Дело было в борделе...

Бальтазар вернулся проведать Мипиэля: — Ну, как ты, малышик? — после первого неожиданного минета управляющий просыпался так каждое утро, а ночью нежный бочок омеги согревал бету и отгонял плохие сны, поэтому Бальтазар и начал проявлять к сотруднику небывалую щедрость и участие. Недаром в Украине говорят: «ласковое теля двух маток сосёт». — Спасибо, мистер Бэрэр, намного лучше! — и носом в тарелку, которую принёс управляющий, а там сладкие вафли по-бельгийски с орехами и шоколадом во взбитых сливках. — Ладно, отдыхай. Смотри не объешься, где я тебя тут лечить буду! — засмеялся бета, покидая свою спальню. — Спа-мгн-мгм, — прозвучало в ответ с того края тарелки. Через пару минут дверь опять открылась, омежка даже не повернулся, уверенный, что Бальтазар просто что-то забыл. — Мистер Бэрэр, что? — Ничего, Мипиэль, — ответил взбешенный Чалдон, — вижу ты тут жизнью наслаждаешься, а кто работать будет? Я что ли? Альфа выхватил тарелку со сладким угощением из рук оцепеневшего омеги — раньше помощник управляющего не входил без стука в эту спальню — и поставил на прикроватную тумбочку. Вжикнул молний на своих черных джинсах и выпростал возбужденный член наружу перед самым лицом испугавшегося омеги: — Чего вылупился, соси давай! Быстро! — член пах смесью ванили, роз, тюльпанов и других омежьих запахов, личный запах альфы уже за целую ночную смену даже и не ощущался. — Я не могу! Я ещё не совсем здоров! — испуганный омега попятился на дальнюю от альфы сторону кровати. — А мне кажется, что всё уже зажило. Ишь ты как ловко уполз от меня, — альфа наклонился схватил омежку за ноги и потащил обратно к своему истекающему желанием члену, — Да и видел я, что ты делал с мистером Бэрэром, и твоё «слабое» здоровье никоим образом тебе не помешало. — Я не буду! — заорал Мипиэль, будто только что проснувшись от своего оцепенения, — Я не хочу! — А с Бальтазаром — хотел? — искренне удивился Чалдон. — Да, я сам предложил, он меня не насиловал! — кричал омега прямо в лицо удивленному альфе. — А я буду! — засмеялся альфа и вдруг неожиданно гавкнул прямо в лицо плачущему Мипиэлю, — Не забывай, что ты здесь работаешь! Заживёт спина и Бальтазар выбросит тебя в общий зал, так что не обольщайся, ничего хорошего тебя здесь не ждёт! Только члены в рот и жопу: мой, а потом и всех здешних «гостей»! На этой ужасающей омегу ноте альфа заправил свой всё ещё возбуждённый член в брюки и покинул комнату Бальтазара. Омега разрыдался в подушку, желание наслаждаться сладеньким резко пропало. Позже Чалдон нашел Бальтазара в центральной зале. — Мистер Бэрэр, один клиент новенький, некий мистер Хрен, — скривился помощник, — заказал ролевую игру. — Какую именно? — поинтересовался Бальтазар, эти злоебучие клиенты его уже достали, пора в отпуск. — Чего он хочет? — В принципе, я и сам могу ему всё устроить, если вы не против, — предложил альфа, — платит двойной тариф. Нужна только ванна и привязанный омега. — Хорошо, действуй, только смотри, чтобы новенький его не утопил! М-м-м, возьми ему Хонведа, тот хоть воды не боится, как другие. — Спасибо, мистер Бэрэр, я быстро! — Хонвед, — Чалдон быстро нашел нужного омегу в левом углу зала возле кадки с фикусом, — ты идёшь со мной! Будешь послушным мальчиком, получишь большие чаевые и пару дней отдыха. — Пара дней отдыха говорит о том, что меня там покалечат? — омега собирался отказаться и отправиться прямиком в карцер, всё лучше увечий! — Нет, это просто ролевая игра. Альфа хочет «поработать», — Чалдон показал пальцами в кавычках, — в омежьей тюрьме. Суть в том, что он там фильмов голливудских насмотрелся и хочет помыть новоприбывшего в тюрьму голого омегу струёй воды из шланга. Ты кричишь, отворачиваешься и просишь его остановиться, а он только увеличивает напор, а потом, пожалев тебя, помогает кончить, отдрочив быстренько. — Очень увлекательно, — сарказм сочился литрами из каждого слова омеги, — но я соглашусь только, если вы или мистер Бэрэр будите присутствовать. Он же пустит струю мне в лицо и прощай, Хонвед, закажем тебе, утопленнику, самые весёлые похороны. А я на такое не подписывался! — Не бойся, я там буду. Объясним мистеру Хрену, что полицейские нашего штата всегда работают парами, чтобы их не обвинили в сексуальных домогательствах, — заржал Чалдон. — Куда идти? — спросил повеселевший омега. — В подвал, в душевую для новичков, там больше всего места, чтобы развернуть пожарный шланг. Мистер Хрен, как он, смущаясь, просил «величать» себя, был по-омежьи мелким, невысоким и худым. Но жилистым, со злобными бонопартовскими глазками начальника армий империи. Он уже стоял в полицейской форме, купленной на распродаже карнавальных костюмов за бесценок и прикручивал шланг к крану с помощью нескольких переходников. — Мистер Хрен, — начал Чалдон, вживаясь в сегодняшний образ, — меня прислал начальник тюрьмы вам в помощь. Альфа кивнул и зыркнул на зашедшего Хонведа. — Это преступник Хонвед, он пытался ограбить банк спермы, получил пятнадцать лет в нашей, то есть в вашей, тюрьме, — Чалдон козырнул как старшему по званию, — сейчас его разденут и прикуют к стене. Потом он ваш, вымойте его хорошенько. А то вдруг он грязный там, или клещи у него… Клиент плотоядно усмехнулся и начал пускать воду, для начала маленьким напором. Хонвед, прикованный прислужниками к стене за руки и ноги, железными наручниками, подозрительно поглядывал на «тюремщика» — не направит ли воду прямиком в рот или нос предполагаемого арестанта. Но мистер Хрен метил аккурат в одно единственное место, в длинный тонкий член Хонведа. Вода была ледяной и омега закричал. Клиент обрадовался и добавил мощности, омега начал вырываться, но железные наручники не отпускали. Он орал и требовал адвоката — чаевые зарабатывал, не смотря на боль во всё ещё стоящем члене. Зато вода от напора подогрелась и больше не была ледяной. Мистер Хрен довольно метил только в уже красный распухший хуй, омега огрызался и пытался прикрыться, поворачиваясь бедрами. — Так его, мистер Хрен, будет знать, как нашу сперму воровать! — подначивал Чалдон — клиент должен уйти домой довольным. — Хватит! Я во всё признаюсь! — орал омега, игра перестала быть томной. — Поздно! Мы и так всё знаем! — зловеще улыбался мистер Хрен. — Может и попу ему промыть, шлюхе такой? — поинтересовался Чалдон. Прошло только десять минут, а член Хонведа уже выглядел не лучшим образом. — Ладно, помощник, поверните его спиной, — милостиво согласился клиент. — Всё будет в порядке, приложим к твоему хозяйству лёд, потерпи ещё чуть-чуть, я постараюсь его отвлечь, — уговаривал Чалдон умаявшегося Хонведа, поворачивая его спиной и заковывая заново. Противные капли невкусной пресной воды сами попадали в рот, нос, в слезящиеся глаза и уши. — Ладно, уж, только уберите его поскорее. Член болит, сил нет! — омега терпел сколько мог, да и заручиться хорошим отношением помощника управляющего было ему только на руку. Дальше напор воды направлялся на красные опухшие яйца в просвете между ногами, на растраханную дырку и нежное местечко под коленями. Брызги воды неприятно секли кожу, она начинала неметь и стягиваться коркой. Омега кричал, переходя на всхлипывания и плач, прижимался щекой к холодной плитке душевой, чтобы напрячься и терпеть, теряя нить происходящего. Больше он клиенту не подыгрывал. И в конце концов того удалось уговорить закруглиться через сорок минут вместо часа, потому что омега уже терял сознание от боли, и мистер Хрен понимал, что игра становится опасной для жизни омеги. Чалдону пришлось волочить Хонведа обратно в его комнату практически на руках, по дороге требуя принести побольше льда с кухни, успокоить натруженные член и яйца. Помощнику пришлось самому вытребовать чаевые для омеги, так как будучи весёлым и довольным мистер Хрен не спешил расстаться даже с мелочью в карманах…