Тот дом в долине, с протекающей крышей.

Вечером Санджи занялся уборкой на кухне и провозился дольше, чем планировал. Закончив, он умылся сам и пошел в комнату, где стояла кровать. Догорающая свеча в закапанном воском блюдце давала слабый круг света. Зоро лежал на кровати, до пояса накрывшись ветхим покрывалом, его аккуратно сложенная стопкой одежда примостилась на стуле. Санджи плечом прислонился к дверному косяку.  — Эй, маримо, ты спишь? Зоро отрицательно промычал, но не пошевелился.  — Мне неприятно это признавать, но я прошу тебя об одолжении, — Санджи сделал паузу, от кровати донесся звук заинтересованности, и он продолжил с нарочитой вежливостью: — Не мог бы ты расположить свое тело так, чтобы мне тоже хватило места? Вчера мне повезло быстро отрубиться, и я не чувствовал, как твои колени утыкаются мне в ребра. Мне понравилось высыпаться. Буду тебе премного благодарен. Зоро молча перевернулся на бок, уткнувшись носом в стену, и натянул покрывало на плечи. Санджи принял это как ответ и стянул рубашку через голову, разделся до белья и развесил одежду на стуле. Он задул свечу, и ему пришлось наощупь добираться до кровати: ее край больно ткнулся ему под коленку. Он аккуратно опустился на тощий матрас и вытянул ноги, накрылся вторым, своим пледом. Пришлось лечь на бок, потому что только так они вдвоем могли нормально поместиться. Подушки не хватило, и Санджи положил голову на согнутую руку. Спиной он плотно прижимался к Зоро, но так было даже лучше: дом еще не полностью просох, от дерева веяло сыростью, и в комнате по-прежнему стоял холод. От Зоро как обычно шло ровное тепло, и Санджи надеялся не околеть за ночь. Через несколько минут он почувствовал, как его обволакивает сонное оцепенение. — Спокойной ночи, маримо, — пробормотал он. — Угу, — донеслось у него из-за спины, и Санджи с чистой совестью заснул. Утром они поднялись засветло, чтобы успеть еще до начала ярмарки. Санджи на скорую руку приготовил им завтрак, поджарив подсохший хлеб вместе с остатками ветчины. Но даже выйдя с большим запасом времени, они все равно оказались далеко не первыми, кто хотел попасть в город. Еще за несколько километров до ворот они влились в поток людей, которые направлялись туда же. Широкую дорогу запрудили целые караваны из телег и повозок, люди ехали на лошадях, осликах и велосипедах, шли пешком, по одиночке и целыми семьями. Несмотря на то, что солнце только-только встало, вся эта толпа бодро переговаривалась и шумела, дети бегали и звонко смеялись, прятались за взрослых и из-за укрытия показывали друг другу языки. Кто-то даже заключал сделки, не дожидаясь открытия ворот и своего места на ярмарочной площади. Еще накануне вечером Санджи и Зоро по зрелому размышлению решили перестраховаться: пусть охрана в городе не так уж сильна, да и Санджи успел примелькаться, его спутник обладал весьма приметной внешностью, не говоря уже про оружие, которое шло к нему как второй набор конечностей. Стража цедила толпу в час по чайной ложке. Санджи в задумчивости сидел на обочине и жевал травинку. Маримо устроился под деревом неподалеку и, оперевшись спиной на ствол, невозмутимо дремал, закинув руки на голову. Санджи рассеянно разглядывал людей и окрестности. Вдруг что-то привлекло его внимание; он поднялся с земли и, отряхнув руки от налипшего сора, направился к Зоро. — Эй, — тот открыл глаза. Санджи кивнул в сторону противоположного края дороги: — Посмотри-ка. Зоро перевел взгляд в ту сторону, пригляделся и хмыкнул: — А что, вариант. Он тоже встал, пристроил катаны на бедро, и они стали пробираться через гомонящую толпу. — Эй, дедушка, сколько дашь за эту шляпу? — Санджи присел на корточки перед седым стариком, с комфортом расположившимся на обочине дороги. За его спиной стояла большая повозка, заполненная тюками с одеждой, судя по всему, на продажу. Рядом паслась лошадь и флегматично щипала траву. Старик посматривал в сторону огромной толпы на вход в город и, видимо, кого-то ждал. Услышав вопрос Санджи, он повернулся к нему. — Эту? — он ткнул пальцем в широкополую соломенную шляпу конусом, которая, крепясь на веревке под подбородком, свисала у него за спиной. — Хм, даже не знаю, — старик сделал вид, что задумался, а потом, прищурившись с хитрецой, спросил: — А что дашь взамен? — Шляпа у тебя уж очень хороша, как раз то, что нужно моему приятелю, — он кивнул в сторону Зоро, который, скрестив руки на груди, с каменным выражением лица наблюдал за разговором. — Понимаешь ли, дедушка, — Санджи понизил голос и поближе наклонился к старику, тот с готовностью подставил ухо, — мой приятель шел на ярмарку издалека, и солнце напекло ему голову. Сам-то он не буйный, но иногда чудит слегка, и люди его пугаются. Вчера вот попросил в таверне воды, так беднягу трактирщика самого пришлось отпаивать. А еще как-то раз один мой знакомый случайно наступил ему на ногу; это случилось два года назад, но тот парень до сих пор заикается. За время рассказа Санджи у старика вытянулось лицо, и он с опаской перевел взгляд на Зоро. Тот, не меняя выражения лица и позы, привычным движением вскинул бровь. — Вот мое предложение: я даю тебе сто бэлли за эту шляпу и какой-нибудь плащ, и мы уходим подобру-поздорову, — Санджи пошарил в кармане штанов и протянул старику горсть монет. Тот заглянул в протянутую руку, потом посмотрел на Санджи и снова — на монеты. — Ты, видимо, шутишь, сынок, — старикан фыркнул и тоже сложил руки на груди. — Эту старую шляпу забирай, пожалуйста, хоть бесплатно. Но плащ я продам днем не за какие-то жалкие сто бэлли, а намного дороже. Так что — нет. А мой старший сын, который вот-вот должен вернуться вместе со своими друзьями, увидит, как вы обижаете старого беспомощного человека и тоже, — старик ухмыльнулся, — скажет тебе «нет». В глубине души Санджи относил умение торговаться к своим сильным сторонам. Зефф говорил, что если ты не смог уговорить торговца на базаре продать свой товар минимум на четверть дешевле от начальной цены, то, считай, ты потерял четверть провизии для своей команды. Сэкономил — купил больше продуктов, плотнее поел, лучше набрался сил перед дракой и победил. Выжил. У Зеффа насчет еды тоже имелись свои пунктики, заработанные горьким опытом, и он своей тяжелой деревянной ногой вбивал молодым поварам эту науку. Санджи был хорош, но старик-торговец оказался лучше. И все же они оказались в тупике. Санджи растеряно пощипывал свою бородку и напряженно думал. Они не могли уйти с пустыми руками, потому что не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понимать — городская стража в момент узнает одноглазого мечника с тремя катанами. Заплатить неуступчивому старику больше, чем сто бэлли — невозможно, у них просто нет таких денег. Санджи обернулся к Зоро, чтобы посовещаться, но тот его опередил. Маримо шагнул вперед, навис над торговцем, и пусть тот продолжал хитровато улыбаться, будто древний божок, Санджи заметил, как у него дрогнуло лицо. Санджи мысленно позлорадствовал: «Ну-ну, пусть моя история про трактирщика — выдумка, но пугать-то он на самом деле умеет». — Эй, старик, — начал Зоро, — у меня к тебе другое предложение. Как насчет золота? Золото везде и всегда в цене, — в этот момент он поднял левую руку к голове — Санджи не видел, что он делает сбоку — и через пару секунд протянул старику что-то. Санджи вгляделся и уронил челюсть: на ладони маримо лежала длинная золотая серьга. — Хм, — старик осторожно взял серьгу, поднес к глазам, покрутил в руках. Он даже попробовал золото на зуб, и тут Санджи не выдержал: — Ты что, думаешь, что оно не настоящее? Да оно ценнее тебя будет! — он чувствовал, что закипает, и раздраженно дернул ворот рубашки. — Столько тебе будет достаточно? Золото покроет цену твоей трухлявой шляпы и плаща? — Молодой человек, если мне не изменяет память, то это вы первым подошли ко мне, не я уговаривал вас купить что-то в моей скромной лавке. Не нужно оскорблять мой товар, — старикан, наконец, удостоверился в подлинности металла и спрятал серьгу в засаленный кошель, который висел у него на поясе. Санджи передернуло. — Да, этого будет достаточно. Вот, — он развязал узел под подбородком и протянул шляпу Зоро, который все это время стоял молча. Потом старикан перегнулся назад, порылся в одном из огромных тюков и вытащил из него темно-серый неброский плащ. Санджи, не дожидаясь, резко выхватил у него из рук, встряхнул, чтобы расправить ткань, осмотрел и передал Зоро. Тот сразу же накинул плащ себе на плечи и поправил у бедра тяжело звякнувшие катаны. Широкополая шляпа-каса скрыла его лицо почти до подбородка. Санджи, наблюдая за ним, успел подостыть. Он перевел взгляд на торговца, который уже потерял к ним интерес, и спросил: — Сколько ты хотел выручить за этот плащ? Старик на мгновение задумался и ответил: — Плащ хороший, добротный, пусть и ношеный. Как минимум триста бэлли, если торговля пойдет совсем уж худо. — Хорошо, — уровень раздражения Санджи снова достиг максимума, и ему страшно захотелось курить, но он тут же вспомнил, что у него осталась последняя сигарета на самый крайний случай. Мысль ситуацию не улучшила. — Вечером я найду тебя и верну деньги, а ты вернешь мне это, — Санджи кивнул на кошель. Его слова прозвучали угрозой, но не испугали старика; тот только равнодушно пожал плечами: — Как пожелаете. Получив свое, они вернулись туда, где стояли раньше. Толпа не особо сдвинулась за время их отсутствия. Санджи опустился у дерева, Зоро опустился с ним рядом. — Вот же жадный торговец, — сердито выплюнул Санджи. — Он же торговец, ты сам сказал, кок, — Зоро, кажется, ничуть не расстроила потеря серьги. Санджи вскинулся было спросить, но почему-то передумал. Так, в молчании, прошел тот час, что они ждали под городскими стенами. *** — Привет, Моджи, — начальник стражи поздоровался с Санджи, когда подошла их очередь, и кивнул на стоящего рядом Зоро. — Ты сегодня не один? Это кто с тобой? — Привет, капитан Чим. Это мой пятиюродный сводный брат, он услышал про большой праздник в городе и решил навестить нас. Он немой и немного дурачок, — любезно добавил Санджи, когда капитан с подозрением оглядел пятиюродного брата, который, судя по фигуре и манере держаться, больше походил на бандита или наемника, чем на простого крестьянина. Капитан Чим был человек простой, как лом, но такой же эффективный: он не просто так дослужился до начальника городской стражи, Санджи знал пару любопытных слухов. Капитан еще раз пристально осмотрел Зоро сверху донизу, его взгляд соскочил на ножны, которые выпирали из-под ткани плаща, как бы Зоро их ни прикрывал. — Что там у тебя? Покажи, — потребовал капитан Чим. Зоро с неохотой откинул полу плаща. Капитан тут же потемнел взглядом и напрягся, положил руку на эфес своей сабли. — Эй, капитан, не кипишуй, — Санджи выступил вперед и миролюбиво поднял ладони вверх. — Мой братец совсем безобидный, правда! А то что железки таскает — так это он придуривается. У него что-то вроде пунктика: собирает все мечи, которые встречает на пути, а драться-то ими и не умеет. Он верит в ту шутку о том, что количество переходит в качество. Видно, воображает себя великим самураем, который однажды бросит вызов сильнейшему мечнику в мире, — Санджи закатил глаза, демонстрируя свое мнение об амбициях своего спутника. Его придурковатый брат замычал и любовно погладил ножны. Капитан Чим, кажется, слегка расслабился, но до конца не поверил и руку с эфеса не убрал. — Мечи, говоришь, любит? Слышал я тут про одного, который тоже с собой целую оружейню таскает… За него награда 320 миллионов. Братец твой не ему подражает, случаем? — Понятия не имею, о чем ты говоришь, капитан. Но как по мне, — Санджи доверительно понизил голос, — все это чушь полнейшая. Ну сам, посуди, капитан, какой нормальный человек будет драться сразу тремя мечами? У него ведь всего две руки, — их разговор задерживал толпу желающих попасть в город, и сзади стали напирать; послышался шум, и все трое обернулись: в конце очереди образовалась свалка из двух столкнувшихся телег; из них выпали мешки с овощами и фруктами и рассыпались по всей дороге, капуста и сливы весело покатились вниз под горку. Владельцы телег, яростно размахивая руками, наступали друг на друга, как боевые петухи. — Эй, вы, а ну тихо! — прикрикнул на них капитан Чим, но спорщики даже не обратили на него внимания. — Так, а вы постойте-ка здесь, я все-таки хочу его досмотреть… — капитан ткнул мясистым пальцем в Зоро и, развернувшись, пошел разбираться со аварией. — Конечно, капитан, мы вас подождем тут, — покладисто крикнул ему вслед Санджи и, понизив голос, шепнул Зоро: — Валим отсюда, пока он не вернулся. И они рванули со всех ног. — Моджи*? — переспросил Зоро на бегу. — Даже не спрашивай, — отмахнулся Санджи и завернул в узенький переулок. По нему они вышли к главной площади, где сегодня раскинутся торговые ряды. Санджи, привстав на цыпочки, приложил ладонь козырьком и отыскал взглядом знакомых леди, которые держали овощную лавку и соседствующую с ней кондитерскую. Санджи уже несколько раз помогал им, стоя за прилавком: две сестры-владелицы предпочитали общаться с клиентами за чашечкой чая и собирать сплетни, нежели чем весь день проводить на ногах. Площадь уже заполнялась людьми, которые натягивали шатры и расставляли столы, устраивали киоски и лавочки. У домов, окружавших площадь, несмотря на утренний час, толпились дети; они с огромным любопытством смотрели на подготовку и шушукались между собой. Санджи заметил в этой рабочей суете две разноцветные высокие прически и, махнув рукой Зоро, направился в их сторону. Перед кондитерской стоял очаровательный столик с гнутыми чугунными ножками, сервированный на двоих: скатерть, чайничек, кофейные чашки и круассаны. За столиком сидели две элегантные пожилые дамы. Санджи подошел к ним и по очереди поцеловал им руки: — Мисс Розетта, — дама с розовыми волосами благосклонно улыбнулась ему, — мисс Марианна, — дама с голубыми волосами зеркально повторила улыбку сестры-близняшки. — Здравствуй, Моджи, — хором ответили они. — Мои дорогие леди, вы выглядите сегодня еще прекраснее, чем обычно, и затмеваете утреннее солнце, — сестры сказали: «ты такой милый, Моджи», и Санджи перешел к сути: — Знаю, мы не договаривались, что я приду к вам сегодня, но я узнал, что в городе ярмарка, и сразу подумал, что вам может понадобиться моя помощь. Скажите, леди, найдется ли работенка для меня и моего брата? — Санджи кивнул в сторону Зоро, и тот низко поклонился мисс Розетте и мисс Марианне. Сестры ответили: «Да, Моджи, ты как раз вовремя, помоги нам в лавке», и мисс Розетта, которая в этом дуэте отвечала за партию с овощами и фруктами, проводила их внутрь. Эти два магазинчика были одними из немногих постоянных строений на площади, и Санджи уже успел в них освоиться. Ему поручили стоять за прилавком и даже доверили кассу, а Зоро отправили в подсобку выгружать на витрину свежую поставку. Когда мисс Розетта ушла, Зоро размотал свой пояс, который держал катаны, и аккуратно устроил их в укромном месте на полке под прилавком у Санджи. Потом подумал и накрыл сверху плащом. Санджи, который наблюдал за его действиями с интересом, не смог удержаться: — Ты напрасно беспокоишься. Моя история про братца-идиота, который подбирает все без разбору железяки, выглядит весьма достоверной. Зоро выпрямился и перевел на него тяжелый взгляд: — Из-за своего остроумия, кок, ты сам однажды отправишься на корм рыбам. Санджи прищурился: — Это ты мне так угрожаешь, голова-трава? — Нет, просто моя Воля наблюдения настолько сильна, что позволяет мне видеть ближайшее будущее, — огрызнулся маримо, уходя в подсобку за очередным мешком с капустой. Санджи облокотился на столешницу и уточнил: — А что говорит твоя Воля насчет того, что я оторву тебе голову и спрячу ее тут, — Санджи кивнул на методично выстроенные пирамидой зеленые кочаны. — Ни по форме, ни по содержанию — никакой разницы. Возвращающийся из кладовки Зоро перехватил поудобнее мешок на плече, наклонился к ящику с яблоками и внезапно со всей силы швырнул одно из них в Санджи. Тот едва успел поймать его прямо у лица. — Что за дела, кочерыжка? — Кочерыжка у тебя в штанах, придурок. Санджи собирался ответить ему в тон, но тут тоненько звякнул колокольчик над дверью, и в лавку зашел первый посетитель. Точнее, посетительница; Санджи не глядя положил яблоко на столешницу и расплылся в улыбке. Маленькая хрупкая девушка оглянулась по сторонам, увидела Санджи и ойкнула. — А где… Где мисс Розетта? — спросила она, прижимая к себе плетеную корзинку, словно щит. Санджи вышел из-за прилавка и приблизился к девушке, она отступила на шаг, почти упираясь в дверь. — Милая моя госпожа, у мисс Розетты сегодня выходной, и она оставила все на меня. Могу ли я заменить ее для вас? — Санджи прижал руку к сердцу. — Только скажите, и я весь к вашим услугам! — Я пришла купить… Я пришла за овощами к обеду, а мисс Розетта обычно советует мне, что лучше положить в суп, — девушка робко улыбнулась. — Я не очень хорошо умею готовить, только учусь. Над головой Санджи словно запели ангелы. Вся будущая жизнь калейдоскопом промелькнула у него перед мысленным взором: вот он нежно берет под локоток эту прелестную леди и приглашает ее на урок кулинарии; вот они, извозившись в муке, учатся делать печенье, и он, набравшись смелости, проводит по ее нежной щеке, чтобы смахнуть сахарную пудру, она робко тупит глаза и краснеет; вот они сидят в кофейне, тут же, у мисс Марианны, и его возлюбленная признается, что его торты все равно самые вкусные… — Эй, кок. Насмешливый оклик бесцеремонно вырвал его из мира сладких грез. Санджи обнаружил, что стоит на коленях перед перепуганной девушкой и держит ее за руку, которую та безуспешно пытается вырвать. Губу что-то пощекотало: Санджи провел рукой под носом, опустил глаза и увидел кровь на пальцах. Он вздохнул и поднялся на ноги, отпустив хрупкую девичью ладошку. — Извините меня, мисс, просто перед вашим очарованием так сложно устоять… Я, конечно, не мисс Розетта, но тоже кое-что понимаю в супах. Что бы вы хотели съесть сегодня на обед? Девушка отмерла, поглядела на Санджи, тоже вздохнула и, запустив руку в кармашек на платье, достала оттуда белый платок. — Вот, держите, — она протянула его Санджи. Тот тщательно вытер у себя под носом, потом посмотрел на платок и решил оставить его себе: обычно ему неплохо удавалось отстирывать кровь. — Спасибо, — сказал Санджи. Он вернулся за прилавок и попросил: — Расскажите мне про обед. Вы будете одна или у вас намечается большое мероприятие? Есть ли у кого-то предпочтения в еде или аллергии? — он с внезапно вспыхнувшей тоской вспомнил про то, как еще две недели назад планировал меню для команды. Девушка задумалась и рассеянно приложила пальчик к губам. — Ну, по выходным у нас в доме собирается вся семья, а еще приходят гости… *** — Эй, маримо, помоги-ка мисс Джульетте отнести продукты домой, — в итоге мисс закупилась на неделю вперед, и ей явно требовался провожатый. — Только побыстрее, а то у нас уже очередь. Ярмарка только открылась, а в лавке набралась толпа народу. С таким оборотом сестрицы явно не бедствовали. Зоро коротко кивнул и, взвалив на себя два огромных мешка, вышел на улицу. Мисс Джульетта потянулась за ним, словно зачарованная, и Санджи ревниво фыркнул: вот еще фокус — громила несет мешок размером с человека. Посмотрела бы она, как он делает фламбе для мороженого или ходит по воздуху. Впрочем, его неслучившаяся возлюбленная только что ушла навсегда, а теперь его внимания требовала крошечная старушка, которая хотела немедленно получить самые спелые персики. Через пару часов поток посетителей спал, и Санджи отлучился, чтобы заняться их собственным обедом — это тоже входило как в его обязанности, так и в плату, сестры обожали его стряпню. За десертом хозяйки мило щебетали с ним о новостях в городе, Санджи уже приняли за своего и щедро делились сплетнями. Зоро больше помалкивал, изображая недалекого, но послушного пятиюродного брата, как его представил Санджи. В полдень, когда из-за жары наступала своего рода сиеста и большей популярностью пользовались продавцы мороженого, а не арбузов, хозяйки предложили им прогуляться часок, выдали половину дневного заработка, и Санджи с Зоро пошли смотреть, что происходит на ярмарке. На ярмарке происходило все. Санджи бывал в городах и побогаче, где на праздниках устраивали самые невероятные шоу, где дорогое вино лилось рекой и подавали редкие, изысканные блюда. Здесь же фантазия и бюджет города ограничивались фокусами с распиливанием ассистентки, а на обещанные фейерверки, наверное, заняли у соседей. Но Санджи почему-то нравилось все, что он видел: и развешанные гирлянды из бумажных цветов, и уютные шатры с едой, и лотки, на которых продавалась всякая дребедень. Он так засмотрелся на весь этот антураж, что чуть не сбил с ног прелестную горожанку. Она ойкнула и споткнулась, но Санджи успел поймать ее за локоть. Девушка не упала, но повисла на Санджи, обхватив его за плечи. — Ох, мисс, простите, — поспешил извиниться Санджи, мисс подняла на него глаза, и Санджи пропал. Он что-то говорил, она отвечала, очаровательно смущаясь, и Санджи потерял ощущение времени, а от ее серебристого смеха из памяти вылетело даже собственное имя. В себя его привел грубый хлопок по плечу. — Эй, кок, — Санджи нехотя оторвал взгляд от прекрасного зрелища и обернулся. Ангельские хоралы, которые все это время звучали в его голове, оборвались на визгливой ноте: хмурый маримо, про которого он благополучно забыл, неласково смотрел на него из-под своей шляпы, скрестив руки на груди. — Ты чем тут занимаешься? Я тебя уже везде обыскался. — Ты, обыскался? — Санджи полностью к нему повернулся и насмешливо вскинул бровь. — Не шути так, а то я живот надорву. Ты даже свой хер поссать не найдешь … — Санджи осекся и обернулся к своей собеседнице — та выглядела разочарованной и, махнув рукой, покинула его навсегда. Санджи потянулся было за ней вслед, но рука на плече снова его остановила: — Эро-кок, ты бы карманы проверил, — посоветовал Зоро. Санджи хотел возмутиться, но вместо этого молча сунул руку в правый карман брюк, где хранил свои невеликие деньги. Сердце у него упало: карман оказался пуст. В голове у него пронеслось полуосознанное ощущение, как теплая женская ладошка невзначай скользнула у него по бедру, но он отвлекся на улыбку и яркие глаза и потому ничего не заметил. Санджи от души выругался. Хорошо еще, что они с Зоро с самого начала разделили деньги пополам. — Будем догонять? — с полувопросительной интонацией произнес Зоро. Санджи махнул рукой: — Да как тут ее найдем. Полно закоулков, ее уже и след простыл, — он чувствовал себя виноватым. — Плохо, конечно, но ведь у нас осталась еще и твоя половина. Видно, придется поэкономить. В ответ Зоро неопределенно хмыкнул и кинул что-то Санджи, который машинально поймал предмет и взглянул: он сжимал в руке пачку с местной маркой сигарет. Санджи растеряно приоткрыл рот и поднял глаза на Зоро — тот невозмутимо смотрел на него в ответ. — Эй, слушай, я… — Санджи откашлялся и замолчал. — Мы уже можем идти дальше? — с нажимом спросил Зоро. — Да, конечно, — очнулся Санджи. Но прежде чем сдвинуться с места, он нетерпеливо сорвал с пачки обертку и вытащил сигарету, зажигалка нашлась в кармане брюк. Санджи жадно закурил. После вынужденного никотинового голодания его накрыло эйфорией, словно отдачей, и вскоре Санджи поймал себя на мысли, что испытывает к Зоро фанатичную, почти болезненную благодарность. Тянуло сделать что-то непоправимое, например, сказать «спасибо». К счастью, Зоро удержал его от необдуманных поступков. Как только Зоро убедился, что Санджи и сигареты слились в экстазе, он развернулся и пошел сквозь праздно гуляющую толпу, и Санджи поспешил за ним. На ходу он спросил: — Мы идем в какое-то определенное место? Зоро пожал плечами: — Нет, выбирай сам. Санджи задумался. В голову сходу ничего не приходило, и он предложил: — Давай просто погуляем. У нас еще полно времени. Зоро кивнул, и они, пройдя площадь до конца, свернули в сторону от основной торговой артерии. До Санджи доносились аппетитные запахи, и они будили в нем любопытство. Краем глаза он заметил, что Зоро тоже принюхивается, и усмехнулся. Все-таки хорошо, что ему тогда пришлось возвращаться за маримо, а не за их капитаном: в попытке накормить Луффи досыта проще было бы сразу сдаться Дозору. По периметру площади в линию стояли шатры, к которым традиционно выстраивалась самая большая очередь. Там готовили еду. Не ресторанную, конечно, но такие места всегда пользовались большим спросом. Они подошли к началу ряда и замедлили шаг; у каждого шатра Санджи внимательно рассматривал меню, написанное от руки, Зоро с интересом глядел на то, как повара готовили на открытом огне, превращая процесс в маленькое шоу. Благодарные зрители встречали бурными овациями особо ловкие движения глубокой сковороды, когда ее содержимое подлетало почти к потолку, или же когда нож в руках мастера мелькал настолько быстро, что почти расплывался в глазах. Санджи не интересовали эти маленькие фокусы. Он долистал очередной буклет и разочарованно вздохнул. Все было банально и скучно. Иногда в таких местах ему попадались свежие решения известных рецептов или любопытные экземпляры из местной кухни. Но сегодня ему, кажется, придется уйти с пустыми руками. Ну что ж, повезет в следующий раз. Санджи окинул взглядом следующие шатры и уже хотел предложить Зоро менять маршрут, как вдруг увидел нечто, что немедленно привлекло его внимание.  — О, — коротко сказал он и устремился к очереди, облепившей соседнюю лавку. — Извините, простите, — Санджи аккуратно потеснил людей у прилавка и встал к самой витрине. Он оглянулся: Зоро стоял прямо у него за плечом, почти прижимаясь из-за давки. Санджи кивнул на витрину, где на подносах стояли готовые блюда:  — Это крок-мадам*. На самом деле, это первое, чему меня научил Зефф, прежде чем взялся всерьез за мое обучение. Я постоянно пытался приготовить что-то несъедобное и угостить этим Зеффа, но только переводил продукты, а потом выпрашивал у него еду. В конце концов ему это надоело, и он показал как сделать самый простой горячий бутерброд, но так, чтобы это было вкусно и сытно. Зоро угукнул. Потом помолчал и заметил: — Ты никогда такого не делал нам. Почему? Санджи пожал плечами: — Не знаю. У всех в команде разные вкусы, но я думаю, что вряд ли кому-то бы это сильно понравилось. Я не имею в виду, что это невкусно, но… слишком просто. — Простое бывает сложным, — не согласился Зоро, и Санджи усмехнулся. — Луффи, конечно, все равно что есть, если это не мясо, но мне бы понравилось. Санджи резко повернул голову и взглянул на Зоро. Край его широкополой шляпы почти врезался Санджи в лоб, но он этого не заметил; он пристально глядел в глаза Зоро — он ждал найти там насмешку. Зоро не шутил и не лукавил. Санджи подумалось, что — да, почему бы и нет, горячие бутерброды могли бы прийтись по вкусу такому невзыскательному человеку, как их мечник. — Хорошо, — медленно сказал Санджи. — Я буду иметь в виду. Потом он повернулся обратно и принялся сосредоточенно проталкиваться через толпу к взмыленному продавцу. К счастью, пара крок-мадам обошлась им в сущие пустяки, да и приготовили быстро. Через десять минут Санджи вышел из очереди, держа над головой руки, занятые тарелками. Он поискал взглядом Зоро: тот подпирал стену напротив, сложив руки на груди, тень от шляпы полностью скрывала его лицо. Санджи показал глазами в переулок между шатрами, где было пусто. Санджи впился зубами в бутерброд и прикрыл глаза. Он не врал, когда говорил, что это слишком простое блюдо, чтобы угощать им кого-то. Иногда он готовил что-то на скорую руку, когда поджимало время или не хватало ингредиентов, но крок-мадам в его голове стояло особняком. Самое первое, чему научил его Зефф, самое сложное, потому что не получилось с первого раза, и вкус ошибки еще долго стоял у него во рту. Но когда он показал Зеффу идеально круглую «шапочку» из яйца, и Зефф ему одобрительно улыбнулся — Санджи почувствовал себя всемогущим. Сделать на завтрак крок-мадам будто обычную гранолу или омлет с помидорами… Не так много у него хороших воспоминаний из детства. Зоро сосредоточенно дожевывал свою порцию. — Вкусно, — сообщил он вслух. — Согласен, — улыбнулся Санджи. — Кстати, это напомнило мне… Мы вернемся на корабль, и я приготовлю петуха в вине — ты язык проглотишь, маримо, обещаю, — это обещание так естественно соскользнуло у него с языка, что он и сам удивился. — Впрочем, сейчас нам пора идти обратно в лавку. Зоро кивнул, и они двинулись к площади. Шагающему Санджи вдруг подумалось, что очень легко представить, будто эта ярмарка — обычная запланированная остановка на пути к очередному пункту их путешествия. Тем временем их прекрасные леди ходят по магазинам, чтобы вечером порадовать взор новыми облегающими нарядами, а хохочущий Луффи наверняка вот-вот выскочит навстречу из-за угла и хлопнет по плечу ладонью, измазанной в жирном соке от мяса. Усопп с Чоппером с восторгом пялятся на механизмы непонятного назначения, Брук… Брук ищет приключений на свою костлявую задницу, Фрэнки тоже занят чем-нибудь полезным. И Санджи не просто гуляет — он пробует новые блюда и выспрашивает рецепты или покупает продукты впрок, если ему что-то приглянется. Странно только, что в этот раз у него необычная компания… Санджи отвлекся от своих фантазий, искоса посмотрел на своего спутника и смешался, поймав ответный взгляд. Зоро вскинул бровь, Санджи пожал плечами и не стал объяснять. Вместо этого он спросил: — Ты хочешь зайти куда-то? В какую-нибудь лавку или куда ты обычно ходишь. К кузнецу? — Я очень хочу зайти к кузнецу и в лавку, я не полировал мечи почти две недели, и при взгляде на них у меня все чешется, будто я не мылся все это время, — признался Зоро. Санджи сначала опешил от такой откровенности, а потом расхохотался. Зоро тоже улыбнулся, глядя на него. Отсмеявшись, Санджи спросил: — Так что же тебе мешает? — Если кузнец понимает в своем деле, то заявиться к нему с моими мечами — все равно что прийти сразу вместе с розыскной листовкой. — Они, конечно, приметные, — с сомнением протянул Санджи, — но не настолько, чтобы сразу узнать человека по ним. — Именно настолько, — спокойно ответил Зоро. Санджи недоверчиво нахмурился. — Да, кок. Мейто в мире не так много. Те, кто интересуется ими, могут рассказать тебе историю каждого и поименно перечислить всех владельцев, вплоть до нынешнего. Обычный кузнец как минимум отметит качество литья и запомнит узор рукоятки, оплетку, форму гарды. Если носишь у пояса легендарный меч, то не останешься неузнанным. — Хм, об этом я не задумывался, — признался Санджи. А потом подумал вслух: — Должно быть слегка жутковато владеть оружием, которое раньше принадлежало другому человеку и, скорее всего, уже мертвому. Тебя это не пугает? — с любопытством спросил Санджи. — Мечи долговечнее людей, — пожал плечами Зоро. — Возможно, мои даже переживут меня, — он мельком глянул на Санджи и после паузы добавил, словно нехотя: — Я хотел бы, чтобы однажды я смог передать кому-нибудь Вадо Ичимонджи. Санджи внутренне замер, но не подал виду. Он не знал, как говорить на такие темы. Но в висках набатом стучала мысль, что это важно, и ему нельзя подвести. — Кому, например? — на пробу спросил Санджи и взглянул на Зоро. Тот, судя по виду, всерьез задумался над вопросом. Через пару секунд он ответил: — Не знаю. Мой учитель отдал мне катану, которая поколениями хранилась в их семье, потому что его дочь умерла, и я был единственным достойным наследником. Когда-то давно я думал, что естественный путь для любого мастера — в старости открыть свою школу и передавать знания ученикам, которые этого заслуживают… — А что изменилось? — осторожно уточнил Санджи. — Не все мастера доживают до старости, — пожал плечами Зоро. Он хотел что-то добавить, но в этот момент кто-то окликнул Санджи: — Эй, Моджи! Они оба обернулись. К ним бежал знакомый Санджи разносчик газет, Бруно. — Кто это? — вполголоса спросил Зоро и пониже надвинул шляпу. — Местный приятель, — тихо ответил Санджи. Бруно несся к нему со всех ног, но, заметив рядом с ним незнакомого человека, сбавил скорость. С настороженным любопытством поглядывая на Зоро, он подошел и снова поздоровался: — Привет, Моджи. — Привет, Бруно, — улыбнулся ему Санджи. — Как дела? — Отлично! Мы с ребятами уже успели обойти весь город, эта ярмарка в сто раз круче, чем прошлая. А еще приехала моя тетя Вайз, я тебе про нее рассказывал. Я и про тебя ей рассказал, и она страшно захотела познакомиться. Пойдем со мной, она ждет! — Бруно нетерпеливо поманил за собой. — Тетя Вайз?.. — Санджи растерялся. — Подожди, Бруно, какая тетя, зачем тетя? Мы сейчас с Зо…с братом идем по делам. Хотя… — он не смог удержаться и спросил на всякий случай. — Бруно, а тетя твоя красивая? — Очень! — Бруно на секунду задумался, а потом стал описывать: — Вот тут во, — он нарисовал в районе своей груди две огромные округлости, — глаза голубые, волосы светлые, длинные и вьются, — он руками показал как именно вьются волосы у его тетя. Потом добавил с небольшим сомнением: — Молодая. У Санджи загорелись глаза: — Бруно, а ты нас… — Так, хватит, — перебил его Зоро. Он резко схватил Санджи за запястье и потянул в сторону лавочки сестер. Санджи не сдвинулся с места и раздраженно вырвал руку: — Что за дела, кочерыжка? — Кочерыжка у тебя в штанах, придурок, и порой она заменяет тебе мозги, — Санджи показалось, что они сегодня уже вели похожий диалог; кажется, он становился традицией. Зоро злился, у него даже вена на лбу вздулась, но Санджи таким было не напугать. Он не собирался уступать. — Ты мне не мамочка, маримо, и не капитан, так что отвали. Я могу идти, куда захочу и когда захочу, — добавил он с вызовом. Зоро стиснул кулаки и прищурил глаза. Санджи неосознанно перетек в стойку, будто собирался драться. В воздухе повисло напряжение. Бруно растерянно сказал: — Моджи… Зоро видимым усилием воли расслабился, опустил руки и даже растянул губы в ухмылке. Санджи на мгновение недоверчиво замер, но потом тоже успокоился. Он повернулся к Бруно: — Эй, парень, не пугайся, мы не всерьез… Мальчик испуганно переводил взгляд с него на Зоро и обратно. Вокруг ходили люди, но в такой толпе оживленным днем никто никогда не обращает внимания на подобные сцены. Слова Санджи Бруно не убедили. Краем глаза Санджи увидел движение. — Извини, кок. Санджи только и успел, что повернуть голову и заметить, как Зоро коротко замахивается. Он услышал испуганный вскрик Бруно, виски обдало стылым холодом, и на Санджи обрушилась темнота. * моджи - японский десерт, мороженое в рисовом тесте * крок-мадам - французский бутерброд с сыром и ветчиной. Есть виды "месье" и "мадам" - последний отличает наличие "шляпки" из жареного яйца.