Личный слуга Его Высочества

      Первый день перехода был очень тяжёлым. Юноши шли, утопая в песке, отплевываясь от пыли и мучаясь от жажды. С последней дюны они буквально скатились.       — Здесь и сделаем привал, — с трудом произнёс принц, делая несколько жадных, но размеренных глотков воды. Ещё хотелось есть, правда, не настолько сильно, как спать.       Сумерки уже спустились на землю, от чего температура резко упала. Костёр жечь было не из чего и, не желая снова видеть, как Кайро мёрзнет — а в этот раз он и впрямь мог околеть без теплых вещей — Зуко протянул к нему руку.       — Ложись ко мне. Мне редко бывает холодно, а ты иначе промёрзнешь до костей.       Слуга устало пододвинулся к теплому юноше и прижался к нему спиной. После такого дня думать об особенностях мировосприятия магов разных стихий было как-то не в досуг.       Следующий день был ничем не лучше предыдущего. Всё те же бесконечные барханы, жара и песок до самого горизонта. Юноши держались за руки, помогая друг другу идти и упрямо продолжая путь.       — Ну, дух сказал, что вы с Аватаром обязательно встретитесь. Если он не уснул вон за той дюной, то из песков мы рано или поздно должны выбраться. — Попытался пошутить Кайро в какой-то момент.       В пути они нашли сочные кактусы, вот только есть их не рискнули. Запах от мякоти исходил подозрительно сладкий, и юноши здраво рассудили, что пока, пусть и с трудом, но шанс дойти есть и без дополнительной воды, а если они отравятся, то не будет и его.       Шли снова до того момента, пока не подкосились ноги, и они не упали на песок, будучи не в силах подняться. Спали опять в обнимку, и Кайро действительно не мёрз в объятьях принца, прижимаясь к его теплому телу всю ночь.       На третий день силы начали иссякать, как и последние запасы воды и фиников. Путники брели уже из чистого упрямства, едва переставляя ноги и всё чаще падая на горячий песок. В какой-то момент слуга остановился, с надеждой глядя вперед, но оазис, который ему пригрезился, оказался лишь галлюцинацией.       Говорили они мало — горло мгновенно пересыхало, и звук просто не получался. Впрочем, они и так друг друга прекрасно понимали. Когда Зуко оборачивался устало, то Кайро читал по лицу: «Зачем ты отправился за мной?»       «Ну не бросать же вас одного, — так же безмолвно отвечал слуга и сжимал его ладонь, приободряя. — Выберемся».       Третий вечер начался для них немного раньше из-за усталости и ознаменовался тем, что путники доели последнюю порцию припасов.       — Ничего. — Попытался не впасть в уныние Кайро. — Я как-то неделю не жрал, даже бегать мог. Недолго, но мог.       Он снова подполз под бок принца, как тот вдруг дернулся, почти моментально побледнел и дернул ногой, по которой поползло что-то маленькое и юркое. Резко сев, Зуко подсветил песок, ощущая неприятную слабость. Да ещё и перед глазами начало плыть. Пламя выхватило из темноты очертания скорпиона. С отчаянием швырнув в насекомое огненным шаром, принц упал обратно на песок, закрывая глаза.       Внезапно тело скрутила лихорадочная дрожь. Со стоном перевернувшись на бок, юноша обхватил свои плечи руками, пытаясь сопротивляться ей, но яд уже начал распространяться по крови. Похоже, что это был конец.       — Брось меня, — выдавил принц сквозь сжатые зубы. — Со мной не дойдёшь…       С этого идиота станется геройствовать. Но Зуко понимал: если Кайро потащит его на себе, то из пустыни не выберутся они оба.       — Ага. — Слуга, такой же бледный, как его господин, обхватил того руками, оттаскивая в сторону. Зуко промахнулся, и маленькая черная дрянь скрылась в песке. — Вот дойдем до корабля — сразу брошу. К мастеру Шангу под ноги. — Парень нервно облизал губы и устроил принца на песке. — Тут я вас не оставлю.       Разрезав ткань его штанов на бедре, Кайро нашёл маленькую воспаленную ранку от жала скорпиона и перетянул ногу наспех скрученным жгутом.       — Сможешь нагреть? — он протянул принцу нож.       Тот схватил трясущейся рукой клинок. Не очень аккуратно, порезавшись, но кровь сразу запеклась, как только вспыхнуло пламя, раскаляя оружие почти добела.       — Ты не сможешь дойти со мной, — хрипло выдохнул Зуко. — Ты погибнешь. Оставь меня здесь. Добей и уходи.       Тело уже начало знобить, и на лбу проступила испарина. Похоже, яд был достаточно сильный. Что же. Значит, ему не придётся долго мучиться.       — Терпите. — Слуга и сам не замечал, как сбивается с обращениями, говоря принцу то «вы», то «ты». Не до того было.       Он замахнулся и рассек ножом рану. Кровь полилась густо, и Кайро, не слушая возражений, наклонился и принялся высасывать яд, сплевывая подальше в сторону. Отвратительный привкус металла и горечи оставался на губах. Через некоторое время парень по наитию понял — дальше он только истощит Зуко кровопотерей, и если что и можно было удалить таким образом — он уже все сделал. Слуга стянул с головы ткань и перевязал ногу принца, отстраняясь. Его немного трясло от нервов.       «Я не позволю ему умереть. Просто не позволю. Сдохну, но на корабль верну».       — Так. — Голос Кайро был неожиданно твёрдым. Если раньше на все причуды Зуко он обычно отшучивался или притворно соглашался, чтобы сделать по-своему, то сейчас сидел напротив, заляпанный его кровью и решительно смотрел в янтарные глаза. — Я вас не брошу. Мы вернемся на корабль вместе. Это не обсуждается.       Он приложил руку ко лбу принца, проверяя температуру, потом убрал жгут с ноги. Во рту все еще неприятно горчило, и Кайро вспомнил слова Шанга про то, что яд отсасывать опасно — можно отравиться и самому.       «Главное — вовремя вспомнить», — поморщился парень. Он набрал в рот воды, прополоскал и сплюнул в сторону с некоторым сожалением. Пить хотелось. Зато спать теперь — не очень.       — Сможете ухватиться за шею? — Он повернулся спиной так, чтобы Зуко смог за него взяться. — Боюсь, днём будет слишком жарко. Надо бы пройти немного сейчас.       Юноша с какой-то мрачной обречённостью посмотрел на своего слугу и, тяжело вздохнув, приподнялся на локте, а после сел. После манипуляций Кайро его немного попустило. Во всяком случае, хуже не стало. Но передвигаться сам Зуко точно сейчас не сможет. Так же, как и спорить с парнем.       — Ты безумец. — Принц, охнув болезненно, устроился на спине слуги. — Пообещай, что когда я совсем буду плох, ты всё же добьешь меня, а сам дойдешь до корабля… и позаботишься о дяде… Он не переживет…       — О да. Вернуться без вас к генералу. Чудная идея, — буркнул Кайро и встал, пошатнувшись, а после рывком устроил болезненно охнувшего Зуко поудобнее и пошёл вперед.       Принц был горячий, и теперь слуга не понимал, нормальная это температура или лихорадочная. Зуко тяжело дышал ему в шею, но, по крайней мере, тема о «бросить и добить» пока что больше не поднималась. Кайро не хватало дыхания, чтобы спорить, а такие разговоры немного угнетали.       К тому моменту, как взошло солнце, слуга выдохся уже раз третий или четвертый, но продолжал идти на одном упорстве и отчаянном страхе — страхе потерять принца. Что тот перестанет сопеть ему в шею и затихнет в какой-то момент. Парень гнал, гнал прочь эти мысли, потому что это было невыносимо. До того, как Зуко начал внезапно умирать у него на руках, Кайро и не думал, что тот ему настолько дорог. Никто больше не вспоминал о нём. Никто не ждал его возвращения. Никому не было до него дела.       Потому слуга думал о том, что ещё через сто шагов он взойдет на следующую дюну и спустится с неё. Потом поднимется на следующую, а там, наверное, станет совсем жарко. Может, они немного отдохнут. Совсем чуть-чуть, потому что парень боялся надолго останавливаться. Боялся не успеть. Деревня должна быть рядом, а там уже будет проще. Там совсем немного до корабля. Господин Шанг разотрет травы в своей ступке, заварит их кипятком. Осмотрит рану Зуко, поругает Кайро — тот наверняка сделал что-то не так. Потом перевяжет чистыми бинтами и даст принцу выпить отвар, а тот снова назовет его сумасшедшим.       Но пока надо сделать ещё сто шагов — и вон та дюна его ждет.       К моменту, как солнце вылезло на небо, снова опаляя окрестности жгучим назойливым светом, принцу совсем поплохело. Теряя остатки сил и сознания, он отпустил спасительные плечи Кайро и рухнул на песок. Кажется, вместе с ним упал и парень, но Зуко уже не обращал ни на что внимания, тяжело вздыхая через раз, бледный, как одеяния покойника. Тело его снова начало трясти, и на зов он реагировать перестал, проваливаясь в глубокую бездну бессознательного.       В бреду ему виделось разное. То обрывки из прошлой жизни, то рассказанные кем-то истории. Иногда всплывало что-то откровенно непонятное и невероятное. Но всё было страшным, всё мечтало его убить.       — Мама, — звал принц сквозь бред, надеясь, что та спасет его.       Его мать, хоть и откликалась иногда, приходя в сон, но лишь для того, чтобы снова поцеловать его в лоб и сбежать, оставив его одного. В такие моменты юноша крепко сжимал кулаки от глубокой обиды и хрипло вздыхал, громче обычного. Звать родительницу уже не было сил.       А ещё он даже сквозь сон умолял Кайро бросить его. В видениях от этого зависела жизнь слуги, от чего принц просил его ещё жалостливее, нежели находясь в сознании.       А потом он совсем затих, лишь дышал всё так же горячо, только теперь реже, не видя более ничего, кроме тьмы перед глазами.       — Я тебя вытащу, Зуко. Вытащу, — прошептал на это Кайро, вытирая его лицо от испарины и давая попить. А потом снова взвалил на спину, на этот раз привязывая, и упрямо пошел дальше, не слушая мольбы.       Принц продолжал звать мать, вскрикивал испуганно, и тогда слуга поднимал руку, гладя лежавшую на его плече голову, пытаясь успокоить. Он знал только то, что идет в правильном направлении, но когда солнце взошло снова, а воды в фляжке осталось меньше четверти, парень и сам перестал верить в то, что они дойдут. Несколько часов назад он отключился, прижав к себе Зуко. Тот уже ничего не говорил, только дышал хрипло, открывая рот. Дать ему попить толком не получалось, принц больше не мог глотать.       Теперь Кайро без сил сидел на песке. По лицу текли слёзы, но он не замечал их. Медленно поднималось горячее солнце. Усталость не позволяла считать правильно. Они шли верхом пять суток. Значит, пешком будет… сколько? Десять? Девять? Трое суток они прошли нормально, потом он тащил Зуко на себе ещё двое, но вряд ли прошел много.       Парень потёр глаза. В них тоже казалось был песок. Впрочем, он был повсюду, ничего удивительного. Рана у принца воспалилась, хотя слуга и менял повязку, отрывая полосы от своей рубашки. Поменял и сейчас, смутно радуясь тому, что Зуко ещё стонал, когда его тревожили. Реагировал.       Кайро снова устроил его на спине, тяжело поднимаясь. Надо идти. Он не сдастся, даже если в этом нет никакого смысла. Он не бросит принца.       «Мы не умрем, — слуга говорил себе это, как заклинание. — Мы не умрем. Я пройду ещё немного. И во-о-он за той дюной будет деревня. Я дойду, и мы не умрем».       А доходя до загаданного места Кайро просто намечал впереди новую цель. Первые сутки он ещё ощущал боль в спине и ногах от непомерного напряжения, но теперь тело вообще отказывалось что-либо чувствовать, и юноша просто медленно и упрямо шёл вперед, шатаясь. Даже пить толком не хотелось, поэтому слуга делал глоток из фляги только если чувствовал, что больше не может нормально вдохнуть пересохшим горлом.       — Полдень… хм, пятого дня, хотя я не уверен, — хрипло сообщил он, будто принц мог ответить. — Скоро придем, только держитесь, ладно? Не умирай, Зуко, прошу тебя…       Парень снова потер глаза, смаргивая и шагнул было дальше, но вдруг остановился. Взгляд, привыкший к однообразию пустыни, никак не мог сфокусироваться. К ним кто-то приближался. Люди, широкой цепочкой. На быстрых… этих… Как их? Страусах.       Кайро почему-то подумал о давешних разбойниках, оскалился, спуская принца со спины и вынимая нож из-за пояса. Его шатало от усталости, он толком не мог двигаться и прекрасно осознавал, что драться не сможет. Но если они нападут, то он перегрызет им глотки. Этим подонкам придётся дорого заплатить за их с Зуко жизни.       Однако во главе отряда был ни кто иной, как генерал Айро.       — Путники на горизонте! — известил его один из солдат, но тот и сам всё прекрасно видел, лишь хлестнул страуса посильнее, гоня вперёд.       Он искал их с того самого утра, как они покинули корабль. Перевернул с ног на голову деревню, расспросил всех жителей, выудил крохи информации о двух мальчишках, ушедших в пустыню. К тому моменту, на свою же беду, вернулся и горе-проводник, на которого ему и указал хозяин трактира. Айро в гневе едва не разорвал мужчину на части голыми руками, и лишь мысль о том, что мёртвый проводник не приведет его к племяннику остановила генерала от убийства.       — Пойдёшь с нами и получишь в качестве оплаты свою жизнь, — прорычал Айро, усаживая того к себе на страуса.       Теперь же, когда они приблизились, мужчина лицезрел страшную картину: грязные мальчишки в крови, Кайро едва стоял на ногах, держа в руке нож и глядя на них, не узнавая, а Зуко… Тот просто лежал рядом без сознания, белый, как саван. У Айро перехватило в горле.       — Дать Кайро воды, — приказал он, а сам спешился и рванулся к племяннику. — Принц Зуко…       Тот по-прежнему не реагировал. Генерал достал свою флягу и попытался было влить воду в рот юноши, но тот не мог проглотить её, а его кожа пылала, как раскаленная лава.       — Что произошло? — хмуро спросил Айро у слуги, поднимая племянника на руках — тот сейчас казался пушинкой.       Генерал вырвал парня из оцепенения: тот уже искал взглядом принца, чтобы нести дальше и отпихивал тянущиеся к нему руки. Пожалуй, только на Айро слуга и среагировал, осознавая наконец, что их нашли, что им помогут. Всё. Он дошёл, встретился, и теперь Зуко не умрёт. Юноша всхлипнул. Пришлось прикусить руку, чтобы не сорваться в истерику.       — Скорпион. Черный. Два… Нет, три дня назад. Я почти сразу отсосал яд, но…       Кайро посмотрел на генерала с отчаянной надеждой и рывком поднялся. Они всё ещё в пустыне, а господина Шанга рядом всё ещё нет. Значит, нужно двигаться дальше.       Парень обвел взглядом группу.       — Рей, я сяду с тобой? — спросил он у воина и вдруг заметил проводника. Тот пытался отойти подальше вместе со своим страусом, собираясь сбежать. — Ты! — выдохнул слуга с ненавистью. — А ну стой, куда собрался-то?       Паршивца схватили, а Рей поймал парня за плечи, без труда удерживая на месте.       — Не время сейчас разбираться. Едем дальше, потом устроим ему…       И они сорвались. Кайро не слишком запомнил дорогу. Его мотало и трясло позади Рея. Он просто держался за воина, периодически проваливаясь в тёмную муть. Вскидывался, находил взглядом спину Айро или бледного Зуко, после чего, успокоившись, отключался обратно. Он не застал и расправы над ублюдком-проводником, лишь потом узнал, что генерал приказал привязать его к страусу и отправить обратно в пустыню. Без припасов.       К ночи уже грузились на лодки. Кайро сел рядом с принцем и сжал его ладонь, с беспокойством вглядываясь в лицо.       «Мы добрались, Зуко, потерпи ещё немного, прошу. Скоро тебе станет лучше», — думал он, словно юноша мог прочитать в бреду его мысли.       — Шанг! — генерал громко закричал уже тогда, когда они лишь подплывали к кораблю. — Разбудить господина Шанга!       — Так точно! — ответил кто-то с палубы.       Поэтому к тому моменту, когда вся команда оказалась на палубе, лекарь уже ждал их в каюте.       — Так, — изрек он, глядя на до сих пор не пришедшего в себя принца. — Отравлен?       — Чёрным скорпионом. Уже четвертый день как.       — Поразительно сильный организм, — удивился старец, принимаясь за приготовление лекарства. — От яда черного скорпиона погибают на второй, максимум на третий день.       — Кайро высосал часть из раны, — генерал, сам уставший и изнервничавшийся, присел рядом с футоном, на котором лежал Зуко.       Лекарь посмотрел на слугу, который, естественно, влетел следом за Айро.       — Я тебе что говорил? Никогда не пытайся высосать яд из раны, если не знаешь, насколько он сильный. Впрочем, твоё безрассудство, видимо, и спасло принца. А тебе вот тоже повезло.       — Он выживет, Шанг? — перебил ворчание Айро.       — Обижаете, генерал. Я же специалист в ядах и противоядиях.       Резко пахнущая мазь как раз была уже готова — врачеватель и впрямь прекрасно знал своё дело и работал очень быстро в такой ситуации. На воспаленную рану нанесли состав, отчего Зуко едва заметно дернулся и хрипло вобрал воздуха в лёгкие.       — Он должен прийти в себя часов через шесть, — пообещал старец. — Не беспокойтесь, генерал… Кайро. Угроза миновала. Но тебе тоже придется полечиться.       Последние слова были обращены к парню. Ворча что-то под нос о дурости его бывшего помощника, Шанг приготовил вонючий отвар и вручил его Кайро.       — Пей давай, герой. Всё, до конца.       Слуга послушно выпил, сморщившись, и сел прямо на пол, рядом со шкафом. Переведя взгляд с Зуко, он заметил книги и хмыкнул.       — Мы её нашли, — сообщил Кайро в пространство. — Библиотеку. И духа. Он нам не навредил. Подсказал даже. А вот проводник, сволочь, навел разбойников. Мы их прогнали. Заметили раньше, напали первыми, но они увели страусов.       Принц снова вздохнул поглубже и что-то пробормотал. Слуга напряг слух.       —… уходи, идиот…       Юноша счастливо улыбнулся и облегченно рассмеялся, а после повернулся к генералу, не замечая, что по лицу опять текут слёзы.       — И вот так полдороги, верите? Упорный.       Кайро уткнулся носом в колени, пряча лицо, и незаметно для себя вырубаясь прямо так. Ни генерал, ни лекарь ничего ему не ответили. Шанг был занят приготовлением второй порции отвара, но уже для принца — тот как раз уже мог глотать — а Айро просто застыл, напряженно наблюдая за действиями старца.       — Я посижу с вами, господин Шанг? — спросил генерал какое-то время спустя. — Зуко ведь нужно сейчас лечение, мы можем посменно сидеть у его постели.       — Раз вы так хотите… Я бы советовал вам поспать, берите пример с Кайро, а то свалитесь с истощением.       — Уж это мне не грозит. — Усмехнулся он нервно и посмотрел на слугу.       Кайро и впрямь спал, как убитый, в скрюченной позе. Айро лишь головой покачал.       — Безрассудство порой спасает жизни… Надо бы постелить ему.       Они уложили юношу на лежанке. Тот и бровью не повел, настолько крепко он спал. А после вернулись на свой пост у принца, дежуря по очереди.       Зуко открыл глаза часов через пять, морщась и хрипло постанывая. Над головой был потолок, что его крайне удивило, ибо последнее, что он помнил, была пустыня и ночлег под звездным небом. Рядом с постелью дремал дядя, у стола хозяйничал господин Шанг, а в стороне спал, свернувшись с блаженной улыбкой, Кайро. Значит, они добрались. Пламя, они и впрямь невероятно везучие.       — Воды, — негромко попросил принц, с трудом шевелясь.       Тело страшно болело. Ещё бы! Сколько дней он не двигался? К нему поспешно подошёл Шанг и помог сесть.       — Выпейте, Ваше Высочество. Эти травы выведут оставшийся яд из организма и утолят жажду.       Отвар был горьковатый, но после него юноше действительно не хотелось больше пить. Он со вздохом откинулся обратно на подушки и посмотрел на слугу.       — А он…       — В порядке, принц. Истощен, но ничего критичного. Проспит несколько дней, он до этого шёл без отдыха, частично отравленный.       — Что? — Дёрнулся Зуко.       — Ваше Высочество, успокойтесь. Я клянусь, ему ничего не угрожает. Он частично высосал яд из вашей раны. Думаю, что именно это вас и спасло. А теперь отдыхайте, возьмите с Кайро пример.       Юноша снова улегся, понимая, что он и впрямь хочет спать — наверное, травы имели легкий снотворный эффект. Принц засыпал и смотрел на своего слугу с благодарностью. Если бы не Кайро, не его безрассудство и упрямство, то его, Зуко, уже не было бы в этом мире.       Кайро действительно спал, как убитый. Организм, похоже, пребывал в полном шоке от своего хозяина и на всякий случай не разрешал ему просыпаться, чтобы опять не заставили куда-то идти и что-нибудь тащить. Так что парень только изредка приходил в себя, убеждался, что Зуко здесь, и снова проваливался в сон, улыбаясь.       Очнулся он вместе с принцем. Приоткрыв глаз, он некоторое время наблюдал за своим господином, прислушиваясь к собственным ощущениям. Тело было очень тяжелым и совершенно не хотело шевелиться. Но жрать хотелось зверски, а рис с мясом пах божественно.       Генерал и лекарь тоже были тут. Шанг опять что-то смешивал и выглядел при этом несколько усталым. Айро сидел напротив принца и обедал вместе с ним, спокойный, но парню всё же подумалось, что как только они немного поправятся, им влетит.       — Доброе утро, Ваше Высочество…       Кайро не имел ни малейшего понятия, какое сейчас время суток, да и фраза получилась не слишком внятной — горло пересохло. Зато рядом тут же оказался господин Шанг и помог ему сесть — самостоятельно бы у слуги сейчас не вышло, надорвавшиеся мышцы болели так, что даже дышать было трудно. Выпив, не морщась, очередной горький отвар, который ему дал лекарь, парень повторил уже нормальным голосом:       — Доброе утро, мой принц, генерал, господин Шанг. — Айро улыбнулся и кивнул ему. — Принц, как вы себя чувствуете?       Сейчас Зуко себя чувствовал гораздо лучше Кайро. Хотя бы потому, что ему не пришлось надрывать спину, таща на себе человека несколько дней через пустыню. Завидев, как слуга поморщился, садясь, он отставил миску с едой и жестом отослал лекаря и дядю из каюты.       Посмотрев внимательно в глаза юноши — вернее, в один глаз, — принц поднялся с постели, немного пошатываясь. Слабость в теле ещё чувствовалась, но он старался не обращать на это внимания.       — Ты… — Юноша пытался подобрать слова. — Ты сумасшедший, Кайро. Ты дважды ослушался моих приказов, что чуть не стоило тебе жизни. Но… — Строгость исчезла с его лица, и её заменило выражение благодарности, а в следующий момент Зуко опустился на одно колено, чуть улыбаясь. — Но твоё безрассудство спасло мою жизнь. Я благодарен судьбе за то, что она свела наши пути вместе. И теперь я понял, что не ошибся в выборе, когда назвал тебя своим слугой. Ты достойный и смелый воин. Благодарю, что спас меня.       Кайро так и замер, пораженно глядя на своего господина припавшего перед ним на колено, окончательно теряясь и не зная, что сказать. Принц ведь и сам рисковал собой несколько раз, чтобы спасти своих людей. В том числе, и своего непутевого слугу, так что… Пламя, к чему такая благодарность?       — Встаньте, пожалуйста, — тихо произнёс парень. — Я сделал это потому, что вы бы поступили так же. Потому что вам на меня не наплевать. И… да потому что. — Он усмехнулся. — А если хотите выразить свою благодарность, то прикажите, пожалуйста, принести мне двойную порцию риса и мяса.       — Тройную. — Зуко хмыкнул в ответ.