Незримое доверие

— Адель, привет. Как прошел допрос? — Эмма, как шпион, пробралась в офис их отдела в ФБР. Она не хотела попадаться на глаза Вину, ведь Шеф приказал не совать свой длинный нос в отдел, как минимум несколько дней, и поэтому Свон пришлось шифроваться.  — Эмма?! — воскликнула громко девушка, но быстро сбавила громкость, — ты что здесь делаешь? Тебе же запрещено пока здесь быть. — Вот поэтому, говори тихо, — Эмма взяла Адель под локоть и потянула ближе к стене, в угол, чтобы их не было видно, — ну, так что?  — Как ранение? Ты уже обрабатывала? Если хочешь, я приеду обработаю или попрошу подругу, она у меня как раз медсестра, — Адель не могла пока думать о чем-либо, ведь состояние Эммы ее очень волновало, — у тебя не болит плечо? — Я обработаю у врача и хватит прыгать, — Эмма строго закончила фразу, — ты не виновата ни в чем, только в том, что не отвечаешь на мой прямой вопрос. — Ладно, ладно, — Адель улыбнулась, — допрос прошел непонятно. Этот парень ничего не мог сказать. Ощущение, что он новичок и был там случайно.  — А ощущения, что он врёт, нет? — уточнила Свон с серьезным выражением лица.  — Вин сначала тоже так думал, но парень продолжал твердить одно и тоже, не сбиваясь. Поэтому мы приняли решение допросить его завтра, за это время он забудет какие-нибудь придуманные факты. Ты не переживай, если будет информация, мы ее получим.  — Я не сомневаюсь в ваших способностях, но уверена, что и мои не будут лишними, — Эмма фыркнула. Она не хотела сидеть без дела.  — Но Вин сказал, что ты еще на больничном, — Адель улыбнулась, — ты лучше отлежись.  — Этого мне еще не хватало. Не собираюсь я сидеть дома, — Свон продолжала злиться. Эта тема могла быстро ее завести. — И что это мы тут делаем? — за спиной Эммы послышался грубоватый мужской голос. Ролистер был недоволен появлением Свон в отделе.  — Вот черт! Черт! Черт! — шептала одними губами Эмма, зажмуривая глаза. Адель сдерживала смех, смотря на блондинку. — Свон, я спросил тебя, что ты здесь делаешь?  — Шеф, — Эмма с широкой улыбкой посмотрела на Ролистера, повернувшись, — привет. Я за зарядкой для ноутбука. В ящичке тумбочки забыла. — Да?! Ну тогда бери и иди, нечего тебе прохлаждаться болтовней с коллегами, — с улыбкой, но в приказном тоне сказал Вин.  — Я не прохлаждаюсь, а даю необходимые рекомендации. Я как-никак ее куратор и должна учить, — Эмма подмигнула Адель, чтобы та помогла ей с этой легендой.  — Ам… да… без Эммы бы я не разобралась, — выдала девушка, смотря на командира. — Да?! Ничего, она может это делать и по телефону, да и тебе пора учиться действовать самостоятельно, — поучал Вин, смотря на Бранд, — так что ты, — он показал на Эмму, — шуруй домой. — Хорошо. Только зарядку-то возьму, — Свон сделала невинное, но шаловливое лицо и быстро пошла из коридора в офис, к своему столу. Помещение, где работали агенты, было большим и светлым. В нем работали не только агенты команды Ролис, но и другие сотрудники ФБР. Помещение разделялось на один большой кабинет и два маленьких, находящиеся на возвышении над общей площадью. К ним ведут две лестницы — одна у стены, а вторая напротив нее, у окна. Один кабинет занимает командир отдела Вин Ролистер, а во втором расположен компьютерный центр всея агентства. Это закрытый мир агента Мура, в который вход разрешен лишь избранным. Там работает лучший компьютерный гений, как скромно себя именует Ранделл. Эмма же и Адель сидели в общем кабинете, у каждой был стол, которые стояли рядом друг с другом. Но по большой сути команда работала за столами лишь для написания отчетов. Для командного штурма у них был конференц-зал, а для полноценной работы — машины, улица и мозги. Это главное в их работе. Ведь они не простой отдел ФБР. Вин Ролистер стремится поднять команду на уровень выше, чтобы им официально разрешили работать над более сложными делами — убийствами, серийными преступлениями. Чтобы подняли бюджет и разрешали чаще ездить по другим городам для помощи местной полиции. Это всё было в планах Ролистера, а команда всецело его поддерживала. Свон следила, чтобы за ней не было «хвоста». Ведь она не собиралась уезжать домой. Она тихой сапой, прокралась в кабинет Мура. — Рэни, ты меня здесь не видишь. Но рассказываешь о насущном, — Эмма села в рядом стоящее с Ранделлом кресло и стала смотреть в монитор. — Я придумал новую программку. С ее помощью я становлюсь в три раза быстрее. Хотя, конечно, я и так быстр, ловок и смел, но с помощью этой гениальной программки, — начал Мур и его уже было не остановить. Он не замолкал ни на секунду, рассказывая Эмме о своей гениальности и о принципе работы новой программы. С ее помощью Ранделл сможет в ускоренном темпе работать одновременно на нескольких компьютерах по удаленном доступу, что впоследствии может очень помочь в раскрытии дела. Свон же сидела и вполуха слушала мужчину, а вместе с этим копалась в одном из его ноутбуков, проверяя информацию о вчерашней перестрелке.  — Агент Свон, — Вин зашел позвать Мура и увидел свою подчиненную, которую отправил домой, — я вам что сказал делать? Вы ослушались приказа, — зло сказал мужчина, смотря на Эмму и Ранделла, которые уже смотрели на него.  — Да ну почему у тебя здесь проходной двор? — Эмма очень тихо, косясь на Мура, говорила ему, а тот ответил: — Ой, Эмма? А я тебя даже не заметил, — он показательно дернулся, а потом вскочил с кресла, — агент Ролистер, уже сбор? Я бегу-бегу, — мужчина аккуратно пытался обойти Вина, но ему это не удавалось сделать.  — Один будет составлять за всех отчеты, — Вин показал на Мура, — а ты, — посмотрел на Эмму, — сдай пропуск, — мужчина протянул руку, — пока не покажешь справку от врача, обратно его не получишь. — Отчеты? Ну, Свон! — Ранделл зло фыркнул. Но когда услышал наказание для Эммы, усмехнулся и ретировался из кабинета, так как взгляд Шефа это показывал, да и он отошел от прохода. — Вин, черт! У меня мать дома, я там не могу! — Эмма не собиралась отдавать пропуск, продолжив сидеть на попе ровно. — Мама, Свон, это хорошо. Тебе полезно пообщаться с матерью, тем более она у тебя такая активная, целеустремленная. Так что вперед, к маме, — Ролистер развернул Эмму и подтолкнул к выходу, — хотя, стоп. Пропуск! Давай сюда.  — Ты издеваешься! Я же могу подумать, что вы и без меня справитесь, — Свон повернула голову в бок, — я что, разве не нужна команде?! — Ты нужна нам, и мы будем с трудом справляться без тебя, но ты нужна нам целая и здоровая, — Вин расплылся в улыбке, — так что к маме. Она о тебе позаботится.  — Ты мне мстишь! Я уверена, что мстишь! — Эмма повернулась и прищурилась.  — Я забочусь о тебе, дуреха, — Ролистер улыбнулся и, не став забирать пропуск, пошел из кабинета, — увидимся, когда тебя выпишут. — Меня сегодня же выпишут! — под нос себе самой буркнула Эмма. Она всё же вышла из здания, но с серьезным намерением получить официальную выписку.  — Пять минут. Всего пять минут, — Реджина вышла из больницы и присела на лавочку. Она прикрыла глаза и расслабилась. У нее был очень напряженный день, и поэтому несколько минут, на которые брюнетка вырвалась, были спасительными. Эмма только хотела перейти порог больницы, как ее с ног чуть ли не сбил выбегающий парень лет пятнадцати. У него были испуганные глаза, а за ним явно бежала взволнованная мать. Он врезался прямо в травмированное плечо Эммы и даже не остановился. — Вот черт! Куда же ты несешься?! Маленький засранец! — крикнула вдогонку Эмма, шатаясь. Ей было хоть и больно от такого столкновения, но для нее вполне терпимо. Хотя, обычный человек почувствовал бы сильную боль. Эмма услышала лишь извинения, но и то не от подростка, а от его матери, которая побежала за ним, прося остановиться. — Вот и закончились пять минут, — Миллс услышала и открыла глаза, направляя взгляд в сторону входа. В этот момент к Свон подошла медсестра, — с вами все хорошо? — она помнила раненого агента ФБР.  — Да, всё нормально, — Эмма держала руку на плече, но больше по инерции, чем от боли, — мне нужен врач.  — А вы не могли прийти минут через пять? — недовольно спросила Реджина. Она встала с лавочки и подошла к Эмме. А заданный ею вопрос был больше риторическим и направлен в никуда. — О, это вы. Отлично, — Свон расплылась в улыбке. Она смотрела на Реджину, хотя до этого даже не заметила ее на лавочке, — а почему именно пять минут? Слишком мало для перерыва. Тяжелая смена?! — Вы пришли меня об этом спросить или получить медицинскую помощь?! — Реджина посмотрела на Эмму, — пойдемте, я вас осмотрю.  — Я не за помощью, собственно. Так что можем просто посидеть, — Эмма пожала плечами и обошла Реджину, идя к той самой лавочке, на которой сидела женщина, — у вас же перерыв. Миллс не стала сопротивляться и пошла на лавочку. Вернувшись на нее, она сделала все то, что делала до прихода Свон.  — Так вы не ответили. Тяжелая смена? — Эмма подождала с тишиной всего тридцать секунд. Она внимательно смотрела на брюнетку. — Надежда на тишину рухнула, — цокнув языком, протянула Миллс. Она открыла глаза и посмотрела на Эмму, — вам не с кем поговорить? Я врач, вам помощь не нужна, можно, я побуду в тишине?!  — Тишина угнетает. Лучший отдых — это смена рода деятельности. Сейчас можно как раз поговорить с человеком не из вашего круга общения. Может, этот разговор окажется интересным?! — уточнила Свон, озаряя свое лицо легкой улыбкой. — Извините, но я не уверена, что разговор с вами покажется мне интересным, — Реджина опять прикрыла глаза, — тишина лучше всего.  — Мне интересен ваш характер. Иголки так и остаются снаружи? — уточнила Эмма.  — У меня нет иголок, я просто не люблю слушать трёп. А сейчас вы треплетесь, — Реджина была честна и спокойна.  — А что вы любите? Тишину, я уже поняла. Что-нибудь, может, другое есть? — поддевала Эмма, усмехаясь. — Я не люблю тишину, я сейчас хочу тишины, — Реджина тяжело выдохнула, — а вы своей болтовней меня достаете. У вас есть ко мне дело по моей непосредственной профессии. Если нет, то посидите молча. — У меня есть дело, и я до безумия надеюсь на вашу помощь, иначе я не перестану следовать за вами по пятам, хоть несколько дней подряд, — Эмма от просьбы мгновенно перешла к угрозам.  — Ну, это вряд ли, хотя, я послушаю, что там вам от меня нужно, — Миллс посмотрела с интересом на девушку. — Мне нужна справка, что я могу приступить к работе и закрытие больничного листа, — сразу выдала Эмма, видя глаза напротив. — Нууу… — Реджина наигранно задумалась, — нет. Ранение у вас было… сколько дней назад? Совсем недавно, а работа у вас опасная и ответственная, поэтому я не могу пойти на такой шаг. Увы! — Ну, тогда не обессудьте, — Эмма пожала плечами, с невозмутимостью смотря на врача, чуть ли не сверля ее взглядом. — Слушайте, — Миллс что-то мысленно прикинула, — вы же ФБРщица?! А значит, будете моим личным телохранителем. Круто! Так если подойдет мужчина в белом халате с бейджиком «главный врач», стреляйте, не думая. Он явно хочет меня убить, — Миллс встала с лавочки, — ну что, пойдем?  — У меня нет табельного оружия. Я же на больничном, — Эмма кокетливо подмигнула и тоже встала с лавочки, — так что ничего обещать не смогу. Вот если бы у меня была справка. То никаких преград не было бы.  — Если бы у вас была справка, вы бы меня быстренько бросили. А мне очень нужна защита, — Реджина подмигнула. Она флиртовала, но это больше от скуки, чем от заинтересованности.  — Я не любитель хвастаться, но по своей природе, да и по должности работы, я — человек чести. Так что, если вы поможете мне, я вполне могу придумать, как помочь вам, — Эмма открыто флиртовала, чувствуя ответный флирт. Хотя чутье блондинки не обманывало её, она видела, как Миллс наигранно ведет себя. — Я вам не верю. Ваша честь вам не позволит перестрелять всех моих врагов, а на другой бартер я не пойду. Как жаль, а все так хорошо начиналось, — Миллс поджала губы и пошла в здание больницы.  — Начало очень увлекательно, интересно, чем закончится, — Эмма пошла следом за Миллс. Она не опережала ее, просто давя на женщину своим близким присутствием прямо за ее спиной. Миллс совершенно не обращала внимания на Эмму. Ее терпению можно было позавидовать. — Ну что, Эмс, есть что-нибудь? — спросила Реджина у девушки в регистратуре.  — Сегодня какой-то сущий кошмар, доктор Миллс. В третьей пара с ножевыми ранениями, на пятой койке лежит бабуля с болью в области живота, на второй подозрение на аппендицит, во второй смотровой вывих лодыжки. На трех койках лежат в полуобморочном состоянии, так как перепили. А еще целая очередь в приемном, — девушка показала взглядом за перегородку.  — Так, я возьму ножевое, бабулю, лодыжку, если мне повезет, не успею обморок, — Реджина улыбнулась, имея в виду, что последний случай кто-нибудь другой возьмёт. Брюнетка взяла карты и передала их Свон, — не ходи вхолостую, помоги даме, — в больнице уже давно использовались планшеты, а карты были больше для медсестер, и Миллс решила просто поприкалываться над Свон. Эмма была не дурочкой и многое знала, ведь не раз попадала в больницу — допрашивала раненых подозреваемых или опрашивая пострадавших и их врачей. Да и тот самый планшет, в который вносились все данные, был в руках Миллс. Но Эмма усмехнулась и взяла карты свободной рукой. — Какой талмуд пыльный, — она показательно закашляла. — Ничего, вам полезно потренировать здоровую руку, — Реджина ехидно улыбнулась, — пойдем.  — Я привыкла доверять врачам, — с намеком протянула Эмма, имея ввиду, что рекомендации Миллс будет принимать, как правду.  — Вы нарвались на лучшего врача, — без доли скромности сказала Миллс и зашла в палату, где лежали двое с ножевыми ранениями. Парнем уже занимался врач, а Реджина подошла к девушке, — держись подальше, — сказала она Эмме и быстро начала заниматься пациенткой. — Но мне же так интересно, — Свон продолжала говорить, но стояла на расстоянии. Она не собиралась вредить или же мешаться под ногами, — а где у нее ранение? Как же так получилось? Ножом?! Миллс, не обращая внимания на Свон, делала свое дело. Ранение у девушки было на боку, и Миллс пришлось ее немного развернуть, чтобы был лучше обзор. Ранение было достаточно сильное, и Реджина не могла понять, что же задето. — Аппарат УЗИ мне придвиньте.  — А вы и хирург по совместительству или должны вызвать его? Ранение-то может быть серьезным, — Эмма продолжала давить своим мнимым интересом на врача. Она знала, что лезет не в свою стезю, но и от своего плана по получению справки не могла отказаться, — а вдруг проникающее в почку?! Эмма своими словами уже не на шутку перепугала пациентку. — Всё очень серьезно?! — Да заткнись ты! — гаркнула Миллс на Эмму, — а вы лежите и не двигайтесь. У вас нож в боку побывал, это уже серьезно, — Реджина начала делать УЗИ. — Твою мать, накаркала. Быстро в операционную, печень задета, — крикнула Миллс медсестре. — Всё будет хорошо? Что со мной будет? — пациентка начала истерить, очень боясь за свою жизнь. Она схватила Реджину за халат, держа двумя руками, — скажите мне! Эмма же отошла на шаг назад. Мешать при таких серьезных обстоятельствах, даже с учетом своих потребностей, Свон не имела права. — Да тихо ты! Лежи смирно, — гаркнула Миллс и отцепила от себя руки девушки, — готовьте ее к операции, — дала указания брюнетка. Она ненавидела, когда пациенты истерят, хотя она и понимала их страх, — не бойся, сейчас зашьем, будешь, как новенькая, — она сама взяла девушку за руку.  — Хорошо. Всё этот придурок! Засужу тебя к чертовой матери, индюк обдолбанный! — девушка отвлеклась от успокаивающих слов врача и начала кричать на парня, лежащего на соседней койке. — Эй! Тихо вы, потом разберетесь, — Миллс вновь повысила тон. Она показала, чтобы девушку быстрее увезли.  — Сволочь, ненавижу! — продолжала истерить девушка. Ее явно не заботила громкость голоса врача. Но Реджине не пришлось больше напрягать связки, за девушкой прибежали интерны хирургии, которые увезут пациентку в операционную.  — Ну все, вы свободы, я теперь часа на три занята, — Миллс подошла Эмме, — адьёс, — она улыбнулась и пошла из палаты. Она просто хотела отвязаться от девушки. Реджина дала понять Эмме, что пойдет делать операцию. Но Свон вестись не собиралась и потопала за ней. — А вы по специальности хирург? Как будете проводить операцию? Открытую или лапароскопию? — не унималась агент.  — Открытую. Разрежу, вытащу печень, зашью ее и верну обратно, — фыркнула Миллс, — вы что, в медицину ударились? — Вытащите печень? — Эмма засмеялась, — так говорят дилетанты, а не хирурги. — Ну, значит, хреновый я хирург. Поэтому дам совет, обратитесь к другому врачу, а то вдруг плохо вас заштопала, — подмигнув, сказала Миллс.  — Моё чутьё меня редко обманывает. И сейчас не тот случай, — Свон шла за Реджиной по пятам. Она с каждым словом и действием всё больше симпатизировала этой неординарной женщине.  — Чутье? — Реджина резко повернулась, да так, что Эмма вписалась в нее, — черт! Глаза где? Вроде вам их я не зашивала, — недовольно прошипела брюнетка Рука блондинки на автомате оказалась на спине Реджины. Инерцию никто не отменял, ведь Эмма не могла допустить падения или же другого неуклюжего действия. — А глаза мне еще пригодятся. Люблю смотреть на красоту в непосредственной близости, — взгляд вновь флиртовал.  — Приятно, если это был комплимент, но вы не по адресу, — Миллс осторожно отстранилась, — мне кажется, вам пора. А мне пора работать. — Вы сейчас идете к бабуле или на вывих? Советую к бабушке. Старость нужно уважать, да к тому же потом не придется выслушивать, как она долго ждала приема, — Эмма подмигнула. Она вновь улыбалась, чувствуя, как характер Реджины ее не просто умиляет, но и доставляет удовольствие от общения. — Какая проницательность и понимание, — Реджина улыбнулась, практически скалясь. Брюнетка не ожидала, что Свон ее так быстро раскусит, и ей это, что удивительно, понравилось, — вы пойдете со мной к бабуле?! — А вы меня хотите кинуть к ней первой? — Эмма усмехнулась, вновь и вновь показывая Реджине свои белоснежные зубки вкупе со стреляющими в ее сторону глазками. — Вас я хочу кинуть куда-нибудь подальше от себя, — Миллс развернулась и пошла к пациентке, — вы мне мешаете.  — Это очень легко исправить, — Свон продолжила свой путь за Миллс.  — Как? Как я могу исправить то, что вы по пятам за мной ходите? — серьезно спросила брюнетка. — Дать мне справку, неужели, запамятовали? — Свон усмехнулась.  — О, Господи! Да не могу я вам дать эту справку. Я врач в приемном отделении, я вас зашила и отпустила. Выписывать вас должен стационарный врач. Я вас могла выписать только из больницы, но вы здесь не лежали. Так что свалите во тьму!  — Договоритесь. Неужели, у вас нет связей? Мне нужна справка, что я могу приступить к работе. По-другому вы от меня не отвяжетесь, — Эмма стояла на своем.  — Нет. У меня друзей нет, коллеги со мной общаться не хотят, — Реджина развела руками, — вы нарвались на самого склочного врача.  — Это я понимаю, но это ваши проблемы. А мне нужна справка, — Эмма же сложила руки на груди, смотря прямо на Миллс. — Да… — Реджина не знала, как культурно выразиться, поэтому единственное, что ей пришло в голову, так это нажать пальцем на место ранения. Эмма сразу отреагировала, дернувшись. — Ну вот видите, вас еще нельзя выписывать, — она развернулась и пошла к пациентке.  — Ах ты ж… Стерва… — тихо прошипела агент, стоя на месте. Она потерла плечо, но боль прошла быстро, а Свон решила придумать другой план и поэтому не последовала за врачом. Миллс заметила, что Свон не пошла за ней, и на данный момент она была этому рада. Ведь ей еще нужно было принять, как минимум, пять пациентов до конца смены. Закончив с бабушкой, у которой были банальные газы, Реджина собиралась перейти к другому пациенту, как увидела своего лучшего друга. — Эй! Ты чего тут шляешься? Ты договорился о моей трубе?  — Естественно! — Джош улыбался очень ярко. Так, что светился буквально весь. Он бы в порыве обнял сейчас свою подругу, но знал, что та не любит таких нежностей.  — А ты чего, как начищенный самовар? — Миллс заметила настроение Джоша и его порывы, — премию увеличили вдвое?!  — Ну ты вообще! Только о деньгах и можешь думать! Ничего больше в мыслях нет? — спрашивал мужчина, прищуриваясь.  — Секс?! — она вскинула брови, — девушку какую-нибудь нашёл? — Ну, хоть со второго раза, — закатил глаза Джош, протягивая слова. Он играл на публику, — снова мимо! — Так, Джош, я играть в угадалки не хочу. Давай, говори, — Реджина показательно, но без злости схватила друга за ворот халата.  — Вот скажи мне, — как бы с ленцой начал Джош, показательно зевая. Он давал понять Реджине, что ее наигранная злость также наигранно ему по барабану, — ты хоть помнишь, что я провожу исследование?! Миллс отпустила друга, — у тебя что, получилось? — Реджина не знала, расплываться ей в улыбке или нет.  — Почти угадала, — Джош засмеялся, — у меня не только получилось, но и удалось попасть в список номинантов на премию Гарвера! Реджи, меня номинировали на самый крутой грант в этой области!  — Джош, — Реджина сама обняла друга. Она была счастлива за него, ведь знала, как он этого хотел, — поздравляю. Ты такой молодец. Не ожидала от тебя, — все же не оставила без комментария Реджина.  — Гадюка! — Мюрей отстранилась от подруги, — лучше бы пожелала победы. За премией и грантом и повышение недалеко. Я могу стать заведующим приемным!  — Не дай Бог! Я сразу повешусь, — Реджина замотала головой, — нельзя допустить, чтобы ты стал моим начальником, — брюнетка улыбнулась. Она, конечно же, была рада за друга и желала ему победы.  — Конечно, тебе стоит опасаться. Я ведь в любой момент смогу отнять у тебя премию и начислить себе, — Джош толкнул Реджину в бок, — так, ладно. Я домой сваливаю. У тебя когда смена заканчивается? — Уже скоро. Я валюсь с ног, — Реджина прикрыла глаза, — сегодня было несколько серьёзных аварий, и они все достались мне. Поэтому еще только эти и домой, — она показала планшет, на котором был список пациентов.  — Я, конечно, мог предложить свою помощь, но… ты же сама понимаешь, я уже не на том уровне, да, — начал приторно говорить Джош, сдерживая улыбку глубоко внутри себя.  — Конечно, понимаю, мистер Мюрей, — фыркнула Миллс, а потом улыбнулась, — да ладно езжай, сама справлюсь. Жду вас в воскресенье, завтра у меня тоже выходной.  — Без проблем. Кушать с пятницы не буду, — он подмигнул и пошел дальше по коридору.  — Пока, — Реджина кивнула и пошла дорабатывать смену. Это заняло не так мало времени, как она ожидала, поэтому из больницы она вышла уже ночью. У нее в руках была небольшая спортивная сумка и кожаная куртка, так как на улице было достаточно тепло. Подойдя к своей BMW, брюнетка закинула свои вещи на пассажирское сиденье и сама села в нее. Реджина совершенно ничего не подозревала, когда завела машину и собиралась сдать назад, видя в зеркале заднего вида человека, который находился в салоне ее машины. — Аа! Еп! — Миллс быстро повернулась и разглядела в неизвестном Эмму, — какого хрена! Ты чего здесь забыла? — она резко перешла на «ты».  — Я тебя здесь уже заждалась. Хорошо, тепло на улице, а то задубела бы в этой железной коробке, — Эмма сидела, облокотившись на сидение, и спокойным голосом разговаривала с Миллс. Она без проблем пробралась в машину, так как знала определенные хитрости. За то время, пока врач продолжала работать, Эмма висела на телефоне, разговаривая и с Муром, и с Бранд, и с Ролистером. Она не могла просто так оставаться в неведении. Хотя разговор с Вином прошел быстро, так как командир снова не удосужился посвятить свою подчиненную в новое дело, которое им поручили сегодня. О нем Эмма узнала от Адель, которая совсем немного рассказала, а потом они все поехали по заданиям, которые им отдал Ролистер. Свон скрежетала зубами, так как знала, что она нужна команде, а самое главное, хочет не просиживать штаны, а работать.  — Ты что здесь делаешь? — грозно спросила брюнетка. Она никак не ожидала увидеть Эмму здесь и сейчас, тем более в своей машине, — я тебе сказала скрыться во тьму.  — Тут довольно темно. Не находишь? — Эмма вскинула брови. — Не нахожу. Выматывайся из моей машины. Ты незаконно в нее проникла, — Реджина смотрела на Свон. Эта девушка ее выводила, но и привлекала одновременно.  — Пока ты там работала, я сходила в кафешку. Больше чем уверена, что дома у тебя ужина нет. Так что ты не откажешься от китайской лапши и еще чего-то, — Эмма зашуршала пакетом, который лежал рядом с ней. — Что?! Ты хочешь, чтобы я пригласила тебя домой? Ни за что. Мой дом — моя крепость! И разным ворам там места нет, — Реджина повернулась к рулю, ее с ума сводил запах еды, ведь она была очень голодна.  — А у тебя дом или квартира? — уточнила Эмма. Она спокойно реагировала на выпады Миллс, ведь просто не могла оставить её в покое. — Ты что, еще не узнала? Упущение. Появление в квартире было бы куда эффектнее, — Реджина зыркнула на блондинку.  — Я решила оставить хоть какую-то тайну о тебе, — Эмма подмигнула, — давай, жми на газ. Я с утра ничего не ела. А злую меня тебе еще рано видеть.  — Отлично. У меня гости, а я только сейчас о них узнаю. А ты знаешь, гость, что напрашиваться к незнакомому человеку домой неправильно. Тем более, когда об этом говорят в цвет.  — Как раз разговор в цвет — самый верный способ понравиться, — Свон пододвинулась к креслу Реджины, практически кладя подбородок на спинку водительского сидения. Миллс улыбнулась и развернулась, смотря на Свон, — ты хочешь мне понравиться? Или я чего-то не понимаю?! — Знаешь, я всегда считала врачей проницательными, — не прямо, но с намеком ответила блондинка. Она вдохнула носом такой близкий аромат рядом сидящей женщины. — Какая прелесть, аж противно, — Реджина фыркнула и, заведя машину, направила ее к своему дому. Она жила недалеко от больницы, в хорошем высотном доме.  — Противно? — уточнила Эмма, наклонив голову в бок, чтобы лучше видеть лицо врача. Миллс быстро посмотрела на Эмму, но вернула взгляд на дорогу. — Противно от того, как вы хорошо знаете врачей. — Мы перешли на «ты», — сразу поправила Эмма. Она продолжала сидеть достаточно близко к Реджине, так как не облокачивалась на заднее сидение, а держалась переднего.  — Мы не переходили на «ты», просто ты забралась в мою машину, а с такими людьми я не могу говорить на «вы», — пояснила Миллс, — но сейчас перейдем на «ты», потому что я начинаю путаться.  — Согласна с твоим выводом, — Свон усмехнулась. Но со стороны казалось, что она усмехается не над словами, а над самой Реджиной. Но сама Реджина это поняла и даже не собиралась реагировать. — Так зачем ты проникла в мою машину?  — Мне надоело бегать за тобой в больнице. Пришлось придумать новый план, — ответила правдой агент. — Эй! Как тебя зовут-то? — Реджина не помнила имени девушки.  — Плохая память? Интересно, это распространяется только на имена или на наименования лекарственных средств в частности? — спросила с издевкой Эмма.  — На все. У меня память «рыбки», — с усмешкой сказала Реджина, — вот когда вижу, помню, а отвернусь, забуду.  — Как удобно. Но вот интересный вопрос — правильно ли ты выбрала специальность? Может, стоило податься в другую область жизни? А то как-то за пациентов стоит беспокоиться твоему руководству. Или кто-то умело может скрывать такую болезнь?! — продолжала смеяться Свон. — Правильное. Это мое призвание. Ничего страшного, если я забуду пациента или его болезнь. Я уже горда собой, что я помню тебя. Кстати, я еще помню, что ты не ответила на мой вопрос, как тебя зовут, — Реджина улыбнулась, смотря на блондинку через зеркало.  — Агент Свон, — Эмма только сейчас села ровно. Но она чуть подвинулась, чтобы сидеть не за водительским или пассажирским сидением, а посередине. Она также смотрела на лицо врача через зеркало, ожидая ее реакции. Ведь Эмма не могла просто назвать имя, она захотела понять, вспомнит ли её Реджина, дав той только фамилию. Реджина тяжело выдохнула, — агент, а мозгов на три цента. Я знаю, кого зашивала, но на твое имя я не обратила внимание. Так что можно имя, а не хвастаться своей должностью.  — Совершенно не интересуешься пациентами, — Свон засмеялся, — но, ладно. Меня зовут Эмма. А тебя Реджина. Мы, наконец, будем знакомы.  — Я интересуюсь проблемами с их здоровьем, — поправила брюнетка Эмму, — как твое ранение?  — Не знаю. Я на него не смотрю, я же не врач, — Эмма не интересовалась ранением, как чем-то серьезным. Конечно, было некомфортно, но Свон не на работе и может справиться и одной рукой, ведь второй практически не шевелила.  — Сколько раз в день ты его обрабатываешь? — уточнила Миллс.  — Я же ответила — я не врач, — спокойно сказала Свон. — Так сколько? Три, четыре? — спрашивала брюнетка, так как знала, как важно правильно обрабатывать ранения для быстрого их заживления. Эмма при всех своих достоинствах имеет огромный недостаток. Она не заботится о себе. Она всю себя отдает людям, работе, что на себя времени просто-напросто не остается. — Да ни разу. Что ты пристала?! — Свон даже возмутилась. — Что?! — Миллс даже немного резко нажала на педаль тормоза перед светофором. Она повернулась в пол оборота и посмотрела на Эмму, — ты еще не умираешь от заражения крови? Свон тряхануло, но она привыкшая к таким рывкам и поэтому спокойно отнеслась к резкому торможению. — Вроде живая. А что, должна?! — Господи, да ты больная на голову. Я тебе, что сказала делать? — Реджина была шокирована тем, что Эмма ни разу не обрабатывала рану. — А что, это так важно? — Свон изобразила живейшее удивление.  — Ты издеваешься? Или принимаешь меня за дуру?! — Реджина вновь тронулась с места, — конечно, ты должна обрабатывать ранение не менее двух раз в сутки.  — Да нормально и так всё будет, — Эмма махнула рукой, — лучше скажи, долго нам еще ехать?!  — Нет, приехали, — Реджина завернула во двор своего дома, — сейчас осмотр у тебя будет.  — Я, значит, тебе жрачку, а ты мне скальпель? — Эмма усмехнулась, качая головой, — сервис!  — Ну, во-первых, не жрачку, а еду. Жрут свиньи на ферме, — Реджина припарковала автомобиль на свое персональное место, — пойдем. Только сумку мою забери, — Реджина взяла только куртку.  — Лакей самое то, — Свон покачала головой. Она сначала вышла из машины, а потом забрала здоровой рукой сумку и пакеты с едой.  — Идём уже, — Реджина подождала Эмму у подъезда, держа дверь.