21 глава
12 апреля 2021 г., 12:50
Рано или поздно люди задаются вопросом: есть ли жизнь после смерти? Для всего человечества это тайна вселенского масштаба, покрытая мраком, разгадать которую большинству просто не под силу, но есть одна небольшая категория людей, знающих ответ на такой, безусловно, сложный вопрос. Конечно же, я говорю об охотниках на нечисть. Хотя, далеко не все охотники осведомлены о подобных вещах, лишь только самые опытные, которым пришлось столкнуться лицом к лицу с самой смертью, а затем обмануть ее, восстав из мертвых. Так что, благодаря Дину и Сэму Винчестерам я могу с уверенностью сказать, что жизни после смерти не существует, то есть человек не перерождается, ему не дается второго шанса. Душа человека попадает либо в Рай, или на Небеса, либо в самое пекло, в Ад. По иронии судьбы, все предельно просто.
Вот только, проблема в том, что у меня совершенно нет желания идти по стопам братьев Винчестеров. Я не хочу знать, как выглядит Ад или Рай и каково там находиться, единственное, о чем я по-настоящему мечтаю, — это как бы остаться здесь, дома, на Земле.
Но смертельный яд, медленно разливающийся по всему телу и отравляющий организм, практически лишает меня даже призрачной надежды на спасение. Хотя, как только ведьма ввела мне эту ядерную смесь, я правда верила, что у меня есть шансы выжить, но сейчас, спустя минут двадцать, я чувствую, как яд стремительно действует, принося адскую боль, так что весь мой оптимизм потихоньку исчезает, уступая место глубокому отчаянию. Черт, я даже не могу нормально пошевелиться, поскольку до сих пор привязана к стулу!
Тихий, болезненный стон неосознанно слетает с губ, когда я предпринимаю очередную попытку сбросить с себя ненавистные веревки, сдавливающие грудь так, что тяжело дышать. Боже, теперь каждое движение приносит дискомфорт, тело ломает так, словно у меня сильный жар и высокая температура. Хотя, может, так и есть. К тому же, почти все суставы ног и рук ноют, такое ощущение, будто я из восемнадцатилетней девчонки постепенно превращаюсь в старую беспомощную женщину, которой недавно стукнуло лет шестьдесят. Честно, никакими словами не передать, насколько отвратительно и ужасно чувствовать, как жизненные силы медленно покидают тело, как нарастает боль во всех мышцах и костях, как подкрадывается, словно мышь, неминуемая гибель...
Нет, это выше моих сил. Хватит! Я должна перестать думать о зловонном дыхании смерти, ощущаемом в воздухе, иначе панической атаки не избежать, а этого мне, конечно, не надо. Но как отвлечься? Точно, рядом же сидит Хейл, может, разговор с ним поможет на время забыть о всей печальности моего положения? Хотя, кого я обманываю, собеседник из него никудышный, но попытаться явно стоит.
— Дерек, поговори со мной, — практически шепотом произношу, кидая умоляющий взгляд на мужчину. — Пожалуйста, мне нужно отвлечься.
— Хорошо, — быстро соглашается оборотень, дергаясь на стуле. — Но сначала я сделаю то, что нужно было сделать давно. Я разорву эти проклятые веревки!
— Не надо, ты только себе навредишь, — затея оборотня правда обречена на провал, о чем я и предупреждаю его. — Без обид, твой организм слишком слаб. Аконит не даст тебе даже когти выпустить. Так что, лучше дождаться Винчестеров, слышишь? Надеюсь, они скоро приедут.
Естественно, Хейл не слушает меня, он намерен осуществить то, что в данный момент практически невозможно воплотить в жизнь. Как он собирается разорвать такой толстый шнур, обмотанный вокруг его туловища? Упрямый идиот! Он и без того ранен, так еще собирается ухудшить свое положение. Гениально, просто гениально.
— Хватит, Дерек, ты лишь себе хуже делаешь! — выкрикиваю, наблюдая за тем, как мужчина изо всех сил старается высвободиться из оков, вследствие чего рана на его груди начинает сильнее кровоточить. — Может, я уже не выживу, но ты... Ты должен выйти отсюда живым. Просто перестань мучить себя, Хейл.
— Нет, это ты перестань говорить такую чушь, Стилиниски, — отвечает Дерек, я вижу, что он напряжен до кончиков пальцев. — Мы что-нибудь придумаем, поняла? Ты не умрешь. Я не позволю этому случиться.
В подтверждение своих слов, Хейл, приложив максимум усилий, выпускает на правой руке острые коричневатые когти, чем несказанно удивляет меня. Как ему удалось? Волчий аконит — мощное оружие против оборотней, собственно, как и серебро. Чисто теоретически, большая концентрация аконита в воздухе может убить не только вервольфа, но и даже обычного человека, а вот средняя доза напрочь лишает сверхъестественное существо сил.
— Как ты это сделал? — выпаливаю я, не веря собственным глазам. — Или у меня что, уже начались галлюцинации?
— Если сильно захотеть, то многое становится возможным, Нелли, — мужчина тяжело дышит, почти задыхаясь, видимо, ему правда трудно сопротивляться действию аконита.
Но он делает это. Дерек Хейл борется за нас обоих, превозмогая боль. Он больше не может сидеть и ничего не делать, зная, что медлить нельзя, что счет идет на секунды. Благодаря своей железной силе воли и холодной стойкости, оборотень за несколько минут разрывает когтями веревку, сбрасывая ее с себя и сразу же подлетая ко мне. Мужчина явно взволнован, это видно по тому, как он дрожащими пальцами, на которых уже нет когтей, развязывает тугой узел моего шнура.
И, похоже, именно в этот момент до меня доходит факт того, что за сегодняшний сумасшедший день мое отношение к Дереку изменилось, причем, в лучшую сторону. Отныне я не считаю его бесчувственной машиной для убийств. Оказывается, это абсолютно не так, Хейл-младший не кровожадный убийца и у него есть чувства, как и любого человека, просто он их скрывает за каменной маской брутального, вечно хмурого альфа-самца.
— Прости, — виновато поджимает губы оборотень, полностью освобождая меня из плена. — Если бы я раньше выбрался, тогда бы с тобой ничего не случилось. Мне правда жаль, Нелли.
— Не надо, Дерек, ты не виноват, — уверяю я, наконец, вздыхая полной грудью. — Себастьян бы в любом случае добился своего. Мы вдвоем против его стаи? Тут и гадалкой можно не быть, чтобы понять — это заранее проигранный бой.
Святые угодники, как же хочется поскорее встать и размять мышцы, ноющие то ли от долгого сидения, то ли от действия яда, а может, и от всего сразу. Именно поэтому я, не медля ни секунды, резко поднимаюсь со стула, о чем сразу же жалею: ноги совершенно не слушаются, из-за чего следует неминуемое падение. К счастью, Дерек реагирует молниеносно, не давая мне встретиться носом с полом и позволяя упасть к нему в руки. Хейл сам осторожно опускается и садится на холодный пол, увлекая меня за собой и прижимая ближе к себе. Я практически лежу на нем, утыкаясь носом ему в грудь, на которой красуются кровоточащие следы от когтей вампирши, ранившей оборотня. Нет, так не пойдет, мы должны идти за помощью, раз смогли выбраться.
— Нужно уходить, Хмуроволк, — шепчу, ощущая себя донельзя комфортно в теплых объятиях мужчины. — Нам обоим нужна помощь.
— Подмога уже здесь, — произносит Дерек, дотрагиваясь большим пальцем правой руки до моей шеи, точнее, до места, где побывала игла. — Я слышу шум мотора, значит, Винчестеры приехали.
— Отлично, — внезапный прилив радости и облегчения накрывает меня с головой.
Однако, эти позитивные эмоции быстро заглушает острая боль, пронзившая грудную клетку. Чтобы не закричать, я стискиваю зубы, до крови прикусывая язык, зажмуриваюсь как можно сильнее и мертвой хваткой вцепляюсь холодными пальцами в руку Дерека, оставляя следы от ногтей в виде полумесяцев на его коже. Но Хейл стойко терпит, не говоря мне ни слова, он лишь крепче прижимает к себе. Я вижу, что оборотень пытается забрать мою боль, но ничего не выходит, поскольку волчий аконит, которым надышался Дерек, блокирует данную способность мужчины. И я рада этому, потому что не хочу, чтобы он страдал из-за меня.
Вспышки боли настолько ослепляют меня, что я не сразу замечаю, как открывается тяжелая дверь гаража, как яркий свет озаряет помещение, как на пороге появляются высокие силуэты Дина и Сэма. Они оба, словно статуи, застывают на месте, по их вытянувшимся лицам можно прочитать две смешанные гаммы чувств: страх и волнение.
На удивление, помимо Винчестеров, в гараж влетают еще две запыхавшиеся фигуры — папа и Стайлз.
— Нелли! — выкрикивает старший брат, за долю секунды оказываясь рядом со мной и Хейлом. — Как ты? Что случилось? — Стайлз осматривает меня на наличие видимых повреждений и хмурится, когда замечает кровь на моем затылке. — А ты, Дерек... Боже, кто тебя так покалечил?
Ох, в этом весь Стайлз, когда он сильно нервничает, то начинает без перерыва болтать, засыпая огромной кучей вопросов. Я бы с удовольствием на них ответила, вот только говорить уже нет сил, хочется просто скулить и выть от тех страданий, которые причиняет яд, разливающийся по венам.
— Нелли отравили, — отвечает за меня Дерек, и я кожей чувствую, как эта новость шокирует всех. — Себастьян сказал, что противоядия не существует.
Тут же раздается невероятно громкий звук падающих на пол железных инструментов. Повернув голову, понимаю, что это дело рук Дина, он от удушающей злости опрокидывает коробку с различными гаечными ключами.
— Сукин сын, я убью его! — чуть ли не рычит Винчестер-старший, сжимая ладони в кулаки.
— Успокойся, Дин, — протяжно вздыхая, Сэм кладет руку на плечо брату, чтобы утихомирить его взрывную натуру. — Мы прикончим Себастьяна, но сначала нужно помочь Нелли и Дереку.
— Держись, малыш, — тон Дина смягчается, он опускается на колени, убирая с моего лица мешающуюся прядь волос.
От невесомых прикосновений Винчестера-старшего невольно прикрываю глаза, но тут же распахиваю их, когда Дин осторожно, без лишних резких движений, словно фарфоровую куклу, поднимает меня, вырывая из объятий Дерека. Одну руку охотник кладет мне на спину, а другой подхватывает под колени, унося из помещения. Следом за нами выходят Сэм, мой отец, находящийся в полнейшем шоке, а цепочку замыкают Стайлз и Дерек, причем, гиперактивный парень помогает оборотню идти, обхватив его за поясницу и тем самым поддерживая. Мы все направляемся к машинам: Винчестеры и я держим курс к Шевроле Импале, а остальные — к синему джипу Стайлза.
— Куда мы поедем? — тихо спрашиваю, ближе прижимаясь к груди Дина и вдыхая потрясающий аромат его одеколона.
— М-может, к Алану Дитону? Он же шаман, да? — дрожащим голосом предлагает отец, обеспокоенно смотря на меня. — Вдруг он знает, как спасти мою дочь? Нужно срочно ехать к нему!
— Пап, он друид, — поправляет шерифа Стайлз, при этом помогая Дереку сесть на переднее сиденье джипа. — И да, согласен, он может помочь нам.
Кажется, только я и Винчестеры не понимаем, о ком идет речь, но никто из нас не задает лишних вопросов, ведь времени на них нет. Сэм молча открывает заднюю дверцу Импалы, а Дин аккуратно отпускает меня, поддерживая за руку, чтобы я без проблем села в машину. Винчестер-старший пристегивает мне ремень безопасности, после чего быстрым шагом идет к своему водительскому месту, садясь за руль и сразу же заводя любимый автомобиль.
— Следуйте за нами! — громко произносит Стайлз, он высовывает голову из окна джипа, чтобы мы хорошо услышали его, без промедлений выезжая на дорогу.
Дин, сосредоточенный и непривычно серьезный, прислушивается к совету моего братца, до побеления костяшек пальцев стискивая руль черной машины, в то время, как Сэм кусает ногти на руках, отрешенно наблюдая за проносящимися за окном деревьями.
— Как ты себя чувствуешь, Нелли? — не выдерживает Старший Винчестер, он то и дело кидает на меня, точнее, на мое отражение в зеркале заднего вида, встревоженные взгляды, отвлекаясь от дороги.
— Отстойно, — без капли лжи отвечаю, прикусывая нижнюю губу. — После того, как ведьма ввела мне эту отраву, в начале все было нормально, но потом... Это как приступы. Иногда боль утихает, а потом резко возвращается, как бы сжимая внутренние органы.
— Ведьма? — удивляется Сэм, поворачиваясь ко мне. — Откуда она там взялась?
— У этого ублюдка есть в стае даже ведьма, Сэмми, — горестно усмехаюсь, хотя, если честно, больше хочется плакать.
— Я разнесу всю стаю Себастьяна и его самого к чертям собачьим, — сквозь зубы процеживает Дин, его гневу нет предела. — Они на своей шкуре узнают, какого это, переходить дорогу Винчестерам.
Безусловно, нет никаких сомнений в том, что Винчестер-старший исполнит все свои угрозы, учитывая его волевой характер и пылкий нрав. Вот только, я бы тоже хотела надрать зад мстительному оборотню и его подружке-ведьмочке за те мучения, на которые они обрекли меня. Получится ли у меня воплотить это желание в реальность? Время покажет. К слову, времени с каждой секундой остается катастрофически мало. И я не могу ничего предпринять, от собственного бессилия хочется кричать, срывая голос до хрипоты. К сожалению, теперь моя жизнь полностью зависит от окружающих меня людей. Именно сейчас тяжелый груз ответственности лежит на плечах Дина и Сэма.
У них нет права на ошибку.
***
Шевроле Импала 1967-ого года практически летит по ровной пустой дороге американского города Бейкон Хиллс, что подтверждает стрелка спидометра, показывающая почти восемьдесят миль в час. Впереди с такой же бешеной скоростью несется массивный синий джип, оставляя за собой пыльную дорожку. Сэм всю поездку удивляется тому, как эта груда металла, принадлежащая курносому пареньку Стайлзу, выдерживает испытание в виде подобной лихой езды в то время, когда джип, по идее, должен находиться на машинной свалке. Собственно, такие мысли проскальзывают и в голове Дина, но больше всего охотника волнует то, что на заднем сиденье его машины находится на грани жизни и смерти дорогая ему девушка. Липкий, тягучий страх за дальнейшую судьбу Нелли полностью охватывает обоих Винчестеров, муки совести гложат, душат братьев настолько сильно, что они готовы провалиться сквозь землю. Это их вина. И проблема в том, что ни Дин, ни Сэм не знают, как облегчить страдания Стилиниски-младшей. Каштановолосая охотница, прикрыв темно-карие глаза и сжав искусанные до крови губы в тонкую полоску, молча терпит пытку, хотя, иногда с ее уст срываются тяжелые вздохи и стоны, как бы она не пыталась их сдержать. От такой картины сердце Винчестера-старшего болезненно сжимается, отдавая тяжестью в груди. Дин до безумия хочет спасти Нелли, ему невыносимо видеть, как близкий человек страдает, мучается из-за него. Но он не может помочь. Никто из них не может. Что могут сделать два человека, пускай и два охотника на нечисть, против действия смертельно опасного яда? Здесь нужен тот, кто разбирается в подобных вещах. Именно к нему, к местному друиду, они и едут, не обращая внимания на ограничения по скорости и правила дорожного движения. — Малыш, как ты там? — в очередной раз обеспокоенно спрашивает Дин, но со стороны девушки нет никакой реакции. — Нелли? — и вновь в ответ звенящая тишина. — Сэм, почему она молчит? Только не говори, что... — Очнись, Нелли! — довольно громко прикрикивает Винчестер-младший, обернувшись, он видит, что охотница резко открывает глаза, вздрагивая всем телом. — Чего вы так орете, а? — недовольно сопит Стилиниски, сдвигая густые брови к переносице. — Черт, я что, вырубилась? — Не пугай нас так больше, — облегченно вздыхая, произносит Сэм в то время, когда его брат тоже на мгновение расслабляется, услышав голос девушки. — Как твое самочувствие? — Пока хуже не становится, но и лучше тоже нет, — поморщившись от неприятных ощущений, Нелли устремляет пустой взгляд в окошко, по ту сторону которого стремительно проносятся голые деревья. — Состояние стабильно хреновое, я бы так сказала. Вот надо же было так влипнуть, причем, в собственный день рождения! Боже, я просто победитель по жизни... Последние слова девушки, произнесенные с явной горечью и печалью, побуждают Дина сильнее вдавить педаль газа в резиновый коврик машины, из-за чего рев мотора теперь слышится отчетливее, пугая сидящих на ветках деревьев птиц. Единственное, о чем в данный момент думает Старший Винчестер, — это лишь бы успеть. У них нет такой роскоши, как время, каждая минута на счету, ведь на кону стоит жизнь человека. Позволишь себе дать слабину, расслабиться на миг — и станет слишком поздно. К счастью, дорога не занимает много времени, чему Винчестеры приятно удивлены. Правда, когда джип Стайлза останавливается около небольшого здания, именуемого ветеринарной клиникой, у Дина и Сэма возникает целый ряд вопросов. Многозначительно переглянувшись между собой, братья как по команде тяжело вздыхают, но выходят из автомобиля, намереваясь узнать, что они здесь забыли. — Какого черта? — не выдерживает Дин, наблюдая за тем, как Стайлз неуклюже вылезает из джипа, а вместе с ним его отец и Дерек. — Ветеринарная клиника? Я думал, мы приехали за реальной помощью! — Эта клиника не так проста, как кажется на первый взгляд, — сурово отвечает шериф Стилиниски. — А чего ты ожидал, Винчестер? Пентхауса? — не удержавшись от саркастичной реплики, Стайлз закатывает глаза и цокает языком. — Хватит возмущаться! Лучше помоги Нелли, может, хоть какая-то польза от тебя будет. От такой грубости Дин даже теряет дар речи, но, мотнув головой, быстро приходит в себя, ему чертовски хочется бросить в адрес молодого парня парочку крепких ругательств. Конечно, из разумных соображений охотник решает промолчать, иначе шериф пристрелит его прямо здесь и сейчас. К тому же, Винчестер-старший замечает, как Нелли сама вылезает из машины, хлопая дверцей, поэтому он тут же бросается к ней, собираясь протянуть руку помощи. — Я сама могу дойти, Дин, — не без упрека в голосе отвечает Нелли, разгадав намерения мужчины. — Не надо, правда. Тем не менее, когда охотница самостоятельно делает шаг вперед, в сторону входной двери клиники, в ее глазах резко темнеет, вследствие чего она запинается, и если бы не Винчестер, то Стилиниски повстречалась бы носом с асфальтом. — Не надо, говоришь? — слетает с уст Дина, когда он снова берет девушку на руки, поражаясь тому, насколько она легкая. — Слушай, малыш, ты чего такая худая? Я буду откармливать тебя бургерами и картошкой фри, больше никаких салатов. Не отвертишься! — Лучше сначала спаси меня, пожалуйста, — не без вымученной улыбки шепчет Нелли, ей льстит забота и внимание Дина. — Конечно, я сделаю все, что есть в моих силах, — твердо произносит Винчестер-старший, и с этими словами он подходит к двери лечебницы, которую перед ним любезно открывает Сэм. На пороге, точнее, в небольшом холле их сразу же встречает чернокожий мужчина среднего роста в белом халате, он внимательным взором оглядывает прибывшую компанию, уже понимая, что ему придется отложить дела, связанные с его работой ветеринара, и приступить к роли друида. — Здравствуй, Алан, — здоровается шериф, его взгляд выражает немую мольбу. — Прости, что отвлекаем от работы, но... — Нам нужна твоя помощь, Дитон! — перебивая отца, выпаливает Стайлз, который считает, что на любезности и формальности у них нет времени. — Мы без тебя не справимся. У нас целых две проблемы! — Я вижу, Стайлз, что у двоих из вас дела плохи, — отвечает Алан, смотря то на истекающего кровью Дерека, то на бледную Нелли. — Проходите в процедурный кабинет, — ветеринар показывает рукой, куда нужно идти. — И да, не забудьте перевернуть табличку на двери, чтобы со стороны улицы была надпись «закрыто». Думаю, мы здесь надолго. Сэм выполняет просьбу друида, после чего присоединяется ко всем остальным, проходя в ветеринарный кабинет, где обычно Алан лечит различных животных. Посреди помещения находится довольно больших размеров железный стол, по углам расставлены стеллажи с выдвижными шкафчиками, служащими для хранения разнообразных медицинских инструментов и лекарств. В общем и целом, комната чистая и стерильная, как раз подходит для безопасного лечения братьев наших меньших. Но сегодня у Дитона в качестве пациентов выступают не больные животные, а люди, и если быть точнее, то оборотень и охотница. Впрочем, Алан давно привык к подобным визитам с тех пор, как Скотт Макколл стал оборотнем и вся его компания ввязалась в сверхъестественную заварушку. Друид молча наблюдает за тем, как Дин максимально аккуратно кладет Нелли на стол, стараясь не причинять девушке новой порции боли. Дерек же, не отрывая взгляда от охотницы, садится на стул, пока в это время Сэм, Стайлз и шериф Стилиниски располагаются вокруг стола. — Друзья, для начала расскажите, что произошло, — Дитон просит ввести его в курс дела, надевая белые медицинские перчатки. — Что случилось с девушкой и Дереком? — Их обоих отравили, — без промедлений отвечает Стайлз, он чувствует, как страх за сестру растет с каждой секундой. — Как сказал мне Дерек, на них напали в лесу, его ранил Алый вампир, Нелли вырубили, а после... — юноша на мгновение замирает, зная, что если он продолжит фразу, то Винчестеры узнают их маленький секрет. — В общем, Дерек надышался аконитом, Нелли вкололи смертельно опасный яд. Дитон, пожалуйста, скажи, что сможешь спасти мою сестру! Ну, и заодно Дерека, хотя, эта хмурая морда и так выживет, я уверен. Алан не успевает и слова вставить, как в разговор встревает Винчестер-старший, голос которого подобен звону стали: — Аконит? — всего лишь одно слово, но Дин сразу понимает его посыл. — С чего бы Себастьяну отравлять Хейла аконитом? На ум приходит только один вариант. — Божечки, да, он оборотень, какое открытие! И что с того? Пристрелишь его прямо здесь и сейчас за то, что он просто существует? — поток неконтролируемого возмущения вырывается изо рта Стайлза, когда он понимает, что тайна раскрыта. — Я знаю, что вы охотники, что у вас в крови заложено мочить таких, как Дерек, но давайте держать себя в руках, о'кей? Если вы забыли, напоминаю: у нас есть проблемы посерьезнее! — Мой сын прав, — кивает головой Джон, не сводя глаз с дочери. — Забудьте про вражду. Дин, недовольный и рассерженный, порывается сказать пару ласковых о том, что ему абсолютно не нравится, как с ним разговаривает Стайлз, но Сэм, положив руку на плечо брату, одним взглядом умоляет его молчать. К слову, в отличие от Дина, Винчестер-младший не так сильно удивлен тому факту, что Дерек оказался оборотнем, ведь у Сэма давно были подозрения, которыми он не предпочитал делиться со старшим братцем. На самом деле, Сэм более чем уверен, что и остальные друзья Стайлза далеко не обычные люди. Но с этим Винчестеры разберутся позже, сейчас имеет значение лишь то, что их близкая подруга находится на грани жизни и смерти. — Что мы будем делать? — взяв под контроль бушующие эмоции, спрашивает Дин. — Как спасти Нелли? — Думаю, стоит начать с Дерека, с ним проще, — отвечает Алан, делая вид, что он не замечает негодующего взгляда охотника. — Чтобы как можно быстрее вывести из организма аконит, могу предложить ингалятор, — друид, достав из шкафчика прибор, передает его Хейлу. — В нем содержится концентрат их различных целебных трав, они так же помогут ускорить процесс регенерации. Но стоит обработать и зашить рану, Дерек, иначе может попасть инфекция. — Не надо, я исцелюсь, — уверенно произносит Хейл, поднося к губам ингалятор. — Лучше помоги Нелли. — Хорошо, я постараюсь, — ветеринар опускает взгляд на девушку, лежащую на столе. — Мне нужно узнать состав яда, чтобы приготовить антидот. — Его не существует, — с трудом шепчет Нелли, приоткрывая карие глаза и сразу же закрывая их от яркого света. — Себастьян сказал... — Мало ли, что этот чокнутый ублюдок сказал! — повышает голос Старший Винчестер, сжимая кулаки до побеления костяшек пальцев. — Что насчет самого яда, Нелли? Может, он что-то говорил про его название или состав? Нелли задумывается, пытается воспроизвести в голове произошедшие события, но Дерек опережает ее, отвечая: — Он ничего такого не говорил, — память оборотня никогда его не подводит, поэтому он на сто процентов уверен в своих словах. — Но я видел, что яд был... фиолетового цвета. — Этого недостаточно, — с толикой злости, не без упрека процеживает сквозь зубы Дин, хотя он и понимает, что Дерек тут ни при чем, его вины здесь нет. — Черт, и что теперь делать? — Значит, мне придется взять у Нелли кровь для анализа, — приходит к выводу Дитон, доставая шприц с острой иглой. Девушка, увидев в руках ветеринара медицинский инструмент, вздрагивает всем телом, в ее глазах появляются отчетливые нотки страха, но Нелли быстро успокаивается, когда чувствует, как рука Дина крепко сжимает ее ладонь, переплетая их пальцы. Винчестер догадывается о том, что у охотницы в связи с последними событиями могла появиться трипанофобия, то есть боязнь уколов, поэтому он хочет максимально поддержать Стилиниски. — Тише, малыш, — ласково шепчет Дин, большим пальцем поглаживая тыльную сторону ладони девушки. — Алан просто возьмет у тебя кровь, он не причинит тебе вреда, обещаю. В знак согласия на укол Нелли лишь слабо кивает головой, зажмуриваясь, чтобы не видеть, как Дитон ощупывает вену на ее правой руке, как вводит иглу под кожу. К счастью, процедура длится недолго, чему охотница искренне рада. Собственно, как и Стайлз, он с детства не переносит игл, так что парень еле сдерживает себя, чтобы не упасть в обморок. Вот, что им действительно сейчас не нужно, так это приводить в чувство еще и Стайлза. И он понимает это. Пока Алан занимается распознаванием состава яда, находящегося в крови Нелли, в помещении застывает тишина, прерываемая болезненными стонами охотницы. Дин не отпускает руку девушки, переживая за ее состояние настолько, что на его лбу давно выступили капли пота. Впрочем, не только Винчестера-старшего бросает то в жар, то в холод, здесь абсолютно все безумно нервничают. Лицо Джона бледно как белый лист бумаги, у Стайлза почти трясутся руки, Сэм постоянно кусает тонкие губы, а Дерек не показывает волнения внешне, но бешеный пульс говорит сам за себя. Все надеются на Алана. Вот только, когда чернокожий мужчина, закончив небольшое исследование, поворачивается к ним с разочарованным выражением лица, многие уже понимают, что хороших новостей ждать не стоит. — Что такое, Дитон? — не выдерживает шериф Стилиниски, в ожидании ответа он практически не сводит глаз с ветеринара. — Почему у тебя такой вид, будто ты не знаешь, как спасти мою дочь? — Дело в том, что... В общем, состав яда очень специфичный, по большей части в него входит аконит, что объясняет его фиолетовый цвет, — наконец, говорит Алан, которого все слушают с замиранием сердца. — Причем, доза аконита настолько огромная, что даже организм оборотня может не выдержать подобного испытания, — слова друида подобны пулям, летящим прямо в лоб. — И, как бы прискорбно это не звучало, но помимо аконита я обнаружил другие ядовитые растения, такие как белладонна и клещевина. К слову, они содержатся в меньших количествах, но факт остается фактом. Тот, кто приготовил яд, сильно хотел навредить Нелли. — Убить, Дитон, — поправляет ветеринара Стайлз, вздрагивая от собственных слов. — Себастьян хотел убить Нелли. И если мы что-то не сделаем прямо сейчас, то его мерзкий план может осуществиться! — Я не понял, вы можете приготовить противоядие? Если нет, то мы впустую тратим время, — довольно грубо произносит Дин. — Боюсь, что создать антидот будет проблематично, — отвечает Алан, тяжело вздыхая. — Для него нужны такие ингредиенты, которые чрезвычайно сложно достать. Хотя, если бы у меня и были нужные растения, то процесс приготовления противоядия... Он бы занял много времени и сил, поскольку сам яд довольно мощный и смертоносный. — Так и знал, что от вас нет никакого толку, — раздраженно бросает Винчестер-старший, он невероятно зол. — Прекрати, Дин, — слетает с уст Сэма, который прекрасно понимает причину гнева брата. — Может, есть другой способ помочь Нелли? Алан, проигнорировав грубый выпад со стороны Дина, разворачивается к небольшому стеллажу с ветхими старыми книгами, он достает несколько толстых томов, обложки которых местами порваны, а названия почти стерлись. — Вся надежда остается только на магию, — выносит вердикт Дитон, передавая книги всем присутствующим, естественно, кроме Нелли. — Я точно помню, что в одном из этих томов должен быть ритуал по тому, как можно вывести яд из организма человека. Нужно найти его. — За магию всегда приходится платить, — озвучивает простую истину Сэм, открывая оглавление книги. — Какова будет цена, если все получится? — Это мы сейчас и выясним, — решительно произносит друид, погружаясь, как и все остальные, в загадочный мир древнего колдовства. [...] Дин Винчестер всеми фибрами души ненавидит лишь один-единственный язык — латынь. Ему никогда не удавалось правильно произнести заклинание экзорцизма, именно с этого и началась открытая неприязнь к языку. Так что, когда Дин открыл книгу, посвященную различным магическим обрядами и ритуалам, он смачно выругался, обнаружив, что та написана на латинском. Собственно, не только Винчестер-старший был глубоко разочарован, Стайлз и его отец тоже не сдержали обреченных вздохов. Но Алан и Сэм, как те, кто знают древний язык, просто написали на бумажке слово «venenum», в переводе означающее «яд», чтобы остальные, если увидят его, сразу же звали их. И поэтому, именно в связи с тем, что большинство из присутствующих не знают латынь, поиск нужного ритуала затянулся. Дин уже готов застрелиться от такого огромного количества незнакомых слов, но он с ярым остервенением продолжает листать желтоватые страницы, поглядывая то на бледную Нелли, то на настенные часы, показывающие, что время-то идет, а их поиски пока так и не увенчались успехом. — Что, если у нас н-ничего не выйдет? — слова Стайлза подобны грому среди ясного неба. — Что, если мы не справимся? Как я смогу жить с мыслью, что снова потерял младшую сестру? — Успокойся, Стилиниски, — говорит Дин, надеясь, что молодой парень прислушается к его совету и возьмет себя в руки. — Я не дам ей умереть! Мы должны найти способ спасти Нелли. — Дин, мы пытаемся... — проводя рукой по лицу, Сэм внимательно изучает информацию, изложенную в книгах. — Черт, ей становится хуже! — от испуга вскрикивает Стайлз. — Нужно торопиться. Как по команде, все отрывают глаза от изучения томов, акцентируя внимание на состоянии Нелли, чтобы убедиться, прав ли Стайлз или нет. К сожалению, девушке действительно стало гораздо хуже, если судить по тому, как она заметалась на столе. Но через пару секунд дело принимает другой оборот: тело Нелли начинает содрогаться в конвульсиях. — Господи, у нее что, судороги? — шериф Стилиниски, охнув от ужаса, подходит к дочери и сразу же переворачивает ее на бок, чтобы девушка не захлебнулась, если изо рта пойдет пена. — Дитон, что... Что происходит? — Это последствия отравления, — коротко поясняет ветеринар, доставая новый шприц. — Я могу вколоть Нелли противосудорожный препарат, чтобы остановить приступ, но это лишь временная мера, — друид аккуратно вводит иглу под кожу охотницы. — Приступы будут повторятся с интервалом в десять-пятнадцать минут, а потом все чаще и чаще, пока не случится... остановка дыхания. — Этого не случится! — стукнув кулаком по столу, рявкает Дин, которого даже от одной мысли о смерти Нелли бросает в мелкую дрожь. К счастью, благодаря действию препарата, приступ, сопровождаемый неконтролируемыми судорогами, отступает, и юная охотница облегченно вздыхает полной грудью, хотя ноющая боль, разливающаяся по всему телу, никуда не ушла. И Дин видит это, понимает, насколько плохо себя чувствует Нелли, он готов сделать все, лишь бы облегчить страдания девушки, но ему не под силу забрать ее боль. Зато Дерек может. Хейл, больше не медля ни секунды, отбрасывает ингалятор в сторону и тут же подходит к Нелли, склоняясь над ней. Он чувствует, как действие аконита постепенно уходит, поэтому оборотень уверен, что в этот раз у него получится помочь девушке. Дерек, сосредоточившись на своей волчьей сущности, крепко стискивает маленькую ладонь Нелли, переплетает их пальцы, ощущая, как девушка в ответ слабо сжимает его руку. И в этот момент вены Хейла сразу же окрашиваются в бездонно-черный цвет, мужчина медленно забирает боль охотницы, хотя ему самому приходится несладко: следы от когтей вампира на груди пока не зажили. Но Дерек готов терпеть. Как и всегда. — Спасибо, — шепчет Нелли, выдавливая из себя вымученную улыбку. А Хейлу остается только и удивляться тому, как эта с виду хрупкая девчонка стойко выдерживает такое количество боли, она даже не кричит, не умоляет о помощи, а просто молча стискивает зубы, и лишь иногда с ее губ слетают болезненные стоны. Стилиниски сильна духом. И Дерек не желает терять ее, пускай они не так близки, как ему хотелось бы. — Ребят, кажется, я что-то нашел! — радостно сообщает Стайлз, тыкая пальцем в книгу. — Здесь несколько раз упоминается слово «venenum». Может, это то, что нам нужно? — Давай посмотрю, — Дитон устремляет взгляд на текст, расположенный на страницах. — Да... Да, все верно, это тот ритуал, о котором я говорил. Молодец, Стайлз. Алан и Сэм сразу же приступают к переводу нужного отрывка, в это время в глазах остальных моментально загораются искры надежды на то, что у них получится спасти Нелли. — В книге идет речь об исцеляющем заклинании. Безусловно, это больше по части ведьм, но, думаю, мы справимся и без них, — после минутой паузы произносит друид. — Нужны такие ингредиенты, как лаванда, мирра, зверобой, ладанник... В общем, все растения у меня есть. Их необходимо растолочь в чаше, после чего получившуюся массу связать в ведьминский мешочек, отдать его Нелли и произнести заклинание. Оно, можно сказать, очистит ее кровь от яда. — И в чём подвох? — настороженно спрашивает Дин, ему кажется, что не может быть всё настолько просто. Ведь магия — одна из самых подлых вещей в мире. — Растения нужно омыть жертвенной кровью, — Сэм озвучивает важную деталь заклинания, без которой у них ничего не выйдет. — Жизнь Нелли взамен на жизнь другого человека. Вот она, цена. И она слишком высока. Все понимают это, но никто не хочет отступать от намеченной цели. — Тогда убейте меня, — со всей серьезностью и невозмутимостью произносит Дин, удивляя и шокируя всех. — Метка Каина в любом случае воскресит меня. И не надо так смотреть, как будто я сморозил полную чушь! Если это спасет Нелли, я готов пойти на крайние меры. — Нет, Дин, даже не думай об этом! — отрезает Винчестер-младший, считая, что идея его брата абсолютно безумная. — Ты снова станешь демоном, то есть, по правде говоря, неуправляемой машиной для убийств, — Сэм видит, как Дин от его слов сжимает руки в кулаки, против воли признавая правоту младшего брата. — Да, Нелли будет жить, но сколько людей потом пострадает из-за твоей демонской сущности? Это не вариант. Нужно придумать что-то... другое. — Погодите, — останавливает перепалку Дитон, вновь перечитывая инструкцию к ритуалу. — Здесь не сказано именно про жертву. Если переводить дословно, то необходима кровь «человека, которого коснулась рука смерти». — И разве это не подразумевает под собой жертву? — в недоумении выгибая левую бровь, спрашивает Сэм. — Да, но лишь отчасти. Я думаю, что не обязательно убивать другого человека, хотя это самый надежный и одновременно ужасный вариант, — рассказывает Алан, делясь своей точкой зрения. — Насколько знаю, среди нас есть те, кто когда-то умирали, но воскресли, ведь так? Дитон не сводит глаз с Винчестеров, ожидая их реакции, которая следует незамедлительно: — Ну да, мы с Сэмом парочку раз отбрасывали коньки, — таким будничным тоном отвечает Винчестер-старший, как будто они с братом каждый день умирают и возвращаются к жизни. — Откуда вы это знаете? — Слухи, Дин, — коротко и ясно поясняет друид. — Так вот, к чему я спросил. Вы были мертвы. Это не проходит бесследно. По сути, если подумать, то рука смерти коснулась и вас, Винчестеров. — Значит, наша кровь подходит? — спрашивает Младший Винчестер, он считает, что доля здравого смысла в словах друида всё же есть. — Сэм, я не могу давать стопроцентной гарантии, но стоит попробовать, — неоднозначно отвечает Дитон, приготавливая необходимые ингредиенты. — На самом деле, магия — дело тонкое. Никогда не угадаешь, что произойдет. Остается только надеяться на то, что мы не ухудшим ситуацию. Алан ставит точку в разговоре, решая полностью сосредоточиться на ритуале, в котором нельзя допускать ошибок. Под любопытными взглядами друид складывает все растения в небольшую чугунную чашу, затем с помощью толстой деревянной палочки смешивает ингредиенты, превращая их в единую массу, после чего из кармана достает складной нож и протягивает его Дину. Винчестер, решительно настроенный и сосредоточенный, принимает острый нож, сразу же делая глубокий надрез на ладони, который моментально окрашивается в красный цвет. Сжав ладонь в кулак, Дин без тени страха и боли на лице наблюдает за тем, как его кровь капает в чашу. Он готов пожертвовать хоть целым литром крови, но Дитон протягивает ему бинт, забирая чашу. Проходит буквально пару минут, и друид уже показывает всем импровизированный ведьминский мешочек, наполненный растениями, омытыми кровью Дина Винчестера. — Остается произнести само заклинание, — Алан отдает мешочек Нелли, вкладывая его в руку девушки. — Mundus fractus est. Sanetur acre vulnus. Adveniant harena atque. Saxum, sursum, et deorsum, — латинские слова звучат так необычно и загадочно. — Claudatur porta inter orbes terrarum ...nobis et illis. Закончив чтение заклинания, друид, как и все остальные, внимательно наблюдает за состоянием Нелли, но пока никто не видит явных изменений: девушка всё так же неподвижно лежит на столе, зажмурившись от боли и кусая пухлые губы. — Почему ничего не происходит? — нарушает тишину Стайлз, он нервно заламывает длинные пальцы рук, пытаясь совладать с паникой. — Неужели не сработало? О нет, только не это, мы что, правда должны кого-то убить, чтобы спасти Нелли? Боже, ненавижу магию! И что... Длинный монолог курносого парня прерывает Нелли, а если быть точнее, то ее громкий кашель, неожиданно для всех появившийся и сопровождающийся сдавленными хрипами, чем несказанно пугает многих. Хотя, каштановолосая охотница довольно быстро перестает содрогаться от приступов сухого кашля, поскольку ему на смену приходит подступившая к горлу тошнота, которую девушка не в силах сдержать: из ее рта вырывается тягучая темно-фиолетовая жидкость, пачкающая чистый кафельный пол. Именно в этот момент Алан Дитон с облегчением выдыхает, в то время как остальные с диким ужасом в глазах наблюдают за развернувшейся сценой. Кажется, Стайлз вот-вот потеряет сознание, его придерживает не менее шокированный и испуганный отец. — Не стоит переживать, это хороший знак, — голос ветеринара звучит спокойно, тихо и уверенно. — Таким образом организм Нелли очищается от яда, что означает... — У нас получилось! — сообщает радостную новость Сэм, на его губах тут же выступает усталая улыбка. — Нелли будет жить. И в этот момент все разом выдыхают, тревога, смешанная с всеобщей паникой и удушающим страхом, постепенно отступает. Они справились. Они спасли жизнь. Они молодцы. Вот только, под действием эйфории и радости никто, кроме Дерека Хейла, не замечает, как темно-карие глаза Нелли Стилиниски буквально на мгновение сменили свой естественный цвет на другой, более необычный. Ее глаза загорелись кроваво-красным, почти червонным цветом.
