Доброе утро, подопытный!

Из лифта Снайпер выходил в глубокой задумчивости, тщательно раскладывая по полочкам в своей голове всё, что рассказала ему Глэдос. Он не мог представить, чтобы кто-то, находясь в здравом уме, смог отдать ни в чём неповинную девушку на эксперименты с переселением сознания в машину. Стрелок сбился со счёта, задавая ей вопросы, но на большинство из них Глэдос отмалчивалась, отвечала так уклончиво, что невозможно было ничего понять, либо искусно переводила разговор на следующую тему. Несмотря на то, что они проговорили несколько часов (по словам Глэдос), ничего нового, что хоть как-то помогло бы ему, мужчина не узнал. После смерти босса от лунной пыли, несчастную секретаршу просто начали пытать. По словам Глэдос, Кэролайн сутками держали привязанной к столу и обмотанной какими-то проводами, били разрядами электричества, часами наблюдали за её поведением («Она чувствовала себя, словно мартышка в клетке. Примерно так же, по моим расчетам, должны чувствовать себя испытуемые» - сказала Глэдос, сверкнув в камеру глазом-лампочкой). Когда, наконец, настройки робота были завершены, Кэролайн осталась существовать лишь в далёких файлах в памяти компьютера. «Они совершили ошибку» - поделилась Глэдос со Снайпером. «Они допустили ошибку, уничтожив Кэролайн, а я взамен уничтожила их всех». Рассказ дошёл до того момента, когда в лабораторию был доставлен практически мёртвый стрелок… и на этом закончился. Она отказалась говорить что-то ещё, пока не будет пройдена следующая камера. А ещё Снайпер недоумевал, откуда ему до боли знаком этот абсолютно бездушный голос, в котором всё чаще прорывались эмоции. Подходя к лестнице, первая ступенька-платформа которой располагалась на уровне его подбородка, он пытался утешить себя, что этот голос – более мягкий аналог голоса Администраторши. Но в следующую секунду он понял сразу две вещи: он знал этот голос задолго до поступления на службу, и что на эту лестницу ему ни за что не взобраться. Каждый раз, когда он пытался подпрыгнуть, какая-то неведомая сила тянула его обратно вниз. -Кэролайн, чего дальше-то делать? – Молчание. – Кэролайн, ты слы… АЙ! Пытаясь докричаться до Глэдос, Снайпер пятился назад, пока не прислонился к стене, от которой его шарахнуло током, причём так, что его подбросило на месте. Разумеется, было больно, но стрелок разразился потоком отборных ругательств вовсе не поэтому. -ПРЯМО ПО ПЯТОЙ ТОЧКЕ, ЧТОБ ТЕБЯ!!! – Снайпер рычал, сжав одну руку в кулак и потрясая ею в воздухе и приложив другую к пострадавшей части тела. Успокоившись, он грустно вздохнул. - Как сговорились, чтоб вас всех… -Уязвимое место? – Не замедлила поинтересоваться его мучительница. – Учту на будущее. -Больше не будешь бить меня по заднице током? -Нет, буду бить тебя туда, когда будешь называть меня так. Запомни: Кэролайн больше нет. -Что-то ты слишком обидчивая для робота. -Я не могу контролировать свои эмоции без модулей. Половину я потеряла благодаря ей, а теперь ты завершаешь её грязные делишки. Решив, что его абсолютно не волнует, что за «она» так насолила Глэдос, Снайпер ещё раз попытался забраться на лестницу. Сзади раздался знакомый звук, и, обернувшись, Снайпер увидел на стене сверху оранжевый портал. Синий портал в стену рядом, небольшой прыжок – и он уже твёрдо стоит на лестнице. Взойдя по ней, он вышел в комнату со здоровой дырой посередине, перепрыгнуть которую не было никакой возможности. Противоположная часть комнаты была выложена тёмными плитами, на которых портал не ставился. -Здесь ты научишься управлять кинетической энергией тела. – Снова заговорила Глэдос. – Иначе говоря - ты научишься летать. Из стены сзади, над проходом, выдвинулась плита, на которой открылся оранжевый портал. Недоумевающий стрелок глянул в дыру, и увидел светлые плиты. -Ты хочешь, чтобы я прыгнул вниз? -Не просто прыгнул, а открыв предварительно портал внизу. Разумеется, можешь прыгнуть просто так. Мне будет интересно посмотреть, как ты бегаешь внизу, словно хомячок в клетке. Так стрелка ещё никто не оскорблял. Он почувствовал, что сейчас начнёт злиться и спорить, а это означало доставить ей удовольствие. Стараясь прогнать язвительные фразочки, вертевшиеся у него на языке, он выстрелил вниз и тут же сиганул следом. В тот момент, когда он начал влетать в синюю дыру, он почувствовал нечто необъяснимое. В отношении к его телу, ноги тянуло куда-то назад, тогда как само тело всё ещё тянуло вниз. Ощущение сразу двух сил тяжести сбило Снайпера с толку, организм противился таким издевательствам, желудок попытался выпрыгнуть наружу. В следующий миг мужчина осознал, что летит вперёд ногами в стену, и исхитрился вывернуться прямо в воздухе, приземлившись в итоге на ноги. Выпрямившись, он даже не подал виду, что что-то не так, но в крови плескалось, наверное, пол-литра адреналина, а волосы по всему телу встали дыбом. Ну, хоть коленки не дрожали. -Спасибо за предупреждение, что падать надо было плашмя! - Он язвительно ухмыльнулся в камеру наблюдения. -Не за что. Сейчас ты начал понимать, как проход через портал влияет на кинетическую энергию тела. А именно… -Слушай, мне плевать со снайперской вышки, как там что на что влияет. Сейчас, главное для меня - выбраться из этой грёбаной лаборатории. – Снайпер зашёл в следующий многоуровневый отсек камеры, и теперь наблюдал, как из стены над проходом выдвигается «Т» - образная выемка. В дыру перед ним («Опять полёты» - пронеслось в голове) вела лестница, внизу уже был открыт оранжевый овал. Поставив синий портал на выемку сверху, стрелок спрыгнул вниз, на этот раз, падая плашмя. По приземлении он обернулся – от «Т» - образной выемки отделялась верхняя перекладина. Синий портал на неё, взмахи руками в такт детской считалочке, чтобы настроиться на прыжок… но тут что-то большое и тяжёлое свалилось сверху, пролетев буквально в паре сантиметров от головы мужчины. Отскочив от пола, эта хрень, издавая металлические звуки, свалилась прямо в оранжевый портал, и вылетела из синего со скоростью, в разы превышающей скорость стрелка. С верхнего яруса комнаты (куда приземлилась штука) послышалось негромкое бормотание. Сиганув вниз, Снайпер в полёте сообразил, что если он упадёт плашмя, то вылетит из синего портала вверх ногами. Решив «нырнуть» в портал солдатиком, он вытянул руки по швам. В итоге вылетел он вперёд ногами и лицом вниз. Чтобы избежать перелома конечностей, ему пришлось сгруппироваться, оттолкнуться ногами от стены и приземлиться на колени. -Староват я стал для таких полётов… Не обращая внимания на боль от отбитых коленей, он поспешил к металлической штуковине. Шар, похожий на модуль нежности, лежал на полу, вращая тёмно-серым глазом, и изредка подпрыгивал. Снайпер подобрал его, и с любопытством уставился в «глаз». Шар, не переставая бубнить, перевёл взгляд на него и радостно заговорил: -У тебя очень дурацкая форма лица, ты об этом знаешь? И руки очень грубые. Она нравилась нам всем, а вот ты мне не нравишься. А ведь я сделан из сплава метеоритного металла и банок из-под краски… -Глэдди, что это такое? Модуль оскорблений? – Снайпер поморщился от гнусавого голоса шара. -Нет, умник, это модуль правды. Снайпер растерялся. -Без него ты не можешь говорить правду? Всё, что ты мне говорила - ложь? -Нет, умник, его разработали для меня, когда поняли, что я лгу насчёт смерти первой партии учёных. Я сказала им, что они сами приняли нейротоксин. После подключения модуля я больше не могла лгать. Поэтому пришлось их убить. Снайпер не знал, чему больше удивляться – тому, что она в один присест убила кучу народу, или тому, что она так буднично об этом говорит. Поразмыслив, он решил не удивляться ничему. -Теперь положи его сюда. – Плитка на стене отдвинулась, и знакомый железный щуп потянулся за модулем. Но Снайпер не спешил отдавать его. -Несмотря на свою уродливость, ты ей нравишься. Ты не нравишься мне, но нравишься ей, - глазом он указал на вылезший откуда-то из потолка экран, отображающий «лицо» Глэдос. Он помолчал и добавил: – Беременные пингвины - самые лучшие актёры в мире. -Глэдди, что за чушь он несёт? Железный щуп не стал дожидаться, пока стрелок отдаст ему болтливый шар. Удлинившись, он затащил его в стену, а через пару секунд из стены вырвался столб пламени. -Ну вот. Ты его убила. – Губы Снайпера растянулись в улыбке. – А ведь он мне понравился. -Он был неисправен. Стрелок решил не спорить. За сотни выходных дней, проведённых в барах и борделях, он кое-что усвоил из шпионских уроков обращения с женщинами. Один из важнейших уроков Спай преподал Снайперу в стриптиз баре. «Запомни, мой австралийский друг», говорил Шпион, с абсолютно непроницаемым лицом засовывая стодолларовую купюру в трусики девушки, вертевшей задом у него перед носом. «Если женщина прямо говорит тебе, что ты ей абсолютно безразличен - не верь ей. Женщины - очень коварные и хитрые существа, но врать о возвышенных чувствах они не умеют». Глянув на девушку, успевшую избавиться от верхней части купальника, он грустно вздохнул: «Женщины…». -Ну, раз неисправен, то и чёрт с ним. – Снайпер с тоской посмотрел на приветливо открывшуюся дверь лифта. – Глэдос, а у тебя случайно не будет комнаты с кроватью? Перед следующей камерой неплохо было бы поспать. -Ты не выспался за две сотни лет? До Снайпера не сразу дошло, что она имеет в виду, но через секунду раздумий он всё понял. Он вспомнил глубокую вмятину по форме его тела на кровати. Стоп, он что… -Я что, спал двести лет? -Возможно, дольше. Очень трудно уследить за временем, когда ты мертва, знаешь ли. Снайпер пожал плечами и хмыкнул. -Двести так двести. Так что там насчёт комнаты с кроватью? -Такой комнаты у меня нет. – И вновь нотки разочарования в мёртвом голосе. – Но если ты пройдёшь следующую камеру и не умрёшь, то я подарю тебе… кое-что. – И Глэдос подмигнула стрелку. Заходя в лифт, стрелок ругал себя последними словами, говорил себе, что у неё лишь один глаз, что он не может знать, подмигнула она или нет, и вообще, с какой это стати она бы подмигивала ему? Но он знал, что подмигнула.