Вирус

Склад ОВН, Лос-Анджелес. Среда, 1 июля, 0.59 Бойцы «Эха» бегом явились в большое помещение склада. Они выглядели напряженными, встревоженными, раздраженными — но в высшей степени бодрыми. Я приказал им вооружиться, и парни отправились следом за Гасом Дитрихом к ларям с боевым снаряжением. Отряд «Альфа» был уже здесь. Ральф повернулся к Грегу. — Это вас убивает, правда? Грег недоуменно взглянул на него. Ингерман пояснил: — Я вас плохо знаю, мистер Грег. Правда, несколько раз мы вели какие-то странные беседы. — Он взмахнул рукой. — Про зомби и прочее. Однако с момента страшных событий в двенадцатом трейлере я все думаю о сложившейся ситуации, об организации, которую вы создали. Я знаю о военном деле немного, но достаточно, чтобы понимать: дела так не делаются. Контроля со стороны правительства нет, ОВН действует по собственному усмотрению и по-настоящему свободен от бюрократической волокиты. Вам дана огромная власть. — Он на мгновение закусил губу. — В прошлом вы обязательно проходили теоретическую или практическую подготовку по психологии, терапии или психологическому манипулированию. Возможно, все три предмета. Вы знаете, как создать настроение и культивировать доверие, и, совершенно очевидно, заботитесь о благополучии своих служащих. Вы гордитесь тем, что ваши игрушки — лучшие на школьном дворе. Лаборатории ОВН отлично обустроены. О таком оборудовании, как у вас, я даже не слышал. Все, кого я здесь повстречал, обладают интеллектом выше среднего уровня. Много индивидуалистов, буквально единицы предпочитают играть в команде. — К чему вы клоните? — спросил Грег, но ничем не выдал раздражения или нетерпения. — То, что мы с Иккингом увидели здесь, — вероятно, облегченный вариант ОВН. Могу поспорить, ваш бруклинский Ангар представляет собой тайну за семью печатями. Повышенная секретность, двойные проверки, избыточные меры безопасности. А здесь вам пришлось создавать филиал за считанные дни, у всех на глазах. И вы добились невероятного результата, честно говоря, никогда не подумал бы, что такое возможно. Вы удивительный человек, мистер Грег. — Я не нуждаюсь в том, чтобы мое эго гладили по головке. — А я и не намерен это делать, — произнес Ральф довольно резким тоном. — Речь о том, что вы очень спешили, подчиняясь сильному давлению обстоятельств. Бруклинская модель, наверное, хороша, но, чтобы все отладить как следует, необходимо время. Но времени у вас не было. Вам, очевидно, пришлось прибегать к чьей-то помощи, одалживаться у других агентств, действовать исходя из критической ситуации. В результате местная версия штаба ОВН далека от совершенства. Из-за чего и погибли люди. — Слушай, Ральф, хватит уже, — сказал я тихо. Он пропустил мои слова мимо ушей. — Я не собираюсь упрекать вас, мистер Грег. Вовсе нет. Вы просто приперты к стенке — и, как бы долго ни практиковались в умении сохранять ледяное спокойствие, все равно испытываете эмоции, хотите вы этого или нет. Ведь химия мозга лишь частично поддается управлению. Поэтому вы пребываете в невероятном физическом и психологическом напряжении… и в данный момент готовы разорваться на части из-за того, что случилось в двенадцатом номере. — Полагаю, сейчас не время для таких разговоров, — сказал Грег. Однако он не отрывал взгляда от лица Ральфа и даже перестал моргать. — Я понимаю, что в настоящую минуту мы не можем углубиться в тему, — продолжал Ингерман, — но молчать я не могу. На кон поставлена жизнь моего друга. Уже в третий раз за сегодняшний день. Да и мне самому угрожает смерть, пока я нахожусь здесь. — Все мы рискуем… — Нет. Я не о том говорю, и мне кажется, вы это осознаёте. Я не призываю вас изливать душу против вашего желания, Грег. А пытаюсь озвучить единственную мысль: минувшие события и появление предателя связаны с… — он поднял палец, призывая Грега не перебивать, — действиями, которые вы вынуждены были предпринять. Отмотать пленку назад и начать сначала? Не уверен, что сюжет изменился бы. Возможно, это неизбежность, продиктованная обстоятельствами. Не значит ли это, что происходящее вам неподвластно? Да, необходимо повысить уровень безопасности любым доступным способом — как того требует здравый смысл. Да, нужно перевернуть все вверх дном и обязательно найти шпиона! Да, следует трижды проверить сведения о сотрудниках ОВН, в особенности о недавнем пополнении. Но — к этому я и клоню — вы должны сосредоточиться. Не позволяйте чувству вины или злости отвлекать вас от главной цели — помешать террористам применить свое кошмарное оружие. Если сегодняшняя трагедия выбьет вас из седла, все мы можем умереть. Мой вам совет, мистер Грег: положите негативы на полочку как минимум до тех пор, пока Иккинг со своим отрядом не вернется с крабового завода. Оставайтесь собранным и ответственным. Грег молчал, наверное, секунд пять. — Вы считаете, я не знаю всего этого, доктор? — Я не умею читать чужие мысли, мистер Грег. Вы и чувства свои держите под замком лучше всех, кого я знаю. Однако, несмотря на то что вы удивительно сильный человек, в душе у вас может бушевать буря. Не приведи Тор оказаться на вашем пути, когда вы в гневе. Иккинг в этом смысле такой же. Большую часть времени вам удается обуздывать свою натуру, но наступает момент, когда всякая чопорность слетает напрочь и остается только чистая, смертоносная ярость. Хорошо, когда она овладевает воином, который попал в комнату, полную бродяг. Но страшно представить, что руководитель, обязанный просчитать все тонкости секретной и опасной операции, впадет вдруг в неистовство и пожелает отыграться. Проблема в том, что я не могу определить, насколько вы близки к потере контроля над собой. Вы не робот, следовательно, вынуждены прикладывать усилия, чтобы справляться со своими порывами. Только помните: подавить эмоции — не значит стереть их полностью. Умный человек — такой, как вы, — не должен допускать их разрушительного влияния на принимаемые им решения. Ральф чуть отступил назад. Сделав это едва уловимое движение, он будто уменьшился в росте от великана до нормального человека. Потом он отключил свой пронизывающий, рентгеновский взгляд, и мне почудилось, что мощное энергетическое поле вокруг Грега превратилось в вакуум. Но пустота требует, чтобы ее заполнили. Я затаил дыхание. Интересно, как оценивает этот момент Ральф? Грег выдержал долгую паузу, потом едва заметно улыбнулся краешком рта и коротко кивнул. — Я приму это к сведению. Ральф просиял — стало быть, разглядел в каменном лице Грега то, что развеяло его опасения. — Очень хорошо. — Слушайте, парни, — сказал я, — ужасно не хочется портить сцену в духе доктора Фила, но мне приспичило отправиться на поиски зомби. Ральф бормотнул неприличное словечко. Грег отвернулся и сделал вид, что озирает своих верных солдат. Скорее всего, просто прятал улыбку.