Unsweet

Утро понедельника. Слыша оглушительный звон телефонного будильника, я осознаю, что наступил очередное школьное утро, но это ничуть не расстраивает меня, поскольку этот понедельник немного отличается от остальных. Сегодня Сехун заедет за мной по пути из дома. С того момента, как мы стали парой, прошло уже несколько дней, и за всё это время никто из школы не догадался о наших отношениях, потому что мы ни разу не показывались вместе. Сехун был занят заботой о своем дедушке, а я не хотела болтать об этом в лишний раз. Так или иначе, мысли о нём здорово подняли мне настроение, несмотря на всё ещё трезвонящий будильник. Смотрю на яркий экран, отчего сужаю глаза от неприятного света, и нажимаю на кнопку отбоя, чтобы остановить этот звук. Да и вообще, смотря на последние события, как не радоваться каждой мелочи? Отношения с Джихён наладились, и теперь ни осталось ни одной плохой мысли в голове и задач, с которыми мне было бы трудно справиться. В тот день Джихён всё подробно рассказала: как встретилась с Чаном, как поняла, что делает глупые вещи, как не могла не думать о Бэке и обо мне. Я очень благодарна Паку, что он не оставил её одну, помог справиться с тяжким грузом, поддержал, и просто успокоил. Как выяснилось, он просто не смог бы и дальше смотреть на наши страдания, и просто подтолкнул к правильному решению. Я знаю Чанёля не так давно, но я определенно считаю его хорошим человеком. Иногда, конечно, он достаёт своими глупыми приставаниями, но он по-настоящему хороший друг. Он способен позаботиться о других, никогда не оставит кого-то в одиночестве; сделает всё, только чтобы кто-то почувствовал себя лучше. А если говорить о самом Бэке, то и сказать нечего. За это время мы ещё не виделись, и, если честно, мне немного неловко перед ним в какой-то мере. Я не знаю, что будет правильнее: прекратить общение с ним или оставить всё как есть. Мои мысли двухсторонние. Я знаю, что Джихён будет испытывать не самые хорошие эмоции, увидев нас двоих вместе, но всё-таки Бэкхён мой друг, и я не смогу оставить его. Джихён сама сказала, что упорно будет стараться забыть о парне, и мы её поддержали. К тому же теперь она и Чан много времени проводят вместе, и как же не обращать на такое внимание? Мы с Сехуном заметили, что они частенько пропадают вдвоём, не сказав ничего нам, но, впрочем, мы не обижаемся, мы всё понимаем, и надеемся, что всё у них будет хорошо. В любом случае, дела и правда отличные, и, кажется, ничто не может этому помешать...

***

— Чёрт, – ругаюсь в поисках своей расчески, которую вот уже пару секунд не могу найти, за это время я уже успела превратить комнату в хорошенький такой бардак, но только без результатов. Времени уже нет, чтобы искать её, и, в повторный раз оглядываясь по сторонам, я намереваюсь выйти за дверь, как внезапно спотыкаюсь о порог, где лежит та самая расчёска. Не думая, я, конечно же, пихаю её в сумку, где и так уже почти нет места. В спешке спускаясь по лестнице, слышу издалека приглушенный смех, и мысленно спрашиваю себя, кто бы это может быть. Когда захожу на кухню, чтобы захватить с собой что-нибудь перекусить, смотрю на наручные часы, убеждаюсь, что нормальный завтрак мне сегодня не светит. А любопытство всё-таки проявляет себя, становиться интересно, кто веселится на кухне. Я переступаю порог вместе с очередной волной смеха и узнаю обладателей обоих голосов. Кухня заполнена смехом госпожи Со, что так уверено жестикулирует руками, а рядом с ней с тем же лицом сидит Сехун, качая головой при каждой возможности, внимательно вслушиваясь. Какое-то время я стою в ступоре, пока меня не замечают оба. Они что-то ещё проговаривают между собой, и вновь заливаются смехом в то время, пока я в спешке прожёвываю тост с джемом. Я понимаю, что они смеются надо мной, их попросту выдают собственные взгляды, обращённые на меня, и, потупив взор, я глупо осматриваю себя, пытаясь найти причину их смеха. Вроде бы рубашка чистая, немятая, все ведь в порядке, но они не прекращают смеяться. На этот раз я попросту не обращаю на них внимания, хмыкаю и отворачиваюсь, чтобы выпить из стакана молоко. Госпожа Со и Сехун сдружились, и это не может не радовать меня, учитывая, что женщина мне почти как мать. Только сейчас я задумалась, как бы отреагировала моя настоящая мама, узнав, что мой парень такой человек, как Сехун? Я думаю, она бы тоже обрадовалась. Сехун смог бы ей понравиться. И помнится мне, у нас с ней было много общего, и папа часто говорит, что мы очень похожи, поэтому, думаю, мама без всяких причин смогла бы принять Сехуна. А что насчёт папы... Не знаю, возможно, не с первого раза Сехуну бы удалось завоевать его доверие, но, очевидно, О умеет располагать людей к себе, и отец не стал бы исключением. На его обаяние даже я повелась. — Ну все, госпожа Со, – цепляюсь за руку опешившего парня, прежде чем потянуть его на себя и на прощание сказать женщине, — если мы сейчас же не покинем дом, то, боюсь, вы уведёте моего парня! А в малом случае, мы опоздаем на уроки! Мы смеёмся и выходим за дверь. Как только мы оказываемся за воротами дома, Сехун притягивает меня к себе, сжимая в своих объятиях. Я не сдерживаю улыбку и обхватываю руками его шею. Наши животы соприкасаются, но будучи ниже Сехуна на целую голову, я дышу ему в грудь, и чувствую, как она поднимается, и вновь опускается. Я давлю в себе желание поцеловать его в открытые из-под рубашки выглядывающие ключицы, но не могу сопротивляться желанию прижаться ещё ближе. — Целое утро хотел это сделать, – прошептал он мне в губы, после того как бессовестно поцеловал, даже не спрашивая моего разрешения. Хотя зачем ему это делать? Он прекрасно знает, что я тоже этого хотела. — Так чего же ты ждал? – так же шепчу, но мой взгляд по-прежнему направлен в его ключицы. — Думаю, мы бы засмущали госпожу Со, – смеётся он, немного отстранившись, — мне бы хотелось показаться ей лучшим парнем для тебя. — Ты уже смог заполучить её одобрение, – довольно говорю я и поднимаю глаза на его лицо. — Когда ты познакомишь меня со своим отцом? – он заправляет мои надоедливые пряди за ухо, и я, услышав его вопрос, толкаю его в бок, изумлённо проговаривая: — Эй, а не слишком ли ты торопишься? — А что? — Мы опоздаем в школу! – кричу и сразу же подбегаю к машине. Сехун лишь смеётся моему поведению, но ничего в ответ не говорит. В дороге мы проводим немного времени, и уже скоро оказываемся прямо перед воротами учебного здания. Я отчетливо вижу, как многие ученики смотрят на нас на улице, а некоторые, стопившись у окон, выглядывают, и что-то нечленораздельное говорят. Становится ещё неуютнее, когда Сехун обходит машину, и открывает дверцу, подавая мне руку. Повышенное внимание — это действительно то, чего я хотела бы в последнюю очередь. Я знаю, как большинство особенно удивились, увидев меня, выбирающуюся из автомобиля, но я попросту не хочу заострять своё внимание на охающие и ахающие отголоски. Мне приходится уговаривать охранника впустить нас, поскольку он наотрез отказывается открывать ворота. Мне уже начинает надоедать, и потихоньку сердиться, но как только перед ним появляется Сехун, он тут же впускает нас, не издав лишнего звука. — Какое влияние ты оказываешь в этой школе? – бурчу я, недоумевая над происходящим. Сехун лишь пожимает плечами, при этом непонятно для меня ухмыляется. В конце концов мы заходим в класс за секунду до звонка и позже оказываемся на своих местах. Пока мы бежали по коридору, я ясно могла заметить, что из окон других кабинетов на нас глазели остальные ученики. Кто-то определённо не ожидал такого исхода, но мне ничего не оставалось делать, кроме как стараться не думать об этом, а как можно быстрее появиться в классе. Урок проходит скучно, но мне удаётся вникнуть в тему и даже что-то запомнить, несмотря на то, что все мои мысли были заняты одним только О Сехуном. Я знаю, что выгляжу в такие моменты слишком очевидно, потому что сам Сехун показывает это своим взглядом, намекая, что знает, что я думаю о нем. И я невольно начинаю задаваться вопросом: неужели я настолько ясна для него, что он понимает меня, словно я открытая книга? И только после того, как звенит звонок, я замечаю, что Бэкхена в школе нет. Джихён неоднозначно пожимает плечами, и я вконец сбиваюсь с толка. — Они все так глазеют, – ною я, заметив не первый и даже не десятый взгляд в свою сторону, — черт, это так бесит. Я даже сбилась со счета. — Думаешь, сможешь привыкнуть, что твой парень такой красавчик? – ехидничает Джихён, прекрасно зная, насколько это усугубляет ситуацию. — Эй! – кричу я и снова получаю порцию заинтересованных взглядов. — Не говори так, будто я уродина. — Ты прекрасно знаешь, что я имела в виду. — Но это правда раздражает. — Ты же не намерена бросать Сехуна из-за этого? – она приподнимает бровь, и мне кажется её голос серьёзным. — Конечно, нет. Я знаю, что многие здешние девушки по уши влюблены в Сехуна, что, кстати, немного расстраивает меня. Но, как говориться, в чем-то хорошем есть своё дерьмо, а в моем случае этого дерьма предостаточно. За весь учебный день мне хочется спросить у Джихён знает ли она, где сейчас Бэкхен, но каждый раз я не решаюсь это сделать. В конце концов я просто сдаюсь и решаю позже позвонить ему сама. — Скоро день рождение у Чана, я надеюсь, ты пойдёшь со мной? – за обедом меня спрашивает Сехун. — Конечно, – киваю, улыбаясь, — почему ты спрашиваешь? — Ты ведь знаешь, как они обычно проходят, да? – осторожно интересуется он, и мне хочется засмеяться от этого. — Я не буду против выпивки, если ты об этом. — Тогда к тебе больше никаких вопросов, – проговаривает и целует меня в щеку. Своим затылком я чувствую, как его прожигают несколько пар глаз неподалёку, и это вновь напрягает меня. — Хотя нет, есть ещё один. — Ты не купил подарок? — Всегда удивлялся тому, как девушки умеют угадывать что-то такое, – отпустив мои плечи, произнёс он и вернулся к трапезе. — Я ведь не так предсказуем, правда? — У всех парней одинаковые мысли, – пытаясь придать себе умный вид, говорю я, и снова смеюсь, когда он приближает своё лицо ко мне, чтобы вновь поцеловать. — Ты ведь поможешь, да? – он знает, что я сделаю это, но все равно спрашивает. Я не знаю, стоит ли упускать тот факт, что мне небезразлично прошлое времяпровождение Сехуна. Как только слухи о наших отношениях распространились по всей школе, которые потом оказались для всех правдивыми, потому как многие видели нас вместе, я стала часто слышать о старых отношениях между Сехуном и его бывших девушках. Конечно, глупо говорить, что меня это не волнует. Меня это очень беспокоит, но я не собираюсь устраивать скандал по поводу того, что услышала. Я знала, что всё, услышанное, — правда. Многие в открытую мне заявляли, что он попросту попользуется мной, и бросит. Хотелось засмеяться им в лицо, но уверенность в их голосах, когда они говорили это, заставляла меня проглатывать ком в горле, и просто уйти подальше. Доходило и до того, что меня поджидали у кабинок в туалетах, чтобы просто сказать, что я очередная девушка в его жизни, от которой не будет толка, как только я перестану быть ему интересной. Каждая девушка в школе считала своим долгом сказать мне, что он не станет задерживаться рядом со мной надолго. Я узнала, что некоторые даже поспорили, насколько наши отношения серьёзны, одни поставили на три дня, другие на месяц. Даже мужская половина проявляла интерес ко всему этому. Некоторые одобряли выбор Сехуна, но и находились и те, кто считал меня глупой девчонкой с превосходным телом, которое и заинтересовало Сехуна. Также мне пришлось увидеть и услышать собственными глазами тех девушек, с которыми он переспал. Как вы думаете, что я чувствовала в тот момент, когда ко мне подходили какие-то девушки, и говорили, что лучшим парнем, который был у них в постелях, являлся Сехун, и что они ни за что не отдадут его такой, как я? Во мне было столько же злости, сколько и отвращения, но я продолжала игнорировать всяческие попытки запугать меня. Все это постепенно усиливало мой страх, но так просто я не собиралась сдаваться, и вновь окуналась в объятия Сехуна. Это было очевидно, что многие возненавидят меня, и будут пытаться разлучить нас. Мы ведь с Сехуном говорили об этом, и он обещал, что защитит от всяких последствий, и как бы-то ни было, я верила ему.

***

— Сохён! – слышу своё имя за несколько метров от себя, и снимаю наушники, чтобы лучше расслышать обладателя голоса. Прямо передо мной через секунду оказывается Чанёль, а позади него стоят ещё Чонин и Чунмен. Сначала я улыбаюсь им, и махаю, узнав лучших друзей своего парня, но вскоре понимаю по их лицам, что они не в самом хорошем духе. — Привет, – здороваюсь с каждым, проведя по ним взглядом, они, в свою очередь, делают то же самое. — Не думала здесь увидеть кого-то знакомого. Я находилась в одном из парков Сеула после долгого пребывания у Джихён в гостях. Мое настроение по-прежнему на нуле, потому что номер моего мобильного прошёлся по всем ученикам в школе, и теперь каждые три минуты я получала злобные сообщения. — Мы тоже не ожидали тебя здесь увидеть, – снова говорит Чанёль, и я странно на них смотрю. Они не выглядят как обычно. Они задумчивы. — Гуляете? – спрашиваю я и кусаю себя за язык за такой глупый вопрос. — Что-то вроде того. — Мм... – киваю. — Мы хотим поговорить с тобой, Сохён, – произносит Чонин после затянувшейся паузы, и я отчего-то напрягаюсь, наверное, потому что услышала стальные нотки в его голосе. — О чем? – я не сразу задаю этот вопрос, поскольку нахожусь в неком замешательстве. О чем они хотят поговорить со мной? Они настроены на неблагоприятный разговор. — Это касается Сехуна, – продолжает Ким, и остальные кивают. Мне даже кажется, что и Чан теперь смотрит на меня по-другому. Я не слышу дружелюбие в их голосах, они спокойны. Знаете, я раньше не видела выражения тех лиц у ребят, которые вижу сейчас. Я могла бы назвать их солнечными ребятами, просто потому что они всегда приходят на помощь Сехуну, и каждый раз я вижу из заботу о нем. Они всегда старались подбадривать его, нередко я слышала самые глупые вещи от них, но сейчас... То, что я вижу сейчас, говорит мне о том, что мне стоит настроиться к самому неприятному разговору. Я не вижу ни одной эмоции на их лицах, что обычно сияют в улыбках. Я не могла понять, что они такое хотят мне сказать, что смотрят на меня так враждебно. Я по-прежнему напряженна, и молчание заставляет по-своему меня волноваться. — Ты должна оставить его, – я вижу, как Чунмен пытается сказать это более мягким образом, но ему самому неловко говорить об этом. — Ч-что? – переспрашиваю, нервно посмеиваясь, надеясь, что мне послышалось. Но моя улыбка так же быстро сползает с губ, как и появилась там ранее. Они слишком долго смотрят на меня, и я понимаю, что они говорят полностью серьезно. — Мы не можем допустить того, чтобы вы были вместе, – продолжает Чунмен, и это никак не делает обстоятельства лучше. Как бы описать те ощущения, которые я испытала, услышав эти слова... Я потрясена. Именно, я потрясена. Никогда бы раньше я не смогла изобразить так удивления, как сделала это сейчас. Мое изумление не было поддельным, и надеюсь, парни это поняли. Как и говорила ранее, я знала, что многие будут против наших отношениях, но я никогда бы не подумала, что это будут друзья Сехуна. Они ведь сами поддерживали меня. А Чан? Чанель помог мне помириться с подругой, он сделала достаточно много, чтобы я говорила о нем как о своём друге, но что поменялось? Что произошло, что заставило из отвернуться от меня? И были ли они когда-нибудь за меня? — Просто оставь его, Сохён. — О чем вы говорите? – слишком громко для такого тихого места сказала я. — Я не понимаю, что вы такое говорите. Как я могу оставить его? Вы сами себя слышите? — Ты можешь притворяться и дальше, что нет ничего, что способно разрушить ваши отношения, но мы все знаем, что ты снова сделаешь это, – Чонин говорит тихо, но чётко. — Сделаю — что? — Сехун — не игрушка, которой можно попользоваться и выкинуть, – Чанель продолжает за Кая. — Да о чем вы? – мой голос хрипит, но я знаю, что они поняли вопрос. — Мы не можем допустить того, что бы он снова страдал по твоей вине. — Этот поток обвинений вообще остановится? – внезапно грубо произношу я. — Я не понимаю, о чем вы говорите. Мне казалось, вы не против наших отношений. Но что вы имеете в виду? — Мы не позволим никому делать ему больно, даже тебе, – хоть они и пытались казаться холоднее, но я ощущала, с какой заботой они говорили о Сехуне. — Если Сехун сам не в состоянии сказать тебе это, то это сделаем мы. — Сказать — что? Я невольно начинаю запинаться на полуслове. — Сехун не хочет иметь что-то общее с тобой, ему нужно время, чтобы понять это. Я знаю его почти всю свою жизни, я с уверенностью могу сказать, что знаю его лучше него самого, так что послушай нас. Ты должна оставить его, – Чонин говорит это, с каждой новой фразой заставляя дрожать мое сердце. Мне страшно верить в услышанные слова, но я все ещё виду перед собой парней, и от этого становиться хуже, поскольку я понимаю, что все, что происходит — реальность. — Ты и правда оказалась лучше, чем мы ожидали, – продолжает Чанель, положив руку на плечо Чонину, чтобы тот прекратил говорить. — Но мы знаем, что ты снова сделаешь ему больно, поэтому, если он и правда хоть немного дорог тебе, как ты говоришь, то оставь его. Мое сердце пропускает ещё один удар, прежде чем по щекам покатились слезы. Мне становится не по себе, и я начинаю принимать все это за шутку, за глупую и несмешную шутку, но парни смотрят на меня слишком спокойно и безэмоционально, и я понимаю, что они говорят без капли юмора. Я хочу сказать им, что они неправы, что это глупо, что я, черт его возьми, не способна оставить Сехуна, но я настолько потрясена, что не могу даже сконцентрировать свой взгляд на лице напротив стоящего Чонина, и смотрю куда-то сквозь него. Мне казалось прошла вечность после того, как я услышала ещё одно: — Забудь о нем, это все, чего мы хотим от тебя. Как только разрешились старые проблемы, на замену им пришли новые. И, кажется, простым разговором их нельзя будет разъяснить. Мне страшно. Сейчас мне страшно не только за себя. Мне страшно, что так много людей против нас. Что я должна чувствовать? Что я должна сделать, чтобы перестать задаваться этим вопросом каждый гребаный раз, когда мне начинает казаться, что все хорошо, а потом оказывается, что я снова в самом дерьме?