На полпути

      Кирио оказался более чем прав, перины на кроватях в палатке Сэла были невероятно мягкими. С кровати просто не хотелось вставать, особенно когда тебя будят в шесть часов пополуночи. В такую рань Тим ещё не вставал, поэтому сильно напоминал самому себе и окружающим свеженького зомби, отвечая на вопросы нечленораздельно и со значительной заторможенностью, вяло перемещаясь и натыкаясь на предметы меблировки. В какой-то момент Лиша не выдержала и предложила окунуть Тима в таз с ледяной водой, которую достать было не проблема.       — Да ладно, привыкайте к зомбарям, мы их ещё встретим, как пить дать, — отмахнулся Кирио.       — К-как встретим? — аж проснулся от такого заявления Тим.       — Ну, это нормальная практика в ряде случаев — оставлять в качестве стражей зомбей. Не у Остары, но там и чужих храмов много, вдруг разбрелись...       — Зомби не проблема, — отмахнулся Сэл, не отвлекаясь от «готовки», — сейчас меня больше волнует наше расписание. У нас на всё полчаса, поторопимся…       В этот раз им удалось занять удобные места в дилижансе, ранний подъем себя оправдал. Первым делом Лиша опустила стекла в окошках, дабы запустить в экипаж свежий, но уже теплый воздух. Кирио и Сэл тут же поудобнее устроились и задремали, Лиша снова ушла в себя. Поскольку больше пассажиров в дилижансе не было, Тим мог наблюдать за Лишей сколько угодно, не боясь быть замеченным. Девушка сидела в расслабленной позе, глаза её были широко открыты, но она смотрела сквозь пространство и изредка шевелила губами. Иногда поднимала бровь, щурилась или кривила носом, словно действительно с кем-то безмолвно говорила. Тиму стало интересно, как быстро и легко вернётся жрица в реальный мир, но нарушить её транс молодой человек не решился. После едва ли не литровой кружки кофе, которую в него влил Кирио, спать не хотелось совершенно, хотя просьба о кофе исходила именно от Тима. Сейчас бы самое то попытаться уснуть, но дилижанс немилосердно трясло, а не раскачивало, и вскоре Тим стал дивиться, как у его спутников вообще получается спать в таких условиях. Зато у него появилось время подумать. Снова о снах. Ему и на эту ночь выпало сноключение. И если честно, Тим смотрел его с восторгом и ужасом одновременно. Ему снилось падение Бранъярна. Не узнать башню академии он не мог. Её громада стояла на окраине города, в противоположном конце от дома Тима, и в особо ясные дни мальчик мог видеть из своих окон зелёные огни на вершине башни и сам её силуэт. Ночью, из-за засветлённости центра города, зелёный огонек терялся среди прочих.       Но башню во сне он узнал, хоть никогда и не видел настолько вблизи. И был поражен этим чувством её величия.       Только сейчас башня горела. Из окон на нескольких этажах вырывались языки пламени.       Тим вместе с толпой людей стоял в стороне, метров за триста от башни, и на лицах окружающих его юношей и девушек застыли непонимание и ужас. Уже догадываясь, кого ему стоит искать среди этого сборища, Тим легко выхватил из общей массы знакомые, но совсем молодые лица. В прошлом сне он всё же недостаточно их рассмотрел, но сейчас его поразило, как за последний десяток лет изменились облики его спутников. Он никогда бы не узнал нынешнего Сэла в этом надменном аристократически бледном молодом человеке в богатой одежде, во взгляде которого сейчас читались лихорадочные попытки привести мысли в порядок. Тим никогда бы не подумал, что Лиша может быть такой красивой, если нанести ей на лицо совсем немного косметики, в уже знакомую прическу добавить изящный гребень, а в уши вдеть элегантные серьги. Рядом с ними стояли такие же студенты, молодые и яркие в своей красоте и оригинальности. Но сейчас все они смотрели, как в черное тело башни впиваются огненные шары и взрывающие заклинания. Это созерцание длилось всего несколько мгновений, ещё секунда и вся толпа — человек шестьдесят — рванула к башне, не слушая криков пары взрослых людей, видимо, преподавателей. Тим последовал за ними, но, естественно, не успевал. Башню обступили какие-то люди в черном, надёжно защищённые барьерами, но выпускные классы Бранъярна — это всё равно что готовые специалисты, пусть и без реального опыта.       Хотя в этом Тим готов был усомниться. Почти выпускники как-то сразу разбились на группы и отбивали башню, не сказать что особо уступая по умениям и силам нападающим. В разбитые окна влетали водяные шары, защитные барьеры трещали, проламываясь и рассыпаясь, а вражеские маги тут же падали под…       Тим чувствовал, что ему становится дурно. Он как-то не заметил, что у большинства студентов в руках оружие, и они это оружие пустили в ход. Студенты не собирались оставлять напавших в живых. То ли и так знали, кто стоит за этим, то ли не видели смысла. Вряд ли убийство врагов можно было списать на природную жестокость.       — Они замуровали вход! — крикнул кто-то. — Мы не можем пробиться!       В ответ в башне что-то взорвалось, осколки и камни разлетелись во все стороны, градом осыпая всё и всех вокруг, Тим поднял голову и с ужасом увидел в окнах силуэты. Детей.       Младшие классы…       И тут же перед глазами встали длинные шеренги белых надгробий на кладбище. С игрушками.       — Окна! — выкрикнул взрослый голос, видимо, кто-то из преподавателей. — Выбивайте окна на первых этажах! Ректор должен был снять защиту!       Тут же как по команде в башню полетели заклинания, стекло снова разлеталось на мелкие куски, раня людей, на что никто не реагировал.       — Башня! — донёсся тонкий девичий голосок. — Накренилась!       И она действительно накренилась. Словно как через завесу изнутри донеслись детские крики и команды взрослых, грохот и отсветы заклинаний, но не всех атакующих удалось ликвидировать, башню ещё поливали огнем и заклинаниям.       Та девушка, что кричала о башне, Тим её увидел, сейчас бормотала заклинание, а потом резко вскинула руки, словно подпирая громаду башни. И крен уменьшился, тут же большая часть студентов-магов повторила её действия, остальные бросились внутрь в попытке вытащить детей, местами мелькали голубые искры целительской магии. Как раз мимо Тима пронесся молодой светловолосый парень со шлейфом таких искр, как на буксире тащивший за собой Лишу, беззвучно бормотавшую что-то.       — Стой тут, — бросил он, поставив жрицу рядом с магичкой, и положил руку той на плечо. Из-под его ладони брызнули искры нежно-голубого цвета, и порезы на лице магички затянулись, она стала ровнее дышать, целительская магия явно придала ей сил.       — Где Сэл? — спросила Лиша, озираясь по сторонам.       — Там, но я к нему не сунусь, он…       Тим проследил за рукой целителя и ахнул. Горстка нападавших, чей щит так и не смогли пробить, уже не атаковала, под ногами у них медленно набирал силу портал, а рядом, почти вплотную к ним стоял сосредоточенный Сэл и…       Догадка Тима подтвердилась на все сто процентов, но он уже не был рад этому. Потому как заклинанию молодого некроманта даже мощнейший защитный барьер не был преградой. Из вражеских магов тёмно-синими потоками уходила сама жизнь, впитываясь в сжатый кулак Сэла. Тела семерых взрослых мужчин на глазах иссыхали, корчась в муках, но молодой человек не прекращал пытку, казалось, он готов продолжать её вечно.       В метре от него, как раз под разбитым окном на шестом этаже лежали три обгоревших детских тела.       Готовый портал вспыхнул и погас, унося куда-то семь скелетов в балахонах. Пламя на шестом этаже моментально затихло. Тут же Сэл резко развернулся, сделал короткий пасс рукой, что-то произнес, и по всей территории разнеслись удивлённые выкрики.       А Тим один стоял пораженный страхом. Потому что с земли поднимались на его глазах убитые нападавшие. Поднимались и резвой походкой направлялись к башне, чтоб после выносить на себе надышавшихся дыма и обгоревших людей. Но из башни доносились и другие звуки, словно там шёл бой. Тим поднял голову к разбитому окну, увидел как в оконном проёме возник силуэт мужчины и кучка детей рядом, он вскинул руки, и дети, человек шесть, бесстрашно шагнули вперёд, их окутала жемчужная сфера, которая плавно поплыла к земле. Но за спиной мага что-то громыхнуло, мужчина вскрикнул и рухнул из окна. Жемчужная сфера лопнула, дети начали падать…       Тим так хотел броситься к ним, но разум напомнил, что это сон, и он ничем не может помочь. Кто-то пронесся мимо него, быть может успев поймать и спасти хоть кого-то…       Но Тим уже отвернулся, наткнувшись глазами на знакомое лицо.       Лиша молилась. Тим не представлял себе, что можно молиться с таким рвением, но жрица делала, что могла. Под рев пламени, треск и грохот, вопли и предсмертные крики детей, она молилась, стоя с плотно зажмуренным глазами. Из-под её век, в уголках глаз виднелись красные капли.       Девушка-маг, удерживающая башню, всхлипывала, по щекам её текли слезы то ли от боли, то ли от страха.       Студенты, покончив с нападавшими, пытались спасти детей.       — Я больше не могу, — простонала девушка-маг.       — На тебе замкнута цепь, продержись ещё, Лана, пожалуйста, — Лиша отвлеклась от молитв и подошла к Лане вплотную, крепко обнимая её со спины, но та медленно оседала. Как из-под земли рядом с ними возник тот светловолосый целитель, оттолкнул Лишу, ухватил Лану за плечи, сосредотачиваясь. Девушку окутало голубое сияние.       — Передай Сэлу, чтоб уходил из башни, Ланы хватит на пару минут, потом цепь рухнет и башня тоже. Отводите людей.       — Но там же дети!       — Всех нам не спасти.       Лиша не стала спорить, коротко кивнула и убежала, а целитель почти весёлым беззаботным голосом начал говорить магу:       — Лана, слушай меня. После разрыва цепи до выброса будет секунд пять, когда я скажу, беги. Выброс вас разметает в радиусе полукилометра, плюс башня, я накрою вас куполом, на пятьсот метров меня хватит точно. Минут пятнадцать продержится заклинание, мелочь я исцелять не буду, а всё серьезное временно залатаю до прихода помощи. Я уверен, сейчас тут будет вся королевская больница.       Лана смотрела на блондина с ужасом, дрожащее заклинание не давало ей возможности ответить, но её лицо говорило прекрасно. Девушка мучительно не хотела чего-то, качала головой, с мольбой смотря на целителя сквозь слезы.       — Так надо, Лана, я грёбаный целитель. Я должен так сделать. Твои силы на исходе. Приготовься… Беги!!!       Большего Тим не помнил.       И, если честно, совсем не хотелось видеть большего. На словах «Падение Бранъярна» казалось каким-то эпическим, полным трагизма явлением, но когда он видел это почти своими глазами, когда чувствовал жар огня, в котором сгорели десятки людей, сотни детей, когда на него сыпались осколки стекла и камни от разбитой башни, когда в нос бил запах гари и крови с обгоревшим мясом… А эти звуки… Крики, отрывистые команды, заклинания, рев пламени, грохот, треск… Нет, это было совсем не так патетически, как ему казалось. Но хуже всего было то, что он почти понимал оставшихся в живых старшекурсников. На их глазах погибали их друзья и педагоги, простые люди, дети, а они смогли сделать так мало. Многих ли они спасли? Хорошо, что сами выжили, но в таком случае собственное существование будет вечной памятью и укором в том, что ты не смог. И никого не убедят слова, что ты сделал всё, что мог. Даже тебя самого.       И судьба того неназванного целителя в этом случае казалась едва ли не лучшим выходом. Тим уже понял, кто это был. Тот самый погибший из триады Лиши и Сэла, который спас их. Тим не очень понял, что тот парень сделал, но похоже, что как-то вылечил или уберёг от травм выживших после падения башни до прихода медиков из королевской больницы. Хотя как, если практически все заклинания, за исключением отдельных видов, типа артефактов или порталов, прекращают своё действие после потери концентрации или тем более смерти наложившего? А в том, что тот целитель погиб сразу же, сомневаться не приходилось, ведь на бегу создать заклинание практически не возможно, тем более такое сложное, да и на него нужно время. Как раз те секунды, пока башня не рухнула. Хотя может у целителей свои особенности, их магией Тим особо не интересовался никогда. Ему было интересно узнать поподробнее, но у кого спросить? У Лишы? Чтоб она опять едва не расплакалась и расстроить? Нет, уж, спасибо.       Так ничего и не придумав, Тим печально уставился в окно.