О пристрастиях Кота Нуара

      Утром Адриан пошёл покупать кольцо. Он тихо встал, оставив умаявшуюся ночными бдениями Маринетт досматривать сны, умылся, достал из-под ванной припасенный как раз на такой случай чемоданчик. Младший Агрест с самого детства привык к известности, к вспышкам фотокамер из-за угла, поклонникам, желающим во что бы то ни стало получить автограф кумира и совместное селфи, шепоткам за спиной. Обычно его не смущало внимание. Но иногда, вот как сегодня, например, хотелось прогуляться инкогнито, пройтись по улице, не опасаясь атаки навязчивых фанатов, зайти в ювелирный магазин так, чтобы на следующий день все заголовки не пестрели новостью о помолвке самого завидного холостяка в Париже.       Первым делом он достал упаковку одноразовых цветных линз, превративших узнаваемо яркие зелёные глаза в невнятные темно-серые. Потом несколькими лёгкими движениями подрисовал брови, смазывая чёткую, модельную форму и создавая ощущение лёгкой неаккуратности, прицепил на губу серебристое колечко, имитирующее пирсинг. Набор консилеров разных цветов немного изменил черты лица, сделав их визуально грубее, проще, незаметные тени подкорректировали форму глаз. Образ довершили очки — не тёмные, вызывающие подозрение в помещении, а прозрачные, с нестандартной оправой — и зачесанные назад волосы. Уже через полчаса из зеркала на Адриана смотрел кто-то сильно напоминающий Агреста-младшего, но совершенно определённо другой. Просто похожий, не более. По опыту Адриан уже знал, что такая маскировка куда надёжнее, чем стандартные чёрные очки и шапки. Теперь дело было за малым — всего лишь незаметно выйти из дома. Причём как от зловредных журналистов, так и от все ещё спящей Маринетт.       Поначалу Адриан думал принести девушке завтрак в постель, разбудить её поцелуем. Наверное, так было бы куда правильнее после того, что между ними произошло. Наверное, если бы Маринетт не спала так крепко, именно так и пришлось бы поступить. Но Адриану нужно было подумать. Делать это рядом со своей Леди он не был в состоянии. Ему нужно было уединение. Ощущение нереальности происходящего не оставляло.       Ночью мужчина просыпался несколько раз. Он чувствовал осторожные прикосновения, пристальный взгляд в спину, беспокойное дыхание лежащей рядом девушки. Она заснула только к утру, уютно завернувшись в одеяло. Адриан не знал, какие мысли и сомнения заставили её провести ночь без сна. Может быть, Маринетт уже передумала? Пожалела о произошедшем? Может быть, поняла, что близость с напарником была ошибкой, и теперь не знала, как об этом сказать? В голову лезли самые неприятные мысли, сменяя друг друга как картинки в калейдоскопе. Уверенности, что можно будет отмотать все обратно, снова стать только лучшими друзьями, если вдруг опасения оправдаются, не было.       Одно Адриан понимал совершенно отчётливо — он больше не будет трусить, избегать разговора и молчать. Он сделает все, что зависит от него, и предложит своей Леди разделить с ним жизнь, а уж чем это закончится — пусть решает она. Он выживет, даже если получит отказ. Даже если всю оставшуюся жизнь будет обречён провести один, потому что едва ли сможет когда-нибудь полюбить кого-то другого даже вполовину также сильно, как Маринетт.       Первым Адриан завернул в один из самых дорогих ювелирных магазинов города. Продавец покосился на него с подозрением — маскировочная одежда не была совсем уж дешёвой, но для покупателя такого магазина, пожалуй, не слишком подходила. Впрочем, профессионализм у юноши в форменной рубашке пересилил, и он тактично предложил помощь в выборе и также тактично принял отказ. Кольца с крупными бриллиантами были, наверное, хороши. Круглые, овальные и даже квадратные камни самых разных видов огранки ярко блестели и искрились в специальном освещении, но ни одно из них так и не привлекло взгляда. Ни одно Адриан не мог себе представить на тонкой, маленькой руке Маринетт. Зато каждое, дорогое и созданное модным дизайнером, охотно обсудили бы во всех журналах и соцсетях. Это было совсем не то, чего хотелось бы для этой помолвки.       Адриан с сомнением покачал головой и решительно вышел из магазина. Возможно, он был неправ. Возможно, Маринетт, как большинству девушек, захотелось бы похвалиться дорогим подарком, щедростью и вниманием богатого и знаменитого жениха. Нет, она, конечно, не была меркантильной, ни единой минуты. Но ведь у каждого, даже самого последнего бессеребренника, которым девушка все же не являлась, случались тщеславные желания. И Маринетт они тоже не были совсем уж чужды. И все же…       Из следующего магазина, славящегося не модными брендами, а эксклюзивным, нестандартным дизайном, он вышел с сапфировым браслетом. Его Адриан собирался подарить девушке потом, независимо от того, примет ли она предложение или уже успела передумать. Ноги сами понесли к небольшому магазинчику возле коллежа Франсуа-Дюпон, который младший Агрест когда-то частенько наблюдал из окна машины. А через полчаса в кармане уже лежала маленькая чёрная коробочка.       Любая девушка из круга Адриана её содержимое презрительно отвергла бы. Это было простое тонкое кольцо из белого золота с небольшим бриллиантом меньше карата, которое было окружено ещё двумя совсем крошечными камнями. Стоимость украшения не дотягивала даже до трех тысяч евро. Но самому Адриану покупка нравилась. По дороге домой он несколько раз доставал коробочку из кармана, открывал её и рассматривал изящное, маленькое кольцо, представляя его на пальце Маринетт и глупо улыбаясь этой фантазии. Уже подходя к дому, мужчина завернул в кондитерскую и вынес оттуда два шуршащих пакета с пончиками.       — А я заказала пиццу, — улыбнулась Маринетт, встречая Адриана в прихожей.       И нежный поцелуй сразу изгнал из головы большую часть тревожных мыслей. Маринетт ждала его. Она была рада его видеть. Не ушла, не смотрела неловко и виновато, подбирая тактичные слова для неприятного разговора — она встречала улыбкой и поцелуем, одетая только в длинную мужскую футболку, утащенную из шкафа Адриана. Именно так всегда и представлялось в мечтах возвращение домой.       Через пятнадцать минут Адриан забрал у курьера пиццу, расположил её на кухонном столе, а потом молча поставил на этот же стол черную бархатную коробочку с кольцом. Неуверенно придвинул её к Маринетт. Говорить что-то было выше его сил.       Несмотря ни на что, было тревожно. Что, если девушке не понравится кольцо? Что, если она все же не готова пока принимать это решение? Что, если…       — Я так люблю тебя, Адриан, — негромко произнесла Маринетт, надевая кольцо на палец и поднимая на мужчину сияющий взгляд. — Мне так нравится. Это именно то, о чем я мечтала.