Прихлоп на побегушках.
10 февраля 2013 г., 02:47
Bryan Adams – Nothing I`ve Ever Know
Я с дико бьющимся сердцем смотрела на расползающееся кровавое пятно и тупо стояла на месте. Наблюдая за его мастерством в бою мне казалось, что ранить его, в принципе, невозможно. Нет, я, конечно, умела оказывать первую помощь, но сейчас меня словно парализовало. На Жемчужине я, как единственная женщина на борту, частенько перебинтовывала пиратам раны, ибо они говорили, что, мол, женские руки нежнее. Ага, как же. Моими кривыми руками только раны и перебинтовывать. Хотя, в общем-то, чтобы промыть рану и замотать её чистой тряпкой большого ума не надо.
— О Боги, Коннор! Ты только не теряй сознание, ладно? — засуетилась я, подбежав к индейцу и перекинув его руку через свою шею.
Как назло ни один из наших коней не хотел отзываться на мой свист, пусть и неумелый, но свист. Гадкие животные. Пришлось вновь оставлять Кенуэя у дерева и освобождать коней, запряжённых в повозку. Юноша готов был потерять сознание, но держался. Когда я помогла ему залезть на коня, то сказала держаться крепче, но результата моя просьба не дала — стоило мне чуть отойти к своему скакуну, как Коннор опасно наклонился и чуть было не упал, если бы я не сиганула к нему и не привела в горизонтальное положение. Нет, на двоих конях я его точно целым не довезу. До Фронтира тут не очень далеко, а как раз с этого направления ближе всего мой дом.
Недолго думая я залезла на коня перед Коннором и почувствовала, как полуобморочный юноша крепко обхватил меня одной рукой за талию. Другой, видимо, всё ещё придерживал рану.
— Быстрее… — еле прошептал индеец и тяжело опустил голову на моё плечо.
Пришпорив коня, я быстро поехала по направлению к дому.
***
Так. Так-так-так… Сначала надо найти бинты и… воду. Да, воду, чтобы промыть рану. В доме, в котором я временно поселилась, нашёлся аж целый шкафчик на кухне со всякими медикаментами. Может, хозяева дома — врачи? Ничегошеньки не соображая в сотнях разноцветных скляночек с таблетками, я нарыла-таки небольшую баночку с самой простой надписью: «Заживляющая мазь». Вместе с бинтами и водой я притащила всё это добро на второй этаж, где была расположена спальня и лежал без сознания Коннор. Его бело-синяя одежда пропиталась кровью, и я с неким сожалением подумала, что отстирать это будет не так-то просто. Сев на другой конец кровати, я на пару минут зависла, не понимая, как можно снять верх его одежды, чтобы промыть рану. Остановив свой взгляд на пуговицах, я быстро расстегнула их все и, кое-как приподнимая бессознательное тело индейца, вытащила его руки из рукавов и сняла верх. Рана была… хорошая такая рана была. Смочив кусок чистой тряпки в воде, я стала аккуратно промывать её, стараясь не смотреть на рельефы мышц. Но какая девушка сможет отказаться от такого момента рассмотреть обожаемый объект в таком свете? Правильно. Успев сто раз покраснеть и чертыхнуться, я промыла-таки злосчастную рану и, жирно смазав её мазью, стала заматывать её бинтом. Так как рана была на боку, мне приходилось кое-как просовывать руку с бинтом под спиной Коннора, чтобы замотать плотнее. Вскоре, рана была замотана, и я, всё ещё жутко краснея, спустилась вниз, чтобы найти что-нибудь поесть.***
— В бездне бездонной, в подводном аду, где сгинет сам Посейдон… Смертный стон, могильный звон, там они найдут… Йо-хо... грянем вместе! Чёрт сбежал от нас в Ад. Йо-хо... прочь от песни, что поёт пират… Коннор зашевелился во сне и я прикусила язык, полагая, что моя неправильная колыбельная начала будить его. На самом же деле я просто сидела на другом конце кровати, опёршись спиной о её спинку и правым плечом уютно устроившись в свисавшем балдахине, и думала. Думала о Жемчужине, о нашем лихом капитане и главное — о море… Боги, как же мне хотелось в море. Хотя бы на один день, в родные Карибы, на родной Жемчужине… В Тортугу, ну или на какой-нибудь хороший разбойничий налёт. А здесь, в этих водах, Чёрная Жемчужина редко появлялась, поэтому у местных моряков есть только байка и суеверие про корабль с чёрными гробовыми парусами. Внезапное желание выпить заставило меня вылезти из уютного гнёздышка на кровати и спуститься вниз, в подвал. Помнится, я там как-то нашла неплохой винный погреб. Вообще-то он был что-то вроде тайника — была вторая стена, скрывающая богатство алкоголя за собой. Но я тогда запуталась ногами в какой-то верёвке на полу и просто-напросто проломила хиленькую лже-стену собой. Там было несколько бочонков с ромом, пара бутылок вина и эля, и, конечно же, добрая куча бутылок рома. Мне бы хватило и первых бочонков, но из них пить неудобно, поэтому я отправилась за бутылкой. В погребе было темно, хоть глаз выколи. Я зажгла фонарь и стала медленно идти вперёд, осматриваясь и стараясь ни на чём не упасть. Когда я стала пробираться ближе к алкогольному складу, то почувствовала, как мне в нос ударил резкий запах тухлой рыбы и какой-то морской соли. Я насторожилась, чувствуя, как постепенно душа уходит в пятки, но путь свой продолжила, решив, что чем быстрее найду ром, тем быстрее выползу обратно. Целая бутылка нашлась почти в самом углу. Взяв её я поспешила наверх, но характерный звук льющейся на пол воды заставил меня остановиться и резко прижать бутылку к себе, чуть не выронив фонарь. — Хватит уже бегать, Ро… — прозвучал за моей спиной низкий мужской голос. Чёрт. Чёрт-чёрт-чёрт. Я медленно развернулась и смогла лицезреть мёртвого пирата с борта Летучего Голландца. С него стекала морская вода, а моллюски на правой щеке и шее мерзко раскрывались, хватая воздух. От неожиданности я издала какой-то нечленораздельный звук, что-то между иканием, криком и протяжным «ыыы». — Хехе… Прихлоп… как жизнь, э-э-э, смерть? — шумно сглотнула я и отступила на шаг назад. — А ты что, у Джонса теперь на побегушках? Раздаёшь Метки? — попыталась отшучиваться я, но серьёзное лицо пирата сразу заткнуло меня. — Не испытывай его терпение. Он итак дал тебе пожить дольше дозволенного, Ро. Вечно ты убегать не сможешь. На суше мы тебя достанем, а в море будет ждать сам Дьявол и Кракен. Если кто будет мешать, ты знаешь, что произойдёт, — Прихлоп схватил меня за руку, на которой была Метка, и с силой сжал её, отчего я тихо пискнула. — Ой… А… договориться с Джонсом никак? Может, откуплюсь чем… — Разговоры — пустая трата времени. Но у него есть для тебя предложение. Через два дня найди судно и плыви к Тортуге. Поспеши, Ро, если не хочешь оказаться там, с чем так хорошо рифмуется твоё имя — в гробу. Странно, это, вроде бы, звучало как усмешка, но лицо Прихлопа было невозмутимо-спокойно. Пират исчез также внезапно, как и появился, оставив меня одну. Ну и где мне взять корабль? Хотя… нет. Это было бы подло. Нельзя верить Джонсу наверняка. А вдруг это он так просто заманивает меня? Хотя, если подумать, Прихлоп Билл всегда был самым вменяемым на Голландце и лишних смертей не особо хотел, да и когда приходил ко мне в первый раз вручать Метку, объяснил и предупредил меня спокойно, ответив на все вопросы. Ладно. Всё равно, корабль я достану. Даже если есть такая мизерная возможность на помилование, почему бы ей не воспользоваться?.. Пы. Сы. Если вдруг кому-то надо слова той песни, что пела Ро, то пишите. Полный текст есть. Песня была в начале третьей части фильма, когда казнили пиратов.
