In anticipation of their happiness

      Медленно пробравшись по тёмным, длинным и петляющим коридорам, постоянно сталкиваясь глазами с лицами на картинах, которые, казалось, оживали и корчили рожи, девушка завалилась в свою коморку, плотно закрыв за собой дверь, будто кто-то гнался за ней. В ушах стоял шум, и в глазах двоилось. Тени превращались в причудливых монстров, которые тянули к девушке свои когтистые лапы. Дарья легла на кровать, накрывшись одеялом с головой. Дрожь пробивала все тело, и несмотря на тёплое покрывало было ужасно холодно. Так и прошла ночь, полная шорохов и ощущений, что вот-вот тебя стащат с кровати и сожрут заживо.       Девушка смогла задремать лишь под утро. Рассветные часы встретили её назойливым лучом солнца, светящим прямо в воспаленные глаза, раскалывающейся головой и желанием выпить весь Байкал. Кое-как девушка натянула на себя форму и доползла до кухни. Только когда кувшин был опустошен, девушка заметила на себе презрительные взгляды двух горничных. Урсула и Хельга всё же воздержались от кручения пальцем у виска и быстро ретировались, что бы обсудить по меньшей мере кроваво-красные глаза Дарьи.       После короткого перекуса, рыжеволосая направилась в кладовую, где хранились швабра и ведро. Сегодня исполнять свои обязанности оказалось труднее, потому что даже обычная тряпка, которой Дарья мыла пол, словно стала тяжелее. Девушка все ещё боялась того, что Голос снова вернётся. С этим определённо нужно было что-то сделать.       Когда очередь дошла до лестницы, которую необходимо было подмести, Дарья невольно пошатнулась и, не заметив спускавшуюся с лестницы Ингрид, чуть не упала на неё.       — Моя мила девочка, ты выглядишь плохо! — воскликнула экономка, всплеснув руками, — тебе необходимо отдохнуть. Немедленно возвращайся в свою комнату!       Дарья только устало кивнула, не в силах спорить. Оставив у подножия лестницы и веник, и ведро со шваброй, девушка, пошатываясь и держась за перила, направилась к себе. Если бы она только знала, что Голос вернётся, как только она переступит порог комнаты — так и осталась бы сидеть у лестницы.       «О, не расстраивайся! Тебя здесь приняли так любезно, встретили, как родную дочь!»       Девушка зажала уши ладонями, надеясь, что это поможет хотя-бы слегка приглушить Голос. Но не помогло. Казалось, Он стал набирать большую силу. Голос кричал и напевал странные песни, стараясь вывести девушку из равновесия.       — Надо что-то с этим делать, — сквозь сжатые зубы прошипела Дарья.       Рыжеволосая натянула на себя свой плащ и открыла окно. Уже смеркалось. Она посмотрела вниз, оценивая высоту. Метра четыре до вымощенной старой разбитой плиткой дорожки. Пульсация в голове отключала мозг окончательно, поэтому, легко взобравшись на подоконник, девушка прыгнула. Приземлившись на землю и стукнув подошвой, Дарья поправила плащ и огляделась. Вокруг никого, это на руку. Оставив заросший сад позади, девушка открыла тихо скрипнувшую калитку и выскользнула за неё.       Девушку уже несколько раз посылали на рынок за продуктами, так что она успела немного изучить что и где находится в деревне. Во всяком случае, таверна была видна издалека. Пьяные тела шатались, мяли друг другу бока и валялись в радиусе десяти метров вокруг здания с большой вывеской «Оленья голова». Девушка просочилась внутрь, стараясь быть как можно незаметнее. Громкая музыка заставляла голову раскалываться ещё сильнее. Крики в голове сливались с криками в таверне и буквально рвали нервы к черту. Ярость разливалась в крови, как вдруг под руку повернулся вездесущий конюх Генри:       — Красотка! — воскликнул он, видимо, так и не найдя в себе силы вспомнить её имя, пробурчал ещё что-то, а потом пьяно усмехнулся. Дарья уже тысячу раз пожалела о том, что заявилась сюда.       Несмотря на довольно нетрезвое состояние, Генри хватило нескольких секунд, чтобы оказаться около девушки и положить свою руку ей на талию. Голос в голове заинтригованно завыл. Дарья подумала, что сейчас совершит убийство. Но такового не произошло, и конюх просто отлетел к другой стене, попутно опрокинув стол и задев пару таких же нетрезвых мужчин, которые тут же направили свои кулаки в сторону чужих лиц. Рыжеволосой пришлось отбить несколько ударов и даже отправить в нокаут кого-то.       Девушке удалось оттесниться к стене и зажаться в угол, чтобы её не задело чьим-нибудь ботинком.       — Вот это славная драка, — раздался скрипучий голос над ухом. Дарья подняла глаза на худощавого мужчину в капюшоне, — я вижу, зачем ты здесь, и я готов помочь тебе за символическую сумму, — растянул он свой рот с гнилыми зубами в кривую ухмылку.       — Кокаин и героин, — только и произнесла рыжеволосая и пихнула мешочек с деньгами в костлявые руки незнакомца.       Она вышла на улицу и направилась обратно в Рэтвотер. В окнах уже погас свет, и девушка пришла к выводу, что все обитатели дома уже спали. Тихо, стараясь никого не разбудить и не привлекать к себе внимания, Дарья пробралась в оранжерею. Казалось, это было единственное место, где никто не будет ей мешать.       Голос продолжал настойчиво что-то кричать. Справляясь с невыносимой болью в голове, из-за которой даже руки почти не слушались, девушка разложила на полу все необходимое. Она вытащила из-за пазухи маленькую коробочку, достала из неё шприц, ложку и зажигалку. Проведя все нужные манипуляции и тихо зашипев, когда толстая игла проткнула кожу, девушка привалилась спиной к стене. Вся боль быстро отпускала, в голове резко стало пусто, по телу разливалось чувство эйфории. Девушка наконец-то могла слышать собственные мысли. Первой из них была идея попробовать кокаин, что она и сделала. Насыпав немного белого порошка на угол раковины, она быстро вдохнула его. Теперь стало совсем хорошо.       Поднявшись на ноги и попытавшись вернуться в дом, Дарья поняла, что сейчас это займёт немного больше времени. Дорога казалась длиннее, и идти было несколько труднее обычного. Стены сдвигались, шатались, иногда перекрещиваясь друг с другом, а коридор казался сплошным завитком, который с каждой секундой закручивался все сильнее.       В темноте показалась высокая тёмная фигура. Девушка мысленно чертыхнулась и снова порадовалась, что это её собственные мысли и их никто не прокомментировал. Это её развеселило и она усмехнулась.       Когда фигура приобрела больше деталей и девушка даже почувствовала приятный запах, она поняла, что попытка увернуться не удалась, и теперь её лицо утыкалось в широкую мужскую грудь.       Дарье показалось, что, если бы Голос был здесь, он бы принялся верещать про сексуальное напряжение. Но Голоса не было — была только она и Томас. Один на один в тёмном проходе коридора.       Девушка отшатнулась назад, но не смогла удержать равновесия и налетел прямо на большую антикварную вазу, которая стояла тут же, в коридоре, в нескольких шагах. Ваза полетела с лестницы, хорошенько приложившись к каждой из ступенек, и разбилась на мелкие кусочки, приземлившись на пол. Кажется, Хельге и Урсуле предстоит много работы…       — Упс, — Дарья хихикнула, а потом перевела расфокусированный взгляд туда, где должен был стоять хозяин, — Ну ладно.       — Что «Ладно»? — послышался суровый мужской голос, — ты вазу разбила, ты хоть представляешь, сколько она стоит?       Дарья фыркнула и постаралась обойти Томаса, но тот крепко схватил её за руку и притянул к себе:       — Смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю.       Губы девушки расплылись в блаженной улыбке, она привстала на носочки и нежно чмокнула хозяина в нос. Мужчина медленно разжал руку, а Дарья, освободившись из его хватки, плавно развернулась и пошла на ощупь искать дверь в свою спальню, все так же шатаясь из стороны в сторону. Томас недоуменно смотрел ей вслед.