Таллас

Мотоциклы наемников взбивали дорожную пыль. Они возвращались к заказчику. На одном из больших модернизированных мотоциклов расположился непосредственно предмет сделки — худощавый покалеченный парень, Иной. Его закрепили веревками на втором сидении, в полулежащем состоянии, крепко стянув руки и ноги за спиной водителя. Перед тем, как водрузить уснувшее тело на мотоцикл — самый быстрый сейчас способ перемещения, ему вкололи щедрую дозу успокоительного и болевую блокаду, которая быстро остановила наружные и внутренние кровотечения. Конечно, с середины материка, там, где они сейчас располагались, во владениях фаркхийцев, путь к заказчику был неблизкий. Целых пять суток езды. Главарь наемников не питал надежды на то, что Рафу отпустит его так просто. Ведь такая дерзкая выходка сродни пощечине. А Рафу славился своим дурным нравом, мстительностью, вспыльчивостью, садистскими и собственническими замашками. Уррис, ехавший вместе с Иным, усмехнулся в свою мотоциклетную защиту. Менталист еще вчера сообщил заказчику о завершающем этапе сделки. И теперь Уррис думал, как бы поскорее добраться до края материка, до Токио. Всего через день пути они погрузили мотоциклы на ожидающий их корабль. Уходить морем казалось разумным. Команда небольшого судна состояла из трех человек, щедро одаренных за свои услуги, включая молчание и «закрытые глаза». Вносили добычу на судно, предварительно уложив в ящик. Плыть предстояло два дня, после чего путь продолжился бы между скалами под палящим солнцем прерий. Менталист, постоянно находившийся возле Иного, полностью контролировал его пробуждения. Таким образом, Талласа отмыли, оказали первую медицинскую помощь и исправно кормили. Естественно, в моменты бодрствования Таллас походил больше на сговорчивое растение со стеклянным взглядом, нежели на человека. — Этот парень меня полностью выматывает, — тихо пожаловался белый маг, отхлебывая напиток. — Непривычно такое слышать от тебя, Тригер, — главарь наемников, Уррис, выдохнул небольшое колечко желтоватого дыма. Суденышко тряхнуло. — Море волнуется, — задумчиво протянул мужчина. — Парнишка весь избит, — тонкая фигура в черном опустилась рядом с мужчинами, нижняя половина лица была скрыта. — Этот ублюдок неплохо его отмудохал, — женская фигура откинулась на палубу, вытягивая ноги. — Тебе его жаль? — Уррис стряхнул пепел с зажатой между пальцами сигареты, всматриваясь вдаль. — Нет. Это бизнес. Тем более, нам и так пришлось за ним побегать. — У меня раскалывается голова, — вновь пожаловался маг. — С ним так сложно? — вскинулась девушка. — Он — Иной, — голос понизился до шепота. — Особенный. Даже если учесть его внушаемость и то, что он не менталист, еще не значит, что он слаб. Я ему все равно, что стакан воды в пустыне. Мало. Мало. Мало! Сколько ни пей, ему мало. — У тебя неплохо получается его держать в таком аморфном состоянии, а большего нам не нужно. Прекрати уже ныть, а? — Уррис докурил и вышвырнул окурок в мутные вонючие морские воды. Тригер продолжал бубнить себе под нос о том, как ему несладко, потягивая странно пахнущее пойло из банки. Эйя прикрыла глаза. — Мирош сейчас с ним? — Да. Его очередь дежурить. Уррис подтянул колени к себе, усаживаясь поудобнее, краем глаза он неустанно следил за редкими передвижениями команды по суденышку. Если ничего не произойдет, через сутки они получат вторую часть оплаты и избавятся от Иного. Наемника не интересовало, что станет парнем. Главное — выполнить заказ. Иной — не то существо, за которое ему хотелось бы умереть. Он, как ключ от ящика Пандоры, всеми желанный и презираемый одновременно. Мужчина небрежно усмехнулся. Внезапно выпавшая из руки Тригера банка привлекла внимание Урриса. Бельма глаз мага выпучились, и он схватился за горло, задыхаясь. Эйя и Уррис вскочили с места. — Какого дьявола происходит? — вскрикнул женский голос. Уррис огляделся. Слишком тихо, слишком пусто. Где команда, где капитан? Судно поймало боковую волну и слегка накренилось. Тригер тяжело переводил дыхание, слюна сплошным потоком текла вниз. — Иной… — выронил маг, и Уррис метнулся в сторону каюты. Тригер наконец встал и отряхнулся. Он разорвал ментальные нити, связавшие его и Иного, и теперь мог спокойно вдыхать. Но парня душили. Прямо сейчас. Это плохо. Эйя гибкой змеей скользнула в распахнутую Уррисом дверь и нанесла один точный удар стилетом мужчине, чьи руки сжимали хрупкое горло Иного. — Сдохни. Сдохни. Почему ты никак не сдохнешь? — шипел мужчина, вращая безумными глазами. Иной вцепился в душащие руки, из горла вырывалось сдавленное кряхтение, в глазах проступал страх. Инстинкты вытесняли апатичное состояние гипнотического сна. Сознание грубо пробуждалось. Кровь окрасила одежду, и мужчина отскочил от парня. А через секунду упал со сломанной шеей. Мироша прижали к стенке остальные двое. Но при виде мертвого тела товарища пылу у них поубавилось. И Мирош, выбив нож у того, который держал его на уровне паха мужчины и до этого глумливо отсыпал колкости в его адрес, выбросил когтистую руку вперед, хватая его за кадык и резко дергая. Еще один труп упал на пол. Третьего Уррис заколол, как свинью. После этого три туши с громким хлюпающим звуком упали в море кормить местных обитателей. Мирош был вынужден встать за штурвал и вести судно по курсу. Это было его наказанием за допущенный промах. Эйя внимательно осмотрела синюшные следы от пальцев на шее. Иной, пребывая в смятении, восстанавливал дыхание. Рядом возник Тригер, внимательно всматриваясь в парня своими белыми глазами. В голове зазвучали убаюкивающие слова «Все хорошо. Мы идем домой. Все хорошо…» Следы на прозрачной коже получились яркими, хотя, с другой стороны, синяком больше или меньше, какая уже разница? На парне и так живого места нет. — Почему они внезапно напали? Они не знали, какой у нас груз, — Уррис стоял рядом с Мирошем и всматривался вдаль. Парень в ответ что-то просвистел. — Мы тщательно выбирали команду. Он внушал доверие. Мирош вновь издал несколько коротких мелодичных звуков. — Вот как? Интересно, как они узнали? — в холодных глазах наемника сквозила угроза. — Ладно. Не разочаровывай меня, Мирош, — рука мужчины легла на плече товарища. Судно наемники спрятали: раз все равно уже без хозяина, может пригодиться. Быстроходные мотоциклы, уверенно пересекали истресканную сухую равнину, раскинувшуюся между скал. В тени навесной скалы остывали разогретые байки. — Ааргх! Этот пацан выпивает меня! Моя голова агонизирует вот уже несколько дней. Уррис! Я разрываю связь! — белый маг шарахнул ногой по ближайшему камню и сплюнул, прикрывая глаза. Несколько минут и он выдохнул с облегчением. — Лучше? — поинтересовался Уррис, докуривая сигарету. — И когда он очнется? — взгляд мазнул по привязанной к мотоциклу фигуре. — Да, скоро, — бросил Тригер, потирая виски. Словно подтверждая слова менталиста, через минут тридцать Иной зашевелился. Он довольно долго смаргивал с себя забвение и всматривался в песок, который открывался взгляду из его положения. Он лежал на боку, на земле. Поза была чертовски неудобной. Руки согнуты в локтях и связаны за спиной, ноги согнуты в коленях и каждая нога была связана веревкой выше колена, захватывая бедро и икру немного ниже колена. Ноги были стянуты настолько плотно, что парень чувствовал, как они до боли впивались в кожу. Связанные таким образом ноги, позволили Талласу подняться на колени, правда, не с первой попытки. Теперь, сидя, как лягушка, он мог разглядеть перед собой четверых персон и пустынный пейзаж. — Кто вы? — взгляд стал тверже. — Ты возвращаешься домой, — Уррис сделал небольшую паузу, — к папочке. Таллас на миг задумался. «Папочке?» О чем толкуют эти наемники? И вдруг, парня проняло. «Шого» — Я не хочу! — решительно отозвался Иной. Уррис лишь хмыкнул. — Ты ничего не решаешь. Мы выполняем заказ, — от него отмахнулись, как от назойливой мухи. — А теперь просто заткнись. — Нет! Я не хочу! — Таллас дернулся на связанных ногах, попытался подползти к ним, не удержался в неудобной позе и упал лицом в песок. Повернулся, сплюнул и опять крикнул — Не хочу! — У тебя есть деньги? — спросили в ответ, — Сырье? Умения? — взгляд сверлил пленника. — Ум? — наемник прикурил новую сигарету, глубоко затягиваясь. Он присел к парню и выдохнул струйку пахнущего дыма в лицо. — Что есть у тебя, кроме вульгарного узора на коже? Таллас молчал, стиснув зубы. Ничего. У него ничего не было. А он, Иной, им самим не нужен. — Видишь? — ухмылка. — Папочка ждет. Финальная реплика прозвучала как приговор. Таллас почувствовал, как по спине скатилась крупная капля пота. Его уничтожили одной фразой. «Черт…» Другой мужчина подошел к нему, схватил за футболку и перетащил в тень. Стоило Талласу заговорить еще пару раз, как все тот же мужчина воткнул в его рот кусок старой материи и завязал рот длинной полосой ткани. Мужчина не проронил ни звука. Дернувшись пару раз в его руках, Таллас ощутил на плече его стальные пальцы и понял, насколько глупо сопротивляться. Тригер, освободившийся от Иного, страдал жуткой мигренью и попросил заночевать на привале, его голова отказывалась его направлять, а белые глаза и так ничего не видели. Его ощущения действительно были потрепаны Иным, и Уррис согласился. Второго двухместного мотоцикла не было, да и не поведешь рядом с собой второй мотоцикл только одними подсказками. Уррис проснулся по велению своих естественных потребностей. Была середина ночи. Почесывая под майкой свой живот, он поплелся чуть в сторону от лагеря, чтоб отлить. И уже на обратной дороге, все-таки немного проснувшись, обратил внимание на глухие звуки и возню возле мотоциклов. Там у скалы, обставленный со всех сторон мотоциклами, лежал их груз. «Неужели опять этот паршивец возится?» — подумал раздраженно наемник, направляясь его проверить. Сейчас как раз была смена Мироша дежурить, и он должен ошиваться неподалеку. Когда он приблизился достаточно близко, замер в изумлении. Он с минуту пялился в спину Мироша, который навалился на Иного, стоявшего на коленях с низко выгнутой спиной и головой, вжатой тяжелой рукой наемника в землю. Мирош усиленно двигал бедрами между разведенных связанных «лягушачьих» ног пленника, вгоняя в его зад эрегированный член. Парень глухо постанывал в кляп, периодически подергиваясь, но не в силах освободиться из захвата другого мужчины. Внезапно, мозг Урриса включился в работу и дал оценку ситуации. Выхватив из набедренной кобуры пистолет, наверное еще 200-летней давности, но ухоженный, Уррис приставил его к спине Мироша, точно меж лопаток. — Ты что делаешь? — голос прозвучал без тени удивления. Мирош замер, несмело повернулся, явно проверяя, не показалось ли ему, и удостоверившись присутствием Урриса за спиной, выпустил из рук пленника. В темноте не было видно, в каком он состоянии, но слабые всхлипы его слух уловил. Мирош повернулся, поднимая вверх руки, и просвистел. Уррис скользнул взглядом по стояку наемника и мысленно присвистнул, пареньку должно быть пришлось несладко. — Что значит, он сам виноват? — не понял главарь наемников. В ответ свист. — Мирош. Нам заплатили не за секс с ним, а за его доставку. И мне неинтересно, кто виноват. Ты — наемник. Забыл уже? — дуло пистолета смотрело в лицо мужчины, палец лежал на курке, готовый спустить его в любую секунду. — Что ты творишь? Свист в ответ. — Решил трахнуть его перед тем, как убьешь? — переспросил Уррис. Мирош толкнул на него один из байков, и в ту же секунду Уррис резко выбросил тело в сторону, пропуская укол длинного ножа. Кровь подтвердила рассечение тканей на правом боку. Лицо Мироша исказилось хищной улыбкой. Этот ублюдок знал, как нужно вести бой. Послышались выстрелы. Мирош уклонялся, пытаясь достать уползающую жертву ударом ножа, а Уррис отвлекал его, паля из пистолета. Шум разбудил остальных. Тригер быстро кинул несколько крепких ментальных щупалец, подбегая к дерущимся. Мирош был не силен в противостоянии ему, и как только Тригер скрутил мужчине сознание, тот выронил ножи и обхватил голову руками, пропуская залетную пулю. Она вошла в живот. Затем еще одна. И еще. Мирош повалился мертвым. Уррис спрятал пистолет с пустой обоймой и пнул тело бывшего друга. Никогда и в мыслях не было, что случиться нечто подобное. — Какого тут у вас происходит?! — рявкнула Эйя, она так ничего и не успела сделать. Да и вряд ли стала бы. — Он хотел его убить, — коротко бросил Уррис, сдвигая в сторону мотоцикл и направляясь к Талласу. Парень кое-как отполз и не получил ни одного удара ножом, хотя это казалось просто чудом в его положении. Уррис отшвырнул нож, который приземлился у парня между ног, и поднял его за шкирки, встряхивая. — Видишь, что ты делаешь с людьми? — он осмотрел здоровенный свежий синяк на левой щеке, Мирош съездил ему от души, явно не озаботившись сдержаться. — Одно твое присутствие вселяет в головы ужасные желания. — Глаза Талласа испуганно смотрели на наемника, он шумно всасывал носом воздух. — Ты, Иной — худшее, что носит на себе Терра. Мужчина натянул спущенные штаны на пленника и подтащил его к двухместному мотоциклу. — Сворачиваемся. Мы уезжаем. — Сейчас? — спросила Эйя. — Я хочу как можно скорее избавиться от хлопотного груза. — Я тоже, — неохотно признался Тригер. Через четверть часа три мотоцикла тронулись в путь. — Уррис, может объяснишь, что все-таки случилось? — во время небольшого привала, пока Тригер сверялся с картами маршрута, поинтересовалась Эйя. Ее прикуренная сигарета медленно тлела, выпуская тоненькую струйку желтого дыма в уставшее фиолетовое закатное небо. — М? — Ты пристрелил Мироша, и не делай вид, что не заметил этого. Я слушаю. Наемник пожевал несколько листков коки, выуженных из кармана. — Он трахал его, когда я подошел. И явно не намеревался этим ограничиться. Я еще не понял, что происходит. Мирош получил свою пулю заслуженно. Он его пытался убить. И поверь, — наемник взглянул в лицо девушки, глаза которой были опасно прищурены, — это чудо, что наш полоумный груз остался невредим. — Зачем? — Я же говорю — еще не понял, — он бросил взгляд на связанного и заткнутого Иного, переброшенного через мотоцикл. — Возможно, он не так уж и невинен? — вопрос был обращен не к кому-то конкретному, он был сказан в никуда. С той лишь целью, чтоб донести до тяжелых небес и гневно восседающих на них богов страшную правду о загнивающем мире. — Мы наемники. И должны выполнять условия сделки. Никаким личным желаниям во время работы не место. Его голос звучал твердо, отсекая сомнения и вселяя уверенность. Именно так. Эйя выдохнула струйку дыма, в ее глазах читалось понимание. Правильно, они наемники. Малейшая ошибка будет стоить жизни. Терра давно уже не балует населяющие расы благами. Драки и войны, технический коллапс и внеземная техника так рьяно противоборствуют и подпитывают друг друга. Но все изнашивается, будь то металл, оружие, почва или человеческая мораль. Мир умирает. И нет другого закона, кроме оружия и силы. Интересно, долго ли еще Терра протянет? Терзаемая воронками и «пришельцами» из смежных миров, и страдающая от своих же нарывов на «коже»? Эйя всматривалась в расплывчатое зарево угасающего солнца, его размытые черты пылали в поднимающемся мареве от сухой земли. Мысли девушки были обращены к Иному. Редкие, дорогие экспонаты Терры, появляющиеся из ниоткуда, угасали всегда довольно рано. Что они несли — добро или зло? Никто не знает ответ. Их использовали, по своему усмотрению, безжалостно и жестоко. Но ты… Таллас. Твоя сила не идет ни в какое сравнение со всем, что было ранее. Что же ты такое?