Ася

Я не понимал, зачем Яна скрывала то, что у нее есть дочь, да еще и таким идиотским способом решила показать это. С остервенением ведя машину, я слышал противные гудки, пытаясь дозвонится до женщины и услышать хоть какое-то объяснение. Впервые мне хотелось с кем-то что-то выяснять. На пятый раз, я просто скинул трубку, услышав только второй гудок, и тут же на сотовый пришло уведомление о сообщении.

Федоров, прекрати обрывать мой телефон, я занята. Подожди еще полчаса и я сама тебя найду, обещаю. Прекрасно знаю, в каком ты шоке. И знаю, как ты назовешь меня прямо сейчас, и куда пошлешь. Право твое, но ты не знаешь ситуации в целом. Надеюсь, у меня получилось сделать так, чтобы ты охуел. Твоя дрянь, да-да, я знаю, какая я.

— Дрянь, — повторил я, снова выбросив телефон на заднее сидение.

***

— Мирон? — в квартиру, тихим сапом, прошла особа, на которую не накинуться было бы грехом. — Какого хуя? — заорал я, схватив Яну за плечи, встряхнув и кинув к стене. — Ты, блять, ебнулась, девочка? — Аммин перевела взгляд назад, но я вздернул ее подбородок, заставляя смотреть на меня. — Пусти, я объясню. — я только грубее сжал ее плечи, рыча. — Федоров, блять! Отпусти меня! — я снова сильно тряхнул ее. — Говори, сука! — девушка зажмурилась, а после выдохнула, ее губа предательски дрогнула. — Я родила ее в пятнадцать лет, — я свел брови, но не ослабил хватку. — меня избил отец, выгнала мать, а тот урод, который трахнул меня, а перед этим споил, когда узнал, что я беременна, открещивался так, словно я предлагаю ему сесть за себя в тюрьму, и назвал сумасшедшей, парень был старше на восемь лет, а в полицию я не пошла, потому что… мне было стыдно. — наконец открыв глаза, Яна посмотрела на меня, и мне захотелось слегка расслабить руки. — Ей сейчас семнадцать лет, мы живем вдвоем в своем доме, и ее зовут Ася. Мирон, я… я не могла сказать тебе, пока не была уверена, что ты захочешь поговорить, а не просто прогонишь меня, пойми, что это было важно мне. — я смотрел в эти глаза, наполненные страданиями. — Если ты сейчас скажешь, что я конченная, я пойму и уйду, ты меня больше не встретишь, обещаю, Мир. — голубые глаза впервые при мне начали слезится. — Ну скажи хоть что-ни… — я за секунду взял ее лицо в руки и приник, целуя припухшие губы. Мужик, которому было на тот момент двадцать три года, споил пятнадцатилетнюю девочку, заделал ей ребенка, бросил одну, при том что она осталась на улице, побитая отцом и отвергнутая семьей в целом. Мне стало жаль ее, по-настоящему жаль. Яна, которая так часто говорила мне, и показывала всем своим видом, что все свои беды хранит в далеком ящике и не показывает, на самом деле, оставалась переживать свое собственное горе в одиночестве, но, мне кажется, она не считает это горем. — Ей везет, что она живет с тобой, детка, — тихо сказал я, беря ее лицо в ладони снова. — но я не хочу быть на ее месте, — Яна свела брови, озлобленно смотря на меня. — у нее мать шляется с каким-то мудаком, понимаешь, как ей тяжко? — Аммин засмеялась, а я улыбнулся, слегка удивившись. Мне было хорошо от того, что она смеется. Яна стерла слезы, смотря мне в глаза, и провела по моему лицу ладонью. — Мирон, я… — она уткнулась мне в грудь лицом. — переезжай к нам? — и тут тридцатилетний мужик застыл от слов тридцатилетней женщины. — Мне очень тяжело без тебя ночами, пока ты трахаешь других баб. — я не успел даже слова вставить, да и не хотел. — Я знаю, как трудно тебе даются такие шаги, но и ты меня пойми. Мне тридцать три года, у меня есть взрослая дочь и мужчина, с которым мне хорошо, стабильно и комфортно, если и тебе со мной так же, то… почему бы не жить вместе? Тем более, в двухэтажном доме двум женщинам уже очень сложно. — я заметил, как светлые глаза бегают по моему лицу. Как ее локоны, растрепанные, еще влажные из-за дождя, путаются и готовы всклочатся от касаний. — Хотя бы подумай, Федоров, пожалуйста. — ее телефон внезапно зазвонил, и Яна отошла к окну, расправляя на себя цветастое платье. — Да? — прочистила горло она. — Я скоро буду, дорогая, а что такое? — в ее движениях виднелось явное волнения, я сделал пару шагов вперед. — Ася! — слегка громче сказала она, приводя меня в ступор своей серьезностью. — Что ты такое говоришь, я не понимаю, откуда вообще такое в твоей голове! — Яна едва не ударила кулаком по стене, потирая переносицу. — Ася? Ася! — женщина взяла телефон в руки, а после бросилась к выходу, параллельно схватив сумку, я успел схватить ее за руку. — Мне нужно уйти, — сосредоточено выдает она. — Мирон, пожалуйста, прости, но у нее проблемы, я должна быть рядом. — я только взял ключи от машины и открыл дверь, видя благодарную улыбку на губах Аммин. — Спасибо, — прошептала она, после поцелуя в лифте. — Быстрее, — я подтолкнул ее на выход, моментально открываю автомобиль брелком. Я видел то, как она ядвенно читает приходящие сообщения, и следит по навигатору за тем, куда нужно ехать, успевая говорить об этом мне. Я еще не видел, чтобы эта женщина так контролировала каждый свой шаг. Яна вправду дико волновалась за дочь, и это было очень хорошо видно. Мы приехали на назначенное место и первое что я сделал, выругался всем матом, который знал в свои тридцать. Около старой, заброшенной школы, которая находится во дворах, стояла большая компания, и я ни как не мог подумать, что среди них — дочь Яны, и правильно сделал. Яна пошла дальше, быстрым шагом, направляясь туда, куда бы не проехал автомобиль. Она даже не обращала внимания на то, что я вышел из машины и скрылась из виду, продолжая очень быстро идти, буквально бежать. Телефон дал о себе знать спустя двадцать минут.

«Я приеду поздно вечером, буду с бутылкой вина и ужином. Прости, что вот так посвятила тебя в это. Привыкай, Федоров.»

***

Меня разбудил настойчивый стук в дверь, громкий, словно стучали ногой. — Снова здравствуйте. — и я не ошибся, когда открыл дверь, сразу же забирая пакеты из рук стучащей ногой Яны, которая устало улыбалась. — Ты спал? — я утвердительно промычал. — Я накрою стол, а ты найди бокалы, если они есть. — мне не хотелось спорить с ней сегодня, или указывать, я просто здраво понимал — ей нужно быть со мной на равных в эту ночь. — Ян, — я подошел к ней сзади, когда увидел девушку без кожаной куртки, в откровенном платье с вырезами. — ты очень сексуальная. — А ты стал меньше ругаться матом, — хмыкнула она. — и не тащишь меня в койку сразу же. — я крутанул женщину в своих руках. — Хочешь этого? — Яна прикусила губу, кладя руки на мои плечи. — Хочу, — прошептала она, сладко целуя меня в губы. — ты переедешь ко мне? — вдруг, разорвала поцелуй Аммин. — Сука, — выругался я, видя ухмылку блондинки. — специально, блядь, именно сейчас спросила? — я взял ее руку, кладя на выпуклость в районе низа. — Когда я именно в таком состоянии. — голос сменился рычанием. — Да, — тихо ответила она, беря мою руку свою, кладя под платье, прямо около сокровенного места. — чтобы ты стал собой, Федоров! — я свел брови, впиваясь в нее взглядом. — Хватит играть состоятельного мужчину, с женой и семью детьми, — она провела рукой до края моей футболки, стягивая ее. — у нас ничего не поменяется, Мир, слышишь? Я не хочу ломать твой привычный мир и свой тоже, и то, что у меня есть дочь — никак не касается тебя, а тем более, наших взаимоотношений! — я резко сдернул с нее платье, стягивая, бросив его на пол, видя темно-синее белье и чулки. — Все еще моя сучка, — зарычал я, развернув ее к себе задом. — моя. — грубо ударив по ягодице девушку, я улыбнулся, сжимая в руках орех, наслаждаясь упругостью. — И не только на эту ночь. — войдя до упора, я простонал в голос, вместе с Яной, накручивая ее волосы на свой кулак.

***

Проснувшись, я повернулся, надеясь, что эта фурия еще здесь, и был прав. Яна, лежа на мой отекшей руке, спокойно спала, абсолютно голая. На столе стоял нетронутый ужин, а в углу — выпитая во время секса бутылка вина. Я вспоминал все мелочи, думая, как так? Яна, будучи моей женщиной довольно долго, не прокололась с дочерью? И тут, я понял некие… нюансы. Яна очень редко говорила по телефону, в моем присутствии и не оставляла его нигде, скрывала соц. сети, утверждая, что не любит их. Тщательно скрываясь, она была открытой. Только я мог встретить такую, как она. И тут, зазвонил телефон. — Да, Ась, — сонно пробормотала Яна, садясь на кровати, с все еще закрытыми глазами. — и тебе доброе утро, детка. Что-то случилось? — она еле говорила, еще находясь в полудреме, а я едва не смеялся. — Да, конечно, бери, только будь аккуратна, ладно? И я тебя, милая. — бросив телефон куда-то в постельное, Яна рухнула ко мне, засыпая снова, и я обнял ее, стараясь сделать то же, но… телефон опять зазвонил. — Ебаный в рот, — зарычал я, когда женщина начала искать телефон на постели, и вытащил его за секунду, найдя рукой. — держи. — Да, Ась? — и я засмеялся, закрывая лицо руками.

Привыкай, Федоров, привыкай.