Warrior

      Боги…       Сосенка реально сводит меня с ума… Не могу… — Билл… — шепчет в очередной раз он. — В чём я так перед тобой провинился, что ты пытаешь меня, Сосна? — устало смотрю на него.       На груди у него редкие капельки блестящего пота, он часто дышит, облизывает свои губы. — Я… — Хочешь меня, — прерываю его я.       Он сводит свои тонкие ножки, быстро моргает…       Не могу. — Развяжу только утром, — фыркаю я.       Он трётся об простыни, не даёт мне спать. — Хочешь, анекдот расскажу? — вожу пальцами по его животику. — Тебя… — Да знаю я. Ты точно ящерица? На попугая смахиваешь, — закатываю глаза.       Часы показывали пять утра…

***

      Он шатается, еле на ногах стоит. Аппетита у него совсем нет, под глазами залегли тени. Это сейчас пятый день такое идёт? А у него их восемь, вроде. И впервые такое, жесть.       Сосенка пустым взглядом смотрит в стену. Губы он сам себе стёр языком. — Совсем тяжело? — сажусь около него, поглаживаю плечи. — Кошмар, — вздыхает он. — Ты неправильно на меня действуешь. Мне так плохо… — вздыхает он.       Руки у него трясутся, сам он побледнел.       Чёрт…       Была ни была. — Сосна, — приобнимаю его, утыкаюсь носом в макушку. — Что тебе надо? — Мур-р-р… — тихо произношу ему на ушко.       Он вздрагивает, резко поворачивается ко мне. — Билл, перестань, я только отошел, — быстро шепчет он. — Сосенка, — толкаю его в плечо, чтобы он упал на диван.       Он ошалело смотрит на меня, медленно моргает. Я забираюсь рукой под его футболку, улыбаюсь. — Сайфер… — пытается что-то сказать он. — Давай сделаем вид, что именно ты хочешь меня, а не твой гон? — грустно усмехаюсь, целую мягкие губы, смотря прямо в разноцветные глаза.       Зрачки быстро расползаются, Сосенка смотрит прямо на меня.       Представлю, что он меня любит…       Острые коготочки проходятся по моей спине, стягивая с меня футболку. Я целую Сосенку в шею, провожу языком по бьющейся венке.       Сосна громко дышит, обнимает меня за талию ногами.       Его руки шарят по моей спине, оглаживают выступающие лопатки. Ласково целую его раскрасневшиеся щёки, спускаюсь к линии челюсти, прикусываю кожу. Сосенка ёрзает, открывает в стоне ротик. — Давай пойдём к кому-нибудь в комнату? М? — чмокаю его в висок, выпрямляюсь и подхватываю Сосну на руки.       Он охает, улыбается.       Аккуратно кладу его на расстеленную кровать в своей комнате, опираюсь коленом о матрац.       Сосна смотрит на меня голодным взглядом.       Я стягиваю с него шорты с боксерами, отбрасываю их в сторону.       Сосенка облизывает губы, смотрит на меня из-под ресниц. — Я очень люблю тебя. Прости, — наклоняюсь к нему, целую виднеющиеся скулы. — Мой маленький мальчик…       Он зарывается пальцами в мои волосы, тянет за них, тихо стонет.       Моя одежда тоже оказывается где-то недалеко от кровати, Сосна краснеет.       Его руки спускаются вниз по моим плечам, гладят моё тело. — Поцелуешь меня? Сам. Хочу хоть чуточку тепла, — улыбаюсь, ложусь на кровать.       Сосенка резко переворачивается на бок, перекидывает через меня ногу и тягучими поцелуями ведёт дорожку вниз по моей шее.       Я смотрю в потолок, кусаю губы, поглаживаю спину своей любимой ящерки. Он целует мои ключицы, кусает их. Его руки постоянно проходятся по моей груди, опускаются к талии, поднимаются обратно.       Больно до ужаса.       Его мягкие губки спускаются ниже, проходятся по моим рёбрам.       Беру его ладонь в свою руку, оставляю на тонких пальцах поцелуи. Сосенка трётся о моё бедро, смотрит в мои глаза огромными чёрными глазами.       А внутри меня будто холод ползёт. — Хватит, — тяну его выше, целую в припухшие уста, чувствую, как сквозь мои губы он проталкивает свой язычок, улыбается.       Он не замечает всего одной вещи.       Я просунул под свою спину руку и растягиваю себя, чтобы потом не тратить время.       Сосенка мурлычет, громко дышит. Я провожу языком по его щеке, стараюсь не ёрзать. — Билл… — шепчет он.       Я только притягиваю его к себе, затягивая в новый поцелуй. Не хочу ничего. Никаких разговоров.       Одна рука Сосенки спускается к моему члену, поглаживает его, сжимает ладонь в кулак и двигает вверх-вниз.       Зажмуриваю глаза, проталкиваю в себя третий палец.       Сосна улыбается, нежничает.       А у меня будто острыми когтями по душе провели.       Чуть толкаю его в плечо, привстаю и становлюсь в коленно-локтевую. — Сосенка, знаешь же, что делать? — утыкаюсь носом в сложенные перед собой руки, глубоко вздыхаю.       Осторожные поцелуи опускаются на мои лопатки, идут вниз по позвоночнику. Сосна приставляет один член к моей дырочке, резко входит до конца. На сухую…       Я кусаю одело, свожу брови на переносице.       Сосенка кладёт руки на мою поясницу, куда-то меня целует. А я просто терплю…       И я знаю, что кое-кто тут не удержится, попытается вставить и второй член. А мне уже всё равно. Лишь бы ему стало легче.       Внутри больно, горячо и тесно.       Сжимаю руками одеяло, зажмуриваю глаза.       Сосенка там совсем не сдерживается. Что-то кричит, кусается, быстро двигается.       Внутри резко разливается тепло, я вздрагиваю.       Сосенка проводит руками по моим бокам, наклоняется ниже.       Затем сзади слышится шипение. Я оборачиваюсь. — Идиот!!! Придурок!!! — кричит он на меня. Резко выходит, куда-то убегает.       Я шмыгаю носом, наконец падаю на простыни и смотрю в стену.       Сосенка появляется через пару минут, что-то бурчит себе под нос.       Я перевожу на него взгляд. — Глупый. Как же я тебя… — Ненавидишь? — улыбаюсь.       Он опускает взгляд, в руках у него тазик с водой и полотенце.       Он окунает полотенце в воду, затем проводит им по моему телу. — Прости, я тут немного… Покусал тебя, — отводит взгляд он. — Бывает, — перевожу взгляд на простынь. — Ты… — Просто помолчи, — вздыхаю я.       Ну что… С первым разом нас.       Сосенка откладывает тазик в сторону, подползает ближе ко мне, мягко целует меня в плечо. — Мало? — перевожу на него взгляд, снова поднимаюсь. — Точно идиот, — фыркает он. — У тебя зрачки расширены, — смотрю на него. — Это не из-за того, — мягко улыбается он. — Тебе больно? — Не представляешь, насколько… — Прости я… — Внутри, — перебиваю его я.       Он ложится рядом со мной, берёт меня за руку. — Закрой глаза и просто лежи. Хорошо? — тихо произносит он. — Лады, — расслабляюсь. Чувствую, как из меня вытекает сперма, чуть морщу нос.       Сосенка что-то делает, я даже не вслушиваюсь. — Перевернись на спину, — просит меня он.       Я послушно ложусь так, как он мне сказал, расслабляюсь.       Мои губы оказываются накрыты его губами, тонкие пальчики поглаживают мои скулы.       Влажные губы спускаются ниже, нежно целуют меня в плечи.       Затем он берёт меня за руки, чуть сжимает их в своих.       Его губы спускаются ещё ниже, минуя мой пресс.       Я громко выдыхаю, открываю глаза.       Сосенка смотрит на моё тело расширенными зрачками, я вздыхаю. Ну вот снова.       Его взгляд поднимается на моё лицо, зрачки резко сужаются. — Я просил тебя закрыть глаза. — Если не хочешь — не заставляй себя, — пожимаю плечами. — Ты в край дебил, или притворяешься? — шипит он.       Улыбаюсь, чувствую, как его ногти впиваются в мою кожу на руках. — Понятия не имею, — смеюсь. — Я выбрал тебя, — шипит он в мои губы, когда поднимается выше. — Тебя, скотина, и хочу только тебя. Ты мой. И это решил не ты, а я, — он сводит брови на переносице. — Знаешь, почему идет гон? Потому что рядом есть подходящий партнёр, Сайфер, — шипение становится громче. — И ты просто так трахал мне мозг? — приподнимаю бровь. — Знаешь, каково это?! Я адски хотел тебя. До судорог по всему телу, — его зрачки чуть расширяются. — Думаешь, я себя контролировал? И я выбрал себе в пару пришельца! — вскрикивает он. — Парня!!! — А то я не выбрал себе в пару пришельца-парня? — смеюсь.       Сосна громко дышит, смотрит в мои глаза. — Так ты придурком родился. Ясно. — Обидно. — Сейчас будет больно, — ворчит он. — Но, тем не менее… — отвожу взгляд.       Он отпускает одну мою руку, даёт мне пощёчину и начинает кричать: — Не беси меня!!! Задрал ныть уже со свой любовью!!! Что там, сердце бьётся чаще? Пожалуйста!!! — он кладёт мою руку на свою грудь. — Дыхание сбивает? Жарко? Холодно?! Что ещё?! Тот, кого ты выбрал, вечно в голове сидит и грызёт твой мозг как чёртов короед?! Получи и распишись!!! — орёт он на меня.       Я ошалело смотрю на него.       Перевожу взгляд на стену. — Я люблю тебя!!! Люблю!!! — кричит он мне прямо в лицо. — Ты, чёртов полудурок!!! Я…       Затыкаю его поцелуем, потянув на себя.       Он упирается свободной рукой в мою грудь, громко сопит от злости.       Веду рукой ниже по его талии. Сосенка оказывается лежащим подо мной. С эмоциями определиться не может? Глаза у него постоянно меняются.       Он расцепляет наши руки, ведёт пальцами вниз по моей спине, чуть щипает меня. Целую его шейку, оставляю багровые отметины.       Сосна стонет, царапается. Любит оставлять на мне увечья?       Спускаюсь лёгкими поцелуями ниже, прикусываю бледную кожу на последней паре рёбер. Сосна прикрывает глаза.       Я провожу языком по чешуйкам внизу его живота, улыбаюсь, получая сверху громкие аханья.       Оставляю россыпь поцелуев на его бёдрах, смотрю вверх. И снова он не может держать себя в руках.       Блять, да он совсем ребёнок ещё.       Поднимаюсь наверх, обнимаю Сосенку, прижимаясь к нему. Он трётся о мой нос своим носом, горячо выдыхает в мои губы моё имя.       Переношу центр тяжести, оказываюсь под Сосенкой. — Я… — он опускает взгляд. — Первый блин всегда комом. Давай уже, — улыбаюсь я, беря его за руку и целуя покрасневшие костяшки.       Он краснеет, располагается у моих раздвинутых ног. Я кусаю нижнюю губу, закрываю глаза.       Сосенка снова готовится войти, я чувствую давление.       Он наклоняется ко мне, я тянусь к его губам.       Быстрый толчок внутрь, я начинаю шипеть. — Больно? — он смотрит мне в глаза. — Немного, — вру я.       Чёрт. Какого хрена?       Сосна двигается на пробу пару раз, а затем замирает. — Ты слишком узкий, — шепчет в мои губы он. — Ты тоже будешь узким. Только подожди моей очереди, я хорошенько тебя растяну.       Он хихикает, резко двигается вперёд, я охаю. — Билл? — Продолжай.       Он закрывает глаза, прислоняется щекой к моей щеке, громко дышит. Я открываю рот в громком стоне, двигаюсь Сосенке навстречу.       Свободной рукой обнимаю его за шею, кусаю свои губы. Как же хорошо…       Сосна поднимает на меня взгляд, смотрит чёрными глазами… Ловлю его влажные губы, посасываю их.       Он улыбается, затем громко стонет.       Запрокидываю голову назад, Сосна целует мою шею, затем начинает её вылизывать.       Он делает толчки сильнее, реще. — Не хочешь сразу… — тихо пытаюсь сказать я.       Сосна затыкает меня, слишком ласково целует. Внутри аж подрагивает всё… — Ты и так тут пострадал, — улыбается он. — Ни за что.       Целую его в щёку, затем за ухом. Он тяжело дышит, входит резко и до конца.       Я чувствую внутри себя новую порцию обжигающего тепла. Сосна протяжно стонет, крепко обнимает меня, затем выходит и спускается поцелуями ниже.       Я слежу за его действиями, хлопаю глазами.       Мой член оказывается в его милом ротике, бездонные чёрные омуты смотрят на меня.       Он неумело облизывает ствол, цепляется зубами, но старается. Я же сжимаю в руках одеяло, жмурю глаза от удовольствия.       Сосна улыбается, обхватывает головку припухшими губами, медленно моргает. — Сосенка…       Он игнорирует меня. — Со… А-а-ах! — я выгибаюсь, широко открываю рот в крике.       Сосенка улыбается, облизывается.       Я стараюсь отдышаться, смотрю на него… — Хороший мой, — он чмокает меня в висок, прижимается ко мне. — У тебя ещё там… — Да ладно уж, — он трётся щекой о мою щёку. — Уверен? У меня ещё рот свободен и не болит, — смеюсь я.       Он меня кусает за нижнюю губу, чуть хмурит брови. — Теперь болит, — усмехается. — И он не свободен, — мурлычет он.       Да… Вот так я не поторопился… — Сколько у тебя ещё эта хрень будет? — Она уже прошла, считай, — шепчет он. — Ну… Блять, и когда именно ты хотел мне в этом признаться? Ты не ящерица, ты — свинья, Сосенка.       Он бьёт меня рукой по плечу, фыркает. — Уж прости, я не могу в себе быстро разбираться. И ты враг и преступник. — А ты — сладкий пончик, — улыбаюсь я.       Он закатывает глаза, закидывает на меня ногу и сопит.