Дело было в борделе...

Олин ожидаемо проснулся последним, в одиннадцать часов дня — первая пара в универе уже точно прошла мимо. Покрутился в постели и нашел записку на тумбочке слева от кровати: «Олин, большое спасибо, ночью я отлично выспался, и вчера на удивление мгновенно заснул. Кажется впервые за долгое время без всяких кошмаров. Оставляю Вам ключи от дома, я пошёл на работу. В кухне кофе и завтрак, приготовленный моим домработником, он уже уйдет, наверное, но если нет, то его зовут Марит. Ваши чаевые в конверте. Вернусь в 18.00. Надеюсь, что Вы уже будете ждать меня дома. Еще раз спасибо. Этуэль» Рядом примостились ключи на тонком металлическом ободке, один толстый и грозный, явно от виллы, а вот второй маленький и скромный, видимо от забора. Олин тоже чувствовал себя явно на подъёме, выспался как никогда раньше, хотя и не удивительно под бочком-то истинного омеги, да и почти до полудня. Быстро принял душ в гостевой спальне и помчался к себе домой переодеться, взять сумку с минимумом вещей на неделю и сообщить на курсе в университете, что у его новообретённого истинного омеги начинается течка. — Нет, папа, я не буду вас знакомить, — о-папочка Алоиз Магер не отставал ни на шаг, ни при переходе из коридора в ванну, ни при ползанье по дну шкафу, — я сам пока ему всю правду о себе не выложил… — Это ещё почему? Стыдишься себя и своей семьи? — папа обиделся не на шутку. — Мы, слава богу, чужой хлеб не едим. Вся семья с высшим образованием, ты тоже учишься. — Папа, он старше меня, намного. Инвалид, но для меня это ничего не меняет… А вот для него — не знаю… — пожал плечами альфа. — Признайся ему до течки, так он сможет проверить твои слова своими ощущениями. Сам он может и не понять, скажи ему первым и до течки! В крайнем случае во время течки, но только не после неё! — не унимался пожилой омега. — Сынок, это важно! — Хорошо, я понял, — тот бросил в спортивную красную сумку последнюю деталь одежды — свои любимые трусы-талисман с синими звёздочками, — пока, пап, я побежал. Позвоню позже… — Да, где-то там через неделю, — ответил сам себе Алоиз, запирая входную дверь за единственным сыном-альфой. — Это вы? Здравствуйте! — Этуэль сам открыл альфе после того, как тот несколько раз пытался провернуть ключ в незапертой двери. — Добрый вечер! — поздоровался запыхавшийся Олин, быстро глянув на часы — без пяти шесть. — Я не опоздал, вы ведь велели быть до шести. — Написал, а не велел, я вами не командую! — огорченно поправил омега. — Я надеюсь, вы не ходите к другим омегам, пока вы... ну... — омега показал широким жестом на дом вокруг, — ну, со мной? — неожиданная ревность к молодому красивому альфе сжала сердце в тиски, куда ему тягаться с молоденькими омежками, небось пачками виснут на Олине. Их он обслуживает забесплатно, наверняка… — Конечно, нет, — альфа сбросил тяжёлую спортивную сумку с плеча на пол и легонько сжал плечи Этуэля обеими руками, благо тот был намного ниже, — я был дома, отпросился у папы и взял одежду на неделю. — Отпросился у папы? — удивленный Этуэль замер в шоке. — Да, у меня, знаете ли, есть родители. Вы что думали нас, бордельных, шьют на фабриках? Или выращивают из пробирок? — засмеялся Олин с легким оттенком сарказма. — Простите, пожалуйста, простите! С моей стороны это было верхом бестактности, — смутился Этуэль и отодвинулся от Олина. На самом деле он никак не мог осознать, что какие-то родители отпустили своего молодого сына-альфу работать в бордель. Наверное, ещё и живут за счет этих «грязных» денег, отбирая их у Олина. Немного погодя омега пригласил Олина на кухню, разделить скромный ужин холостяка. Тот радостно согласился, переживая, что вот сейчас вроде был момент признаться об обмане с «сотрудником „Лорда“», но время уже упущено. «Ладно, до течки ещё два дня, успею!» — думал Олин. На ужин были кусочки жареной индейки с сочными грибами под голландским соусом. Молодой организм Олина настойчиво требовал пищи уже часа три как, но лекции в универе, потом спешка в метро… Альфа наслаждался обществом своего истинного омеги, хоть тот ничего и не говорил, ели вежливо и неспешно. Омега наблюдал за Олином и был приятно удивлен манерами того. «Откуда у меня только взялись эти глупости, что альфа, работающий «шлюхой», не может прилично вести себя за столом?» — удивлялся Этуэль. «Так вкусно, пальчики оближешь, — думал альфа, — а заодно и омегу тоже всего целиком, и полностью, и во всех местах!» — он ждал не дождался начала «рабочей смены». После ужина омега включил телевизор в салоне, уставший и разморенный сытным ужином альфа плюхнулся рядом. — Простите, может быть вы не хотите, чтобы я тут с вами сидел, — спохватился Олин, запамятовав на минутку, что он здесь просто оплаченная шлюха, а не истинной альфа хозяина дома, — я могу подождать вас в спальне. — Нет, что вы, сидите, конечно, я только гляну программу новостей, а потом посмотрим всё, что вы захотите, — омега чувствовал себя обязанным — хозяином, пригласившим дорогого гостя, которого, к сожалению, не сможет удержать ни за какие деньги. А как бы хотелось… «Но сегодня он ненадолго, но мой!» — думал радостно Этуэль. А альфа в это же время обдумывал, как бы сообщить Этуэлю правду о себе. И случай подвернулся несколько раньше задуманного альфой. — Мистер Бланкар, у вас течка началась! — удивлённо констатировал Олин. — На два дня раньше срока! — альфа делал нежный минет Этуэлю, поглаживая попу омеги, как вдруг пальцы оросила влага, сочные пахучие капли хлынули как из открытого настежь окна сильный дождь. Они оба были далеки от «здесь и сейчас», один наслаждался стонами своего истинного омеги и радостью украденного у судьбы времени со своим единственным. Второй полностью расслабился и отдался наслаждению молодыми и нежными губами того, кого на время украл или «купил» у вселенной. — Как такое могло произойти? Простите, пожалуйста, я сейчас всё уберу, — омега начал неловко переворачиваться на бок, что было весьма неудобно инвалиду с широко расставленными больными ногами. — Такое бывает только если встретишь своего… — Истинного альфу! — Олин закончил предложение, начатое Этуэлем. — Простите, прости, но я и есть твой истинный альфа! — влажные губы блестели от неоконченного минета, лицо горело от признания, и весь он дрожал от неуверенности в себе, боясь, что омега оттолкнёт его. — Не может быть! — скривился Этуэль. — Это ещё почему? Потому что я — шлюха? Поэтому ты не признаёшь меня? — расстроился Олин. — Вовсе нет, — омега тоже был сбит с толку, шокирован, да ещё и эта резь в животе, которая никак не помогала собраться с мыслями. — Ваша профессия ни имеет для меня никакого значения! Но вы молоды, хороши собой и, простите, но вы здоровы! Мы не можем быть парой! — Вселенная выбирает пары не по этому признаку: кто здоров, а кто — нет… Может я твой альфа, чтобы помочь тебе, Этуэль? — Олин чувствовал, что говорит что-то совершенно неподходящее и мучительно быстро пытался исправить положение ... очередной глупостью… — Я всё время врал тебе! — Что это значит, Олин? Что вы имеете в виду? — «Конечно, врал, не может он быть моим истинным, не с моим «нереальным везением», — думал Этуэль, — а как жаль!» — Прости, прости, я сейчас всё объясню по порядку. Первое — я вообще не работаю в «Лорде», второе…