Таллас

Таллас стоял перед шкафом, осматривая одежду, которую ему подготовили по приказу Мрагоша. Гардероб был своеобразным, и Таллас был уверен, Мрагош выбрал его намеренно - это были платья. Да, они напоминали тоги, но на фоне «современной» моды Цереры, его одеяние выделялось. Юбки были до колен или ниже, а верх открывал проколотый сосок, дерзко выставляя напоказ большую иглу с драгоценными камнями. Вторая половина груди была спрятана под тканью. Спина – всегда открыта, каждый видел правящий рисунок и красную «звезду единства», - ту самую звезду, что, считалось, соединяла во время брачной церемонии правящие особи. Из цветовых решений Мрагош предпочел черный, красный и оранжевый цвет. Они выгодно оттеняли слишком бледную кожу парня и его ультрамариновые волосы. И хоть Талласу не нравилось то, как он выглядел в этих накидках, выбора ему не оставили – или ходишь голышом или в том, что дозволено. Он облачился в черную накидку-платье и шагнул к двери. Эос преградил ему путь. - Ваши волосы, - слуга указал на длинные распущенные пряди. – Если не соберете их, Мрагош рассердиться. - …. - Вы все также не хотите со мной разговаривать? – улыбка. – Позвольте мне привести ваши волосы в порядок. Он провел Талласа к большому зеркалу и усадил на стул. Спустя минут пятнадцать синие пряди были аккуратно стянуты в косу. - Так лучше, - слуга поправил прическу. - И, господин будет доволен, - Эос заметил, как Таллас вздрогнул при слове «господин». - …. Ты… - Да? – Эос внимательно всматривался в отражение «королевы» в зеркале. Впервые, за все это время к нему обратились. - …. Ты считаешь меня ничтожеством? - Что? Вовсе нет. У меня не может быть подобных мыслей. Я отдан вашему высочеству в прислугу, моя жизнь принадлежит вам… - Не мне, - Таллас поднял взгляд, обрывая учтивую речь слуги. - Ему. Ты предан ему. Ты видишь все, что происходит за этими дверями… Мое унижение… - Таллас замолчал. – … Уйди. Я не желаю тебя видеть. - Мне не позволено покидать вас. - Пошел вон! – Таллас вскочил, опрокинув стул. В глазах его плескалась горечь и обида. – Вон! Вон!! Выпалив все это в сердцах, Таллас выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью. Его трясло от злости на самого себя, от разочарования, от чувства собственной никчемности. А этот… «Добрый слуга»… Ублюдок, который видит все, все, что с ним происходит, все насилие Мрагоша над ним. Лживый ублюдок! Ненавижу его напускную заботу! Он носиться со мной и выхаживает для очередной ночи с Мрагошем! А потом стоит за дверью каменным изваянием и дрочит на мои крики и мольбы! Лицемер! Ублюдок! Все это не настоящее! Не настоящее… Он быстро шел коридорами, не понимая, куда идет. Одинаковые серые стены, одинаковый мраморный пол. Все, кто встречались на его пути, хватались жадным взглядом за проколотый сосок, а после, учтиво склоняли головы. Ложь… Таллас почувствовал, как ему тошнотой свело желудок. Он хочет вернуться! На Терру… Ему нужна воронка. С этой стороны вход, а на Терре выход. Выход на вход для него был закрыт, а значит, с этой стороны его должны пропустить. Точно! Ему нужно найти воронку. Чья-то большая ладонь, с крючковатыми длинными когтями сжала его предплечье. - Вы заблудились, ваше королевское высочество? – губы мужчины растянулись в улыбке, открывая ряд иглообразных зубов. На Талласа смотрели серые глаза с двумя вертикальными зрачками. Таллас незаметно сглотнул и огляделся. - Ум… - он понятия не имел, что делать. Кто этот человек? Вряд ли такой уж друг, но и врагами Таллас еще не обзавелся. Хотя, на самом деле, откуда ему знать, что и как происходит на Церере? Он ничего не знал. – Умм… Я… - Вас проводить? – улыбка стала еще шире. - А… - Не беспокойтесь, это честь для меня. Мы так долго искали вас, моя королева. Взгляд мужчины скользнул по открытой половине груди Талласа и остановился на засосе возле соска. Таллас не успел понять когда, но его уже куда-то вели. - Правитель Мрагош вошел в полные права наследования трона и не перестает удивлять всех своей возросшей силой. Это ведь ваша заслуга, верно? Мужчина остановился и схватил Талласа за руки. Таллас непонимающе смотрел на мужчину. - Вы – исключение. Неужели ваша сила настолько превосходит силу всех предыдущих королев? А правда, что королева увеличивает магические способности любого мужчины, с которым делит постель? «Ой-ой!» - Я не королева! – выкрикнул Таллас, вырываясь, но мужчина сильно вжал его в стену. - Королева, - спокойно подтвердил мужчина, - неотъемлемая половина правителя. А вы, как известно, – ошибка, исключение. Единственный случай рождения второго мальчика в королевской семье за всю историю Цереры. А это, знаешь ли, около 10 тысяч лет. Но, так ведь интересней. Ты не забеременеешь, и твою силу можно черпать бесконечно, - пальцы легли на его бедро. - Пусти! – Таллас помрачнел и толкнул мужчину, продолжал вырываться, а у того едва слюни не текли. - И не подумаю! Дайте мне проверить, врут ли слухи. С этими словами, Талласа развернули и впечатали лицом в стену, заламывая руку. Он почувствовал, как в него уперся твердый орган мужчины. «НЕТ!» сознание испуганно сжалось. - Нгх… Пусти! - А ну отпусти его! – прозвучал знакомый голос за спиной. Мужчина разжал руки, выпуская Талласа, и сделал полшага назад. - Мы еще встретимся, ваше высочество. При более интимных обстоятельствах, - прошептал мужчина отступая. Он развернулся, застегивая свои штаны. - Эос, как ты вовремя, – губы растянулись в улыбке. – Я провожал его высочество. Он потерялся, кажется. Эос продолжал удерживать на мушке мужчину, даже не думая убирать оружие. - Мрагош запретил к нему прикасаться, Кефер. Забыл? - Не справедливо, что он не хочет делиться такой сладкой «девочкой». Церера могла бы задышать по новому, широко расправив крылья, подхваченная потоками возросшей магии. - Избавь меня от своих умозаключений. Тебе пора, Кефер. И не надейся, что Мрагош поступит также, как Сасхош, - убавив тон, подчеркнул Эос. - Посмотрим. Мужчина ушел, одарив Талласа многозначительным взглядом. Только после этого, Эос убрал оружие и, взяв за руку Талласа, быстро повел его обратно. - Ни с кем не уходите. Найдутся такие, как Кефер, жаждущие подтверждения или опровержения местных легенд и небылиц. Не пытайтесь разозлить Мрагоша еще сильнее. «Еще сильнее? Да куда уж сильнее…» - Это было глупо, с вашей стороны, - подчеркнул Эос, едва закрыв дверь комнаты. – Вам нельзя ходить одному. Губы Талласа вытянулись в тонкую линию, он был раздражен. Внезапно, дверь с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель. Мрагош был в бешенстве. Он быстро подошел к Талласу и залепил пощечину. Удар получился такой силы, что Таллас упал на пол. Одеяние сползло с плеча. - Я тебя мало трахаю?! – гневно прорычал Мрагош, расстегивая брошь, что удерживала на плечах накидку. – Я разреш-шил тебе выйти из комнаты, а ты ноги перед другим расставляеш-шь?! - Ч-что? – Таллас смотрел на упавший плащ Мрагоша. Мужчина принялся расстегивать свой ремень. Резким движением руки Мрагош сорвал с себя ремень и сложив в двое замахнулся. Таллас инстинктивно выставил вперед руки, прикрываясь. Громкий шлепок оглушил комнату. Таллас открыл глаза, ремень не коснулся его. Перед ним стоял Эос, он закрыл собой парня, чем привел Мрагоша в еще большую ярость. - Вы все неправильно поняли, правитель, - нарочито вежливо начал Эос. – «Королева» ничего опрометчивого не сделала. - Да что ты? – Мрагош криво оскалился. – А где ж ты был, выродок, когда Кефер прикас-сался к нему? – он схватил слугу за шею, наклоняя к себе. – Я плохо объяс-снил круг твоих обязаннос-стей? – каждое слово было пропитано желчью. Гнев в глазах правителя достигал критической точки, он вынудил слугу встать на колени и выхватил из-за спины пистолет, приставляя к его лбу. – Я с-спросил, где ты был, ублюдок? - Я…я вышел один и заблудился! – поспешил вклиниться в разговор Таллас. – Он не виноват! Я…Я…Брат, ты сказал, я могу выйти! Я хотел осмотреться…и… заблудился… А потом… потом мне встретился этот мужчина, он сказал, что отведет меня…к тебе! – выпалил Таллас. Это все ложь…Наверное, впервые в своей жизни Таллас лгал. Но, почему-то сейчас, ему казалось, что это необходимо. Хоть его и раздражал Эос своим «лицемерием», смерти ему Таллас не желал. – Да! Я шел к тебе! А потом, этот мужчина прижал меня к стене и…- он запнулся. Эта заминка стоила ему еще одной пощечины. Мрагош скрипнул зубами и с размаху врезал Талласу по лицу рукоятью пистолета. – Ухг…- щека повредилась о зубы и, рот заполнил металлический привкус крови. – Прости…- прошептал парень. – Прости меня… Е-если бы не Эос, я… не знаю, что бы он сделал…Прости, брат… - Ничего действительно не произошло. Не верьте тому, что вам наговорил Кефер. Вы же знаете его цели, - пауза. - Мрагош, он тебя провоцирует, - вполголоса добавил слуга. Холодное дуло пистолета упиралось в лоб, но Эос был спокоен, словно такие ситуации для него «норма». - Я с-спросил, где была твоя ублюдочная перс-сона? - Я наводил порядок в комнате. Его высочество был немного огорчен и…мне следовало убраться. - Убратьс-ся? – дуло чуть скользнуло вверх по лбу и раздался выстрел. Таллас вздрогнул, в то время как Эос лишь прикрыл глаза. Выстрел прозвучал над головой слуги. – С-следующая пуля будет твоей, - наклонившись, процедил Мрагош. Мрагош перевел сердитый взгляд на Талласа. «Я никому не позволю к нему прикасаться. Больше никогда». Кефер с самодовольной улыбкой говорил ему о том, как прекрасен Таллас вблизи, как пахнет его кожа и, насколько он обделен физической силой, по сравнению с остальными церерцами. Мрагош сходил с ума от ревности, стоило ему представить руки Кефера на кукольном теле брата. Мрагош схватил Талласа за руку и притянул к себе, в нос тут же ударил любимый запах. Но, глаза наполнились жгучей ревностью, как только рядом расцвел аромат другого мужчины. КЕФЕР. Раздраженный Мрагош толкнул Талласа к дверям ванной комнаты. - От тебя воняет! – выплюнул он, мазнув взглядом по слуге. – Ж-жди здес-сь. Я тебя позову. Мрагош втолкнул Талласа в душевую, срывая с него одежду. - Брат! Не надо. Пожалуйста! Прости меня! – Таллас вырывался и метался по замкнутому пространству, словно птица в клетке. Шлепок. Очередная пощечина обожгла лицо. Треск рвущейся ткани. – Брат! Пожалуйста! - Я твой гос-сподин, - зло процедил Мрагош, сдавливая в руке лицо парня. – А ты, каж-жетс-ся, забываеш-шь о с-своем с-статус-се. Ты принадлеж-жиш-шь Церере и мне. От кончиков волос-с до кончиков ногтей, Тарж-жаш-шь. Мрагош включил холодную воду и та, повинуясь, ледяными струями полилась на голову Талласу. От неожиданности и холода, что резко пронзил тело, парень закричал. - Холодно! Мрагош! Холодно! – но, сильная рука брата-правителя удерживала вырывающегося парня под потоком воды. Голое тело стремительно покрылось мурашками, зубы застучали от холода. Мрагош не отводил взгляд от пирсинга, его манило и влекло к длинной инкрустированной камнями игле, что призывно подрагивала в торчащем окоченевшем соске. Через двадцать минут Таллас посинел от ледяного водопада и дрожал, заикаясь и стуча зубами. Мрагош разжал трясущиеся окоченевшие руки, уже не сопротивляющегося брата, связал и закрепил веревку в кольцо на потолке. Подняв тело на полметра над полом, он направил струи воды в лицо и грудь, а сам устроился сзади. Его пальцы проникли в сжатый напряженный анус. Мышцы Талласа задеревенели, пальцы на руках и ногах скрючило, тело покрылось «гусиной кожей», ему казалось, что заледенели даже ресницы. Таллас дернулся, борясь с тонкими хлещущими по лицу и телу ледяными струями - они вонзались в кожу иглами, рассекая ее. - Ннн…Ммм…Ууугх…пфф… Пффт! Мрагош упорно пихал пальцы в его зад, но получалось просто отвратительно. Мышцы совершенно отказывались подчиняться. Мрагош все больше раздражался и возбуждался, чувствуя, что окончательно теряет самообладание. Влажная ледяная кожа, и нутро пылающее огнем - удивительное сочетание противоположных температур, Мрагош распалялся все сильнее. Он выпустил когти и впился ими в грудь Талласа, резко опустив руку вниз, оставляя глубокие красные бороздки открытых ран. Таллас простонал, морщась, поток воды заливал лицо, не позволяя нормально вдохнуть. Парень отворачивался, сплевывал, но это все были лишь краткие передышки в его пытке. Мрагош покрывал поцелуями его спину, каждую звездочку на желанном теле, при этом продолжая раздирать грудь до крови. - Еще хоть раз разозлиш-шь меня, и я обещаю, - он ввел коготь в мягкие ткани под подбородком, приподнимая голову парня, - что ос-статок дней ты проведеш-шь в аду, который я для тебя с-создам. - Нннгх… - Таллас всхлипнул. Зубы стучали так сильно, что он не мог связать и двух слов. Мрагош удобнее перехватил бедра Талласа и вошел в него. Попытался войти. Парень вскрикнул. Тело одеревенело и не спешило раскрываться. Мрагош пихал себя внутрь узкого прохода, удовлетворенно рыча и, не обращая внимания на срывающиеся слезы боли своего брата. Сейчас он входил так медленно, что Талласу казалось, он чувствует каждый миллиметр крепкого органа мужчины и каждый разрыв собственной плоти. Дыхание сперло окончательно, рот искривился в немом крике. Талласа затрясло сильнее, а тело сковало оцепенение. Крепкие руки брата обвили холодное тело, прижали к себе с такой силой, что Таллас едва смог вдохнуть. Мрагош растворялся в захвативших его ощущениях. - Ооооо… - простонал Мрагош. – Невероятно узкий… Внутренний жар Талласа опалял его, словно кратер обледенелого вулкана. Мрагош двигался резко и жестко, одновременно кусая брата за шею, наслаждаясь мокрыми длинными волосами Талласа, что синими змеями облепили тело. - С-стони громче. Пус-сть Эос-с ус-слыш-шит. - Ннннггх… - Таллас закусил губу, представляя капли крови на своих бедрах и полу. - Я с-сказал громче, - мужчина схватил его за волосы. «А!Аа….ааах!» - Эос-с! Войди! Дверь медленно отворилась, и слуга шагнул внутрь. - Покаж-жи ему! – Эос расстегнул ремень и спустил штаны, выставляя напоказ свой стояк. – С-смотри, Тарж-жаш-ш, - он развернул Талласа к нему лицом, - с-смотри внимательно, - все, что Таллас видел сейчас заливалось холодным потоком воды, а уши закладывало ненавистным «Шшшшшшааааа». - Он ничем не отличаетс-ся от ос-стальных! Вот так тебя видит каж-ждый муж-жчина или ж-женщина на Церере – ж-желанной дыркой! Уникальной дыркой! С-слыш-шишь меня, прос-сто дыркой, - шепот звучал у самого уха. - Ес-сли я позволю ему трахнуть тебя, он будет вне с-себя от радос-сти! – жестокие слова подобно капканам, защелкивали вокруг сердца стальные пасти. - Он лицемер! Как и ос-стальные! Лицемер и лж-жец! Думаеш-шь, он заботитс-ся о тебе? Он выполняет приказ. Не более. Ты только мой, Тарж-жаш-ш! И это, - он сдавил проколотый сосок, - тому подтверж-ждение! - Ааах! Ннгг… - Давай окаж-жем ему чес-сть подрочить на твой с-светлый образ. С-стони «Эос-с! Эос-с!» Таллас стиснул зубы сильнее. Еще больше унижения он не мог вынести. Только не перед этим «все знаю-все слышу» слугой. Учтивый козел! - Вы…выго…выгони…е-его… - трясся Таллас. - И не подумаю. Стони! – прорычал Мрагош, сильно подаваясь бедрами вперед. - Аах! Пожалуйс…та… Выгони! Мммн…больно…б-больно! Пальцы Мрагоша придерживали в воздухе бедра Талласа, он чувствовал, как судорогами Талласу свело ноги, как напряжены мышцы. - Великолепные ощущения, - выдохнул Мрагош. Его взгляд скользил по фигуре Эоса, который закусив губу, явно пребывая не в восторге от ситуации, все-таки нетерпеливо поглаживал свой стоящий колом член. Мрагош хмыкнул. - Против природы не попреш-шь, - хищная улыбка тронула губы правителя. Взгляды Эоса и Мрагоша встретились как раз тогда, тогда зубы прокусили Талласу кожу. Мрагош сжал член брата и прошептал. - Позови его. Или я с-сделаю тебе больно. В подтверждение слов, выпущенный коготь коснулся уретры, проникая в нее. Таллас вскрикнул, дрожь усилилась страхом. Посиневшими губами, против воли, покоряясь, Таллас прошептал. - Э…Эос… - он затрясся сильнее, рот раскрылся в крике, который утонул в шуме воды. Глаза раскрылись от ужаса, Мрагош надавил на уретру, царапая ее край острым когтем. - Громче. - Эос! Эос! Пожалуйста! Брат! – отчаянно выкрикивал Таллас, сплевывая потоки воды. Тело разъедал жар, тут же сминаемый ледяной коркой. – Эос! Таллас захлебывался в агонии, он то горел, то коченел, он не чувствовал руки и ноги, посиневшие губы едва шевелились, голова опустела и одновременно с этим в нем горел пожар. Пожар в нижней части его тела не унимался. Тело не справлялось, сдавая свои позиции. Боль выкорчевывала остатки воли, доводя Талласа до исступления. Мрагош поглаживал член брата, то царапая, то сильно сжимая его, вырывая из груди Талласа стоны. Таллас всхлипнул. Внезапно, сознание прошила единственная здравая мысль - он в клетке. По-прежнему, в клетке. Сердце сжалось от отчаяния и сострадания к самому себе. Он сбежал из одной клетки, но угодил в другую. Он – просто товар, трофей, пленник. Не более… «Нннгх!» Как же ему больно! Он хочет сбежать! Но куда? Боль подобно ластику, стирала все, что было в сознании, заполняя выбеленные листы своими уродливыми картинками. Вы не найдете учителя лучше, чем боль. Она впитывается в нервные окончания, порабощает и управляет вами – рядом с ней, вы – жертва, вы – ее слуга. Таллас ослабевал, отчаянно хотелось разрыдаться, взмолиться о прекращении пытки. Но… Он был «парализован» холодом и Мрагошем. Страх его останавливал, вынуждая подчиняться властным порывам брата-правителя. - Эос! Услышав свое имя, Эос возбудился до предела. Даже в самых смелых фантазиях, он не смел и мечтать услышать свое имя, безжалостно сорванное с губ королевы во время секса. Эос обильно кончил, белесые струйки на полу, подтверждали крах его личности. Он действительно такой же лжец, ничем не лучше других. С чего он взял, что сможет «спасти» королеву? Кто ему сказал, что он особенный, если «она» даже не смотрит на него, презирает? Мрагош прав, это похоть. В нем говорит желание обладать им, запретное желание властвовать над ним. Он жалок в своих попытках привлечь «ее» внимание. С такими мыслями, Эос растворялся в оргазме, пожирая взглядом худощавое тело. Таким, возможно, ему больше никогда не увидеть Талласа, его королевское высочество, королеву Цереры. «Нггх» разум пульсировал, впитывая удовольствие. Спустя несколько мгновений, Таллас доведенный до исступления, сломленный накатывающими волнами болезненного удовольствия, что скручивалось внизу живота, выплеснулся брату в руку. Тело подрагивало, а оцарапанный когтем член пекло. Удовлетворенный представлением, Мрагош до боли вцепился в бедра Талласа, совершая несколько жестких толчков и кончая. - Я ж-же говорил, любовь моя, он хочет тебя, дабы уверитьс-ся в твоей с-силе, - он укусил Талласа за загривок. - Аа...ннн… - простонал Таллас, закатывая глаза. Мрагош отпустил синие волосы, и голова брата безвольно повисла. Отстранившись, Мрагош ввел в анус Талласа пальцы и продемонстрировал их Эосу – сперма. - Видиш-шь, Эос-с, это мое. Не забывай с-свое мес-сто, - Мрагош вытер пальцы о его лицо, дернув гневно уголком губ. – Нас-смотрелс-ся? Больш-ше ты его таким не увидиш-шь, ес-сли только не захочеш-шь лиш-шитьс-ся глаз. А накос-сячиш-шь - пристрелю. Мрагош толкнул слугу в грудь, выходя из ванной комнаты. - Он вес-сь твой, Эос-с, - губы Мрагоша растянулись в опасной ухмылке. «Мрагош…Твое королевское высочество…Ты – ублюдок!» Эос выдохнул и быстро снял бессознательное тело Талласа. «Холодный…Пульс слабый» Эос быстро наполнял ванну горячей водой, наблюдая, как трясется худое тело, и губы понемногу светлеют. - Ннн… - простонал Таллас, не разлепляя глаза. Эос осматривал поврежденную кожу на запястьях парня, преодолевая страстное желание поцеловать эти ранки. Но, не сносить ему головы, если Мрагош узнает. Открыв глаза, Таллас обнаружил себя в ванной. Теплая вода приятно согревала тело, не смотря на то, что его еще трясло. Внезапно поясницу проткнуло раскаленной болью, и он поморщился. - Черт… Встав, он уперся руками в стену, голова кружилась. При попытке выбраться, его повело, и он прислонился спиной к стене. - Черт… Дверь отворилась, и в проходе показался Эос. Глаза Талласа расширились, когда он уставился в лицо стоявшего напротив мужчины. ЛицоТалласа исказилось отвращением, к горлу подкатил ком. «Лжец! Лицемер!» Горло сдавило удушье, и он прикрыл рот рукой. - Вам плохо? – слуга спешно протянул руку, но Таллас выставил свою ладонь в предупреждающем жесте. - Стой! Ха…Ха…- удушье. – Ха…Стой. Не подходи. Кха! Кхаа! Кха-кха!Кха-кха-кха! Таллас опустился обратно в воду. Терзаемый приступом кашля, он схватился руками за борт. - Я ничего вам не сделаю, - ответил Эос и вытащил кашляющего сопротивляющегося парня из воды. – Успокойтесь. - Кха! Кха! Кха-кха! – у него жар. Температура тела стремительно поднималась, а легкие душил кашель. Таллас затих, утирая выступившие на глазах от кашля слезы и с трудом переводя дыхание. Слуга нес его в комнату.