I. Норны. Ошибки быть не может

В этот летний солнечный день Мстители в последний раз проводили общий сбор перед тем, как разойтись, поскольку Фьюри на данный момент не нуждался в их помощи, а миру не требовалось присутствие всех членов команды. Пару дней назад они закончили оказание немалочисленной помощи организации в обговоренные сроки, и уже всеми фибрами души дожидались заслуженного отдыха, ведь не каждый день человечество от пришельцев спасали. За эти дни герои Земли успели не только оказать помощь, но и принять ее, залатав собственные раны, переосмыслив действительность и отойдя от потрясений, коих получено было не мало. Сейчас Мстители проводили последний общий сбор за круглым столом у, ставшего привычным и родным, капитанского мостика. — Ну что, рыцари Камелота, готовы оторваться? — закидывая свои ноги на чистую поверхность стола, поинтересовался гений. Старк уже обговорил детали с Беннером, решившего некоторое время погостить у заинтересованного миллиардера, а также ждал встречи с Пеппер, высказавшей Железному Человеку уйму «комплиментов», после случая с ракетой и порталом. Правда, предчувствуя что-то неладное, женщина сбавила обороты, не решаясь давить на уставшего мужчину. — Надеюсь, мы действительно сможем отдохнуть, — устало улыбаясь, добавил Роджерс. — Не стоит каркать, ребята, — Наташа не суеверна, но русские корни давали о себе знать. — Что прости? — Ох, не обращай внимания, Капитан. В Нат живут ничем неистребляемые привычки, — отсалютовав команде, объяснил прибывший Бартон. По его внешнему виду было понятно, что у агента большие планы на этот уик-энд. Когда же команда собралась, Фьюри не успел и рта раскрыть, как Хилл сообщила срочную новость: персонал напрягали странные действия пленника, мечущегося по камере подобно раненному зверю, которого ничем не могли успокоить. Узнать, чего именно хотел бог, у солдат не вышло, поскольку говорить ему мешал намордник, нацепленный сразу после захвата врага. Что ни говори, а Фьюри ничего хорошего от подобного поведения трикстера не ожидал и был насторожен, выводя изображение с камеры наблюдения. Экран сию секунду облюбовали герои, посчитав действия Локи занятными, Тор же и вовсе вскинул брови — он никогда не видел брата таким. — Северный олень сошёл с ума? — Тони изрядно поднадоело это место, но его природное любопытство оказывало своё влияние, он не мог уйти домой, не удовлетворив его. — Накаркал, Кэп! — Вдова не многим отличалась от Старка. — Что-то случилось, Локи никогда не был таким… — Тор не нашел нужного слова, чтобы описать поведение брата. И будто в подтверждение его домыслов, маг резко остановился, впиваясь пристальным взглядом в камеру, смотря в нее неотрывно, без движения, создавая иллюзию зависшей картинки. Отмер Локи точно также неожиданно, как и застыл, чтобы слегка кивнуть в сторону, намекая на то, что ему было необходимо с кем-то поговорить, но кого именно трикстер звал — было сложно понять, хотя выбор оставался не велик: Тор или Фьюри. В любом случае идти пришлось Директору организации.

***

Там, за сверхпрочным стеклом, словно загнанный зверь в клетке, находился Бог… божок, пытавшийся захватить Землю, но с треском провалившийся в этом гиблом деле, как считал Фьюри. В карем глазу мужчины не было жалости или желания разговаривать с этим монстром — да, он считал Локи настоящим монстром, и вовсе даже не Халка с его неконтролируемым гневом, а Локи, брата Тора. Наблюдая за тем, как с него снимали маску, Николас не раз задумался о том, чтобы самому пристрелить этого божка, из-за действия которого Фьюри потерял нечто ценное, из-за безумия которого страдали все. Заключенный не торопясь сделал глубокий глоток кислорода, размял челюсть, а после бледное лицо искривила издевательская улыбка на тонких губах. Локи никогда не упускал шанс, оставаться в выигрыше, именно так он делал и сейчас, при этом не отказывая себе в удовольствии, дабы поиздеваться над смертным. Первой реакцией Локи, услышавшего условия договора с Фэр, было нестерпимое желание послать девушку далеко, может быть даже не совсем прилично, но спустя несколько мгновений, предоставленных на размышление, трикстер все-таки смирил гнев на милость. Только полностью задушить злость он не смог — призрачная особа требовала от него разговора с предводителем героев Земли, у которого принц должен был потребовать помощи. При всем при этом уповать ему приходилось на ключевую фразу, якобы которую Николас Фьюри бы понял и принял, доверившись Богу после всего, что тот натворил. Во-первых, Локи считал, что ему не пристало просить помощи у этих отбросов, да еще и говорить те глупости, которые изрекала девушка, во-вторых, условия договора с Фэр ему не шибко-то и нравились, однако он уже согласился и отступать не было смысла. Если ранее трикстер сомневался в словах призрачной девицы, считая унизительным произносить нелепый земной жаргон, то теперь он наслаждался произведённым эффектом, ведь, казалось бы, от бессмысленной и наиглупейшей фразы столь яркий эффект. Та, как ключ, открывала двери к расположению Директора ЩИТа: — Неси мне тессеракт, смертный, иначе миссия «волшебный пендаль» будет похоронена, как был похоронен твой светлый и разумный юмор. Звенящая тишина на некоторое время поглотила сразу два помещения: камеру с пленником и Фьюри и место сбора мстителей. — Халк перестарался, — первым из ступора вышел Старк, он мог придумать шутку лучше, но… В голову не шло ничего толкового. — Серьёзно, Тор, Олень получил травму головы и шестеренки замкнуло? Тор был ничем не лучше остальных членов команды, он никогда прежде не слышал таких нелепых слов от начитанного и всегда следящего за языком младшего брата, поэтому пытался найти скрытый смысл в сказанном. Нет, все-таки Громовержец совершенно не понимал, что имел в виду Локи. Зато это прекрасно сделал Директор, замерев на месте, на минуту превращаясь в восковую фигуру. Этот божок не мог знать этих шуток, этих слов, всегда остававшихся за стенами его кабинета или дома, ведь Локи не мог знать того, что знал он и… — Когда тебе сказали это? — Фьюри отчаянно цеплялся за призрачную надежду на спасение единственного друга. — О-о-о, ты действительно понял от кого это послание? Люди не так уж и глупы, — издевательство со стороны бога не казались обидными, Директор их попусту не замечал. — Совсем недавно, и советую поторопиться, времени с каждым твоим вдохом и выходом становиться меньше. Он лукавил, лгал об уменьшающемся запасе драгоценных секунд только для того, чтобы его скорее освободили, поскольку принц устал находиться в клетке, подобно животному. — Мне будет необходимо предпринять меры безопасности, надеюсь, ты это понимаешь. Команда Мстителей совсем потеряла смысл и ход событий, наблюдая разворачивающуюся сцену по ту сторону экрана. Никто не ожидал, что Фьюри согласиться предоставить Локи доступ к тессеракту, да и зачем, когда они совсем недавно смогли отвоевать артефакт у бога? Лишь вторая часть фразы смущала присутствующих: она, будучи глупой и нелепой, явно несла скрытый смысл, понятный одному лишь Директору. У того было слишком много странных и необычных тайн. — Нет, он серьезно? — Старк вскочил со своего места, опираясь ладонями о стол. — Это очень странно, даже для Фьюри, — Наташа знала наверняка, что это каким-то образом связано с Призраком, но довериться Богу Обмана все равно, что одеться в костюм из мяса и зайти в клетку сытого тигра. — Он говорил, что Фьюри узнал от кого это послание, — Стив Роджерс обладал хорошей интуицией и незаурядным умом. Возможно, он даже знал отправителя, вот только не успевал понять, потому что мысль пробегала быстрее, чем мозг мог ее обработать. И все-таки он продолжил делиться с командой своим мнением: — Тессеракт… Фьюри никогда не отдаст ему куб добровольно, но сейчас он легко согласился, — внимание соратников было направлено на Капитана. – Это должно быть что-то важнее тессеракта, и сказано тем, кто мог себе позволить фривольное поведение с такими-то выражениями… или шутками? В голове Стива раздался щелчок: да, Локи имел в виду Фэр, агента, за которого так сильно переживал Директор, не только, как за создание, связанное с великими знаниями и силой, но и как за друга, а ведь когда-то Роджерс так же переживал за Баки. Выражение понимания и осмысления отразилось не только на лице Капитана: Старк, Романофф и Бартон вслед за товарищем переосмыслили спектакль божка и поведение Директора. Только Тор и Беннер все еще не смогли разобраться в произошедшем, тем самым зарождая ощущение ненужности. — Дак что произошло то? — Бог Грома не выдержал возникшего единого порыва к осознанию, он тоже желал принять участие в повисшем чувстве легкого воодушевления.

***

Николас Фьюри ощущал себя как никогда слабым, ему было омерзительно это чувство, но оно являлось неотъёмной частью жизни, и избавиться от него казалось нереально. Каждый бывает слаб, думал мужчина, понимая, что от подобного люди становились сильнее, что это и было неким залогом человеческого существования. Впрочем, подобные вещи не отменяли того раздражения, в котором именно Локи видел мужскую ахиллесову пяту, начиная манипулировать ею, используя чужие чувства на фоне боли и переживаний. Да, Николас не знал точно, к чему приведет вся эта ситуация, но интуиция упорно нашептывала, что всё будет хорошо. Прошло два часа после разговора между Директором и Локи, и приказы первого были выполнены беспрекословно, только Мстители решили тоже присутствовать, утверждая, что в случае непредвиденной ситуации могли бы прибить божка на месте. Признаться честно, Фьюри считал, что это вполне неплохая идея, поэтому, мысленно похвалив команду за инициативу, согласился с их убеждениями. У личностей, психологически более слабых, «меры предосторожности» Директора могли вызвать срыв или травму, потому как больше всего помещение, в котором они находились, походило на место будущего растерзания обвиняемого. В то время, когда Локи с любопытством осматривал закрытый зал, команда Мстителей разошлась по сторонам, занимая удобные позиции, а сверху на трикстера уже направляли тяжелую артиллерию в виде нового оружия «Фаза-2». Не сказать, что Фьюри освободил Локи так, как тот хотел, потому как оковы по-прежнему красовались на мужских запястьях, зато теперь Лафейсон имел возможность двигать руками, соединёнными странным тридцати сантиметровом тросом. Разорвать его не представлялось возможным, Бог уже попытался. Использовать магию, когда ты в совершенно невыгодной позиции, да еще ослаб после битвы и накатившей усталости от влияния скипетра, было бы глупо, поэтому принц не особо дергался и не пытался высвободиться. Тяжелая атмосфера в помещении не давала свободно вздохнуть или сделать лишнее телодвижение, ибо каждый был готов к новому фокусу от врага, внимание которого перетекло на Фьюри только в тот момент, когда рядом с ним оказался куб и скипетр. — Хех, вы так переживаете, — Локи слегка наклонил голову вперед, при этом сузив свои зеленые глаза, — я смакую ваш страх. — Не забывайся, Локи, — прерывая лишние разговоры, Директор пододвинул столик на колесиках к божку, — мы пришли сюда не разговаривать. С минуту молча одаривая своего собеседника взглядом полным презрения, Бог, будто подгоняемый кем-то другим, резво сделал шаг по направлению к двум артефактам, вызывая у наблюдающих желание сорваться с места. Он действительно был подгоняем шепотом одной настойчивой и надоедливой девчонки, вновь начинавшая его раздражать. — Если ты не умолкнешь, то я не стану ничего делать! — сквозь зубы утихомирил ее маг. Для окружающих подобное поведение осталось в пределах непонимания, когда сам Директор вспоминал себя, в тайне ото всех разговаривавшего с Фэр. Она определенно была здесь, и этот факт не мог не греть его сердце. Лафейсон взял в руки скипетр и, поднеся его к тессеракту, быстро зашептал слова заклинания, на выуживание которых из глубин памяти ушло немало сил, а также нервных клеток, поскольку надоедливая особа, знала куда больше, чем говорила прямо. Строки было не просто сложным, они были тяжёлыми магически и физически, но назойливая девка обещала свою помощь, поэтому этот обряд стоил данных трудов. Локи, порезав свою ладонь острием скипетра, дал время нескольким каплям крови упасть на куб, после чего тот засветился с новой силой. Улыбнувшись своему успеху, мужчина кивнул мысленно сказанной похвале по отношению к себе. Позволив скатиться каплям крови на камень в скипетре, он вновь приставил тот к кубу и зашептал продолжение заклинания, вызывая мгновенную реакцию двух артефактов. Трикстер чувствовал, как остатки его магии, постепенно уходят на создание магических связей, формул, цепочек, опустошая внутренний резерв, а ведь он с самого начала знал, что будет выжат до конца, словно сочный фрукт, сок которого был столь желанен. Фьюри был хмур, он понимал: Локи сложно, это было не трудно заметить уже по тому, как тот сводил брови к переносице или с силой сжимал губы до побледнения, и это наводило на мысль разные мысли. Зачем ему это было нужно, думал Директор, стараясь отогнать от себя назойливую догадку: Фэр и Локи заключили серьезный договор, иначе бы этот маг не стал отдавать последние силы, перенимая на себя риск от опустошенного энергетического резерва. Николас отвлекся от неприятных домыслов, когда вспышка света, исходившая от тессеракта, поглотила помещение, не давая возможности спрятаться хотя бы одному темному участку в зале. Свет озарил всё, ослепляя каждого из присутствующих и делая это также с агентов по ту сторону мониторов, наблюдающих за процессом под руководством агента Хилл. Закрыв глаз рукой, Фьюри, слегка приподнял повязку, чувствуя, что «раненному» оку все было ни по чем, впрочем, подобный жест позволил ему первым наблюдать за результатом магии Локи. Это было выше похвал, думал Николас, боясь пошевелиться ровно до тех пор, пока фантомная девушка не отозвалась пускай насмешливым, но родным голосом: — Боже, вы как птенцы, все слепенькие! — Фэр забавляло то, что она видела. Когда свечение уменьшилось, а глаза присутствующих, некогда ослепленные вспышкой, вновь адаптировались, они обратили внимание на особу, ранее не присутствующую в одном с ними помещении. Фэр, это был тот самый женский фантом, пришедший на помощь во время битвы, тот самый «погибший» агент, чья смерть опечалила соратников. Призрак стояла возле куба, упираясь в тот ладонью, однако заметив внимательные взгляды, девушка сорвалась с места, чтобы обнять единственного и неповторимого напарника, коим в ее жизни всегда был и по сей день оставался Николас. По-детски обнимая мужчину за талию и утыкаясь в крепкое плечо носом, Фэр всем видом выказывала, как же ей было страшно и больно от одного только понимания невозможности встреч и излюбленных бесед с Фьюри. Особенно этот страх поглотил ее на собрании, когда Тони рассказал своим союзникам всю правду произошедшего по другую сторону портала, потому что она чувствовала чужие эмоции, как никогда раньше, кажется, осязала те на вкус. Самыми яркими и пугающими были те, которые излучал родной мужчина, ведь для Фэр Николас был не просто другом — он был семьей, терять которую слишком больно, слишком страшно. В тот момент никто даже не видел и не слышал ее собственных слез и судорожных просьб, чтобы Ник перестал шутить, чтобы он сказал, что она по-прежнему рядом, как это было столь долгие года. Зато теперь она могла сполна насладиться теплом новой встречи: — С возвращением, — всего несколько слов, а столько смысла. Фьюри был немногословен, однако девушке хватило и того, как бережно одной рукой он прижимал ее к себе за плечи, а другой аккуратно гладил по голове. На мужском лице не было эмоций, но в глазах зарождалась буря из чувств, кои он не покажет остальным, впрочем, Фэр чувствовала, как сложно ему было сдерживать себя, сохраняя скупую маску, как мышцы его тела были напряжены. Позже он наверняка опишет ей хаос, творившийся внутри, возможно, действительно даст ей подзатыльник, а потом вновь крепко обнимет, извиняясь за наказание, но это произойдет не здесь и не сейчас, под взглядом присутствующих и наблюдающих. Не при посторонних он будет показывать себя настоящего, потому что он доверяет только одному существу. — Призрак! — практически хором выкрикнули трое: Бартон, Роджерс и Старк. Они действительно были рады видеть девушку. Сама Фэр в момент оторвалась от Ника, поспешив одарить знакомых сияющей улыбкой и бодрым голосом: — О, погляжу, все живы и здоровы? — Не без твоей помощи, шутница! Как ты могла заставить меня переживать? — Старка несло, несло по течению тихой истерики, которую он уже давно пытался сдержать. Он стремительно приблизился к своей спасительнице и приобнял за плечи. — Я из-за тебя чуть ли не поседел! — Ой ли? Тебе бы пошло благородное серебро, железяка! — Призрак отвечала Тони в его же манере, вызывая улыбку на лицах присутствующих. Благодаря этим шутникам, атмосфера, повисшая в зале, заметно разрядилась. И только один, вновь забытый всеми, задумчиво наблюдал за Призраком.

***

Вот уже на протяжении трех часов Старк не отходил от Фэр, стараясь заболтать или пошутить, он словно бы боялся, что этот день окажется сном, превратиться в кошмар, если он не будет присматривать за девушкой. Четвертый год он боролся с воспоминаниями своего заточения в Афганистане, приступы паранойи притупились, но Старк все еще не мог спокойной спать, и Призрак интуитивно воспринималась кем-то особенным, кто мог помочь, спасти от страхов одним лишь присутствием, словно Фэр излучала нечто, способное очистить голову лучше любого алкоголя или психотерапевта. Странным образом он видел в ней огонь в кромешной тьме, освещающий, согревающий и защищающий его разбитое сознание. После увиденного по другую сторону портала, в его уме было слишком много мыслей на весь вкус и цвет, чаще всего мелькала та, где обозначается ничтожность Земли против других миров. Мстители не вечны, а защита планете необходима регулярно. — Старк, не мог бы ты оставить нас наедине? — все же не выдержал Фьюри. Роджерс и Бартон лишь понимающе улыбнулись, они, как и Директор, уже устали от невозможного потока слов из уст миллиардера, не подпускавшего никого к девушке. Она поведала продолжение истории, которая происходила с ней, после спасения Тони. Как оказалось, Фэр действительно истратила остаток магии, чтобы отправить Старка в портал и подзарядить аккумулятор в его груди, и так как тессеракт находился далеко, как и Фьюри, она ожидала, что ее сознание раствориться во Вселенной, подобно свету во всепоглощающей тьме. Но Тесс, почувствовав опасность, среагировал мгновенно. Как именно тессеракт воздействовал, оставалось загадкой для слушателей Фэр, потому что артефакт не мог самостоятельно использовать свою силу, и только девушка знала всю правду, бережно храня эту тайну. Всё же Мстители покинули кабинет Директора, давая друзьям возможность побеседовать наедине. Стоило последнему постороннему переступить порог, как Фьюри расслабленно выдохнул, прикрывая глаза, он устал, слишком многое произошло за короткий срок. — Всё хорошо, Ник, — Фэр мгновенно очутилась подле мужчины, сжимая его ладонь в своих руках. Она совершенно верно знала его состояние, ему бы, как и Филу, поехать в отпуск, немного отдохнуть. — Фэр, рассказывай. Да, связь на крови между этими двумя была разорвана, но время, проведённое вместе оставило свой след, они все еще имели связную нить, соединяющую сердца. Семья всегда будет семьей, и не важно, где ты или что с тобой. Мысли Фэр были написаны на ее лице и улыбке, этот мужчина никогда не изменится: — Всё-то тебе нужно знать! — тихий смешок сопровождал ее попытку залезть на массивный рабочий стол. — И сотри свою улыбку, полную иронии! Легкий смех Фьюри расслаблял, позволял сделать вывод, что мужчина более-менее взбодрился. — И все-таки, Фэр? — Ох, знал бы ты, как я была напугана! — взгляд ее был направлен поверх головы мужчины, где находилась карта. Она всегда так делала, когда уходила в воспоминания. — Как только портал закрылся, я почувствовала, что теряю контроль над собой, но вдруг вспышка — и я оказалась в бесконечном пространстве сияния тессеракта. Как оказалось, он просто опустошил резервы с моим магическим накоплением, например, как на хеликэрриере. — То есть, самостоятельно? — Не совсем, Ник, но это позже обсудим, — он кивнул в знак согласия, больше не отвлекая своими вопросами. Он все узнает, чуть позже. — Дак вот… он использовал магические частицы, чтобы воздействовать на телепортацию моего сознания. Кажется, я была в ужасном состоянии, раз он решил поместить меня к себе, внутрь куба. Да, Николас, Куб это всего лишь оболочка, в которой находится Камень Бесконечности. Почему я не сказала тебе об этом раньше? Потому что опасно высвобождать неконтролируемую силу из оков, что сдерживают ее мощь. Фэр смолкла, давая время на обработку полученной информации. Она многое могла поведать своему человеческому другу, но ее останавливало как раз то, что он человек. Нужно ли знать ему, стоит ли ей рассказать? Она еще не решила. — Извини, Ник, но не буду вдаваться в подробности. Скажу лишь то, что этот реликт практически ровесник самой вселенной… Теперь ты понимаешь мощь, с которой столкнулся, м-м? — Фьюри действительно понял ту необъятную и непостижимую суть, которую они все эти годы пытались укротить, постичь и изучить. — Пару дней я пробыла бок о бок с Тесс, пока зализывала свои раны. Это похоже на сон, Ник, но ты не спишь. А потом мы решили, что я достаточно сильна, чтобы находится вне куба, но по-прежнему рядом с ним… Связь с тобой была разорвана, это доставило тебе боль и чуть не убило… Прости, Ник! — Фэр крепче сжала ладонь друга, ее приводила в ужас мысль о возможной кончине Фьюри. — Не стоит, Фэр, — он слегка улыбнулся. — Но ты знаешь, почему так произошло? — Да, все дело в твоей жизни. Тесс разорвал связь, поэтому ты выжил, но если бы он этого не сделал, то я бы потянула тебя за собой к праотцам. Все-таки моя привязка к твоей жизненной энергии не всегда являлась хорошим фактором, во всем есть свои плюсы и минусы. — Разделяй и властвуй, Фэр, — всё обошлось, и оба это понимали, начиная дышать полной грудью, расправляя спину, скидывая груз со своих плеч. — Что произошло дальше? Локи… — Оу, дальше я уже говорила. Вы просто меня не видели и не слышали, а я все время находилась возле тессеракта, пребывая в отчаяние, — небрежным движением женский фантом пожал плечами, пытаясь показать всем своим видом, что все уже в прошлом. — Локи применил технику переноса своего сознания в зазеркальный мир. Человеческий глаз не может видеть то, что происходит за пеленой физической материи, но это не значит, что он не существует. Сам знаешь, где я была все это время. Таким образом, наш божок гулял по авианосцу, наблюдая за сотрудниками…нет, Ник, в первое свое прибытие он не мог этого сделать, моя годами накопленная на корабле энергия не позволила ему применить магию, кроме самой безобидной - иллюзий. — А сейчас он спокойно гуляет по хеликэрриеру, замечательно, — вскидывая брови, мужчина выражал свое недовольство в совокупности с недоумением. — Ваш договор? — Ха, Ник, расслабься! Ничего серьезного, правда, — девушка пыталась увильнуть от ответа, однако Фьюри прекрасно знал все уловки этого создания и не позволил себя запутать. — Ой, какой ты бываешь… противный! Он помогает вернуть мне тело, а я помогаю избежать наказания со стороны Суда и Царя. — Что? Ты хочешь помочь ему избежать наказания? Фэр! — будто отец, уличивший в шалости свое неразумное дитя, Николас пытался образумить девушку. По его мнению, Локи как никогда заслуживал наказание, которое преподнесут если не на Земле, то в Асгарде. — Ха! — «неразумный ребенок» телепортировался в центр помещения, вставая за спинкой дивана. — Ты не понимаешь, Ник! Тело! Он поможет мне вернуть мое тело! Я буду живой! Слова ее имели весомый аргумент, ведь раньше Директор никогда не мог представить себе Фэр живой, из плоти и крови. И раз уж она утверждала, что этого можно было достичь при помощи Локи, то ему не оставалось ничего, нежели поверить напарнице. Уж такая личность, как Фэр, не оставит безнаказанным даже бога. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Лучезарная улыбка была ему ответом.

***

Тор битый час стоял напротив камеры брата, пытаясь выяснить, что же тот задумал. Не мог Локи помочь кому-либо по доброте душевной, не тем он был асгардианцем, чтобы совершать бескорыстные поступки. Любое его действие могло стать катастрофой, а ведь раньше Тор верил ему, доверял защиту своей спины во время боя. Многое изменилось с тех пор, но сейчас вера в Боге Грома умирала окончательно и безвозвратно, подавая лишь слабые отголоски былого голоса. Слишком много предательств и козней строил Локи, и не были это обычные шутки и проказы, коими тот баловался в детсве, они имели серьезные намерения, направленные на подчинение и уничтожение. И все ради чего? Трона? Тор действительно не понимал брата, а ведь когда-то он сам жаждал власти, как Локи желал ее сейчас. — Не понимаю, Тор, чего ты ждёшь от меня? — насмешливый голос Лафейсона вырвал из раздумий Бога Грома. — Я хочу понять. Что ты задумал, брат? — скрестив руки на груди, Тор вглядывался в лицо напротив. — У-у, — прищурив глаза, полыхнувшие зеленым пламенем, маг вновь решил поиздеваться над Одинсоном. — Как я люблю в тебе эту черту. Ты ищешь подвоха там, где его нет, и не видишь подвох тогда, когда он есть…ты так наивен, брат. Последнее обращение по отношению к Тору резало слух — слишком много ехидства и злобы звучало в этом слове из уст Локи. Он не скрывал свое пренебрежение братом и отцом, в то время как за мать был готов отдать жизнь — она была единственной, чье существование грело промерзшую душу. — Я буду следить за тобой, Локи. И не нужно было больше слов, чтобы понять — разговор окончен. Громовержец направился к выходу, оставляя родственника позади, и последний видел, что его вновь бросили в тени брата, в тени чужого величия, за широкой спиной и никогда не плечом к плечу. Сжимая челюсть и скрипя зубами, Локи глубоко вдыхал воздух через нос, пытаясь унять бушующую в нем ярость. Придет время, придет его час, и он покажет себя, удостоив этих презренных узреть его величие. Они падут ниц перед своим Богом, и это будет правильно. Возвращаясь к мысли о власти, Лафейсон вспомнил ту девицу, Фэр, она так радовалась от встречи с людьми, и принц действительно не понимал ее, ведь как такое существо с сильным сознанием мага могло просто уже только терпеть присутствие низшей цивилизации. Она совершенно точно не принадлежала Мидгарду, но тогда к кому?.. Это оставалось загадкой, пробуждающей в трикстере желание раскрыть эту тайну, выпотрошить до основания, чтобы больше не возвращаться к данной теме. Слишком быстро солдаты увели Локи после ритуала, и он не смог побеседовать с этой наглой девкой. В какой-то момент, он усомнился в ее честности, в том, что она сдержит обещание и действительно поможет на Суде. Но сделка заключена, и Фэр была обязана выполнить свою часть, теперь она не могла отделаться от принца так просто. — И если уж эта девчонка действительно сможет помочь мне, то просто так она не уйдет, — убеждал Локи самого себя, зная, что использует любые средства, чтобы достичь своих целей.

***

— Ты уверена? Это так необходимо, уходить с ними? — Старку не понравилась новость об отправлении Фэр в Асгард. — Тони, — в который раз простонала Призрак, ей уже надоело отвечать одно и то же этому гениальному балбесу. — Правда, Тони, смени пластинку, — вклинилась в беседу Наталья, уставшая слушать бубнящего Старка ещё вчерашним днём, когда они узнали новый план действий. Именно тогда миллиардер завел свою шарманку, выводя тем самым всех присутствующих, но больше всего, конечно, доставалось самой Фэр, которую мужчина преследовал буквально по пятам. Эта стрессовая ситуация способствовала изучению своих возможностей, потому как в момент возросшего желания провалиться сквозь землю, девушка вновь приняла невидимую для глаз живых существ форму. По всей видимости, помимо плотного энергетического тела, Фэр приобрела новый дар, как следствие ритуала. И сейчас поведение Тони выводило из себя остальных Мстителей, ожидающих Фьюри с пленником и тессерактом. Все они знали, что Призрак следует за Тором и Локи, оставляя на хранение Директору скипетр, но никто не ожидал такого назойливого нытья миллиардера. Сперва некоторые подумали, что это его новый способ подшутить, но позже выяснилось иное: мужчина был абсолютно серьёзен и требовал фантома остаться на Земле. — Прекрати, Старк, это уже не вежливо! — Капитан старался утихомирить Железного Человека, но выходило из рук вон плохо. Однако же взгляд полный благодарности от Фэр он все-таки получил. — Вы действительно считаете, что ей стоит идти туда? Мало ли что задумал Олень! — возмущению Тони не было предела, выказываемого возведенными руками к небу. — Он ничего не сделает, я буду присматривать за ней, человек из металла, — голос Тора пускай и звучал уверенно, но не убедил в этом остальных. Отчасти они были согласны, что с Локи шутить нельзя, но, с другой стороны, они не знали, чего стоило ожидать от самой девушки. Как бы то ни было, одно они понимали точно: в обиду Фэр себя точно даст. Сама виновница активной дискуссии предпочитала ожидать Фьюри в сторонке, раздумывая над своим решением. С одной стороны, после ритуала, проведенного Локи, ей не было необходимости находиться подле Тесс или кого-то ещё. Она получила достаточно магии и жизненной энергии от Бога, являвшегося не человеком, а асгардианцем и… йотуном? Полукровки всегда сильны, поэтому у нее есть целый год до того момента, когда проявится необходимость повторить ритуал. Но к тому времени девушка надеялась уже получить своё собственное тело. И всё-таки, даже несмотря на то, что необходимости быть рядом не было, она заключила сделку и должна была выполнить ее условия, ведь цена в ней — собственная жизнь, жизнь, а не существование, да и Фэр привыкла сдерживать обещания, пускай она и не желала находиться в Асгарде. Она всегда успеет вернуться домой, в Мидгард. Тяжело выдохнув, Фэр пригляделась к приближающемуся автомобилю, кажется, Фьюри уже здесь. Из транспорта вывели Локи в наручниках и вновь в наморднике, что по неизвестной причине разгневало девушку. — Ник, к чему это? — телепортировавшись подле мужчины, она, не церемонясь, решила узнать правду. — Нам необходимо доставить его в людный район, Фэр. Это меры предосторожности, потом можешь снять с него «аксессуар», — мужчина понимал — подруга недовольна увиденным, но была ли то благодарность за возможность вновь находиться среди живых или было это из иных соображений, Фьюри осознать не смог. Только с ответом, что после перемещения Фэр могла снять с лица мага профилактический атрибут, девушка успокоилась. — Ты уверена в своем выборе? — Только не начинай, Ник, мне и Тони хватило, — отмахнувшись ладонью, она ещё раз взглянула в его глаз. — Будь аккуратен, теперь ты единолично владеешь той магией, что раньше принадлежала мне. Ещё в тот день, когда эти двое обсуждали чудесное спасение Фэр при помощи тессеракта, девушка заметила, что, хотя связь была оборвана, магия в мужчине осталась. Те крупицы, подаренные Фьюри в детстве, как зерна, пустили корни и проросли в человеческом создании, чему Фэр была, несомненно, рада. Рада, что ее друг мог постоять за себя, за то, что с ним все ещё оставаласья часть ее сущности. Он давно научился управлять силой, но все-таки Призрак всегда, так или иначе, присматривала за действиями своего единственно ученика, так сказать могла подстраховать. На самом же деле, девушку пугал тот факт, что теперь они могли разойтись и больше не было необходимости держаться плечом к плечу. Ее пугало то, что теперь она не нужна Фьюри-младшему. — Прекрати надумывать, Фэр, — мужская ладонь легла на хрупкое женское плечо. — Я, как и ты, обеспокоен изменениями, но помни, ты всегда будешь моими ушами и глазами, потому что ты давно стала частью моего закрытого мира, неотъемлемой частью, Фэр. Слова не звучали излишне чувствительно, но слышать такое от Николаса Фьюри было невероятным для остальных, цену его похвале знали немногие, но она была велика. Есть связь или нет ее, эти двое по-прежнему оставались семьей, прожившей бок о бок всю жизнь, ее страхи и опасения были напрасны и не обоснованы. Она наконец-то приняла это. — Хей! Больше двух говорят вслух! — прокричал Старк, привлекая к себе внимание стоящих в стороне друзей. Шутник вновь вызвал смех и улыбку на лице Призрака, он правда был забавным. Впрочем, наступало время для прощаний. Локи и Тор стояли бок о бок, удерживая в своих руках тессеракт в специально созданном для него сосуде. Фэр же предпочла исчезнуть с глаз наблюдателей, становясь бесплотным духом, чтобы никто не заметил ее грусть. Она остановилась вблизи мага, придерживаясь за острый мужской локоть, с четким знанием, что он чувствует ее присутствие, и возможно лёгкое прикосновение. Магию не обманешь, особенно, когда она лежала в основе предназначенного тебе ритуала. Локи не видел смысла во всех этих сантиментах, глупых прощаний и обещания вернуться в скором времени. Он мог согласиться, что Тор не отличался особой сообразительностью, но это существо без тела давным-давно должно было позабыть значение чувств и привкус эмоций. Каким же образом она сохранила в себе столь обширную разновидность сантиментов? Наконец-то получив знак от Тора, Лафейсон повернул рычаг в сторону, наблюдая знакомое мерцание, подобное излучаемому радужным мостом. Локи не желал возвращаться в этот мир, как того не желала даже Фэр, и сейчас мнение двух противоположностей сливалось воедино. Только Громовержец пребывал в лучшем настроении, озвучивая свои мысли: — С возвращением домой!