Unsweet

Прошлое.

— Твои родители приходили, Сохен, — почти безразлично прозвучали эти слова. Сехуну было трудно вообще произносить их, так же трудно, как и слышать. Он только что узнал, что семья Им переезжает, в то время, как его подруга вообще ничего ему не рассказала. Он был расстроен, но не хотел подавать виду. Пытался казаться сильным? Но все же прекрасно зная, что девушка сама догадалась о его настоящих чувствах, которые испытывал прямо сейчас. — Они рассказали о вашем переезде. Ему также было трудно смотреть на неё, и понимать, что видит, возможно, в последний раз. Он думал об этом всю прошлую ночь, но только сейчас потребовал объяснений от девушки, которая, кстати, выронила бутылку с молоком из рук, как только услышала его, отчего напиток упал с громким шлепком. Меньше всего ей ожидалось услышать такое от Сехуна. И сейчас она находилась в безвыходном положении, ведь до последнего не хотела говорить ему. — Когда? — выдавила она из себя. — Сегодня, — незамедлительно ответил он, все ещё косясь на девушку выжидающим взглядом. — Так, вы, правда, уезжаете? — Да. — И это все? — усмехнулся Сехун, еле подавляя в себе следующий приступ сарказма. Сохен ничего не ответила, только продолжила смотреть в окно, будто ждала, пока О сам заговорит. Но он не спешил. Она наблюдал за ней, выискивая хоть единую каплю волнения на ее лице, но сколько бы не отрывал взгляда, заметить не мог. Его это сильно злило, ведь в этот момент он ощущает целую бурю эмоций, а она стоит напротив него с каменным лицом. Как обычно. Она всегда была такой. Пора бы принять это, Сехун. — Когда? — снова он задаёт интересующий вопрос. Его тон неожиданно изменился на до мурашек холодный, от которого хотелось бы избавиться как можно скорее. Но Сохен привыкла к этому показному безразличию. Она не отвечала, оставляя кухню в глубокой тишине, что вскоре не остаётся без изменений, поскольку Сехуна это только сильнее разозлило. — Когда?! Ей очень хотелось закатить глаза от быстро появившейся ярости в лице и состоянии парня в целом, но она понимала, что виновата только она. — Через неделю, — выдохнула она, предвещая за этим целый скандал. Пять дней, не договорила она. Им знала, что ничем хорошим не кончится эта новость, а то, что она сказала об этом в самый последний момент(и то Сехун сам подслушал разговор их родителей случайно), делает ситуацию намного сложнее. — И ты говоришь это только сейчас? — его действительно это злило. — Ты серьезно собиралась уехать, ничего не сказав мне? — Я собиралась, — перебивает его. — Честно, Сехун, я хотела рассказать тебе. Черт, я не понимаю, как так вышло, что ты узнал это от кого-то, кроме меня. — Когда ты собиралась сказать мне? Сегодня? Завтра? Или уже в аэропорту?! — Успокойся, пожалуйста... — Я не хочу успокаиваться! — закричал он, не сдержав своих эмоций, затем прикоснулся двумя пальцами к своей переносице, как бы беря себя в руки. Сохен взглянула на него сожалеющем взглядом. Ей было не все равно на состояние парня, но в этот момент она не решалась сказать ему что-то. Хотела ли она вообще успокаивать его? — Я уезжаю жить навсегда, Сехун, — медленно, растягивая слова, проговорила она, снова привлекая внимание брюнета, тем самым усиливая его волнение. — Не думаю, что когда-то вернусь обратно. — Навсегда? — Я не хочу оставаться здесь, — она присела на стул, внимательно наблюдая за ним. — Прекрасно! — снова не сдерживается он. Как же ему надоело! Как же ему надоело, что он единственный, кто всегда спасает их отношения. Они признались в чувствах уже полгода назад, но такое ощущение, что девушка его до сих пор считает лучшим другом, коим он и являлся на протяжении почти десяти лет. — Значит, возвращаться ты не захочешь, — медленно констатирует себе. — Ты сам знаешь, как я хочу уехать отсюда, — она решается на продолжение разговора, но видит, как сложно ему справиться с одной мыслью, что она уедет. — А школа? Как ты собираешься закончить школу? — Это самая незначительная деталь от моего переезда. Я отлично учусь, это не проблема для меня. — Ты оставляешь всех. Ты оставляешь, в конце концов, меня! Ты не рассказала мне о таком важном событии, как переезд. Как я должен справиться с этим?! — Ты справишься, Сехун. — Как ты можешь знать?! — Я отлично знаю тебя. — Отлично знаешь, значит? Тогда, наверное, ты тоже знаешь, как мне тяжело сейчас, — произносит он, когда на его лице появляется грустная улыбка. Ему очень тяжело. Ему чертовски тяжело, но подруга делает вид, что это исправимо. Сехун знает, что ему потребуется много времени, он также знает, что даже находясь рядом с Им, он и так паршиво справлялся, а теперь, когда и она покидает его, он совсем не знает, как двигаться дальше. Он, казалось, потерял и без того крохотное желание пытаться жить. Его сестра умерла незадолго до этого дня, он рассчитывал на поддержку Сохен, как ни на кого другого, он полностью был зависим от неё и морально, и физически. Он осознавал это, и знал, что девушка тоже знает, как ему жутко будет без неё, но все равно приняла решение переехать прямо сейчас. Хах, ему так плохо в этот самый момент, а смотреть на неё — ещё хуже. Он уходит. Они видят друг друга в последний раз, и оба знают об этом. Сехун не приходит провожать ее на самолёт, а она его и не ждёт. Они оба знали, чем закончился тот разговор. Они расстались, а Сехуну больше всего не хотелось видеть ее, и вспоминать. Он не хотел справляться со всем, ему просто хотелось забыть все, как страшный сон. Его захватила депрессия в свои оковы, запрещая ему трезво смотреть на мир, создавая в его голове эффект потери вселенского масштаба. Ему не хотелось жить, ему вообще ничего не хотелось, даже просто существовать. В самое ужасное время из его жизни он теряет все, что когда-то делало его счастливым. И если подруга могла бы помочь ему справиться, то сейчас, предав его, ему кажется, ему уже ничего не поможет. Два самых дорогих человека в мире покинули его. И ему понадобилось слишком много времени, чтобы восстановиться и забыть. Но... Но случилось это после того, как он решился забыть обо все с помощью своих друзей и алкоголя. Самые близкие знали, как важна для него эта девчонка, они даже пыталась сдружиться с ней, но сразу же отказались от этой затеи, увидев, насколько испорчена ее душа. Она скверна со всеми, кого знает и кого не знает, говорит лишь то, что хочет услышать сама, её не волнует вообще никто, и если кто-то полагал, что она любит Сехуна в точности так же, как и он ее, то они ошибались. Они не встречались. Они не были в обычных отношениях: парень — девушка. Они просто знали о чувствах друг друга. Как-то Сехун первым решился признаться ей, а она была в самом глупом положении, и конечно, ей пришлось ответить тем же, хоть и не была уверена в правдивости своих чувств. Возможно, это было что-то вроде привязанности, но не любовь, и за время их коротких «отношений» все только убедились в этом, за исключением Сехуна. Он понял это только тогда, когда под воздействием алкоголя чуть не умер за рулём родительского автомобиля, отправив другого человека на тот свет. Он действительно так думает и до сих пор. Он считает, что из-за его боли погиб человек. Кто бы не вернул самообладание после такого? Тогда, сидя на асфальте, на мосту, он потерялся в собственных мыслях. Ему было страшно, его страх медленно, но верно возвращал ему ясность последних событий. Он не знает о судьбе того человека, только потому что отец запретил ему лезть в это, хоть Сехун и был главным лицом этого происшествия. Он даже и не пытался разузнать, а все из-за собственного страха. Он считает себя трусом. И как бы он не пытался забыть этот кошмар, не было ни одного дня, что бы он не вспоминал об этом, а когда вернулась Сохен(которая вообще никакого отношения не имела к нему до настоящего времени), ему казалось, он сходит с ума от переизбытка прошлых ощущений. Но... угораздило же его влюбиться в неё заново. Это выходила за рамки любых границ жёсткого юмора. Он возненавидел себя снова.

***

Возвращение Им Сохен в попытках вернуть старого друга.

Когда Сохен вернулась в Сеул, первое, что ее беспокоило, — встреча с Сехуном. Она думала только об этом. В голове то и дело, что вырисовывались разные картинки их первой встречи после долгой разлуки. Она понадеялась на судьбу, которая так жестоко сломала ей весь план. Она думала, что сможет вернуть Сехуна, как это всегда случалось раньше, пусть и не появлялась столько времени, но Сехун закрылся от неё. Ей не было стыдно, что когда-то ей пришлось оставить его, хоть жалела в какие-то моменты. Ведь когда она оказалась прямо перед ним, он ничего не смог ей ответить, тогда она поняла, что опоздала. Что другая заняла его сердце. Но... Но каким же открытием для неё стало новость о том, кто же та девушка! Она явно не предполагала, что такие совпадения возможны, ведь она была почти точная копия ее внешности, да еще и с тем же именем! Не много времени ей понадобилось, чтобы догадаться, что стало причиной отношений Сехуна с этой девушкой. Так-то Сохен и придумала свой план по разлуке любимого с ней. И как же ей оказалось на руку враждебность друзей Сехуна, она и подумать не могла о такой услуге. Ребята сами запугали ее! Сохен оставалось только запутать её ещё больше, а дальше пошло все так, как она и хотела. Недопонимание. Ссора. Растерянность.

***

Как же я хотела, чтобы мне не послышалось сказанное Сехуном, но молчание длилось, и Сохен больше не была лидирующей. В ее глазах я смогла разглядеть сомнение, которое продлилось не больше нескольких секунд, прежде чем она приняла прежний вид. У меня болела голова от информации в огромных количествах, меня каждый раз сбивают с толку новой и новой информации, я просто не понимаю, как правильно поступать — Для чего все это? — снова голос Сехуна вывел меня из размышлений. Он не просто посмотрел на неё, в его взгляде действительно можно увидеть разочарование. Как же он хотел, чтобы все увидели, насколько ему все это надоело! Его достало пытаться доказать своей девушке, что другая ему безразлична. Как же он злился на Сохен каждый раз, когда она не слушала его, но злился он и на самого себя, потому что не мог придумать ничего лучше, кроме как преследовать её. Но ещё больше он злился на ту Сохен, которая снова ворвалась в его жизнь, словно снег на голову, так же неожиданно. Он знал, что любит одну, но ни одна не верила ему. — Чего ты добиваешься? — Сехун терял терпение, он больше не мог смотреть на её искусную ложь. — Ты тоже становишься слабоумным, Сехун? — Я спрашиваю: чего ты добиваешься? — Я всего лишь хочу, чтобы она поняла, что не важна для тебя. О устало выдохнул. Снова ему придётся объяснять этой девчонке, что единственной, до кого ему нет дела, так это она. — Мне кажется, это ты глупеешь на моих глазах. — А? — не поняла та, и я впрочем тоже. — Ты та, кто мне не нужен, — пристально смотря на неё, проговорил он. Я видела, как он устал. — Ч-что ты такое говоришь? — попытавшись улыбнуться, она усугубила своё положение, она смотрелась настолько жалко, что мне хотелось закрыть глаза от неловкости. Я не понимала, почему неловко мне. — Сохен, — немного помолчав, он продолжил: — единственное, за что ты должна благодарить Сохен, — благодаря ей я перестал ненавидеть тебя. Почему он говорит так странно? Почему я снова волнуюсь, слыша в его голосе своё имя? Разве я не решила забыть его? — Ты врешь! — выкрикнула она, неустанно смотря на него. Её самообладание постепенно разрушалось. — Это из-за неё, не так ли? — она все ещё пытается сохранять невозмутимость. — Хватит винить во всем Сохен, — неожиданно произнёс Чанель. Я и забыла, что они тоже здесь, ведь почти все это время они молчали. — Не думай, что сможешь вернуть его себе, — голос Чонина действительно звучал устрашающе. В глазах Сохен показались слезы, но я не смогла их внимательно разглядеть, потому что она сразу же отвернулась. Я не знаю точно, сколько времени мы простояли в тишине, прежде чем она исчезла с моих глаз. Она как будто правда испарилась на месте, поскольку я упустила тот момент, когда она уходила. Я не слышала ни её цоканье каблуков, ни прощальные слова, ни всхлипы. Я даже больше не чувствовала запах терпких духов, которые можно было учуять за несколько метров от неё: они действительно были настолько устойчивыми и ощутимыми. Я очнулась после того, как Сехун схватил меня за руку и поволок куда-то в сторону. Я этому не удивилась и даже не стала сопротивляться. Я настолько к этому привыкла? Черт. Мы молча отдалялись от парней, которые провожали нас одобрительными взглядами. Я не знала, что чувствовала в тот момент, я даже не знала, есть ли мне что-то сказать ему. Я все ещё не была уверена в себе. Мы шли достаточно долго, и никто не решался проговорить что-то. Постепенно мы приближались к парку через несколько улиц, и я стала понимать, куда он ведёт меня. Когда мы оказались рядом с теми воротами, что несколько месяцев назад я столкнулась с той самой шайкой, из-за которой мы и познакомились, остановились. Из-за того, что шли мы быстро, я чуть не ударилась лицом в спину Сехуна, но благо смогла удержать равновесие. Я бы не хотела потом просить прощения, чувствуя при этом неловкость. Зачем ему понадобилось вести меня сюда? Или мы пришли сюда спонтанно? Ещё какое-то время он молчал и не смотрел на меня, стоя спиной ко мне. И тогда я решила заговорить первой. — Мне казалось, ты хотел поговорить. Почему ты молчишь? — Потому что в любом случае ты мне не поверишь, — поворачиваясь, сказал он. Мне чётко послышалось сожаление в его голосе. — Тогда зачем ты привёл меня сюда? — я снова начинала выходить из себя, даже несмотря на ту тревогу, что я чувствовала, находясь наедине с ним. Он снова молчал, и молчание довольно сильно затягивалось. — Когда мы впервые встретились, я действительно принял тебя за неё, — тихо произнёс он. Я досадно усмехнулась, потому что именно так я и думала, но услышать оказалось больнее, чем я предполагала. Его слова значили, что он думал обо мне, как о другой девушке, а значит, никогда не видел во мне меня саму, просто не замечал, потому что был ослеплён тем, что наконец встретил ту, что когда-то забрала его сердце. Но тогда почему я видела сожаление в его глазах? Ему правда жаль, что так поранил меня? Я знаю Сехуна почти три месяца, и никогда бы не подумала, что он будет беспокоиться за кого-то, кто даже не имеет для него значения. Выходит, эти три месяца ему были дороги тоже? — И я был очень зол, что мы встретились, — я снова переживаю, как больно сжимается мое сердце от каждого произнесённого им слова, — я даже хотел заставить тебя страдать, пытался что-нибудь придумать, что сделало бы тебе больно. Завоевывал твоё внимание самыми идиотскими способами, заставляя тебя все больше и больше волноваться. Я считал, что должен сделать все то же самое, что сделала ты. Я хотел, чтобы тебе было невыносимо больно. Почему он продолжает говорить мне, что ненавидел Сохен? — Да мне крышу снесло от той мысли, что я мог заставить тебя страдать! Я хотел сделать для этого все, но я не понимал, что проводя больше с тобой времени, я хотел стать ближе к тебе, я до последнего не хотел принимать этот факт. Но когда я впервые поцеловал тебя, я понял, что мне понравилось. Я пытался думать о тебе как о девушке, которой хочу отомстить, но с каждым новым днём вместе с тобой я влюблялся. По-настоящему влюблялся... Я все ещё с подозрением слушала его, я просто не могла сразу же поверить ему. — А когда понял, что влюбился, я стал ненавидеть себя. Для меня самым ужасным стало то, что я проявил какие-то тёплые чувства к девушке, которой желал самые страшные вещи. Я сам себе не мог поверить. — Но ты влюбился в меня, думая, что я и есть та Им Сохен! — закричала я, не в силах больше слушать это. — Как ты можешь мне все это рассказывать? — Ты права, я влюбился в тебя, ошибочно полагая, что ты — она. Я сжала руку в кулак, и даже не почувствовала боли от собственных ногтей, что оставили отпечатки на ладони, я думала лишь о том, насколько же сильно я была права. — И я хотел полностью отгородиться от тебя, лишь бы перестать это чувствовать. Но я не переставал думать о тебе, я ощущал ужасную ревность, когда ты разговаривала с другими. Я сходил с ума, я не знал, как должен был поступить, я ведь ненавидел тебя! Я больше не смотрела на него, но продолжала слушать. — Но позже Сохен пришла ко мне, и я понял, что ты совсем другой человек. Даже злость на неё исчезла! Я был просто благодарен ей, что ты — не она. Я не думаю, что решился на отношения с тобой, все ещё думая, что вы один и тот же человек. — Когда она вернулась? — внезапно спросила я. Мне было нужно знать это. — Как только я приехал из Ильсана, — кажется, мы находимся в одном и том же состоянии. Мы оба в отчаянии. Я смотрела на него, словно хотела увидеть что-то больше, помимо слов. Я была так рада услышать их, но я не была до конца уверена в их правдивости. Я все ещё задавалась вопросом, почему он не рассказал мне, раз переживал, что не может любить меня. Почему не поделился? По моему мнению, если бы он действительно любил, он должен был рассказать. Или так думаю только я? Я не могу представить, в какой ситуации он находился, поэтому не могу что-то с уверенностью ему предъявить, но тот факт, что он не остановил меня, когда я думала о его предательстве, не мог запечатлеться в моей памяти. Но тем не менее я хотела ему верить, и, кажется, я уже это сделала. — Почему ты не рассказал раньше? Почему не поделился этим со мной? — Я просто хотел забыть, — и это была правда. Также Сехун рассказал об автомобильной аварии, и что не знает о состоянии того человека. Он признался, что именно он виноват в происшедшем. И я помогла ему справиться со всем, что его волновало. Вернулись домой мы уже вместе. К Сехуну.