

Прости меня на какое — то время, Смотри сквозь пальцы Взглядом, пойманном на распутье. Ты когда — нибудь задавался вопросом «Что я чувствую глубоко внутри?» Ты пойман на распутье.

— Юнас? — Да? — Мне нужна твоя помощь кое с чем. — Конечно. — Я хочу пойти домой и поговорить с мамой и папой, а потом встретиться с друзьями. Последний раз. И после, еще раз поехать домой, к отцу. Мне нужна твоя помощь на случай, если мне станет плохо. И, разумеется, нужна твоя моральная поддержка. — Конечно.

Да, парень кажется таким сильным, Да, парень говорит так долго, Но он никогда так не ошибался

***

Исаку от Эвена 05:03 Я не могу спать, потому что сон похож на смерть Ты нужен мне Эвену от Исака 05:06 Во сколько сегодняшний сеанс? Исаку от Эвена 05:07 10:30 Эвену от Исака 05:18 Я приду

***

На этот раз Эвен снова молчал. Они уже десять минут сидели в тишине. И на этот раз психолог тоже молчала. Исак понял, что она ждет пока Эвен заговорит. Парню просто не верилось в происходящее. Если Эвен не захочет говорить, он действительно не будет делать этого. Он был не тем ребенком, которого можно так легко обмануть. И Исак просто не мог наблюдать за этой картиной. Он молча встал с кресла и направился к двери. — Нет, — Эвен внезапно обернулся к нему. Парень остановился и посмотрел ему в глаза. Эвен плакал. Исак видел точно такой же взгляд в ту ночь, когда ушел к Юнасу, и парень мягко улыбнулся ему в ответ. Эвен протянул ему руку, сказав короткое «сядь» с мольбой в голосе. Так он и сделал. Снова наступила тишина. Они просто ждали когда Эвен заговорит. В конце концов, не выдержал и он: — Я боюсь. Я боюсь потерять Исака. Я знаю, что люди по всему миру теряют кого-то любимого каждый день, кое-как справляются с этим. Но я больше не могу терпеть потери. Я так долго боролся за то, чтобы получить нормальную жизнь, а Исак — это клей, который держит все на месте. Мне нужно, чтобы он жил. Я понимаю, что это не подлежит контролю, но когда он сказал, что сдался, внутри меня что-то рухнуло, — Эвен выглядел таким маленьким и уязвимым. Исак взял его за руку, пытаясь поддержать. Эвен посмотрел на руку, отрицательно кивнул головой и убрал ее от Исака. — Я знаю, что смерть — это часть жизни. Я знаю, что вероятность того, что мы будем вместе всегда — это всего лишь мизерная вероятность. Но я понимаю, что хочу быть только с ним. Я хочу, чтобы мы купили дом, усыновили детишек и купили собаку. Я хочу, чтобы мы жили. И если Исак не сможет жить, то и я отказываюсь жить без него. Снова эта раздражающая тишина. — Но почему ты пытался убить себя, Эвен? Исак сможет найти донора, и у вас будет счастливое будущее. — Я не мог больше смотреть как любовь всей моей жизни умирает! Я не хотел, чтобы меня бросили. — Поэтому ты захотел бросить Исака? — Нет, нет, ни в коем случае! — Но так бы все и получилось, если бы тебя не спасли. — Я не подумал об этом тогда. — Вот именно. Ты позволил эмоциям взять верх над собой. Ты позволил им контролировать себя и даже не задумался о последствиях. Вы, ребята, боретесь за жизнь вместе. Сделают Исаку трансплантацию костного мозга или нет, но у вас все еще есть время, которое вы можете провести вместе. Используйте его. Не тратьте его на злость и ссоры. Уходите отсюда и просто живите. И если все будет плохо, Эвен, я всегда буду здесь. Ты можешь вернуться, и мы придумаем план того, как жить дальше. Но сейчас твоя цель — это уйти из моего офиса и потратить время на своего прекрасного парня. Прекрати быть эгоистом. — Пошла ты. — Прости? — Пошла ты, — Эвен поднялся со стула. — Не смей перекручивать ситуацию и выставлять меня полным идиотом! У меня чертова биполярка, и это значит то, что когда у меня болит что-то, я чувствую это в тысячи раз сильнее, чем ты. И мне больно. А ты просто сидишь и рассказываешь о том, какой я мудак. Да пошла ты. Эвен вылетел из комнаты.

***

Исаку от Эвена 12:06 Мне жаль о том, что произошло Исаку от Эвена 12:46 Исак, пожалуйста Исаку от Эвена 13:58 Исак, пожалуйста, ответь мне, чтобы я знал, что ты в порядке Исаку от Эвена 16:50 Я люблю тебя. Надеюсь, с тобой все хорошо Исаку от Эвена 20:59 Как барабан, мое сердце никогда не перестанет стучать. С тех пор, как ты ушел, ушел, ушел С тех пор, как ты ушел, ушел, ушел. Эвену от Исака 21:21 Я тоже люблю тебя, Эвен

***

Исак и Юнас встали довольно рано этим утром. По крайней мере, рано для них. Они встали, оделись и пошли к автобусной остановке. Ребята хотели позавтракать у отца Исака. Вчера вечером он позвонил ему и спросил, может ли прийти со своим другом, на что мужчина ответил, что будет только рад видеть их и что у него есть несколько новостей. Исак сразу же понял, о чем он: пришли результаты анализов. Значит уже утром он услышит вердикт: жизнь или смерть. Он не знал, как реагировать на это. Сидя в автобусе вместе с Юнасом и его мамой, Исак задумался о том, что происходило вчера у психолога. Вообще, Исак сам предложил, чтобы женщина поехала с ними, потому что им точно нужен был взрослый рядом. Парень был рад тому, что она согласилась. Она тоже пыталась заботиться, но у нее получалось это не так хорошо, как у Лизы. Он скучал по ней. И по Андерсу. И особенно по Эвену. Доктор провел обычные анализы и начал рассказывать Исаку о том, о чем он давно уже догадывался. Ему становилось только хуже. Даже сам доктор Ланде сомневается в том, что они смогут найти донора. Время истекало, минута за минутой. Они вместе вошли в квартиру, и Юнас помог Исаку снять с себя куртку. Парни зашли на кухню и сели за стол. Родители Исака улыбались. Его отец снова сказал о том, что у него есть новости. Исак сказал, что они тоже есть у него. Взрослые перевели взгляд на Юнаса. Парень рассказал им о том, что они услышали от врача. Потом Исак рассказал им об Эвене. Обо всем. Мама парня подошла к нему и крепко обняла его, пытаясь сдерживать слезы и снова и снова повторяя слова «мой прекрасный мальчик». Когда женщина успокоилась, настала очередь его отца. Мужчина просто опустил руки и посмотрел на Исака. — Я могу быть донором.

***

POV Юнас Юнас наклонился и постучался в окно Евы. Она открыла его и впустила парней, крепко обнимая Исака. — Хэй, а что насчет меня? — пошутил Юнас, заставляя девушку посмотреть на него. Они не виделись действительно давно. Юнас плюхнулся на кровать, а Исак неловко сел в кресло. Ева так и стояла посреди комнаты. Исак и Юнас хотели повидаться со всеми друзьями сегодня, и решили начать с Евы. Они дружат уже достаточно долго, и Юнас знал, что Исак скучает по ней больше всего. Это мог быть последний раз, когда они видятся. Юнасу снова захотелось кричать, но он не мог, потому что Исак был здесь. — Почему ты здесь? Но Юнас понимал, что она знает, зачем они пришли. Знает, но просто не хочет принимать это. Прощание. Смерть. Лучший друг умирает. — Просто захотел повидаться. Разве для этого нужны причины? — ответил Юнас, пытаясь поддерживать его голос веселым. Провал. — Вы двое не навещали меня почти месяц. — Исак умирает. Это достаточно уважительная причина? — парень не сдержался и немного повысил голос. — Достаточно уважительная, — девушка села возле Исака и как можно крепче обняла его. Юнас видел, насколько больно ей было. Он мог поклясться, что чувствует это напряжение в комнате. Когда-то они были счастливы, все трое. Веселились. Жизнь была настолько хороша, но в один момент это все просто исчезло. Исак молчал и никак не реагировал на объятия, поэтому Юнас толкнул его ногой и тихо сказал: — Если хочешь, мы можем уйти, — ему было все равно, что Ева может обидеться. Он думал только об Исаке. — Все в порядке, — тихо ответил тот, глубоко вздыхая прежде чем повернуться к Еве. — Я только что был у себя дома. Мой отец может быть донором. — Исак! Это же замечательно! — Возможно. Но они не уверены, приживется ли костный мозг в моем теле. Вчерашние анализы показали, что мой организм вымирает. — Исак… — Знаю. Я просто хотел сказать это тебе лично. Сообщить об этом и попрощаться. — Исак, ты справишься. Ты должен поверить в себя. — Я не хочу быть наивным идиотом, Ева. Я чувствую, что уже мертв. А вчера это подтвердилось. — Исак, — Юнас наблюдал за ними, но теперь уже парень сидел и медленно задумчиво потирал руки. — Что если мы устроим тебе похороны? В плане, ты уже попрощаешься со всеми, и после этого тебе не нужно будет больше думать о том, чтобы успеть с кем-то попрощаться. Ты переведешь все силы на борьбу. — Визит к каждому из их друзей отнял бы больше времени и энергии, чем есть у Исака. Юнас видел, насколько устал его друг, хотя это была их первая остановка. — И таким образом, мы можем сэкономить твои силы и время, и тогда ты поедешь к своему отцу не завтра, а уже сегодня. — Я… — Я думаю, это хорошая идея, — быстро ответила Ева. — Хорошо. Ладно. Но я не думаю, что мы сможем пригласить Эвена. Ему все еще плохо. — Я тоже думаю, что лучше обойтись без него, — ответил Юнас. — И я, — вмешалась девушка. — А теперь вопрос. Что мне сказать на своей предсмертной речи?

***

Эвену от Исака 16:23 Еду к отцу сейчас. Завтра он приедет забрать вещи Исаку от Эвена 16:23 Пожалуйста, не сдавайся Эвену от Исака 16:35 Не сдаюсь. Но я делаю только хуже для тебя Исаку от Эвена 16:37 Нет, как минимум потому что ты не здесь Эвену от Исака 16:59 Прости меня, Эви Эвену от Исака 17:02 Во сколько тебе нужно быть у врача? Исаку от Эвенв 17:03 9 Эвену от Исака 17:05 Последний шанс Исаку от Эвена 17:47 Спасибо

***

— Хэй. — Привет. — Голоден? — Сколько времени? — Где-то… Половина чего-то там. — Мне нужно идти. — Почему? — Потому что я не хочу, чтобы ты лежал возле меня, а я чувствовал себя так, будто обо мне нужно заботиться. — Я не забочусь о тебе. И почему… Что не так? — Все так. Я просто не могу больше терпеть твою грусть. — Я не грустный. — Я просто знаю, что это не сработает. — Почему ты говоришь это? — Потому что это так. Я… Сделаю тебе больно. И тогда ты возненавидишь меня. — Нет. Мы можем умереть в любой момент. Через минуту в окно может залететь граната или на нас упадет ядерная бомба, и… И… Обсуждать это — это самая пустая трата времени, которую только можно придумать. Давай сыграем в игру… «Исак и Эвен», вот так она называется. «Минута за минутой». И… Единственное, о чем нам надо беспокоиться — это следующая минута. Что скажешь? — Хорошо. Что нам делать в эту минуту? — Целоваться. — Ты прав. Это успокаивает. — Успокаивает.

***

— Я так волнуюсь, Исак, — сказал Эвен, когда они сели в на свои места в кабинете психолога. Исак посмотрел на него. Эвен действительно выглядел хреново. Он выглядел так, будто не спал несколько последних суток вообще. Вероятно, так оно и было. А еще вероятно, что он голодал. Младший почувствовал себя виноватым. Он должен заставить парня выговориться, а затем вернуться в свой привычный дом, к Лизе, Эвену и Андерсону. Он должен стать самым замечательным бойфрендом, поддерживать и иногда курить с ним травку в пустой комнате. Но его желания никак не пересекались с тем, что он должен сделать: вернуться домой к Юнасу и оставить Эвена наедине. — Тебе нечего волноваться. — Нет, Исак. Я облажался. Я потратил столько времени, которое мог бы провести с тобой. И я почти потерял шанс быть с тобой в последние моменты. Я так сильно люблю тебя.

Помнишь те стены, что я воздвиг? Милый, они рухнули, И они даже не пытались сопротивляться, Даже не было слышно ни звука.

— Я тоже люблю тебя, — прошептал Исак, чувствуя как по его щекам начинают течь слезы. Эвен был здесь, и он хотел оставаться с ним, несмотря ни на что. Ему нужно было рассказать Эвену о том, что было в больнице и что его отец может быть донором, но Исак боялся его реакции. И все же, он обязан знать. — Я должен рассказать тебе кое-что. — Давай. — Пообещай, что будешь спокоен, иначе я не расскажу тебе. — Обещаю. — Поклянись. — Я клянусь тебе, Исак. — Я… Я был у врача два дня назад. Сдавал анализы. Мой организм умирает. Они уже не уверены в том, поможет ли трансплантация. Если мои почки откажут, я… — Исак, — Эвен прошептал сломленным, наполненным болью шепотом. Их время вышло. Конец. Они оба понимали это. Но Исак сражался до конца. — Они нашли донора. Это мой отец. Операция состоится через три дня. Я борюсь, Эвен. Я борюсь за свою жизнь. За нашу жизнь.

Куда бы я ни смотрел теперь, Я утопаю в твоих объятиях. Милый, я вижу нимб над тобой, Знаешь, ты мое спасительное благоволение.

Эвен крепко сжал его руку. — Я буду бороться с тобой. Последний шаг.

Ты всё, что мне нужно, и даже больше, — Это написано на твоем лице. Малыш, я вижу нимб над тобой И молюсь, чтоб он не угас.

***

Они собрались на кладбище у дома Евы. Исак всегда думал, что это прекрасное место. Прямо сейчас, залитое солнечный светом и сидящий со всеми своими друзьями вокруг него на траве, он чувствовал себя прекрасно. Каждый из них принес что-то свое: фотографии, стихи, написанную на бумаге речь. Но больше всего Исаку понравилась фотография, которая была сделана еще до рака. Он выглядел таким счастливым и беззаботным. Вот только он не мог вспомнить, кто сделал это фото. Возможно, Эвен. Кажется, это было на Рождество. Такое милое фото. Они поместили его рядом с небольшим подиумом, которые обычно стояли на похоронах. Некоторые уже рыдали. Вильде и Крис извинились за то, что не смогли написать ни одного слова, настолько плохо им было. Они едва могли говорить сквозь слезы. Исак понимает их. Ему было все равно, скажет ли прощальную речь хоть кто-то. Главное, что все пришли. У Исака было несколько слов, которые он хотел сказать. — Итак… Приветствую вас на моих похоронах. Я безумно благодарен каждому из вас, кто пришел. Я люблю вас, ребят. Я хотел бы много чего сказать вам сейчас, но просто не могу подобрать слова. Поэтому лучше скажу то, о чем хотел сообщить каждому лично, — парень медленно вздохнул. — Мое тело умирает быстрее, чем ожидалось. Почки вот-вот откинутся и доктор не уверен в том, что трансплантация спасет меня. И все же, они попробуют сделать это. Донор — мой отец. Операция через два дня, — он замолчал на пару секунд, давая слушателям возможность переварить информацию. — Ну, теперь пусть говорит кто-то другой. Нельзя затягивать слишком длинную речь на собственных же похоронах, — короткие смешки. Исак спустился с подиума и снова сел возле Эвена. Сана, держа в руках листы, вышла первой. Потратив пару секунд, чтобы перечитать написанное, девушка спрятала записку и начала говорить: — Когда я впервые встретила Исака, я была уверена, что он идиот. Он был другом Евы, но, несмотря на это, мы никогда не общались. Но однажды он спрятал наркоту у нее дома. И на следующий день мы встретились в кабинете биологии. Тогда я и поняла, что ошибалась, ведь он оказался милым, добрым и умным парнем, и, к тому же, хорошим партнером по биологии. Наблюдать за ним и Эвеном было так приятно. Такая милая парочка. Я знаю, что никогда больше не встречу такую душу, как Исак Вальтерсен. И я безумно горжусь тем, что имела честь общаться с ним. Нура вышла следующей. Она тоже держала листы, но в отличие от предыдущего оратора, девушка решила смотреть именно в них, а не на слушателей. — У меня не было нормального шанса познакомиться с Исаком до того, как я вернулась с Лондона. Я знала его как лучшего друга Евы, который занял мою комнату, когда я уехала. Но, живя вместе, я узнала его намного лучше. Его юмор, характер, его неумение готовить и желание любить до последнего. Он вырос от неуверенного подростка, которого бросили родители, до прекрасного человека, который смог позаботиться о своем бойфренде. Однажды я прочитала цитату, которая неплохо так въелась мне в мозг: «Каждый, кого ты встречаешь на своем пути, ведет внутреннюю борьбу, о которой ты ничего не знаешь. Будь добрым. Всегда». Исаку не нужно было читать эту цитату. Он просто оставался добрым. Всегда. Она подняла глаза и, улыбнувшись, посмотрела на Исака. После этого Нура спустилась с подиума и уступила его Линне. На самом деле, Исак не ожидал, что они с Эскильдом придут, но вот они. Девушка прочистила горло и начала читать с листа: — Быть психически больным значит вести постоянную борьбу с собой же, что не понять здоровому человеку. Но Исак понял. Он прекрасно заботился не только об Эвене: Исак не забывал и обо мне. В самые тяжелые моменты, когда у меня не было сил даже встать с кровати, он был рядом. Он никогда не был злым и не отмахивался фразой «просто подумай о хорошем». Он принял меня такой, какая я есть, со всеми моими недостатками. Он — мой друг, и я чувствую нереальную гордость, когда говорю эти слова. Линна разрыдалась, и Эскильд подошел к ней, крепко обнял и начал говорить собственную речь. Но теперь плакал и Исак. Он ни за что не мог ожидать столько хороших слов в свой адрес. Чем он заслужил таких прекрасных друзей? — Впервые я встретил Исака в гей-клубе. Было около двух часов ночи, а он был настолько пьян, что с трудом помнил свое имя. Он так забавно отрицал, что это не он и мы не в клубе для геев сейчас. Он не хотел идти домой по причинам, о которых я узнал чуть позже. Но я знал, что должен был вытащить его оттуда и привести в нашу квартиру. И я безумно рад, что сделал это. Наш первый разговор о его ориентации закончился моей же лекцией. После этого я чувствовал себя немного не по себе. Он был просто ребенком, который смирился, что он не такой, как все. Нет, я не говорю, что я был единственным, кто помог Исаку превратиться в такого прекрасного молодого человека, но мне нравится думать, что именно я подтолкнул его к изменениям. Как и у Нуры, у меня тоже есть особенная цитата: «Тебя ограничивает не то, кто ты есть, а то, чем ты быть не можешь». Когда Исак наконец-то принял себя окончательно, я увидел его настоящего. Доброго, открытого, любящего и справедливого. И я полюбил его, как родного брата. Мы все полюбили. Я закончу свою речь другой цитатой, более подходящей тому Исаку, какой он есть сейчас: «Великий человек — это тот, кто, уйдя, заставляет других сожалеть». Исак не был уверен, сможет ли он выдержать еще хоть одну речь. Он уткнулся в плечо Эвена и тихо рыдал. Махди вышел на подиум. — Я не силен в высказываниях, в отличие от вас, ребята, но все равно хотел бы попробовать. Исак был моим бро. Он научил меня как быть добрым и сделал лучшим человеком. Я много раз защищал его на протяжении этих лет. И я бы сделал это еще раз, был бы только у меня шанс. Исак был моим бро и все еще остается им. Я люблю тебя, парень. Следующим поднялся Магнус. — На самом деле, я не знаю что сказать. Я несколько раз пытался написать что-то, но ничего не получилось. Жизнь без Исака — отстой. Как бы мы друг друга не дразнили, этот парень всегда был рад помочь мне. Вики Харисон сказал: «Горе подобно океану: иногда оно тихое и спокойное, а иногда грозное и всепоглощающее. Все, что нам остается делать — это научиться плавать». Исак все еще продолжал плакать в плечо Эвена, но заставил себя поднять голову, когда вышла Ева. — «Любовь терпелива и добра. Она никогда не бывает завистливой или хвастливой. Она не обижает и не обижается. Любовь не получает удовольствие от грехов других людей, но радуется истине. Она всегда готова доверять, верить и терпеть все, что происходит». Это цитата из самого любимого фильма Исака — «Спеши любить». Я подготовила целую речь, но сейчас все, о чем я могу думать — это вот эта вот фраза. Исак был моим самым лучшим другом, и я всегда буду помнить то, как он поддерживал меня в любой ситуации, и я… Я… — она расплакалась, не в силах продолжить. Нура поспешила забрать ее с подиума, и на ее место стал Юнас. — Это настолько тяжело, что кажется чем-то нереальным. Я всегда мог найти подходящие слова. Но не сейчас. У Исака Вальтерсена было много всего. Он был невежественным, глупым, саркастичным, несерьезным и грубым, напуганным, добрым, умным, спонтанным, забавным, обаятельным, честным и сострадательным. И среди этого всего он был моим лучшим другом. Мы выросли вместе. И даже сейчас, независимо от того, насколько плохо ему было, он никогда никого не задел и не обидел. Это просто наш Исак. Воин. Мне нравится думать, что именно я помог Исаку в самом конце. И все равно, самым главным для него человеком должен являться Эвен. Именно он помог Исаку увидеть лучшую сторону мира. Именно Эвен послужил причиной почему Исак все еще держится. Он был тем, кто делал вместе с Исаком каждый его шаг и пытался облегчить боль. Я чувствую гордость, потому что мог наблюдать за такой прекрасной историей любви. Да, я тоже люблю Исака, но как брата. И буду продолжать любить его до дня своей смерти. Я знаю, что никто из тех, кто сейчас находится здесь, не сможет справиться с утратой. Мы и не должны. Единственное, что мы должны сделать — это встать с кровати на следующий день и просто продолжать двигаться. Исак рыдал. Все рыдали. Эвен пытался встать на ноги, чтобы произнести речь, но не мог, потому что парень не хотел отпускать его. Достаточно долгое время они просто сидели и плакали. Эвен, поскольку Исак совсем не хотел отпускать его, просто начал петь. Все обнялись и слушали, даже не пытаясь остановить слезы.

Возьми мои мысли и мою боль, Как пустая бутылка вбирает в себя дождь, И исцели. Возьми мое прошлое и мои грехи, Как пустой парус принимает ветер, И исцели. И скажи мне, что некоторые вещи не заканчиваются. И скажи, что некоторые вещи не заканчиваются. Возьми мое сердце и мою руку, Как океан принимает в себя грязные пески, И исцели. Возьми мои мысли и мою боль, Как пустая бутылка вбирает в себя дождь, И исцели. И скажи мне, что некоторые вещи не заканчиваются. И скажи мне, что некоторые вещи не заканчиваются.

Когда песня закончилась, Эвену удалось улизнуть из крепких объятий Исака и подняться на подиум. — Я не написал речь, потому что это бы просто сломало меня. Так что я буду просто импровизировать. Так вот. С первой же секунды, как только я заметил Исака Вальтерсона, я влюбился в него. Люди спрашивали меня: «Эвен, как ты можешь любить человека, о котором ничего не знаешь?» Легко. Он похож на ангела, а знакомство с ним заставило меня сойти с ума окончательно. И когда он согласился быть со мной, я оказался на седьмом небе от счастья. И иногда мне кажется, что я все еще там. Исак был любовью моей жизни, и я больше никогда не встречу никого, подобного ему. Наша история любви эпична, и, по традиции, один из героев такой истории должен умереть. Иногда я ловил себя на мысли, что мне хотелось бы, чтобы наша история не была такой, и тогда нам не пришлось бы так страдать. Цитируя Джона Грина: «Ты можешь любить человека до безумия сильно, но скучать все равно будешь сильнее». Я верю, что это правда, потому что боль, которую я чувствую сейчас, нельзя сравнить ни с чем. Но и любовь, которую я чувствовал последние несколько месяцев, нельзя описать никакими словами. Если бы у меня был выбор, предпочел бы я никогда не встретить Исака? Нет. Потому что, даже если бы у нас было совсем мало времени, оно все равно того стоило. Влюбленность и любовь Исака Валтерсона была самой высокой честью в моей жизни. Кто-то сказал: «Время исцеляет любые раны». Я не согласен с этим. Раны остаются навсегда. У меня была привилегия любить Исака Валтерсона, и я не жалею об этом. Исак ошибался, когда подумал, что не сможет рыдать еще сильнее. Он чувствовал как его сердце сжимается и отказывается продолжать биться. Эвен спустился с подиума, сел рядом с парнем и, начиная всхлипывать, крепко прижал его к себе. Они сидели на траве, держались друг за друга и горько плакали. Плакали, пока совсем не выбились из сил. И затем наступила тишина.

Только священники и клоуны могут спасти нас сейчас, Только знак от Бога или урагана Могут привести К изменениям, которые мы хотим.

Первым с места сдвинулся Эвен. Исак больше не хотел двигаться. Он умирал. Он хотел провести последние дни, свернувшись в объятиях Эвена, просто прижиматься к нему и отдавать всю свою любовь. Эвен взял в руки его лицо и заставил посмотреть на себя. Исак посмотрел на своего прекрасного парня, чувствуя как его сердце ломается снова и снова. — Исак Вальтерсен, ты сделаешь мне одолжение и выйдешь за меня?

***

POV Эвен Эвен соврет если скажет, что он не волновался перед тем, как задать этот вопрос. Но попытка не пытка, так ведь? Он потеряет Исака через два дня. Он хотел провести это время рядом с ним. И именно эта мысль стала последней каплей перед его решением. Он хотел быть связанным с ним по-настоящему. Не в буквальном смысле, разумеется. Он хотел, чтобы Исак стал его мужем. Он хотел сделать все возможное. Эвену казалось, что прошла целая вечность. Все их друзья тоже замолчали. Парень затаил дыхание, глядя на Исака. Парень выглядел ошеломленным. Шокированным. Спустя минуту Исак мягко улыбнулся и прошептал одно простое слово: — Да.

***

Одиннадцать месяцев назад — Как ты представляешь нашу свадьбу? Они шли в поход. Это была идея Эвена, на которую Исак охотно согласился. Они просто упаковали палатку, еду, некоторые мелочи и отправились куда глаза глядят. Услышав этот вопрос, Исак мысленно вернулся к этой ужасной ночи на площади семь месяцев назад. Когда у Эвена был маниакальный эпизод, и он кричал о том, какой будет их свадьба. Мурашки пробежались по коже. Исак пожал плечами. — Ты никогда не думал об этом? — Нет, на самом деле. — Черт. Я только вспомнил как напугал тебя, когда говорил об этом последний раз. — Ага, типа того. — Черт. Прости. — Успокойся. — Ладно. Давай забудем об этом и пойдем плавать. — Но я не взял плавки. — Мы находимся посередине леса, и вокруг нет никого, чувак. — Чувак? Исак выгнул бровь. — Чувак. Эвен начал раздеваться, и Исак не мог делать ничего, кроме как наблюдать за своим сексуальным бойфрендом. Несправедливо то, насколько горячо он выглядит. С каждой секундой он влюблялся в него все больше и больше, в каждую его часть тела. Не только в сексуальном плане. Он больше всего любил их поздние вечера, ночи фильмов и вкусные обеды. Незаметные поцелуи и крепкие объятия. Бесконечные прогулки по городу. И, конечно же, секс: иногда горячий и грязный, а иногда сладкий и наполненный любовью. — Я представляю нашу свадьбу маленькой и уютной. Хочу, чтобы там были наши семьи и только самые близкие друзья. И чтобы все это происходило в церкви, — выпалил Исак. — Да? — Ага. А ты как ее представляешь? — С тобой. — Очень неожиданно. — Очень даже. И главной песней нашей свадьбы была бы «Til Kingdom Come». — Я хочу выйти за тебя однажды. — Ты выйдешь за меня, Исак Вальтерсен. — Хорошо.

***

Настоящее время Найти священника за такой короткий срок казалось невозможным, но они все же сделали это. Мама Исака знала одного, который, в конечном итоге, согласился помочь им, поэтому на следующий день их семьи и самые близкие друзья уже сидели на лавках в маленькой церквушке. Исак ночевал у своего отца, но Эвен и Юнас присоединились к нему. Его отец был только рад этому. Исак прошелся по коридору вместе с Юнасом. Они остановились на полпути и дальше Исак пошел сам. Он просто смотрел на своего прекрасного бойфренда, который вот-вот станет его мужем, и шел вперед. Они действительно сделают это прямо сейчас. Эвен взял его за руки и они встретились взглядом, и ни разу не разрывали его, даже когда священник заговорил. Они отвернулись только однажды: чтобы забрать кольца. Тогда мужчина задал Исаку вопрос, и парень снова посмотрел в глаза Эвена, которые были наполнены чистой и искренней любовью, и с уверенностью сказал: — Согласен.

Укради мое сердце и придержи мой язык. Я чувствую, что мое время, мое время пришло. Впусти меня, открой дверь, Я ничего подобного раньше не чувствовал. Колеса просто продолжают вертеться, Барабанщики начинают стучать. Я не знаю, куда направляюсь, Я не знаю, откуда пришел. Держи мою руку в своих руках, Мне нужен кто-то, кто понимает, Мне нужен кто-то, кто-то, кто слышит, Тебя я ждал все эти годы. Я бы ждал тебя вечно, Пока мои дни, мои дни не были бы сочтены. Скажи, что ты придешь и освободишь меня, Просто скажи, что будешь ждать, будешь ждать меня. В твоих слезах и в твоей крови, В твоем огне и в твоем потоке, Я слышу, как ты смеешься, я слышал, как ты сказала: «Я бы не стала ничего менять.» Колеса просто продолжают вертеться, Барабанщики начинают стучать. Я не знаю, куда направляюсь, Я не знаю, кем я стал. Я бы ждал тебя вечно, Пока мои дни, мои дни не были бы сочтены. Скажи, что ты придешь и освободишь меня, Просто скажи, что будешь ждать, будешь ждать меня. Просто скажи, что будешь ждать, будешь ждать меня. Просто скажи, что будешь ждать, будешь ждать меня.

***

— Ты готов? — Нет. — Думаешь, что будешь готов через пару минут? — Нет. — Когда ты будешь готов? — Думаю, никогда. — Я знаю. — Минута за минутой, помнишь? — Наши минуты почти закончились. — Знаю. Эвен сидел у больничной койки Исака. Они готовились к трансплантации. Врач сказал, что почки Исака в ужасном состоянии и с этим нужно что-то делать. К счастью, его отец согласился поделиться и этим органом. Так что, сейчас Исака ждет трансплантация почек и костного мозга одновременно. Эвен пытался выглядеть оптимистично. Он сжал руку своего мужа и прошептал: — Все будет замечательно, Исак. — Ты не можешь быть уверен в этом. — Если ты поверишь в это и если ты будешь бороться, значит так оно и будет. Да, возможно, ты умрешь. Но ты можешь только думать о смерти. У тебя нету права на это. Думай о жизни. Пожалуйста. — Я… — Пожалуйста. — Я буду бороться, Эви. Обещаю. — Хорошо. — Люблю тебя, Эвен. — И я люблю тебя, мелкий. Минуту за минутой. До скончания веков.