I. Норны. Ошибки быть не может

Писк аппаратуры надоедливым звуком отражался от стен, показывая, что состояние раненного было стабильным, и тот попросту отдыхал, восстанавливая силы. Наверное, открой сейчас глаза пациент, он бы вздрогнул от того, насколько внимательно и сосредоточенно за ним наблюдали посетители, соблюдавшие тишину все сорок минут своего прибытия. Или только один из гостей? Фэр действительно боялась отвлечься даже на минуту, поскольку еще совсем недавно перед ее носом чуть ли не развернулась трагедия, цена которой была жизнь Коулсона. Возможно, именно из-за собственных переживаний девушка, устроившись на краю койки в ногах больного, превратилась в безмолвную статую, словно коршун, отслеживающую каждый вздох Фила. Как бы то ни было Фьюри, стоявший позади, лишь тяжело покачал головой, углубляясь в изучение документов с обследованиями агента: — Он стабилен, Фэр. Не стоит себя корить, мы успели. — Ты не понимаешь! Я ничем ему не помогла, да и спасение прибыло в твоем лице, — бледнота лежащего на койке брюнета вызывала мурашки на призрачных руках. — Я должна была приглядывать за ним, и, пока была возможность, увести от опасности, но… — Ты сделала то, что должна была сделать: спасла Романофф, увела Халка, телепортировала сотрудников в безопасные места, — от внимательного карего глаза не укрылись слегка расправившиеся плечи хрупкого создания: — Только благодаря тебе агент Коулсон сейчас жив, ведь совсем не я понял об угрозе и ринулся на поиски. Да, использованная «магия» слегка устранила урон от повреждений, благодаря чему Фил и выжил, но задумайся, Фэр: это была твоя «магия», твои знания, твоя помощь. Она всегда принижала имеющиеся у нее способности и роль в человеческом мире. И мужчина искренне не понимал, отчего же столь сильная девушка до сих пор не верила и не ценила себя по заслугам, коих в ее послужном списке было достаточно для получения ордена и почетной грамоты от президента Соединенных Штатов. Как бы не бился Фьюри, убеждая напарницу в призрачной неповторимости, девушка все равно оставалась глуха к его словам, с головой впадая в депрессию. Но теперь, когда Фэр на время стала видимой и вполне осязаемой, у Николаса появилась возможность помочь напарнице начать жить заново. Еще не совсем разобравшись и не зная по каким причинами произошла реакция девичьего организма на скипетр, Фьюри загорелся решить нелегкую задачу, тем самым освобождая напарницу от оков. Любые задачи — решаемы, цели — достигаемы, а миссии — исполняемы, когда-то говорила Фэр, подбадривая Фьюри младшего на тяжелом пути становления полноправным агентом. Ребенок вырос, пора бы и отплатить, думал Николас, понимая, что украденный жезл необходимо вернуть вместе с тессерактом. — Ты слишком часто сравниваешь себя из прошлого и себя из настоящего. Мы говорили об этом, не стоит ставить в сравнение то, чего уже нет, и начни ценить настоящее, ты такая, какая есть, — проговорил Николас, тихо, но важно, добавляя, — от себя не убежишь, Фэр. Девушка обратила взор на собеседника и внимала мыслям друга, говорящего пускай и редко, но правильно, словно это не он рос на ее глазах. Даже в этот момент сказанные мужчиной слова, нашли отклик в душе Фэр, прекрасно осознающей, что воспринимала себя не Призраком — ярким и смелым агентом, а обычным духом, тенью былого величия. Может быть, раньше было нормальным, когда девушка видела смысл своего существования в присмотре за Фьюри младшим, но теперь, спустя десятки лет, все должно было измениться. Возможно, уже изменилось, промелькнула мысль в призрачной голове. — Посуди сама: сегодня ты явила себя миру и начала новую главу жизни, Фэр. Как только мы вернем посох, ты сможешь двигаться дальше, — усмехнувшись собственным идеям, Николас убрал документы и направился к выходу из палаты. — Мы прошли болото и вышли к ручью, Фэр. Смотри, чтобы поток воды не сбил тебя с ног. Порой молчаливый мужчина говорил действительно важные и умные вещи, шептало сознание девушки. Улыбаясь и испытывая гордость за этот светлый ум, Фэр следила за тем, как Директор, сжимая в руках карточки Фила, направился на выход из больничной каюты. Предопределяя дальнейшие действия Директора, Призрак усмехнулась: путь мужчины лежал к рубке управления, где разбитые герои дожидались своеобразного стимула, которым теперь являлась ложная погибель Коулсона. «Воины, которые не испытывают нужные сантименты, не более чем рабы», — эти слова на тот момент еще совсем юный Фьюри выжег в своем подсознании как один из законов жизни. Правильный закон для того, кто являлся лидером. А сейчас сердце уже взрослого Николаса грела мысль, что он возродил дух воина в той, которая угасала, невзирая на свое бессмертие.

***

Помещение тонуло в полутьме, разбиваемой лучами солнца, упорно пробивающимися сквозь оконные жалюзи, что создавало и без того мрачную атмосферу. В самом-то деле, кабинет Директора даже при нормальном освещении вызывал у многих легкую дрожь в теле лишь от одного его упоминания. Впрочем, завсегдатаи наоборот ощущали всю прелесть этого места в тишине и защищенности, которых порой в жизни так не хватало. А еще здесь жило спокойствие, может быть оно было относительным, непостоянным, но оно было, и именно его так любила Фэр, вновь развалившаяся на диване: — Да уж, что-то мне подсказывает, что ты переборщил со стимулом для героев. Нагнал такую атмосферу горя и сострадания, жесть такая… — насмешливо говорила девушка, приватизируя излюбленный предмет в кабинете, ведь с него было удобно наблюдать за Фьюри, который, будучи в кресле напротив, заполнял склянки красной жидкостью. — Эх... Наташа всё еще в шоке, все эти события… — производя вращательные движения кистью, девушка жестом обозначила все произошедшее на корабле. — Такие события заставили пересмотреть свое отношение к жизни не одну ее, а всех, Ник… Оказывается, ты такой подлец! Поставив первую склянку на столик между креслом и диваном, афроамериканец бросил внимательный взгляд на собеседницу, не следившую за своим острым и порой слишком длинным язычком. Пожалуй, Фэр довольно-таки быстро поняла намек, стараясь исправиться: — То есть… гений... Да, я хотела сказать «гений», просто в горле что-то запершило, — невинно улыбнулась блондинка, а после и вовсе тихо рассмеялась. — Да-да, гений! Умный ход! И сдается мне, Старк понял, куда направился Локи, так что скоро будет битва, напарник! Ты знаешь, где Тор и Беннер? Молчаливо наблюдавший за тем, как жидкость из вены стекала в ампулу, мужчина лишь раз кивнул головой. — Всё-то ты знаешь и видишь. Так даже не интересно, — девичий голос стих, и его обладательница устремила взор в потолок, разглядывая одной ей видимые в нем картины, рисуемые мозгом. Ранее Фьюри убедил остатки Мстителей в смерти Коулсона, при этом не проронив ни слова, утверждающего данный «факт». Все было в голове, и стоило героям показать окровавленные агентовы карточки с Капитаном Америкой, как те сразу подумали о худшем. Таков человеческий мозг: говоришь что-то важное, выдаешь пару предметов для ассоциаций и нацепляешь маску с нужной эмоцией, а дальше дело было за воображением, порой игравшем не на стороне своего носителя. Так было и в этот раз, когда Мстители решили, что Коулсон мертв, испытав при этом реальную горечь утраты. Впрочем, Фэр, знавшая правду, тоже чувствовала послевкусие неприятной эмоции: — Что будет с Филом? — Думаю, ему не помешает отпуск. — А потом? — забросив ноги на спинку дивана, а голову свесив вниз, Призрак взяла в руки пустой пузырек, пока еще не заполненный алой жидкостью. Казалось бы, обычная красноватая стекляшка, но на деле весьма ценный сосуд, который, в отличие от остальных, девушка могла брать и осязать по той простой причине, что сделан он был по сложной технологии, из крови Фьюри. До любого другого сосуда Призрак бы не то чтобы поднять, она бы до него даже не дотронулась. — А потом — возвращение к работе. Если тебя интересует вопрос об его чудесном возвращении из мира мертвых, то можешь не волноваться. У нас довольно-таки много секретов, не так ли? Улыбка на лице Фэр была совершенно родной, она всегда возвращала Фьюри в прошлое, когда проблемы не были столь значительны и масштабны, как в нынешние времена, где каждый шаг необходимо было продумывать до мелочей. Пожалуй, эта девушка была единственной, перед кем Директор не набрасывал выдуманную личину и оставался самим собой, пускай даже со временем на его лице взаправду отображалось меньше эмоций из-за вечного контроля собственных движений и реакций. Шпиону было необходимо уметь создавать идеальные и правдоподобные маски. Закончив наполнять сосуды «свободы», как часто называла их сама Призрак, мужчина вернул на место закатанный рукав черной водолазки, и, откинувшись на спинку кресла, расслабился, позволяя себе небольшой перерыв после всех тех страстей, которые произошли на авианосце ранее. Всё же это было утомительно: Фьюри чувствовал себя не совсем нормальным Директором, а, как отзывалась сама Фэр, растягивая гласные в шутливой манере: «строгой мамулей». Быть родителем и для двух-то детей утомительно, а для целой организации — просто невозможно. Мужчина давно задумывался над тем, чтобы поставить доверенные лица в командование, но так и не решался на подобный широкий жест, поскольку попросту отвык к полноценному доверию. Что-то подсказывало ему, что разделить власть все-таки придется. — У-у-у, ты выглядишь таким крутым, когда погружаешься в свои думы. Мужчина с обложки журнала, — когда девушке было довольно скучно, внутренний ребёнок отпихивал умудренную жизнью женщину в сторону и начинал строить свои козни, шутки или же пытался это делать, развлекаясь, как только можно и нельзя. Тяжело выдохнув на дразнящий тон, Фьюри склонил голову на бок, наблюдая за беловолосым недоразумением, ранее называемым ангелом-хранителем. Разве можно было перепутать это развалившееся в непристойной позе существо с нахальным взглядом голубых огней с прекрасным святым образом? По всей видимости да, подумал мужчина, осознавая, что до сих пор считает девушку таковой. — Иногда мне становиться грустно, — слегка приподнимая уголок брови начал излагать свою мысль Николас, — потому что не могу приложить свою ладонь к твоему затылку. Нахальная улыбка, обнажившая ровный ряд зубов, обозначала радость от того, что второй игрок принял правила и своеобразное шоу «кто кого?» началось. — Да брось, ты хотел сказать «не могу дать тебе смачный поджопник», уж я-то помню, как ты в детстве горел этим желанием. Ты постоянно кричал: «Волшебной Фэр — волшебный пендаль!» Тишина оглушала кабинет ровно до того момента, пока от стен не отразился громкий заливистый смех девушки и умеренный мужчины. Воспоминания всегда приятны, особенно те, которые согревали сердце и душу. — Ох, Николас, тебе бы пора обзавестись реальной семьей: жена, дети, натренированный питбуль в качестве миленького домашнего питомца. Полуприкрытые веки, нежная улыбка и аура умиротворенности поглотили бы любое живое существо, находящееся рядом с девушкой. Пожалуй, с Николасом так и было, только за прошедшие года он научился не впадать в расслабленную негу, распространяемую девушкой. — Такая жизнь не для меня, Фэр. — Ой, да брось. Найди себе такую же отбитую на голову и действуй! Фраза породила собой ответную реакцию мужчины, вздернувшего бровь вверх, как бы напоминающую девушке о рамках приличия, коих между друзьями на самом деле давно уже не было. Но Фэр поддерживая образ и игру выпучила глаза и удивленно пролепетала: — Что ты так на меня смотришь? Я молчала! У тебя галлюцинации! Этих двоих всегда забавляла их собственная, особая манера общения, выработанная с годами совместного времяпрепровождения. Да и кто бы еще осмелился так разговаривать с Фьюри? Разве что самоубийца, но на Фэр это совершенно не распространялось, потому что так было всегда, потому что привычка, потому что так должно быть и это было правильно. Нарочито важно хмыкнув на девичью защиту и обвинение, мужчина сменил гнев на милость. Данная тема не была чем-то новым, скорее наоборот часто затрагиваемая, потому Николас прекрасно знал, о ком толковала блондинка, понимал, кого пророчила ему в жены, вот только от этого не становилось легче. Мария Хилл была закрытым вопросом, он не мог себе позволить думать об агенте в подобном ключе, потому что женщина всегда была его лучшим агентом. И Директор не был намерен терять столь ценный кадр лишь из-за ее острого ума, сильного характера и, чего уж там таить, привлекательной внешности. Нет, Фьюри не мог, пускай порой и хотел. — Ты бываешь таким упертым, Ник. Я все равно станцую вальс на вашей свадьбе, уж поверь! — Когда сможешь танцевать со своим женихом, тогда и будет свадьба, — поставил свое условие мужчина. — И кто тебя такого противного воспитал?.. Ворчание со стороны ангельского недоразумения и поднятые уголки губ на темном лице были незримы для остальных живых, в спешке снующих за дверью, на всем корабле.

***

Авианосец, подобно киту в глубинах океана, плыл по воздуху уверенно и легко, давая шанс насладиться видом голубых просторов и пушистыми облаками, обычно находившимися так высоко над землей. Сверху вид был совсем иным, нежели снизу, казалось, что сладкая вата окружала со всех сторон — то, о чем люди часто мечтали в детстве. Только вот для Фьюри тот вид был уже привычен и не вызывал былого восхищения, как в первые разы, когда он поднимался в небо, будь то самолет или иное средство передвижения. Прекрасно лишь для тех, кто не рожден летать, думала Фэр, порой оглядываясь в прошлое, в котором каждый новый сотрудник испытывал чрезмерный восторг, впервые ступив на хеликэрриер. Но шло время и чувства притуплялись, поскольку вид за бортом становился чем-то обыденным, уже не дарившим воодушевление. Печально это, мысленно комментировала Призрак, наблюдая за кипящей работой вокруг и слегка нервного Фьюри, дожидающегося часа «х» — начала боя, кульминации в войне с божком. Мстители должны были начать действовать самостоятельно, думая, что без надзора Директора, только была одна маленькая проблема под именем Фэр, в любом бы случае не отпустившей команду в одиночку. Потому, где-то на уровне интуиции почувствовав начало того самого часа «х», призрачная девушка, пожелав напарнику удачи, последовала за Капитаном Америкой. Игра в шпионаж закончилась в джете, украденном славными героями. Тем не менее Призрак была уверена в Соколе и Вдове, сопровождавших Роджерса в этом нелегком пути на поле боя, и не сердилась за то, что те, ничего не сказав Фьюри, покинули базу. Фэр ведь рядом, а значит и напарник условно был с ними. Хотя, стоило бы признать, со стороны ситуация действительно выглядела забавной: агенты похищали джет у организации, на которую вроде как даже работали. Могли бы и разрешение спросить, тихо проворчала Призрак, ранее веря, что Мстители — детишки послушные. Если говорить о том, от кого подобного действия девушка и ждала, то это от Старка, впрочем, мужчина, использовавший костюм Железного Человека, не нуждался в подобном «допотопном» средстве передвижения, даже если стальная броня была изрядно помята: починка турбин хеликэрриера оставила о себе напоминание. Тони, избегая разговоров, ринулся в свою башню не только ради смены красно-золотого панциря, но также чтобы задержать Локи, решившего задействовать высотку гения в собственных интересах. Присоединившийся к команде Бартон радовал глаза Фэр, соскучившейся по лучнику чуть ли не меньше, чем то было с Романовой. А ведь именно в бою с напарницей Сокол, хорошенько получив по голове, пришел в себя, тем не менее, вид у агента оставался болезненным и уставшим, несмотря на то, что Клинт старался скрыть свое состояние. Призрак всегда говорила, что магия — не игрушка, с которой можно побаловаться и бросить. Нет, абсолютно не так: для ее полноценного и безопасного использования была необходима сила разума, чистого духа и натренированного тела. Только в тот момент, когда маг обретал покой, он мог перейти на новый уровень, достигая понимания истинного контроля. Чем ближе команда подлетала к городу, тем хуже становилось предчувствие, позднее подтвержденное видом хаоса, царившего в районе Манхеттена, пока над башней Старка разрывалась материя пространства. Первым взяв себя в руки, Клинт озвучил общую мысль: — Мы опоздали, Локи успел открыть дверь между мирами. — Это… пришельцы? Я иначе себе их представлял, — Роджерс внимательно рассматривал уродцев, вылезавших из дыры, застывшей в небе. Призрак, наблюдающая ту же картину, которую видел Кэп, лишь снисходительно улыбнулась, понимая, что для солдата, жившего в сороковые подобные явления не более чем пускай и ожившая, но фантастика. Кто, как не она, знала, о существовании чрезмерного количества разумных и не совсем таковых цивилизаций, разбросанных по великой вселенной. Когда-нибудь я расскажу тебе об этом, подумала Фэр, сдержав желание погладить блондинистую макушку. — Еще есть чему удивляться, Кэп, — отозвалась Наталья, в уме прикидывая дальнейший план действий, — Бартон, двигайся к башне. Пытаться ранить Локи из пулемета — не самая лучшая идея, считала Фэр, надеявшаяся, что никто не пострадает, когда подбитый джет, рухнет на землю. Стоило отдать должное, поскольку Бартон прикладывал все усилия и умения, стараясь совершить более-менее мягкую посадку и не навредить ни команде, ни гражданским. Последние словно мелкие зверки, завидев опасность, прятались в норах, будь то машина или ресторан, витрина в котором служила слабым укрытием для любопытных зевак. Возможно, Фэр стоило бы держаться близь троицы, с которой она прибыла в Манхеттен. Да только у девушки в планах была записана реальная помощь Мстителям, а не призрачный патруль, коим она часто являлась. Чтобы смочь стать частью команды, к которой Призрак себя не относила, ей было необходимо добраться до скипетра Локи, находившегося на более-менее приличном от девушки расстоянии. Потому, поставив себе цель, она подорвалась с места, используя телепортационные скачки, чтобы побыстрее оказаться около необходимого артефакта. Все бы ничего, но спустя пару минут даже Фэр замерла на месте, впечатленная раскрывшейся картиной: огромный корабль, левиафан, напоминающий поистине огромное живое существо, просачивался сквозь портал в небе, дразня и без того перегруженное воображение землян. Появление авианосца, переносившего на себе новых солдат и большое количество бомб, не предзнаменовало собой ничего хорошего. Особенно тогда, когда люди, не видевшие подобного, испытывали огромное любопытство, способствовавшее потере инстинкта самосохранения. Многочисленные взгляды были направлены на то неведомое, что будоражило кровь от осознания непостижимого, но именно это являлось главной ошибкой, позабывших об опасности, землян. Фэр на подобную глупость могла лишь тихо ворчать, стараясь как можно быстрее добраться до скипетра, чтобы помочь этим наивным существам: — Ох, глупенькие же вы люди, ой, глупенькие… Сама не понимая к чему, Призрак осматривалась всякий раз, перемещаясь на новое место в башне. Безусловно, девушке навредить не могли, да только инстинктивная реакция все еще жила где-то глубоко внутри. Со временем Фэр о ней забывала за ненадобностью, но та упрямо продолжала бороться, сбрасывая с себя слой пыли. Стоило Призраку добраться до последнего этажа, где так любил развлекаться гений, она испытала легкое разочарование, не обнаружив в нем Локи. Отчего же оно возникло призрачная особа не знала, да и задумываться особо не хотела, считая, что будь то злость на мага или интерес к нему, все было пустым, бессмысленным в данной ситуации. Как бы то ни было, помещение пустовало, зато разбитое стекло и покорёженная мебель, всем своим видом выказывали последствие жаркой драки. А ведь если задуматься, то Локи в момент обстрела из джета как раз сражался с Тором, подумала Фэр, охваченная затеей проверить состояние старшего сына Одина. Выбирая дальнейшее свое направление, девушка остановилась, цепенея от яркой вспышки в голове, затем минутной слабости и дезориентации, вызванных чужим зовом. — Тесс! — крикнула Призрак и ринулась к зовущему ее реликту. Со всеми событиями, происходившими в последнее время, не удивительным было и то, что девушка попросту забылась, на мгновение, но забылась. Правда теперь, ощущая присутствие тессаракта рядом, по телу пробежала дрожь из-за волны чужого переживания, передаваемого ей. Частичка сознания, что существовала в артефакте, противилась происходившему безобразию вместе с тем, как то делала сама Фэр. Только в отличие от живой души, реликт не мог решать, что ему делать, а что — нет, отдаваясь на милость «хозяину». Находясь по разные стороны барьера, два некогда объединенных сознания стремились соприкоснуться после длительной разлуки. Призрак искренне радовалась тому, что наконец-то нашла тессеракт, могла вновь его видеть и слышать, но, к сожалению, не осязать. — Божок-то постарался... — приложив руки к невидимой преграде, прошептала Фэр, понимая, что сквозь нее она не пройдет. В попытке то ли продавить барьер, то ли протиснуться сквозь, девушка сильнее вдавливала ладони в стену, чувствуя себя никем иным как бараном, не желавшим найти иной путь решения проблемы. Чертова магия, ругалась в уме Призрак, не впервые за последние дни выражая недовольство сложной наукой. Впрочем, ей было все равно, ведь внутри девичьего сердца зарождался гнев, потому что все было наперекор желаемому, все было не так. — Ладно, мы что-нибудь придумаем. Держись, дружище, наши выиграют… Люди же так упрямы, ты знаешь! — кого пыталась успокоить девушка, было известно только ей самой. Стоя на краю здания, можно было наблюдать за сопротивлением сил: читаури против землян. И что самое удивительное — люди держались на равных, а ведь какие-то тысячелетия назад они, не успев глазом моргнуть, были бы порабощены в считанные секунды. Локи был не прав, называя членов команды Мстителей убогими созданиями уже только потому, что те стоили целого войска тех же кибернетичных тварей, лезших из портала. Да, они отличались от общей массы людей, тем не менее, внутри каждый из них оставался «человеком», поэтому не было ничего удивительного в том, что воин желал защитить свой дом, свою Землю. С правой стороны раздался режущий слух скрежет — Халк остановил левиафан, вызывая трепетное восхищение со стороны Фэр: — Он невероятен. Наблюдение за большим парнем притупляло гнев, зародившийся парой минут ранее из-за невозможности воссоединиться с тессерактом. Положительные чувства должны были перебивать негативные, хотя странным было ощущать воодушевление от любований за Халком. В любом случае, Призрак обычно умела и контролировала свое состояние, пошатнувшееся из-за разлуки с реликтом, который являлся для девушки неким стабилизатором эмоционального фона. Покой, на душе должен царить покой, думала Фэр, наблюдая за тем, как прибывала еще парочка левиафанов. Липкий страх, не признаваемый девушкой, казалось проникал сквозь кожу, добираясь до призрачных костей вместе с тем, как сильнее гневались читаури. Захватчикам вряд ли мог понравиться поступок зеленого парня, остановившего один из их излюбленных авианосцев, потому они даже не сдерживали гнев и ярость, направленную на землян. На удачу Призрака, нервно шутящей о нужде поиска нового дома, со стороны открытой зоны небоскрёба что-то сверкнуло, перетягивая на себя интерес блондинки. Чудо, что скипетр, ставший для Фэр целью номер один, не упал вниз, наполовину свесившись над землей: зацепился за провод, и девушка надеялась, что тот еще долго сможет удерживать посох. Внутренний голос шептал, напоминая, что артефакт читаури должен был быть в руках Локи, но раз уж того здесь не было, значит того выгнали. От подобной мысли, Фэр рассмеялась: — Кто-то подарил нашему божку волшебный пендаль? — усмехаясь собственной шутке, она вновь ощущала покалывание в теле, когда сталь аккуратно легла в ладонь. — Призрак вновь в игре! — поднимая жезл, воскликнула девица, в фантазии прибавляя к этой сцене зрителей, восторженно аплодирующих ее «героическому» поступку. Фантазия Фэр была безгранична, а ведь что еще остается, когда в твоем распоряжении вечность, бессмысленная вечность в руках духа. Девушка довольно часто вела себя странно, особенно, когда начинала играть определенную роль среди окружающих. Люди, конечно же, ее не видели и не слышали, но девичья фантазия устраняла этот недочет, создавая вымышленные сцены, коих быть не могло. Возможно, она сошла с ума? Скорее всего, так бы и произошло, не будь рядом с ней Фьюри.

***

Манхеттен стал центром творившегося хаоса, приковывая любопытных зрителей по ту сторону экранов, наблюдающих за разворачивающимися действиями благодаря бравым журналистам. А ведь посмотреть было на что: смело сражающиеся Мстители; люди помогающие или принимающие помощь от других; разруха и руины, показывающие, что каменные джунгли никогда не принесут необходимой защиты хрупким землянам. Такую же картину наблюдала и Фэр, замершая на краю здания, на котором она оказалась парой минут ранее. Где-то в стороне с высотки на высотку перепрыгивал Халк, ломая и без того пострадавшие сооружения — видимо решил оторваться по полной. Зеленый парень вряд ли переживал из-за неминуемого падения, когда он не смог зацепиться за выступ крыши, к которой стремился, да только взбираться на вершину вновь ему было лень. Пожалуй, именно в тот момент, когда он смирился с тем, чтобы вновь оказаться на земле, что-то мягкое и слегка покалывающее кожу дотронулось груди и плеча. — Большой парень, тебя подбросить? — улыбаясь во весь рот, спрашивал сгусток энергии, по силуэту напоминавший девушку. Кажется, именно это существо не стало с ним сражаться в металлической коробке. Фэр, переместив соратника на крышу одной из соседних высоток, прицельно сбила, пролетавшего рядом врага скипетром, на мгновение заменившего бейсбольную биту, поскольку оставлять артефакт в башне Старка она сочла неправильным. Тем более эффект «тела» без частого контакта не был бы длительным, а так она еще имела под рукой оружие, необходимое той, которая не обладала силой Тора или Халка, а магия если и была доступна, то в ничтожных крупицах. — Парень, сзади! — оповестив союзника, девушка поспешила на помощь другим нуждающимся в помощи. Не видя того, как Халк улыбнулся ей в спину и вступил в бой, Фэр спрыгнула с крыши, чтобы на полпути к земле телепортироваться за машину, скрывшую девушку от читаури. Здесь просто удобный пункт наблюдения, шептала она, саму себя убеждая в том, что это не из-за страха потерять скипетр, вместе с тем наблюдая за действиями новых героев Земли. Агент Романофф отбиваясь от пришельца, выхватила оружие оппонента, используя его, чтобы нанести летальный выстрел во второго нападавшего на женщину со спины. Не будь Вдова во время боя более чем сконцентрирована, то Капитану бы довелось почувствовать прелесть заряда внеземной пушки на своей собственной шкуре. Впрочем, Наталья всегда старалась держать себя в руках, чтобы в таких вот ситуациях не убить союзника, так неожиданно возникшего перед ее носом. — Капитан, их не уничтожить, пока не закроем портал! — рыжая дышала тяжело, ее тело сковала усталость. — Его никакое оружие не берет, — наблюдая за мерцанием вокруг дыры, поделился мужчина, ранее видевший, как истребители пробовали обстрелять полыхающее кольцо. — Может быть, не в оружии дело? На мост, где находились двое из команды, прибывали новые враги, жаждущие смерти жалких восставших людей. Для читаури «герои», посмевшие вступить в бой, были неприятностью, оскорблением силы великого народа, служившего Великому Завоевателю. Подобный вызов со стороны слабых землян был воспринят в штыки, и смыть они его могли только кровью. — Ты хочешь туда добраться? — Кэп взглянул на шпионку, понимая, что Романофф планировала направиться в башню Старка. — Но как? — Я знаю, как… Можешь чуть подкинуть? Только сейчас, осознав план рыжей, Стив убедился, что эти русские самые настоящие сумасшедшие. Во время войны он был знаком с некоторыми, но тогда он считал, что поле боя любого делало немножечко чокнутым. Хотя, чем сейчас ситуация отличалась от прошлого? Тоже война, только с монстрами из далёкой галактики, но что-то мужчине подсказывало: Романофф по жизни делала сумасшедшие вещи, порой не поддающиеся объяснению и логике. Когда нога шпионки коснулась щита, Кэп вложил всю силу, чтобы подбросить ее как можно выше, давая шпионке шанс зацепиться во вражескую технику. План удался и Наталья действительно, схватившись за скиммер, на котором находилось два пришельца, исчезла с поля зрения Роджерса. Оставшийся в одиночестве, он продолжил бой с новоприбывшими монстрами, коими называл читаури. Его мозгу было трудно принять существование иных цивилизаций, списывая тех в «подкровтные страшилки», коими родители часто пугали детей в детстве. Тем не менее сражаться становилось затруднительно, поскольку Капитан все еще оставался пускай усовершенствованным, но человеком, постепенно теряющего силы в неравном бою. Невольно мысли Стива возвращались к Гидре, члены которой любили говорить: «отрубишь одну голову — на ее месте появится две новые». Эти слова сейчас как никогда подходили к описанию ситуации, в которой находился блондин, уничтожающий одного за другим, только вот конца пришельца видно не было. Один незамеченный враг выстрелил раньше, чем смог бы отреагировать Роджерс, приготовившийся стерпеть удар от заряда пушки. Боли не последовало, поскольку залп растворился, соприкоснувшись с существом, прикрывшего Капитана. Кажется, союзник, думал мужчина, взглядом встречаясь с фантомом, которого он видел в лаборатории авиабазы ЩИТа. — Тебя бросили в одиночестве? — веселый девичий голос вызвал ступор у мужчины, в то время как Фэр успешно срубила голову одному из читаури. Может быть, в руках ее не была бейсбольная бита, поскольку та не должна была действовать подобно секире, рубящей в пух и прах своих врагов. Тихое «упс» со стороны фантома полностью добило Капитана, осознавшего, что существо перед ним веселилось как могло. Для фантома война — это шутки? Только не говорите, что это еще один Старк, думал Стив, не желая связываться с подобного рода характером. Как бы то ни было, Фьюри доверял фантомной девушке, и раз она была на их стороне, то Роджерсу не оставалось ничего иного, как смириться с новым союзником. Впрочем, мужчина не мог не рассматривать странное существо, размышляя над его происхождением: пришелец ли, а может как Беннер и Халк? Нет-нет, над этим если и задумываться, то после боя, решил для себя Капитан, все же отвечая девушке на ее вопрос: — Сложно держаться вместе, когда вокруг такой хаос! — О, понимаю, Кэп! — закончив с последним читаури, воскликнула Фэр. — Но я могу побыть с тобой! Кстати, передай привет Фьюри от агента Призрака, а то наушник прихватить забыла. Заторможено кивнув в ответ, Роджерс отчитался, о присутствии неожиданно нового солдата в лице фантомной девушки, поведение которой на минуту обескуражило мужчину, даже несколько смутило, поскольку он не привык к подобному неформальному и развязному образу жизни в 21 веке. Первую пару минут после просьбы утонченная фигура привлекала внимание голубых глаз, отвлекая Капитана от битвы. Нет, он не видел подробностей женского тела, но все-таки надень на женщину синий латексный костюм, светящий изнутри, и ты получишь тот же эффект, а ведь даже рабочая одежда Романофф не привлекала столько внимания. Стив смутился от своих же мыслей, да, к этому миру он еще долго будет привыкать. — Ты опоздала на вечеринку! — тут же оповестил Старк, приземляясь возле Капитана и Призрака. Отстрелив последнего сидевшего на хвосте пришельца, Железный поднял забрало и пригляделся к новому союзнику, отвечавшего под стать чужому обвинению: — Серьезно? А пропуск действует только ограниченное время? — девичьи брови взметнулись вверх, привлекая внимание мужчин. Старк лишь засмеялся, ему нравился весьма оригинальный ответ девушки, с которой он наверняка подружится. Мученический стон со стороны Роджерса говорил об обратном, поскольку ему подобный характер Старка или Призрака нравился не сильно. Дурачок, подумала Фэр, слыша, как гений озвучивал ее мысли: — Да, брось, Кэп, ты слишком серьезный! — настроение Тони заметно улучшилось. — Значит Призрак? В базе данных о тебе практически нет информации. Слова Старка слышали все, кто имел связь: команда Мстителей, капитанский мостик и приближенные к директору сотрудники. Правда никто из перечисленных не был удивлен, что Старк уже постарался найти на агента информацию или же компромат. И только сама Призрак с Директором усмехались, зная, что это вполне себе такой дохлый номер, поскольку даже краткое досье состояло из полностью выдуманных данных, причем не проверенных и не подтвержденных никем, кроме самого Фьюри. — В девушке должна быть загадка, Старк, — Фэр развела руки в стороны, жестом привлекая внимание Тони к скипетру, который девушка держала крепко, будто боясь расставаться с ним. Гений хотел поинтересоваться, когда и где она успела его добыть, когда враги наступили новой волной обстреливая героев из оружия. Железному человеку пришлось взмыть вверх, а Фэр, схватив Стива, телепортировалась на другую улицу, не упуская из виду то место, где они стояли ранее. Солдат не сразу понял, что именно произошло, но когда он понял, что окружение его изменилось, впился взглядом в спасительницу, желая получить ответы на еще не сформировавшиеся вопросы. — Извини, Кэп, только телепортироваться я могу лишь на небольшие расстояния. Можем повторить несколько раз, но головокружение и тошнота тебе обеспечены! — отталкиваясь от земли и нанося удар по воздушной подушке скиммера, сбивая того с курса, предупредила Призрак. Сам Капитан не оставался в стороне и тщательно убирал противников со сцены: — Это не столь большая цена за возможность остаться в числе живых! Буквально после этих слов он получил сообщение о загнанных в банк гражданских, которым грозила опасность. — И сейчас у меня есть повод проверить на сколько верны твои заверения, Призрак. Нужен банк на 45 после Мэдисон, — возвращая на девушку свой взгляд, Кэп смотрел, как та смело протягивала ладонь в его сторону. Женская рука былая мягкой, подрагивающее голубое свечение в такт покалывало мужскую кожу, даже сквозь перчатку, которую сжала в крепкой хватке Фэр. Она сильная личность, думал Капитан, видя кивок со стороны Призрака, а потом мир перед его глазами размыло в странном водовороте мелькающих клякс. Оказавшись на месте, фантомная девушка словно снаряд бросила мужчину в окно второго этажа банка, оставляя на мужских плечах заботу о пришельцах. В ее плане была забота о гражданских, оказавшихся не в то время и не в том месте, телепортировать тех на улицу, в более безопасное место. Настолько сильно погрузившись в спасение людей, Фэр забыла о Капитане, оставленного наедине с читаури, а ведь он, не смотря на сыворотку в крови, все еще оставался человеком, чьи силы постепенно иссякли. Взрыв вынудил девушку вернуть свое внимание к банку, из окна которого кто-то сгруппировавшись выпрыгнул. Призрак не успела поймать блондина или же подстраховать того во избежание ранений, которые тот мог получить при падении на машину, да только запоздала все же вспомнила, что в этом ситуации оставалось пожалеть только средство передвижения — ему досталось больше, нежели Капитану. Солдат будто бы не заметил своего недавнего полета из окна, поэтому спустившись на землю, он оглянулся по сторонам. Мыслями мужчина был далеко, его расфокусированный взгляд пробегал по окружающим людям, технике и по многочисленным разрушенным зданиям, наталкивая на одну громкую мысль: война никогда не закончится. Зажмурив глаза, он постарался прийти в себя, когда почувствовал приятную прохладу на правой руке, вроде бы на месте с ранением, полученным в недавней борьбе с пришельцами. Фантом, приложив ладонь к крупному порезу, из которого шла кровь, мелодично нашептывала непонятные земному разуму слова. Спустя считанные мгновения по странному стечению обстоятельств боль с усталостью покидали Роджерса наравне с тревожащими мыслями. Казалось девушка исцеляла не только физические раны, она застрагивала раны его души, позволяя тем перестать кровоточить. Позже очевидцы скажут, что их спас не только Капитана Америку, но и странный женский фантом, более набожные будут утверждать, что видели мертвого Роджерса и Призрака, возможно, ангела. Мир обязательно заговорит о команде под названием «Мстители», улыбаясь когда-то, говорила Фэр Фьюри, убежденная в своей правоте