Английский порок

— Шинра? — Изая едва сдержал отпадающую челюсть, в изумлении глядя, как в ворота входит его друг. Доктор был без чемоданов, зато при нём была его вечная наигранно глупая улыбка. Шинра отказался от помощи слуг, сказав им, что прибыл без всяких чемоданов и совсем ненадолго. Он прошёл несколько шагов со слугами, а потом посмотрел вперёд и увидел замершего на месте Изаю. Улыбаясь ему, он быстро подошёл. — Здравствуй, Изая. Рад снова видеть тебя. Извини, что я без предупреждения, — пожав руку, Шинра продолжил путь в поместье. — Ты откуда тут взялся?.. — Орихара пошёл рядом с ним, глядя искоса. — Ну как это «откуда»? Из дома. Я совсем ненадолго, хочу успеть вернуться засветло. Наверняка Селти переживает за меня, места себе не находит без своего любимого, — мечтательно сказал Шинра. «Ага, как же. Скорее всего, она просто спит. Ещё так рано…», — подумал Изая, отвернувшись в сторону. — Я не успел предупредить тебя. Было столько работы, а потом погода испортилась, и я подумал, что письмо опасно будет отсылать… — с волнением сказал Шинра. — Я, конечно, рад видеть тебя, но… — Ой, я ненадолго. Просто хотел кое-что… — Но у меня там отец, — договорил Изая, кивком головы указав на дом. — О… — Шинра замедлил шаг, а на его лице появилось взволнованное выражение. — Тогда ясно, почему ты такой напряжённый. — Он хоть и приехал с предупреждением, а всё же… Да и вёл себя так странно. Сказал, что хочет выкупить у меня Аобу. — Ясно-ясно, — Шинра покивал головой. — Считаешь, что это крайние меры? — Да, именно. Кажется, ему настолько надоело то, что я делаю, что теперь он будет просто надоедать мне своими визитами и предлагать суммы за людей, — Орихара сбавил шаг вместе с Шинрой, раз их разговор зашёл об отце. Лучше будет обсудить это сейчас, пока они ещё были на улице. — Я думал, что это случится раньше, честно говоря. Не верилось даже, что твой отец спокойно стерпит такие поступки. Вряд ли ты сможешь убедить его, что это из лучших побуждений, — Шинра остановился, положив руку на плечо Изаи. — Да, я знаю, — Орихара тоже остановился, посмотрев на него. — В любом случае… Сейчас это явно не самое важное. У тебя ведь мало времени? Пойдём в мой кабинет, тебе принесут горячего чаю, чтобы отогреться. — От чая я точно не откажусь! — оживился Шинра, улыбаясь. — Тогда чего же ради ты решил оставить её завтра? — Шизуо свёл брови. — Ну, ради тебя, конечно же, — повернувшись к нему лицом, ответил Шинра с улыбкой. — Что? — Шизуо расширил глаза в удивлении. — Ты… Это как-то касается моей просьбы? — Да, напрямую. Я еду, чтобы решить это. Я бы не вызывал тебя, чтобы сообщить о простой поездке вот так лично и наедине, — Шинра выбрал себе брюки и перчатки, остальное оставив на утренний выбор. — Я думаю, что ты… решил отказаться. И потому не сказал мне. — Нет, просто я решил это буквально сегодня. И вот сообщаю тебе. Поеду к Изае и поговорю с ним об этом, хотя и не думаю, что возникнут проблемы. Главное только в том, как всё оформить, понимаешь? — Шинра подошёл к своему камердинеру и улыбнулся. — Да, понимаю. В основном, потому я и думал, что ты можешь отказать. Как раз из-за того, что трудно будет выставить всё это в нормальном свете. Как ни поверни, а всё равно будет странно смотреться. Люди… — «Люди-люди»… Шизуо, люди всегда будут говорить. Или думать. В данный момент единственное, что нужно сделать, это оформить всё правильно. Если никто не будет иметь на руках каких-то доказательств обратного тому, что придумаем мы, то проблем не возникнет. Без этого народ будет горазд только шептаться. Не больше, — с уверенностью заявил Шинра. Шизуо слабо кивнул и отвёл взгляд в сторону, всё равно слишком волнуясь обо всём, что касается этой ситуации. Так или иначе всё это будет очень странно выглядеть даже при согласии Изаи, да и разговоры людей играют немалую роль. Хейваджима мог позволить себе представить худшие варианты исхода этой ситуации, поэтому так волновался. Он понимал, что, может, всё будет быстро, просто, и никто даже и не задумается. Но он также имел привычку сразу подумать и о худшем. В таком случае он мог бы быть готов к этому хотя бы ментально. А в идеальном случае иметь план, чтобы разрешить последствия. Однако уверенность Шинры в том, что всё будет хорошо, могла немного успокоить Хейваджиму. Хотя бы на минутку. — Ну, тогда, — Шизуо снова посмотрел на него. — Спасибо тебе. Я буду в большом долгу перед тобой, если всё получится. — Всё получится. Если только бог не сошлёт на Изаю ненависть к тебе или ко мне. — Этого и без высших сил хватает в нём. — Вот и неправда, — Шинра пихнул его в плечо, усмехнувшись. — Разве ты сам ещё не понял этого? Думаю, ты вполне себе понимаешь, что на самом деле тут происходит. — Не говори глупости. Лучше собирайся скорее, а то поздно ляжешь и не выспишься. — Да я уже почти готов. Разбуди завтра до рассвета. Хочу уехать рано, — сказал Шинра, немного посерьёзнев. — Конечно, — кивнул Хейваджима, невольно улыбнувшись уголками губ, чем удивил своего хозяина. — О, какая редкость, Шизуо! Теперь я ещё больше уверен, что принял правильное решение, согласившись выполнить твою просьбу. Одна только мысль о том, что всё решится завтра, вызывает у тебя улыбку, да? — Нет, я просто… — Да-да. Не продолжай, всё равно не скажешь правды, — Шинра посмеялся и потом попрощался с Шизуо, отправляя его спать. «Да… Я определённо поступаю правильно», — с этой мыслью доктор пошёл в спальню и тоже поскорее улёгся, обнимая свою жену. Напряжённая тишина в кабинете Изаи висела уже почти полчаса. Орихара даже ощутил что-то вроде дежавю, ведь похожее молчание было во время приезда его отца в этом же помещении. Правда, в тот раз это длилось меньше, и напряжение было более тяжёлым. Сейчас Изая понимал, что это только следствие нерешительности Шинры. Стало понятно, что решение об этом разговоре далось его другу непросто. Что бы это ни было, это не спроста. — Мне попросить, чтобы тебе принесли ещё чаю? — учтиво поинтересовался Изая, посмотрев на Шинру с пустой чашкой в руках. — Ещё не отогрелся? — Нет, не нужно. Я лишь немного задумался. Спасибо за заботу, — Шинра отказался с улыбкой. — Это не забота, просто ты долго молчишь, — пожав плечами, отмахнулся Орихара. — Извини, нужно было собраться с мыслями. Всё-таки трудно поверить, что после всего я приехал к тебе именно с этой просьбой, — Шинра сказал это с грустной улыбкой. — Я внимательно слушаю, — Орихара удобно сел в своё кресло, сложив руки на столе и глядя на доктора в упор. — Начну с того, что идея была не моя. Однако я бы тоже пришёл к этой мысли однажды, так что не думаю, что это очень уж удивительно… — Звучит многообещающе. — Шизуо попросил меня приехать. Как ты понимаешь, он в не очень выгодном положении, если сравнить с тобой или мной, поэтому он был прав, когда возложил это на мои плечи. Однако даже так для меня это не слишком легко, чтобы ты понимал, — Шинра поставил чашку, и лицо его стало более серьёзным. Изая промолчал. От имени Шизуо, так неожиданно прозвучавшего в разговоре, ему стало немного не по себе, а в груди что-то ёкнуло, но хватило одного короткого вздоха, чтобы успокоить себя. Хотя бы виду не подавать, что эта тема заинтересовала его. Орихара почти сразу же после этих слов Шинры стал строить предположения, основываясь по большей части на своих чувствах и на том, что заметил в последний их разговор с Хейваджимой. Но это были просто предположения. Или даже, скорее, надежды. Да и наблюдений было не так уж много, ведь с Шизуо трудно знать наверняка что-либо. В этом частично была причина такой заинтересованности Изаи в Шизуо. Его непредсказуемость вкупе с некоторыми другими его чертами творили невозможное — интересовали Изаю так сильно, как никогда раньше в его жизни не интересовало ничто другое. Между тем, Шинра продолжал говорить: — Рано или поздно это бы всё равно произошло, и не важно, чьей идеей это было. Я должен был и раньше догадаться, что вы, ребята, так привязаны друг к другу, но… — Это!.. — возмутился Изая, но друг остановил его жестом руки. — Пожалуйста. Я хочу закончить. Обманывать меня будешь потом, а сейчас я скажу то, что вижу, и мы закончим на этом, хорошо? — едва заметно Шинра улыбнулся, но он всё ещё был непривычно серьёзен. «Что ж за… Что это за ситуация такая?..», — Изая поджал губы и на секунду опустил глаза. — Я догадался не сразу, однако же догадался, — Шинра раскинул руки на спинке дивана. — Когда я пытаюсь намекнуть о своих догадках Шизуо, он реагирует весьма необычным образом, а потом несколько дней ведёт себя настолько осторожно, словно первый день находится рядом со мной. «Таким образом он говорит, что это не твоё дело, Шинра», — подумал Орихара, но на деле промолчал. — Я также вижу, что и ты понял всё не сразу. Не буду бросаться пугающими тебя словами, вроде любви, но я хочу, чтобы ты понял, что я понимаю ваши чувства. «Наши? Да что ты говоришь?.. Это же Шизуо, разве может…», — Орихара остановил поток собственных взволнованных мыслей, вспоминая редкие моменты, когда Шизуо вёл себя с ним необычно. — «Или… Боже, да что тут творится? Ты псих, Шинра. И меня на это же подбиваешь!..» — Кроме того, Шизуо тоже пришлось нелегко. Поверь мне, — убедительным тоном продолжал Шинра. — Шинра, послушай, это же… — Изая коротко посмеялся и встал с места, упираясь руками в стол. — Изая, это ты должен меня послушать. Я не закончил. — Ты можешь говорить что угодно, но я больше не буду тебя слушать. Ты пришёл сюда и заявляешь такие вещи с пустого места. Совершенно безумные вещи! — Орихара посмеялся и подошёл к Шинре. — На что, в конце концов, ты намекаешь? Это смешно. — Смешно сейчас только твоё поведение. Я тебя зацепил? Извини. Я пришёл говорить по-честному. Если это не в твоих силах… что ж, тогда я ухожу. Передам Шизуо, что ты оказался слабее, чем мы оба думали. Ты не просто боишься за мнение людей, но ещё и того, что перед самим собой ты будешь другим человеком, — Шинра нацепил на лицо улыбку и встал с места, но Изая остановил его за плечо. — Что за идея, с которой ты пришёл?.. — Орихара не поворачивал к нему голову. — Всё проще, чем ты мог подумать. Если коротко, то нужно просто всё оформить в определённом виде. И тогда… — Шинра заглянул в лицо друга. — Изая. Тогда он вернётся сюда. Если ты не готов пойти на такое лёгкое дело ради… — Ради чего? — перебил Изая. — Ради Шизуо? Очень смешно. Хочешь выставить сейчас трусом меня, но не он ли ушёл первым? Никто не давал ему повода. А он ушёл. И с чьей же помощью, не скажешь? С твоей. — Он ради тебя ушёл! Не говори, что не понял этого, — нахмурив брови, Шинра поправил очки и вздохнул. — Он думал, что ради меня, но на деле только ради себя! — Уж об этом будешь сам с ним спорить, а я считаю иначе. Кроме того, это было правильное решение. Я не слишком одобряю это его желание вернуться, но что уж сделаешь, если так трудно оказалось в другом доме. — Никто не будет ни с кем говорить. Ты словно уверен, что я соглашусь. Хватит с меня этого. Да даже если бы всё получилось, что потом? Он просто придёт сюда, разложит вещички в своей комнате, и всё будет как раньше? Бред и только! — Изая усмехнулся и развёл руками. — Нет. Всё не будет как раньше. Именно поэтому такое решение будет очень важным для вас обоих, — Шинра ткнул пальцем ему в грудь. — Теперь он прекрасно всё понимает. Понимаешь и ты, только принять не готов. Если вы оба будете понимать, что между вами происходит, станет намного проще заново ужиться вместе. — Он должен был приехать и рассказать всё самостоятельно, — тихо сказал Орихара, опустив глаза, но тон его голоса был слегка раздражённым. — Я здесь и от его лица тоже. Я могу ответить на любой твой вопрос. — Ты не можешь говорить о его чувствах вместо него. Я хочу слышать обо всём этом из его уст лично, а не в качестве твоих догадок. — Я не просто так не брал его с собой. Во избежание проблем вам с ним не стоит видеться до того, как всё решится. Поэтому я здесь. Я же сказал тебе сразу, Изая, — Шинра упростил свой тон и даже постарался немного улыбнуться, показывая, что уверен во всём. Орихара обошёл его и сунул руки в карманы брюк. Нахмурившись, он недолго стоял спиной к другу, складывая кашицу из разговора в более приглядное блюдо. Кишитани был готов дать ему пару минут, но всё пошло вне их планов и желаний, когда распахнулась дверь, и вошёл глава семейства Орихара. Шинра тут же поклонился, а потом взглянул на Орихару, который раздражённо повернулся в сторону отца. — Разве я не сказал не чувствовать себя как дома, герцог? — с ухмылкой и презрением во взгляде сказал Изая. — Услышал шум и надеялся увидеть что-то интересное. Подумал, что, может, ты в кои-то веки отчитываешь слугу, — герцог ответил на ухмылку и презрение улыбкой. — У нас переговоры. — Теперь я вижу, — старший Орихара повернулся к Шинре. — Наслышан о Вас, доктор Кишитани. — Взаимно, герцог, — медленно кивнул Шинра, покосившись на своего друга. — Сын, я хочу сыграть с тобой в шахматы. У нас осталось много несыгранных партий из-за того, что ты уехал от меня столь поспешно. — Сейчас я занят. Через час, может быть, я смогу уделить время на это, — глядя в глаза отцу, ответил Изая, а потом распахнул дверь шире, намекая покинуть комнату. — Прошу Вас. Посмотрев сначала на сына, а потом на доктора, герцог не стал ничего отвечать и ушёл. Оба молодых парней с облегчением вздохнули после хлопка двери. Орихара приложил руку ко лбу и сел, изменившись в лице. Теперь он выглядел немного уставшим и столь же грустным. — Изая… — Шинра присел рядом с ним, положив руку на плечо. — Не нужно. Я знаю, что ты продолжишь доказывать мне свою невероятную теорию о каких-то чувствах между мной и Шизуо… — вздохнул Орихара, говоря тише обычного на случай, если отец не ушёл. — Ты не отступишься, конечно же. — Конечно. — Значит, уверен, что мне есть до этого дела? До Шизуо? — Уверен. — И ему, якобы, тоже? В смысле... это правда, что он тебя сюда послал? — Орихара невольно поднял брови вверх, взволнованно ожидая ответа. — Правда. — Шинра... — Орихара со вздохом опустил голову, руками потрепав волосы и на несколько секунд отвлекаясь. — Где же вы оба, такие умные, были раньше?.. — Полагаю, там же, где и твоё признание себя таким, какой ты есть. — Не говори загадками. Я серьёзно. Почему всё это время я должен был волноваться, что... — Изая запнулся, поняв, что сболтнул лишнего. — Вот видишь. Не хочу это говорить, но... Я был прав. Насчёт тебя. Ты действительно хочешь этого, — радостно заговорил доктор. — Эй, Шинра, не надо доводить меня до крайностей. Я же вот-вот соглашусь, не порти мне настроение, мистер проницательность, — с долей издёвки в голосе, отозвался Изая и поднял голову. — Ну хорошо. Если ты хочешь попытаться... ладно, но учти, что прямо сейчас это опасно. Здесь мой отец, да и не будь его тут, то кто-то бы всё равно что-то прознал. Нужно быть очень аккуратными. — Поэтому и придумали документы. Если кто-то и будет что-то думать, так пусть думают, а по документам ведь всё будет вполне себе обычно. — Как скажешь, умник. И каков план?