I. Норны. Ошибки быть не может

Казалось, Клинт Бартон находился в безвыходном положении: читаури на скиммерах направлялись в его сторону, а колчан со стрелами пуст. Дернув головой, он осознал, как нелепо было брать только лук, нужно было захватить огнестрел, о котором он забыл. Видимо мозг после обработки покопавшегося в нем Локи, стал действительно работать хуже. — Черт, выживу — возьму на заметку. За спиной мужчины раздались взрывы, устроенные врагами, решившими подорвать человека вместе со зданием, потому Бартон не видел иного выхода, как спрыгнуть с того, уповая на удачу, и как обычно выражалась Романофф: «авось повезет». Может быть, действительно выживу, подумал лучник, разбегаясь для дальности прыжка. Только когда встречный ветер забил в лицо, а в ушах засвистело, Клинт то и дело бранил весь мир, ощущая себя реальной птицей, ну, может быть, немного подбитой и стремительно летящей вниз. — Хэй, не самая лучшая перспектива — разбиться в лепешку, когда можно умереть в бою, Соколиные глазки! — нежные руки, обхватившие мужчину за шею, дернули слишком резко, на мгновения перекрывая доступ к кислороду. Это и есть Призрак, подумал мужчина и, насколько это возможно, повернул голову назад, чтобы постараться рассмотреть верного Фьюри агента. Впрочем, радости от появления нового участника столь изощренного самоубийства, Клинт не видел, ведь по-прежнему летел вниз, к земле, пускай уже и не в одиночестве. О последнем он поспешил поделиться с девушкой, которую ситуация казалось ничем не напрягала: — Конечно, не лучшая! Особенно если помирать в одиночестве, но теперь намного лучше. Спасибо! — перед смертью не грех и пошутить. До земли оставалось несколько метров, когда картинка перед глазами резко изменилась, а внутренности скрутило от странного ощущения, будто бы тело внезапно сплющили в тисках, превращая в «блинчик», и отпустили. Бартон слышал о телепортации, про которую говорил Капитан, но и представить не мог, насколько же это отвратительное чувство, тогда как Призрак описала сие действие легко и просто — головная боль. Если бы так оно и было, то Бартон бы наверняка не развалился на полу разрушенного магазина одежды, пытаясь собрать свои мысли в одно целое. В голове творилась каша, внутренности грозились вывалиться через рот, а кости ломило так, словно ему уже давно пора на пенсию и все это было лишь от одного пространственного прыжка. Откашлявшись и оглядевшись, Бартон заметил Призрака, когда та, стоя спиной к соратнику, выглядывала из разбитой витрины, анализируя окружающую обстановку. В руках девушка держала скипетр Локи, один вид которого напрягал агента. — Цел? — спросила Фэр, обернувшись на тихо приблизившегося мужчину, и получила кивок в ответ. — Почему не сразу? Ты могла не ждать, пока я попрощаюсь со всем миром. — Уж прости, радиус перемещений ограничен. Бартон всегда был сдержанным человеком, думала призрачная девушка, наблюдая за хорошо скрываемыми внутренними противоречиями агента. Уж кто, как не Фэр, знала на какие ругательства был способен лучник, когда его никто не видел. Она присматривала за мужчиной с того момента, как его резюме появилось на столе у Фьюри. Впрочем, во всем остальном Бартон был прекрасным человеком и, пожалуй, семьянином. — Ладно, спасибо за то, что вообще жив, — он был благодарен девушке, но сейчас Соколиный Глаз задумался, где можно было достать новое оружие. — Здесь недалеко находится наш джет, ты можешь… — Да, я знаю, где он, с вами летела, — перебивая, обозначила девушка, схватив за локоть собеседника, чтобы вместе с ним исчезнуть из магазина. Появившись в джете, Клинт согнулся пополам, упираясь руками в колени — телепортации он ненавидел, теперь он мог говорить об этом честно. Тем не менее, времени оставалось не так много и, собравшись с силами, агент кинулся к тайному отсеку с огнестрельным оружием, обдумывая последующий план действий. Он был уверен, что Призрак не станет вечно его подстраховывать и прикрывать спину в трудный момент, а, как и остальные члены команды, уйдет в своем направлении, оставляя лучника в одиночестве. На самом деле, Бартону хотелось подольше побыть с девушкой, поскольку порой, вместе с другими немногочисленными приближенными к Директору, изредка улавливал информацию о загадочной шпионке с позывным «Призрак». Правда представлял он ее иначе, но только внешность, поскольку с женским характером, кажется, никто из агентов не прогадал: как-то раз Клинту довелось прочесть адресованное ему письмо с рекомендациями, отчего он потом час сидел в прострации, не зная плакать ему или смеяться. Слухи о напарнице Фьюри ходили разные, но привыкший верить только тому, что видел и слышал сам, Клинт обходил их стороной. Фэр не обращая внимания на собирающего оружие Бартона, увлеченно взирала на раскрытую ладонь: три склянки, и только в одной оставалась кровь. Мало, думала девушка, сжимая в руке залог свободы. Постаравшись отбросить негативные картинки в голове, Призрак поставила жирную точку, обозначающую, что Мстители все успеют, что время еще оставалось, и она могла бы помочь героям всем, что было в ее силах. — Ребята, чтобы закрыть портал, нужен скипетр Локи, но я нигде не могу его найти! — раздался голос Романофф в наушнике Бартона, и он перевел взгляд на искомый предмет в руках своей спасительницы. В какой-то момент мужчина усомнился в Призраке и в ее верности ЩИТу, поскольку не знал ее, да и лично встретил впервые. Это с проверенными в бою агентами было не страшно оставаться наедине, зная, что тем можно доверить спину, а с этим фантомным созданием… Он не знал, чего можно было ожидать о данной личности. — Ребята, скипетр у Призрака. Кто-нибудь видит ее? Ей необходимо сообщить об этом, у нее нет передатчика, — голос Капитана, отдающего указания, прогнал негативные мысли. Встряхнув головой и часто заморгав, Бартон попытался сбросить наваждение, созданное собственным воспалённым разумом. Впрочем, ему можно: недавно промытые мозги и не способность контролировать свое тело; вторжение пришельцев из других миров; магия, которую он воспринимал как сказку, — все это выбивало из колеи, и признаться честно, Клинт не был к такому готов. Никто не был… кроме Призрака и Фьюри. Могло ли быть так, что последний всегда получал информацию от напарницы, оттого и готовился к подобному бою заранее? Вздернув голову, он зацепился взглядом за спину девушки, вспоминая немногочисленные отзывы о фантоме со стороны Директора, и о том, как тот спокойно отреагировал, когда девушка появилась из пустоты в лаборатории и держала в руках скипетр. Фьюри доверял Призраку, как никому другому. Она его глаза и уши, напарница, а значит, ей мог доверять и Бартон. Такое размышление, напрочь разрушило непонятные сомнения, и подтолкнуло мужчину к действиям: — Призрак, нам нужен скипетр. Спокойный голос Бартона звучал как гром среди ясного неба, заставляя Фэр вздрогнуть всем телом, а после в вопросительном жесте склонить голову к плечу. — Чтобы закрыть портал, нужен посох. Не знаю, зачем именно, но Вдова сейчас на башне Старка. Селвиг пришел в себя, он объяснил ей. — Поняла. Тебя подбросить или сам пойдешь? Я не смогу так долго перемещаться с тобой до башни, — брови девушки были сдвинуты к переносице, она пыталась понять, насколько ее сил еще могло хватить. — О, если тебе не сложно, — усмехнувшись, отозвался Бартон, испытывая покой. Всё не так ужасно, как он себе надумал. Видимо эффект от магии Локи еще не полностью выветрился, настолько убойной она была, хотя на минуточку Клинт задумался о том, что во всем виновато присутствие скипетра в руках Призрака. Что-то исходило от него, слегка сбивая с правильного пути…

***

Романофф ожидала Призрака, как только Бартон сообщил ей о том, что девушка направилась к ней, правда в тот момент Вдова горестно вздохнула, подсчитывая время, которое придется затратить на дорогу, а ведь его и без того оставалось в обрез. Тем более теперь, когда Фьюри сообщил о бомбе, направленной на Манхеттен, побуждая Наталью молиться на Старка, способного ту обезвредить и остановить. Она верила и надеялась, что гений бы это сделать смог, а если нет, то… свое они отвоевали? Билет в один конец, как думала Вдова, она не заказывала, никто не заказывал, просто правительство любило принимать не самые лучшие варианты решения проблем, с которыми, по их мнению, Мстители справлялись крайне плохо. От плохих размышлений женщину отвлекал разве что Селвиг, старающийся как можно проще объяснить схему последующих действий, когда они вместе попробуют закрыть портал. Наталье подобная лекция думать о своем не мешала, она давно привыкла делать несколько дел одновременно, называя себя «многозадачной», правда в этот раз одна из функций подвела. Чужое присутствие за спиной Вдова обнаружила благодаря реакции доктора, резко замолкшего и уставившегося мимо рыжей, которая уже приготовилась атаковать подкравшегося врага. — Свои, не бей! — вскрикнула Фэр, отскакивая от шпионки, приготовившейся нанести удар. Тем не менее, невзирая на «испуг», фантомная девушка протягивала руку с нужным предметом. — Скипетр! Имея при себе артефакт, троица с радостью приступила к действиям: два агента старательно продвигали посох сквозь барьер вокруг тессеракта, пока Селвиг работал с аппаратурой. К несчастью для Романофф, в Призраке было не так уж и много силы, чтобы та смогла хотя бы нормально обхватить рукоять ладонями. Фэр об этом изъяне знала изначально, а еще то, что помощи от нее по-прежнему было мало, поскольку даже в этот момент оставалась без тела. Плотность фантомной оболочки не могла соперничать с человеческой, поэтому Призрак во многом уступала Вдове. — Мы закроем! Кто-нибудь на связи? Мы сейчас закроем портал! — отчитывалась перед командой Вдова. — Скорей! — Выкрикнул Кэп. — Нет, постой! — Старк резко прервал Роджерса, поскольку для него продержать портал еще немного было необходимым и жизненно важным. — На нас ядерную пустили, до взрыва меньше минуты, Кэп. И… я знаю, куда ее пристроить. Пожалуй, до Мстителей сразу дошло к чему клонил Тони, правда они не понимали, как тот собирался отправить бомбу в космос. Но только до того момента, пока Железный Человек не схватил ракету, аккуратно поднимая и перенаправляя ту к дыре, из-за чего команда испытала неподдельное переживание за товарища. — Это полет в один конец, Старк! К сожалению, Стив был прав, и Тони как никто иной понимал это. Тем не менее, Старк принял реальность, в которой кому-то придется сделать нечто подобное, в то время как в сердцах его напарников царило отрицание, попытка найти иной вариант. Может быть, гений в глазах людей и был заносчивой задницей, да только внутри он был иным: готовым на самопожертвование. Еще на авианосце Тони говорил, что вырежет проволоку и сможет вместе с товарищами пройти через нее, только сейчас иного варианта, кроме как лечь на ту самую проволоку, видно не было. Это правильно, думал Старк, в последний раз пытаясь дозвониться до Пеппер, пока связь с Землей совсем не пропала. И Тони не мог знать того, что Мстители до последнего ждали его возвращения, и пока не прогремел взрыв, погасивший в сердцах миллиона людей надежду на возвращение гения, они держали портал открытым. — Закрывай, — голос Стива звучал приговором, тем не менее, каждый понимал, что ударная волна не должна пройти сквозь портал, при этом задевая Землю. Наташа вонзила скипетр до конца, попадая ровно в куб, от чего связь тессеракта и двери между измерениями была прервана, позволяя пространственной дыре стремительно затянуться. Словно то было всего лишь кошмарным сном.

***

Тони никогда не задумывался о том, что именно находится вне земной цивилизации, вне планеты, несущей гордое название «Земля», вне человеческого понимания, которое для многих казалось единственным верным. И вот теперь он видел вселенную, огромные просторы, в которых Старк действительно ощущал себя ничтожным, мелким смертным, как именовал людей северный олень. И если Тор постоянно лицезрел нечто подобное, то Тони был готов позавидовать — поистине прекрасное и ужасающее зрелище. Давление сжимало голову Старка в тисках, грозясь раскрошить костные ткани черепа, а еще отчего-то становилось невероятно холодно. Наверное, Смерть дышит в затылок, шутил про себя мужчина. Сознание его постепенно уплывало, путая мысли и смазывая картинку в глазах, в ушах он давно слышал только писк, порой и то, как сердце качает кровь. В любом случае, для гения потеря здравого рассудка на данный момент была к лучшему, поскольку, не осознавая себя, было не так страшно погибать, ведь не зря говорили, что смерть во сне гуманна. А ведь когда-то он испытывал нечто подобное, точно также погибал без надежды на выживание. — Это только начало, Железяка, — из-под полуприкрытых век, Старк видел появившийся силуэт Призрака. Какая занимательная галлюцинация, подумал Тони, наблюдая страх на фантомном лице. Сейчас его воображение рисовало девушке внешность, и мужчина был готов поклясться, что та была действительно привлекательна. Впрочем, это всего лишь галлюцинация, правда мужчина не понимал, почему именно Призрака выдал его умирающий мозг, а не, например, милую Пеппер. За спиной Старка стремительно закрывался портал, за Фэр приближалось всепоглощающее пламя, наверняка со стороны делая подобную картину красочной и волшебной. Тони так думал, заставляя немеющие губы растягиваться в улыбке. Наблюдая за плодом больного воображения, коим гений считал Фэр, он разглядел недовольство на лице девушки, явно считающей подобный «героизм» ничем иным, как идиотизмом. От догадки у Старка нашлись силы, чтобы издать смешок. Фэр чужую радость и веселье не разделяла, чувствуя утекающие силы, словно те были неудержимым ветром, вечно ускользающим из-под носа. Собрав в кулак волю и остаток храбрости, с которой она намеревалась помочь Старку, девушка приложила правую ладонь к реактору Железного Человека, чтобы направить в него импульс, последнюю магию, на которую она была способна. С треском распавшиеся в песок кровяные склянки, покоящиеся в левой руке, говорили лишь об одном — она сделает все, чтобы помочь. Ей не страшно умирать, она уже не жива. «Что ты делаешь?» — виднелся вопрос в глазах гения. Читая по губам, он нашел ответ: — Даю дорогу живым, Старк. Импульс пришелся четко по затухшему реактору Железного Человека, костюм которого вместе с его носителем от мощного удара отлетал назад, четко в центр почти закрывшегося портала, оставляя растворяющуюся в пространстве девушку без сил. Тони в последний миг перед тем, как потерять сознание, видел хрупкий силуэт, поглощённый пламенем. Кажется, на проволоку лег совсем не он.

***

Где— то глубоко внутри у Фьюри разрасталось чувство беспокойства, чувство непоправимого, и причиной этому был точно не миллиардер, исчезнувший в портале. Это было что-то другое, ведь никогда ранее в нем не было столь быстро распространяющегося всепоглощающего холода, заполняющего тело от макушки до пят. Ник всем естеством ощущал, как пустота поглощает внутренности, отчего и без того рваное дыхание учащалось, побуждая Фьюри опереться о пульт управления рукой, пока его единственный глаз в лихорадочном темпе перескакивал с одного предмета на другой. Мужчина не понимал, что с ним происходило, но это определенно не принесет ничего хорошего. — Он успел! — крикнул кто-то из персонала, поскольку Старк сумел выбраться из портала, пускай в последний момент, но все-таки выжил. Фьюри бы проявил свою радость, но сковавшая тело боль не давала ему этого сделать: схватившись за сердце, мужчина, будто подкошенный осел на пол, всей сущностью чувствуя, как его пронзил высоковольтный разряд электричества, проходясь по всему организму и не только. Картинка перед глазами размылась, взгляд расфокусировался, да и голос Марии Хилл был не различим из-за гула в ушах, ведь кровь, стучавшая в висках, будто бы пыталась вместе с сердцем выбраться наружу. Сознание Директора утекало, подобно воде сквозь пальцы, неизбежно и уверенно, вызывая панику среди агентов ЩИТа.

***

Женские разговоры звучали слишком звонко, отскакивая от стен и разбиваясь о голову пациента, из-за чего мужской пульс участился — писк аппарата поспешил обрадовать этой замечательной вестью присутствующих в палате. Стихшим голосам на замену пришел хрип, позже прерываемый бульканьем и хлюпаньем воды, предоставленной пациенту, чтобы промочить горло. — Босс? — агент Хилл была взволнована. — Что произошло? На вопрос начальства агент и медик попытались объяснить, что это был приступ, возникновение которого не было связано со здоровьем мужчины, а потому его происхождение оставалось тайной. Сердечная мышца у Фьюри просто прекратила свою работу, вынуждая медиков поднапрячься, чтобы запустить ее вновь, пока приближенные агенты ругали Директора, сильно напугавшего и растревожившего сотрудников организации. Те и в кошмарном сне не представляли, что босс мог замертво упасть, не подавая признаков жизни. Каждая живая душа уже знала новость, гласившую о плохом состоянии Фьюри, находящегося в больничном отсеке. Немногие даже порывались пройти к мужчине, но верная и добрая Мария Хилл напрочь отказывалась пропускать кого бы то ни было. Странно, но кроме усталости и легкой боли в мышцах, Николаса ничего не беспокоило, и это лишний раз побуждало мужчину задуматься над возникновением странной реакции организма. После проведения процедур и медицинского осмотра, Директор, наконец-то вырвавшись из рук докторов, поспешил созвать команду Мстителей в своем кабинете. Хотя делал он все это под недовольным взглядом Хилл, чье лицо выражало тысячи ругательств по отношению к мужчине, что так беспечно относится к своему здоровью. Уставшие и потрёпанные в битве Мстители разошлись по кабинету, занимая те или иные места и позиции, из которых было удобно наблюдать за столиком со стоявшими на нем тессерактом и скипетром. Мария Хилл же стояла подле стола Директора, и только самого мужчины не наблюдалось в помещении. — Фьюри жаждет эффектного появления? — не смотря на произошедшее, юмор Старка оставался прежним. После повисшего в воздухе вопроса и нескольких ухмылок, двери кабинета распахнулись, впуская Директора в свои владения. Он был хмур и обеспокоен. Еще раз обведя помещение взглядом, в поисках чего-то или кого-то, мужчина направился за рабочий стол, привлекая внимание странным поведением таких агентов, как Романофф и Бартона. Они уже привыкли, что странности Фьюри ни к чему хорошему не приводили. — Что ж, нам необходимо решить несколько вопросов. — сказал Николас и начал обсуждение некоторых важных пунктов во взаимодействиях ЩИТа и героев. Каждый из команды добровольно подписался быть членом Мстителей, соглашаясь принимать участие в особо опасных миссиях или стоя на защите общих идеалов, как это было при сражении с Читаури. Также обсуждению подлежали уточняющие детали личной жизни и свободы присутствующих, ведь Тору необходимо возвратиться в Асгард, а Беннер не желал быть под вечным присмотром организации, и только Тони Старк из принципа требовал свободу выбора, отпуская саркастические шуточки в те моменты, когда стоило бы промолчать. Покачивая головой в разные стороны, Фьюри в который раз подумал, что это не команда, а детский сад. И это спасители Земли, внутренне сокрушался мужчина, удивляясь подобному сочетанию несочетаемого. Так или иначе, в ходе разговора размышления Директора все время возвращались к тому, что Тор вознамерился забрать тессеракт в Асгард. Фьюри как никогда необходим совет одной важной особы, но найти ту было трудно — Фэр не отзывалась. — Босс, что-то не так? — не выдержав, спросил Бартон, привлекая внимание начальства и других Мстителей, кроме Наташи. Пожалуй, только трое агентов заметили чужую тревогу, беспокоящую Директора столь сильно, что тот выдавал это на языке тела. Хилл, Бартон и Романофф были теми немногими, кто знал Фьюри длительное время, кого Николас подпускал на расстоянии вытянутой руки, а потому для этих людей было достаточно одного взгляда, чтобы рассмотреть признаки волнения, пока остальные присутствующие, как говорила Вдова, в ус не дули. Внимательно всматриваясь в лица сидящих, Фьюри задал самый интересующий его вопрос: — Кто и когда в последний раз видел агента Призрак? Тишина, повисшая в кабинете, начинала давить на сознание. А ведь действительно, никто особо не задумывался о фантоме, считая ее внезапные появления и исчезновения некой нормой, и только один взгляд карих глаз наполнился виной от осознания реальности. — Мы вместе пытались закрыть портал, но, когда у нас получилось, она просто исчезла, — Наталья поделилась событиями встречи с девушкой, так как была уверена, что именно она видела Призрака последней. Что-то во всем этом смущало шпионку, кажется упускающую важную делать из виду. Обычно внимательная Наташа не могла собраться с мыслями, обычно собранный Директор выглядел взволнованным, обычно не замолкающий Старк молчал и глубоко дышал… «Старк!» закричало сознание женщины, выделяя мужчину красным аварийным миганием. До Романофф сквозь туман доходило его необычное поведение, изменившееся сразу после вопроса об агенте, поскольку, как теперь видела Вдова, мужчина нервничал. Но разве мог он умолчать о чем-то столь важном? — Тони? — голос Натальи звучал настороженно, и чужая реакция не заставила себя ждать: его выдала дрогнувшая рука. — Ты ничего не хочешь нам сказать? Давить на чудом выжившего мужчину не хотел никто, и все же это было необходимо сделать, потому что брюнет будто провалился в глубины своего подсознания, оставляя на своем месте клубок оголенных нервов. — Мистер Старк. — Голос Фьюри звучал требовательно и властно, поскольку ему была необходима информация, правда, которую военный готов достать любым способом, даже не самым гуманным, даже у союзника. Проникновенный взгляд Директора наконец-то был удостоен внимания со стороны гения, судорожно вздохнувшего и сжавшего челюсть, в попытке расслабиться, впрочем, картина, всплывающая в памяти, не давала этого сделать, равно, как и его совесть. — Не я лег на проволоку, — вспоминая слова Капитана начал свою мысль Тони, — в последний момент меня отшвырнули, перебросили через нее. До воспалённого сознания Фьюри смысл фразы дошел не сразу, и он, откинувшись на спинку кресла, прикрыл свой карий глаз. Это невероятно, он не верил. — Что ты хочешь этим сказать? — Бартон, сам того не осознавая, сжал кулаки и поддался вперед, поближе к Старку. — Когда я был там, в космосе, реактор угасал, компьютер моего костюма отключился, а связь с Джарвисом пропала, — тяжело вздохнув, брюнет зажмурился, ярче вспоминая недавние события: — Я был готов к тому, что сам себе уготовил… но в последний момент передо мной появилась она, — он постукивал указательным пальцем по подлокотнику кресла, не скрывая переживания: — Знаете, там, в космосе, она светилась и переливалась куда меньше, чем на Земле, и я даже смог разглядеть у нее ямочки на щеках, когда она улыбнулась мне, — внутри Фьюри с каждым сказанным словом Старка разливался холод. Тем не менее, Николас продолжал слушать: — Она будто бы угасала, как пламя потухает без кислорода. Я видел ее последним, видел ее силуэт, поглощаемый огнем от взрыва той станции пришельцев… Это вообще возможно по законам физики? Кхм… я видел перед тем, как закрылся портал, видел ее, перед тем как потерял сознание, — чем дальше повествовал гений, тем громче звучал его голос, словно обвиняя остальных в том, что произошло. В некоторой мере, Тони действительно обвинял окружающих, поскольку он ничего не мог сделать в тот момент: — Я, черт возьми, видел, как она ударила в меня импульсом, отбрасывая в сторону портала, а сама не смогла пошевелиться, растворяясь в пространстве! Черт побери, да я видел это! Уже не контролируя свои действия, Тони соскочил с места и начал хаотично передвигаться по помещению. Никто не сказал ему ни слова о том, что тот кричал, ругался, или же о том, почему он ничего не говорил раньше, потому что прекрасно видели чужое раскаяние. В битве каждый помогал друг другу, но только Призрак появлялась в критический момент, уберегая членов команды от цепких рук костлявой. — Но, может быть, она выжила? Ведь то, как она телепортировалась, можно было использовать и там, в космосе, — Беннер старался судить логически, просчитывая вероятности. — Босс, это каким-то образом связано с вашим приступом? — практически одновременно с ученым спросила Хилл. Для людей, сидящих в этом помещении, два вопроса не имели точек соприкосновения, и только Фьюри видел их связь, ведь он, как и Брюс пытался рассмотреть все варианты, при которых девушка могла бы выжить, но даже логика была против его надежд. Николас хотел верить в могущество Фэр, не смотря на то, что все имеющиеся факты выступали «против». — Тессеракт, обратите внимание на его состояние. Что вы видите, агент Бартон? Вопрос был неожиданным, и, почему тот был адресован именно лучнику, другим понять, увы не удалось. Однако Клинт пытался найти ответ, подсказку которую подбросил Директор, ведь мужчина никогда не спрашивает без причины, не кидал пустых слов, не обдумав их заранее. — Тессеракт выглядит погасшим, более тусклым, чем до того момента, когда его похитил Локи. Фьюри лишь согласно покачал головой, продолжая: — Да, он всегда имел яркий и насыщенный цвет, от него исходила пульсация. Сейчас он больше похож на перегорающую лампочку, агент. — Но как это связано с Призраком? — Стивен подобно другим членам команды пытался найти связь. Выходило из рук вон плохо. — Фэр имела особую связь с тессерактом, Роджерс. Где куб, там она, даже когда ты смог отвоевать его у Гидры, она была рядом. Думаешь, ты смог выжить лишь по воле случая? Незримой тенью она следовала за силой, частью которой являлась сама. Агент Призрак была неотъемлемой составляющей ЩИТа, с тех пор, как ты, Роджерс, отвоевал тессеракт у фашистов, а Говард Старк принес его в организацию. Присутствующие обдумывали полученную информацию, раскладывая немногочисленные детали по полочкам, правда такие подробности вызывали совершенно разные чувства и мысли: сердце Капитана рухнуло вниз, когда он узнал, по какой причине вообще выжил во льдах, ведь он уже давно задумывался над тем, что сыворотка не могла помочь ему побороться с холодом, и стало быть, на самом деле та девушка спасла его дважды, от чего долг солдата возрос вдвойне, впрочем, отдать его он, кажется, уже не имел возможности. Приложив сложенные руки к губам, Стив посмотрел на Директора, который, по его мнению, хорошо держался. Сжав кулаки, но держался. Теперь Роджерс видел необычное состояние мужчины наравне с тремя агентами. — Фьюри, — позвал Старк мужчину, — ты говоришь, что она была незримой тенью, и, как я понимаю, в организации никто кроме тебя не был с ней знаком... Объясни это. Железный человек был спокоен, если гнетущее чувство вины можно было назвать таковым, как бы то ни было, на данный момент гений был поглощен мозаикой, отвлекающей от тяжелых раздумий. Ведь если существовала вероятность того, что девушка жива, то откуда Фьюри мог точно знать о чужой смерти, особенно учитывая любовь Призрака к исчезновениям. Тони хотел, чтобы девушка жила и не становилась одним из его кошмаров. — Мы тоже были связаны. Недавно я испытал смерть на себе. Николас считал, что этого ответа было достаточно, даже если присутствующие не поняли всего смысла его слов. Он не собирался вдаваться во все подробности личной жизни, раскрывать карты и тем более вверять свои тайны. Это он мог позволить сделать только по отношению к одному агенту, и, к сожалению, этот агент, являющийся единственным напарником, больше не был рядом. А ведь раньше она всегда шутила, что мертвые не могут умереть, поэтому они спасают живых. — В каждой шутке есть доля правды, Фэр…

***

Время возвращения Тора и Локи в Асгард близилось, и меньше чем через сутки Локи предстояло предстать перед Царем. Для мага новость о том, что у него есть три дня перед отбытием в родной мир, была отрадой, он судорожно пытался придумать план побега, усложняемый смертными. В этот раз люди додумались надеть на него специальные наручники, добавив ко всему этому намордник, словно дикому животному. Будто и так было мало позора на его голову. Ко всему прочему охрана превышала первостепенное количество, приходясь чуть ли не по одному стражу на квадратный метр. Именно из-за этого, Локи чувствовал стеснение — слишком много людей, слишком много глаз и шепотков, бьющих в спину проигравшего мага. Медитация в подобном случае становилась отрадой. В прошлый раз Локи не имел возможности покинуть тело, поскольку некая энергия блокировала чужеродную силу, впрочем, и в этот раз, казалось бы, обычная процедура превращалась в сплошную головную боль. Давление упорно стискивало виски пленника, ощутившего, как нечто по-прежнему мешало раскрыться, выпуская дух на волю. Тем не менее, преодолев боль и усмирив эмоций, Локи удалось пройти невидимую преграду, становясь тенью для посторонних глаз, и таким образом блуждая по коридорам уже знакомого ему авианосца. А ведь в прошлый раз чужая магия защищала этот корабль и блокировала силы Бога, который теперь чувствовал лишь отголоски той яростной энергии, ранее пропитывающей корабль от самых больших до малых деталей. Сейчас крохотные крупицы не могли навредить Локи, прежде на своей шкуре ощутившего смертоносный поток, разрушивший один из его планов по возвращению скипетра и уничтожению героев. — Помер? — в пустоту поинтересовался трикстер, действительно интересуясь переменами. — Что-то произошло с носителем. Рассуждения бога были логичны, но если бы носитель был убит, то и этих крупиц силы не осталось, значит, тот ослаб настолько, что вряд ли мог сотворить простейшее заклинание. Улыбнувшись своим домыслам, Локи следовал за еле видимым шлейфом чужой силы, намереваясь утолить свое любопытство. Он всегда ценил возможность сознания, дарующую шанс перенестись в другой мир, который частенько оставался невидимым для глаз живых. В этой особой потусторонней области Бог встречал лишь одного мага, своего учителя, который некогда пожелал обучить нерадивого ученика всем дисциплинам, коими владел сам. Сейчас окружающие Локи вещи и люди выглядят тусклыми, словно выцветшая картина, и только он является сохранившейся частью полотна. Пожалуй, учитель, с которым он практиковал подобную науку, в тот момент также выглядел ярким пятном в сером мире. В понимании Локи всё довольно просто: живые видят мир четким, а духов блеклыми тогда, как духи видят мир блеклым, а себе подобных яркими и четкими. В пути мужчина вспомнил, о том невидимом создании, бесплотном призраке, и задумался, мог ли он быть связан с магом, чья энергия ранее переполняла корабль, и смог бы Локи встретить эту тень, попав в мир духов. Нет-нет, это вряд ли, он это создание даже не ощущал, столь слабым оно было. Глупым и слабым. Странным. Богу не давало покоя то покалывание на щеке, будь то ударом, то соприкосновение стало больше походить на резкую вспышку, а то было легким, удерживаемым. Дух гладил его по щеке? Возведя глаза к потолку, Локи хмыкнул. Не хватало, чтобы сущности проявляли к нему… что? Сострадание? Сожаление? Сопереживание? Он запутался в тех эмоциях, которые обрушились на него разом, стоило почувствовать прикосновение к своему лицу, даже если то и разгоняло ярость, заполонившую его разум. Бог Обмана остановился около дверей, возле которых стояла охрана, явно стерегущая нечто ценное. Шлейф магии привел Локи сюда, и он мог сказать, что именно здесь энергия ощущалась лучше, хотя по-прежнему слабой. Не обращая особого внимания на все меры предосторожности и защиты, трикстер прошел сквозь двери, тут же устремляя взор на скипетр, расположенный по правую сторону от него. Могучий артефакт даже сейчас излучал волны силы, принадлежавшие камню внутри. Как жаль, думал Локи, расстраиваясь тому, что не мог вновь овладеть им сейчас, хотя и прежде это получилось не очень хорошо: как бы принц не держался, но реликт повлиял и на его разум. Впрочем, если бы он мог, то попытался бы вновь, и если бы сейчас Бог находился в физической оболочке, то будоражащая волна бы пробежалась по его телу, настолько сильно его привлекала данная мощь и перспективы. Зудящее чувство, словно кто-то прожигал в нем дыру, наводил Локи на мысли о разыгравшейся паранойе: — Бред же такой, будто кто-то может видеть меня, — принц медленно сканировал взглядом помещение, находя занимательные и не очень вещи, пока не вздрогнул, чувствуя, как от неожиданности он чуть было не вернулся в свое тело, едва не потеряв контроль над силой сознания. — Ха, могу, — было произнесено нахальным девичьим голосом, обладательница которого так внимательно смотрела в зеленые огни напротив. Пред Локи предстала удивительная картина в лице девушки, трепетно поглаживающей тессеракт, а ведь он даже в подобном состоянии не смел прикасаться к реликту, зная, что тот мог «украсть» душу живого создания. Неожиданная собеседница издали казалась прекрасной, сравнимой с Фреей, хотя трикстер не мог разглядеть ту сполна. Впрочем, он и без пристального изучения мог сказать, что дева имела спрос у мужского пола, поскольку заинтересовала и его, принца. Странная дымка вокруг статного силуэта не позволяла видеть собеседницу ясно, но и не мешала разглядеть светлый образ и тонкий стан, а также читаемую в движениях выправку, сравнимую с той, которую имели некогда прославленные Валькирии. Брюнет так бы и любовался волшебным миражом, но его отвлекла слышимая ухмылка на губах незнакомки: — Это так интересно? Наблюдать за мной, — передразнивая манеру речи и тон Божка, Фэр вернула на землю неудавшегося захватчика. Локи помнил, когда и кому задал этот вопрос, потому что прокручивал в памяти этот эпизод несколько раз и совсем недавно ломал голову над последним поступком визитера. — Это была ты, — скорее утверждая, нежели спрашивая, изрек он. — Ой, ну надо же, он меня заметил и услышал, — Фэр не хотела обидеть Локи, но ей было столь плохо на душе, что эту боль она пыталась перенести на других. — Что ж ты раньше был слеп и глух, божок? Весь восторг трикстера от первой или скорее второй встречи постепенно испарялся, оставляя волшебство славного образа в прошлом. Эта дерзкая девчонка смела насмехаться над ним, не зная даже, что из-за определенных обстоятельств он просто не мог этого сделать. Сложив руки за спиной, Локи хмыкнул на чужое незнание и недальновидность: — Глупая женщина, с чего бы я должен смотреть и дышать в твою сторону? — Потому что ты глупый мальчишка, который ищет оправдания? — ей казалось это забавным, хотя в реальном мире заходившие желваки на его шеи должны были вызвать чувство опасения. — Как ты смеешь? — гнев в нем вспыхивал подобно спичке. — Чужая магия, которой был пропитан этот убогий корабль, не позволила бы никакому магу сконцентрировать и высвободить свою силу. Что б ты знала: в личных владениях мага всегда находится высокая плотность и концентрация из его энергии, и она всегда подавляет чужеродную. — А если маг сильный, он разве не может побороть чужую энергию? — голова девушки медленно накренилась на бок, вызывая очередной хмык на ее необразованность. — За редким исключением, — он что-то упускал, но не мог понять что. — То есть, ты слабый маг! С ее стороны — резко вскинутая голова и улыбка, обнажающая зубы, с его — больше раздражения. — Молчи, женщина, — вскинув одну руку вверх, он дал знак умолкнуть. — Здесь живет сильный маг, живет уже очень давно. Он пропитывал это корыто своей магией тщательно, на редкость, не жалея сил и терпения. Скорее всего, даже не используя ее в жизни. — Ну, да, не используя, — пожав плечами, Фэр вернулась к поглаживанию куба, совершенно не обращая внимания на чужое непонимание. — Магия копится в физических телах, образуется из нашего духа и ищет выход в мир. К сожалению, без тела я не могу колдовать, поэтому просто отпускаю энергию в пространство. Ну, а так как этот авианосец одно из моих пристанищ, то за довольно длительный период здесь скопилось достаточно магических частиц, чтобы не позволить такому нахалу как ты, колдовать на моей территории. Лафейсон был обескуражен. Он счел ее глупой девчонкой, когда она просто хорошо сыграла роль. И только сейчас до его понимания дошла та деталь, ранее смутившая Бога — помимо ее глаз, она обладала занимательными ушами, они были слегка вытянуты и заострены, подобное можно было разглядеть даже сквозь дымку вокруг светлой фигуры. Будь то дух человеческого мага, то этой детали просто на просто бы не имелось, потому оставалось узнать, что здесь делал представитель иной расы? Правда, больше всего Локи был обескуражен фактом — перед ним стояло живое сознание, к тому же сильное, как он сам. И было это сознание мага без привязки к физическому телу. Уму непостижимо, она давно должна была раствориться во вселенной, подумал трикстер, решаясь издали поинтересоваться состоянием странной находки: — Что случилось с твоей магией? Она исчезла. — Хм-м… мистер проницательный, ты правильно заметил, — плечи блондинки были опущены, показывая ее печаль. — Мое сознание практически растворилось там, в космосе, в который ты так любезно открыл портал, но Тесс, почувствовав опасность, среагировал мгновенно: опустошил все резервы, то есть, собрал всю мою неиспользованную магию в зоне доступности. — В космосе… Ты сражалась? — сузив глаза, он присматривался к этой диве. Бог совершенно не мог вспомнить, чтобы видел ее на поле боя. — И... Тесс… кто это? — О, мы просто не пересекались, по самым удачливым стечениям обстоятельств, — насмешливость вернулась к ней. Когда девушка улыбалась, в омутах голубого пламени, так яро пробивавшегося сквозь дымчатую завесу, появлялся странный блеск, вызывая ассоциацию с Мидгардским небом и облаками. В этот момент Локи даже не желал убить ее, пропуская мимо и то, что вопрос его был проигнорирован. — Хм-м… Ты скоро отправишься в Асгард и предстанешь перед судом Одина, не так ли? — по реакции собеседника было вполне понятно, что обсуждать это он не имел никакого желания. — Могу освободить тебя от наказания Суда и Царя! Только тебе необходимо кое-что сделать для меня. За одно мгновение лицо Локи преобразилось, проявляя заинтересованность с легким недоверием. Она конечно сильный маг, была им, пока имела тело и жизнь, бьющую ключом, но теперь... что могла сделать мертвая, да еще Одину? Этот старик всегда поступал так, как считал необходимым, совершенно не интересуясь чужим мнением и желанием. Однако в глазах незнакомки было столько уверенности в своих словах, сколько той было в самом Одине, отдающем очередной приказ. Это, признаться честно, подкупало Локи ничуть не меньше, чем предложение заполучить власть и трон. Да и в чем проблема, ведь он — Бог Обмана, он всегда все мог вывернуть в свою пользу. — Чего ты хочешь?