Незримое доверие

— Рэни, найди мне телефон Брюса Лиона, — Эмма знала, что этот человек — лучший в своей адвокатской области. Но у них несколько раз в прошлом были с ним стычки. Еще в то время, когда в отделе не было Адель, и они работали совсем в другой области. — Эмма, ты уверена, что тебе нужен именно он?! — Мур очень удивился просьбе Свон. Он помнил, что Эмма постоянно ссорилась с Лионом. — Рэни, он лучший, или ты знаешь еще кого-то? — Свон нужен был самый мастеровитый и опытный защитник. Хотя по своей сути, эта вся ситуация выходила за какие-либо рамки. Агент ФБР ищет адвоката для подозреваемой. Бред. Но это только со стороны правил. На самом деле жизнь оказывается гораздо сложнее, многограннее. — Хорошо, сейчас все будет, — Мур развернулся к компьютеру, — как ты? Что думаешь делать? — Я уверена, что это Доррсен, — Эмма смотрела прямо на Мура. Кроме них в комнате никого не было. — У меня были такие предположения, но как он это сделал?! И как нам доказать, что Реджину подставили, — Мур переживал за Эмму и верил, что она бы не влюбилась в убийцу. — Узнай, что он делал каждый день в эту неделю, — Эмма получила от Мура смс с номером адвоката, — я пойду пока позвоню, — Свон пошла из допросной, направляясь к своему столу. Когда она дошла до него, то увидела там Адель. Свон не обратила на нее внимание, набирая номер адвоката. — Эмма, давай поговорим? — Адель хотела разъясниться. Ей не нужны были недомолвки с Эммой, ведь она считала ее наставником и другом. — Адель, ты не видишь? Я разговариваю по телефону, — Эмма кинула взгляд на девушку лишь на секунду. — Прости. Тогда потом, — девушка выдохнула и отошла от стола Эммы. В этот момент в трубке Свон послышался мужской брутальный голос, немного с хрипотцой, — Лион у телефона, я вас слушаю. — С вами разговаривает специальный агент Свон, — Эмма говорила уверенно и четко. — Агент Свон?! — было слышно удивление в голосе, — с какой целью вы звоните мне? Я вроде бы не веду никаких дел, связанных с бюро. — Нам нужно встретиться, мистер Лион. Есть очень важный разговор. И я больше, чем уверена, вы заинтересуетесь темой. — Я заинтересуюсь?! Сомневаюсь, — с усмешкой сказал Брюс, — я не сильно горю желанием связываться с вами. — Никаких угроз. Вас просит агент ФБР. Неужели вы упустите такую возможность? — Эмма позволила себе усмехнуться. — Просит?! Ну тогда я точно не упущу такой возможности, — хитро протянул мужчина, — когда и где? Хотя нет. Ресторан «Аморе», через час. Я не ужинал, — он сбросил вызов. Эмма тяжело выдохнула, откинув мобильный на стол. Она стукнула по плоской поверхности кулаками, выплескивая все сидящие внутри эмоции. А они были самыми неблагоприятными. Через час в ресторане «Аморе» Эмму ждал Лион. Это был мужчина сорока лет, высокий брюнет в костюме из лучшего магазина. На стуле рядом стоял кожаный портфель. Мужчина уже сделал заказ и в ожидании потягивал из бокала красное вино. — Добрый день, мистер Лион, — Эмма подошла быстро и также стремительно села напротив мужчины. Она была одета в свой обычный брючный костюм. Лицо украшала серьезность, излучающаяся на метры, а высокий хвост олицетворял такого же рода намерения. — Здравствуйте, агент Свон, — мужчина улыбнулся своей самой обаятельный улыбкой, — выпьете?! Может, покушаете? А то вы что-то схуднули, одни кожа и кости. — Да, я, пожалуй, воспользуюсь вашим предложением, — Эмма махнула рукой недалеко стоящему официанту, — свиную отбивную, овощи-гриль и виски. Парень быстро записал заказ и удалился. — Отлично. Только какой-то у вас не дамский набор, агент, — с усмешкой выдал Лион.  — Я не красоваться манерами сюда приехала. Мне нужна ваша помощь, — Эмма не стала хохмить, а перешла прямо к сути.  — Ну тогда сразу к делу. Чем рядовой адвокат может помочь великому и ужасному агенту?! — хохмил Брюс. — Утрите нос ФБР, — Свон поняла, что Лион не понимает ее серьезность, и решила говорить в выбранной им манере. Мужчина даже вином поперхнулся, — что? Агент Свон, я не ослышался, случайно? Вы меня просите сделать то, что я делал много раз, но сейчас с вашего разрешения. — Вы всё правильно понимаете. Думаю, я не ошиблась, выбрав именно вас, — на этот раз усмехнулась Свон, смотря прямо в глаза Брюсу.  — Ну и что вас сподвигло на это? Или вас уволили?! А, я понял, вы расследовали дело и посадили не того. А вы знаете, кто злодей, и с моей помощью хотите стать героем?! — с очень серьёзным лицом говорил адвокат.  — Я хочу нанять вас для защиты Реджины Миллс. Она подозревается в убийстве пяти мужчин. Все улики выводят на нее, и на ночи убийств у нее нет алиби. Но я точно знаю, что она не виновна.  — Суть дела, — сразу сказал мужчина. Он был профессионалом в своем деле и понял, что дело серьезно. В этот момент ему принесли его заказ. И когда официант удалился, Лион вернул свое внимание Эмме, — я хочу знать все подробности. И Свон начала с самого начала. Она еще не знала, возьмется ли Лион за него. Но очень надеялась на помощь адвоката. Сейчас не время выпендриваться или надеяться на авось. Нужно действовать ради Реджины, и Свон сделала первый шаг, идя за помощью к, грубо говоря, сопернику ФБР. — Ум…да, — пережевывая кусок своей мраморной говядины, протянул Лион. Он уже прикидывал варианты, ведь такое сложное дело его безоговорочно привлекло, — напишите мне все данные моей клиентки, я хочу лично пообщаться с ней.  — Я завтра организую вам встречу, а данные перешлю на телефон, — Эмма не приступила к еде, но выпила свой бокал виски. — Отлично. А еще мне нужны все материалы дела. Я хочу понять, правы ли вы. Потому что дело запутанное.  — С этим я тоже смогу помочь, — Эмма кивнула и попросила официанта принести еще виски.  — Ну, а теперь агент, скажите мне правду, — мужчина продолжал жевать свое мясо и запивать его красным вином. — Я вам рассказала достаточно правды для того, чтобы вам начать работать над защитой мисс Миллс, — Эмма почувствовала, как хмель ударил в голову, и решила поесть. Она нужна Реджине сильной. А для сил нужна энергия и бодрость. — Не все. Кем для вас является Реджина Миллс? — в лоб спросил Лион. Он сразу это просек, незря же он считался лучшим. — Это важно? — коротко спросила Свон. — Это покажет мне, насколько вы откровенны. — Ладно. Всё равно нет смысла скрывать это. Реджина Миллс состоит в романтических отношениях со мной. Она мне дорога. И я не хочу допустить, чтобы ее осудили. — Хм… а я слышал, что вы, агент, никак не остепенитесь. Наверное, давно я не работал против вас, — Брюс улыбнулся, — ну ничего, нужно возвращаться. — Вернитесь. Докажите, что не зря считаетесь лучшим. Помогите мне, — Эмма смотрела прямо в глаза Лиону, как будто бросала ему вызов. — Мы договорились, агент. С завтрашнего дня мы начнем работу. — Тогда до завтра, — Эмма решила не доедать ужин и не выпивать вторую порцию виски. Она встала со стула, пожала руку Брюсу и покинула ресторан. Ей ничего не оставалось, как поехать обратно в бюро и продолжать работать. Реджину посадили в камеру на восемь человек. Она хоть и не была забитой и скромной в обычной жизни, но здесь оказаться ей было страшно. Все сокамерницы оценили ее недобрым взглядом и указали на пустующую кровать. Миллс не знала, что ей делать, как быть и о чем думать. Она не могла вспомнить, как просила ее Эмма, о том, что она делала в то или иное время, ведь независимо от этого она знала, что доказать это не сможет. Поэтому единственная мысль, которая крутилась у нее в голове, что будет, если ее посадят за такое зверство. Что будет с родителями. Как они переживут то, что дочь посадили за убийство пяти человек?! Что станет с Тео? Будет ли с ним рядом Кемерон. Как она сможет позаботиться о сыне, если сама сидит в тюрьме. И Эмма. Что будет с девушкой, которую она любит, и их счастье было так быстротечно. Сейчас Эмма ее опора и поддержка, а что, если она поверит данным и тоже обвинит ее... — Мисс Факелбоус, — одна из девушек подошла к решетке, которая держала камеру закрытой, и стала разговаривать с охранницей. После недолгого разговора она подошла к молчавшей всё это время Реджине. — Убийца, значит. А чего такая забитая? — она стукнула ногой по ножке койки, заставляя Миллс обратить на себя внимание. — Я никого не убивала, — прорычала Миллс. Она отдаленно слышала разговор, но вмешиваться до этого момента не собиралась. — Мне бы не стали врать, — заключенная хрипло засмеялась. С Реджиной разговаривала женщина, лет на пять младше Миллс. Крепкого телосложения, видно было — любительница спорта. Невысокий рост и неброская внешность не делали ее красоткой, но и страшной она себя не считала. — Вообще, тебе сказали, за что я здесь, а не то, что я это сделала, — Реджина смотрела на женщину, но не боялась ее. Она не раз встречала таких субъектов в своей практике. — Грубо, — женщина скривила лицо от такого плевка от новенькой. Остальные в камере делали вид, что не замечают этого разговора, — я бы тебе не советовала продолжать общение со мной в таком тоне. — Грубо — это послать тебя, а я только пояснила, за что я здесь, — Реджина отвернулась. Она больше не собиралась продолжать этот разговор. — Мне это, определенно, не нравится, — женщина фыркнула куда-то в сторону. А потом плеча и бока Реджины коснулись сильные руки. И ровно через секунду Миллс уже лежала на полу, так как сильная заключенная свалила ее с койки самым жестким образом. Миллс не ожидала, что окажется на полу. Это было достаточно больно и неприятно. — Эй! Ты чего творишь?! Идиотка! Я тебе что, груша или тряпка? — Захочу — станешь собачкой. А сейчас подними свою задницу с оплёванного пола и подойди к моей койке, — женщина не обращала никакого внимания на остальных заключенных, хотя видела все те взгляды, которые смотрели то на Миллс, то на нее, сидящую на своей «кровати». — Сейчас прям, уже бегу, — Реджина встала, но вновь вернулась на свою койку. Она никогда не прогибалась. — Шерил, Клэйм, — женщина вздохнула, закатывая глаза после поступка новенькой. Она давно сидела в этой камере, и кого только не видели эти стены. Но заключенная каждый раз ненавидела и одновременно восхищалась такими характерами, как у Миллс. Стойкими, когда это никому не нужно. Но для себя необходимо показать, что не лыком шита. Реджине долго не дали лежать на койке. К ней подошли две женщины. Первая лениво потрясла ее за плечо. — Эй, новенькая, не борзей, а. Скоро отбой. Не хочу с тобой здесь возиться дольше, чем горит свет, — это была Шерил. Худощавая блондинка с татуировками на половину тела. — Вам что нужно?! Отвалите от меня, — Реджина повернулась к женщинам и увидела на плече второй женщины нарыв. Он был еще не вскрывшийся и приносил дискомфорт. Это был ее профессиональный взгляд, и она не могла от него избавиться. — Мы не можем. Поговори с Карой, и она отвалит. Чего ты бычишься, как зашуганная целка. Пойдем, — Шерил продолжала подталкивать Реджину, но уже сильнее. — Да твою ж… — Реджина встала и подошла к Каре. — Чего хотела? — Да просто пообщаться, — женщина усмехнулась, — можешь сесть. Это тут не возбраняется. — Я не хочу. Я просто хочу лечь на свою кровать и дождаться утра, — Реджина стояла перед женщиной, засунув руки в карманы. — Это не кровать, и ты не дома. Здесь как бы ни мечталось, не получится сделать так, как хочется, — женщина кивнула Шерил, и та быстро поставила стул прямо у ног Реджины, позади нее. — Что изменится от того, что я сяду и поговорю? — уточнила брюнетка, посмотрев на стул, — если хотите узнать, кого я убила, так никого. — Ты проявишь ко мне уважение. Тут так принято, — Кара говорила с Реджиной более-менее ласково, видя, что сначала нужно разъяснить новенькой правила, которых она по неопытности не знает. — Хорошо, — Реджина села на стул, — я проявлю уважение. — Умничка, — похвалила зэчка. Она не улыбалась, но говорила спокойно. Их оставили вдвоем, если можно было это так назвать. Но в углу, где сидели Миллс и Кара, никого не было, — а сейчас поговорим конструктивно. Заметь, я тебя не пугаю. Но правила этого места рассказать обязана. Ты любишь боль?! — Нет, — Реджина сглотнула, понимая, что и здесь ей придется прогнуться. Она окинула взглядом всех, зная, что одно слово Кары, и их ноги и руки обрушатся на нее с ударами. — Тогда тебе придется прекратить дерзить. Я вижу, что ты не глупая девчонка, — Кара, практически не моргая, смотрела в глаза Реджине, заставляя ее еще более сжаться. — Что-то еще? Можно сразу все правила?! — Реджина безумно хотела, чтобы это все закончилось. — Или я ошибаюсь, — Кара закатила глаза, усмехаясь. Но как таковой улыбки не было, — ты должна усвоить, кто есть кто в этих стенах. И как бы ты ни думала — по такому обвинению тебе отсюда быстро вырваться не удастся. — Так, ладно, — Реджина уже поняла, что нужно что-то делать, чтобы прожить эти несчетные дни здесь, — предлагаю договориться. Я хороший врач и профессиональным взглядом уже увидела, что у вас есть проблемы. Я помогаю вам, вы даете спокойно жить мне. Я не буду грубить и нарушать правил. — Проблемы?! — Кара шмыгнула носом, как будто задумалась над предложением Реджины. Но это ощущение оказалось обманчиво. И заключенная это доказала, быстро приблизившись к Реджине и схватив ее за щеки своей мертвой хваткой одной руки. Да с такой силой, что Миллс не удастся вырваться, пока Кара этого не захочет. — Здесь я буду тебе говорить, что делать, кого лечить и с какой степенью спокойствия жить. Уясни это и быстро! Единственное что Реджина знала из приемов — это удар слева. Ее этому научил ее друг и тренер, к которому она ездила в прошлую ночь. Она знала, что после этого ее будут бить и сильно, но позволить себя хватать она тоже не могла. Поэтому удар пришёлся Каре прямо в челюсть, — да пошла ты! Я тебя, мразь, на куски порежу. Вытащу кишки и раскидаю по камере. Теперь ты это уясни. И Реджина оказалась права в своих предположениях. Кара не была из породы всё проглатывающих. Ей не нужна была помощь сокамерниц, которые хотели вмешаться. Удар в челюсть, конечно, оказался неожиданным и болезненным, но впоследствии Кара набросилась на Реджину, ударяя коленом в живот. От этого действия брюнетка потеряла концентрацию и тут же получила ногой прямо в грудь, отлетая на пол. — Идиотка! — рыкнула заключенная, стоя на том же месте и смотря на новенькую. Реджина кашляла, лежа на грязном и холодном полу. Ей было очень больно, и она не могла восстановить дыхание. Она не понимала, почему так произошло, и как она оказалась в таком дерьме. У нее только появилась Эмма, сын счастлив, родители здоровы. Все было замечательно, пока не случилось это. — Переложите ее на койку! — Кара плюнула на пол, но в то место, где никто не стоял. Женщина была зла, но не собиралась это вымещать на новенькой. Конечно, именно из-за нее произошла потасовка, но продолжать ее не имело смысла. Колючки, которые выпустила Миллс, очень легко обрубить, но Кара не собиралась ломать Миллс и её характер. Не такая она женщина, хоть и имеет авторитет в этом месте. — Поднимайся, я помогу, — к Реджине подошла Шерил и стала поднимать с пола. — Спасибо, я смогу сама, — держась за грудь, Миллс аккуратно поднялась, хоть и с помощью женщины, но сама пошла на койку. Она была благодарна Богу, что все хотя бы сейчас закончилось. — Эй, новенькая, — Реджину толкали в спину, так как она лежала на боку лицом к стене. К ней подсела Шерил. В тюрьме к этому времени объявили отбой, вырубая свет. — Да, — Реджина резко повернулась от неожиданности. Она не спала, только и думая, что дальше делать. — Тьфу на тебя! Чего пугаешь-то?! — женщина немного дернулась от реакции Реджины на нее, — больная наглухо! — Ты?! — Реджина с удивлением смотрел на Шерил. Она повернулась лицом к женщине. — Я! А ты, твою мать, ждала кого-то конкретного?! — женщина говорила шепотом, но немного грубо. — Нет. Чего хотела? Не просто же так подошла? — Реджина решила перейти к делу. — Заснуть не могу. Да и ты не спишь в первый день-то. Делать нечего, хоть поговорить можно, — сказала блондинка. Она сидела на койке Миллс.  — А, ну давай поговорим, — Реджина пожала плечами, — о чем? — Да о чем здесь еще разговаривать? О жизни. Кто ты? Как сюда попала? Почему говоришь, что не убийца, а охранница наоборот говорит? — Шерил села удобнее на койке, подмяв одну ногу под себя. — Я травматолог. Работаю в больнице. Меня подставили, и я не знаю, кто. Там убили пятерых мужчин и вырезали им органы. А на месте преступлений ДНК мой нашли и ключ от работы. — Да ладно? — Шерил засмеялась, — и ты после этого говоришь, что не убийца? Да там сто пудовые улики. Тебе вышка светит! — Зашибись, порадовала, — фыркнула Миллс, — я не убивала. Меня выпустят. Эмма меня вытащит. Эмма моя девушка. — Воу, так ты еще под этим делом?! — Шерил оживилась, но смеялась больше, — не повезло тебе, что Кара не по этим делам. Хорошо бы тогда устроилась. А Эмма твоя кто? — Эй, по-моему, я сказала, что у меня есть девушка, и кто бы там не был по этим делам, я по своим делам только хожу. А Эмма… — Реджина задумалась над тем, говорить ли, кто Свон или нет, ведь в тюрьме не любят полицию. — Шуганная ты какая-то. В детстве не роняли? — Шерил засмеялась, — так что за Эмма? Адвокат что ли? — Нет, агент ФБР. Это она меня посадила, точнее, ей пришлось. И меня не роняли. — Чего? — Шерил сморщилась, — ты реально с легавой спишь? Дам совет — заткнись про это. В этом месте копов ненавидят.  — Хорошо, буду молчать, — Реджина выдохнула, — слушай, я там у Клэйм нарыв видела, пусть завтра подойдет, я посмотрю. — Она не подойдет, — Шерил закачала головой, - все видели вашу сцепку с Карой, — и пожала плечами. — Ну как хочет, только предупреди, что это может перейти в заражение крови, — предупредила брюнетка. — Да предупрежу, без проблем, — женщина зевнула, — ладно, спать мне пора. Тебе того же желать бессмысленно. Но всё равно попытайся, — Шерил слезла с койки Реджины. — Спасибо, — Реджина легла и повернулась на бок, вновь погружаясь в мысли.