Пустая мелодия

Хосока в фургоне не оказывается, когда Намджун к нему приходит, но обнаруживается Чимин, крутящий зажжённые пои. Это завораживает и притягивает ребятишек, но Намджун пришёл не за этим, поэтому разворачивается и направляется в сторону сцены прежде, чем привлечёт чьё-либо внимание. - Намджун-хён! – Намджун вздыхает. Заметили всё-таки. – Эй, подожди! Намджун оборачивается и успевает увидеть, как Чимин передаёт пои девушке с косичками. Несмотря на улыбку на лице парня, Намджун ощущает, как его захлёстывает волнение. Чимин хороший, настаивает голос в голове, и ему небезразличен Хосок. Может быть, он сможет помочь. Чимин останавливается в паре шагов, и его улыбка действительно выглядит немного натянутой. Он окидывает Намджуна взглядом с ног до головы и только потом смотрит в глаза, как будто пытается что-то разведать. Одного его взгляда хватает, чтобы обезоружить Намджуна. - Можно с тобой поговорить кое о чём, хён? - Конечно, - осторожно отвечает Намджун. – О чём? - Да ладно тебе, хён, - хихикает Чимин. – Сам знаешь. Намджун знает. Они с Чимином практически не знакомы друг с другом, Намджун о нём ничего не знает, за исключением того, что они с Хосоком были близки, иногда спали вместе и что, кажется, этот парень дружелюбен со всеми в их кругу. Их объединяет, по большому счету, только дружба с Хосоком, и пусть Намджун знает Хосока куда дольше и теперь его привязанность к нему гораздо глубже, чем просто дружба, заглянув в решительные глаза, он даже не сомневается, что преданность Чимина так же сильна. - Я искал Хосока, - говорит Намджун. – Ты его не видел? - Видел, - радостно отвечает Чимин. Намджун ждёт продолжения, но вскоре становится очевидным, что Чимин не собирается ему ничего говорить. – Он в последнее время весь взбудораженный. Я бы сказал, с момента приезда. Твоих рук дело? Намджун сглатывает, понурив голову. - Да. - Его сложно узнать ближе, - говорит Чимин. – Ему не нравится говорить о том, что было, когда он взрослел. Так что я только догадываюсь, что с ним что-то произошло, а может даже не раз. - Я ничего тебе не скажу, - резко отвечает Намджун. – Если ты хочешь что-то узнать… - Не хочу, - быстро обрывает Чимин, вскидывая руки. Намджун успокаивается. - Если бы хён хотел, чтобы я знал, он рассказал бы мне сам. Я знаю его порядочно времени, а твоё имя периодически всплывало. Но знаешь, что, хён? Он ни разу не сказал о тебе ничего плохого. Грудь Намджуна сжимается. - Ни разу? Чимин качает головой. - Всегда только хорошее. Джуни это, Джуни то. Он упоминал, что вы поссорились, даже плакал из-за этого, но я не давил. Я видел, что ты для него много значишь. Но с другой стороны, Хосок всегда видит в людях только хорошее. Намджуна обливает холодным потом, и вина захлёстывает с головой. - К чему ты ведёшь, Чимин? - Когда он вернулся в фургон несколько дней назад после вашей ссоры из-за того, что ты наделал, - говорит Чимин, переставая улыбаться, - я никогда в жизни не видел, чтобы так сильно плакали. А когда он вернулся вчера, он не сказал мне ни слова и с того момента не разговаривал вообще ни с кем. - Я… - Чимин поднимает руку, прося помолчать, и Намджун закрывает рот. - Но когда Хосок-хён принял те наркотики, - продолжает Чимин, - он позвал тебя. Ты пришёл, перепуганный насмерть, ты успокоил его и сделал всё от тебя зависящее, не задавая лишних вопросов. – Он снова окидывает Намджуна взглядом и хмурится. – Ты единственный, перед кем он когда-либо открылся. Намджун кивает. - Я знаю. Чимин оглядывается на радостно верещащих детей. - Он не доверяет мне так, как тебе, хён, - тихо произносит Чимин. – Но это справедливо, поскольку я не тот человек, который ему нужен, я в этом уверен. И хотя я верю, что люди должны учиться на своих ошибках, не хочу видеть, как он ломается так, что починить уже будет невозможно. - Я тоже, - соглашается Намджун. – Я хочу всё сделать правильно. Чимин медленно поворачивается обратно к нему и, сузив глаза, подходит к Намджуну вплотную. Он как минимум на полголовы Намджуна ниже, но решимость в чужих глазах его напрягает. - Ты правда его любишь? – спрашивает Чимин, глядя ему в глаза, пытаясь отыскать в них признаки неуверенности или сомнения. Намджун ощущает прилив нежности к Чимину. Он рад, что у Хосока был тот, кто мог о нём позаботиться. - Да, - отвечает Намджун. Сердце громко стучит, пока он всматривается в глаза Чимина, который серьёзно раздумывает и жуёт губы. Наконец, вздохнув, он отступает назад. - Иди на луг, - говорит Чимин. - Прямо сейчас. Намджун быстро поворачивается в сторону леса, просто на случай, если Чимин передумает и… что? Он уже сказал ему, куда идти, и, по сути, сделать больше ничего не может. - Если ты снова сделаешь ему больно, хён, - говорит Чимин вслед. – Клянусь, я тебя подожгу. Намджун срывается на бег. -- Хосок сидит у реки, когда он добирается до луга. Намджун сходил с тропы, чтобы отыскать его, но в процессе наткнулся на луг. И вот Хосок сидит к нему спиной, подвернув штаны. Он вздыхает с облегчением при виде Хосока и видит, как он напрягся, услышав шум. - Чимин тебе сказал? – спрашивает Хосок, но не оборачивается, когда Намджун подходит, не поднимает головы, когда он садится рядом. Смотрит на свои ноги в воде и нервно ёрзает. – Или сам догадался? - Чимин подсказал, - отвечает Намджун. – Хотя я предполагал, что нужно проверить здесь. Хосок мычит в ответ и дёргает ногами в воде. Намджун сглатывает волнение, а после скидывает обувь и тоже опускает ноги в воду. Она такая ледяная, что холод пронзает всё тело. Дыхание на мгновение спирает, но он справляется, принимая прохладу в качестве отвлекающего фактора от того, что Хосок отказывается даже смотреть в его сторону. - Прости меня, - начинает Намджун. – Я знаю, ты уже устал слышать от меня эти слова, но мне действительно жаль, что я так поступил. - Прости, что попал тебе по носу. - Я заслужил. Хосок вздыхает и качает головой. - Никто не заслуживает боли, Намджун. - Конечно, - выпаливает Намджун, ругая себя за сказанное. – Тогда я могу тебя простить? - Хорошо, - говорит Хосок, и это лучшее, на что Намджун мог рассчитывать. Проходит пару минут. Намджун понимает, что перестаёт чувствовать пальцы на ногах, но если он вытащит их из воды, то нарушит тишину, а он этого сделать не может. Кажется, только тишина и удерживает их вместе. Словно клейкая лента, которая спустя какое-то время перестала клеиться и просто криво прилипает. Потяни – и она отвалится, и станет заметно, что всё сломано и ужасно. Тогда Хосок тоже поймёт, заставит его уйти, а Намджун к такому не готов. Какой бы болезненной ни была тишина, лучше уж так, чем полное отсутствие Хосока рядом. Он готов терпеть любой холод, если это поможет задержать его хотя бы ненадолго. - То, что ты сказал вчера, правда? – спрашивает Хосок, нахмурив брови и сжав кулаки на коленях. – Что любишь меня? Это же не какая-нибудь бредовая уловка заставить меня уехать с тобой? - Это правда, - отвечает Намджун, вкладывая в свои слова как можно больше искренности. – Я правда тебя люблю. Хосок кивает несколько раз, облизывает губы. - Ты сделал мне больно. Намджун сглатывает ком в горле. - Я знаю. - И я сделал больно тебе. – Хосок наконец-то поднимает на него огорчённые глаза. – Не лучшая основа для отношений. - Мы во всём помогали друг другу, - добавляет Намджун как-то чересчур отчаянно. – До того, как это случилось. Выражение лица Хосока смягчается, словно он вспоминает все замечательные годы, проведённые вместе, подшучивания, поддержку, беспрекословную преданность. Их дружба строилась на взаимной помощи. Намджун не знает, что с ним стало бы, если бы не Хосок, и знать не хочет. - Ты спас мне жизнь, - шепчет Хосок, потому что иначе расплачется. - А ты спас мою, - подхватывает Намджун. Хосок смотрит на него. Смотрит в самую глубь и выглядит таким ранимым, немного испуганным, поэтому Намджун наклоняется и оставляет на его губах короткий поцелуй. Насладиться приятными ощущениями он не успевает. Хосок вскакивает на ноги. Намджун видит слёзы в его глазах и как панически и судорожно тот дышит, и сердце ухает вниз. - Мне нужно пойти покормить Надежду, - говорит он быстро и начинает уходить. - Хосок, - зовёт Намджун. Тот замирает на месте, и он достаёт ноги из воды и очень медленно встаёт. - Я знаю, что не заслужил этого, - говорит Намджун, - но ты мог бы быть со мной честен? Если тебе нужно время подумать, это нормально. Просто скажи мне. Хосок колеблется, раздумывает над словами. Судорожно выдохнув, он оборачивается через плечо. - Мне нужно время подумать, - тихо говорит он. – Когда буду готов, я… я тебя найду. Он исчезает между деревьями, больше не сказав ни слова. Намджун стоит на месте минут десять, пытаясь собраться, сменяя боль в груди маленьким огоньком надежды, прежде чем отправиться обратно.