Личный слуга Его Высочества

      Кайро, оставшийся первый на ночном дежурстве, разбудил генерала незадолго до рассвета, а после направился к реке, откуда слышались голоса — разведать обстановку. Но то были простые рыбаки из поселения неподалеку. Парень прокрался за ними вдоль берега и утащил сушащиеся на верёвках вещи. Если Азула станет расспрашивать жителей, ей, может, и ответят, что одежда была украдена, но, по крайней мере, не скажут точно кем и когда, как если бы они ее купили.       Переодевшись, они продолжили путь, и ближе к обеду совсем выдохлись, впроголодь путешествовать было тяжело. Благо, что можно было уже не спешить — раз погоня не наступала им на пятки, значит они оторвались и скрылись.       Юноши обыскали ближайшие заросли в поисках съедобных ягод или грибов, но не обнаружили ничего, что внушало бы им доверие. Кайро вырос в городе, а принц слабо разбирался в собирательстве.       — Мы не нашли ничего, — буркнул Зуко, как только они вернулись. — Не могу так жить. Не хочу быть беженцем, это невыносимо!       Однако генерал не обратил на их появление ровно никакого внимания. Он сидел на корточках перед каком-то растением и задумчиво созерцал белый цветок с красной сердцевиной.       — Дядя, что ты делаешь? — нахмурился юноша.       — Это — редчайший белый цветок Дракона, — ответил он, оживленно жестикулируя над соцветием и не сводя с него зачарованного взгляда. — Его листья предают чаю такой изысканный вкус, что сердце разрывается… Хотя… — восторг на лице Айро сменился ещё более глубокой задумчивостью, чем ранее. — Либо это цветок Белого Нефрита. Он ядовитый.       И слуга, и его молодой господин закатили глаза абсолютно синхронно.       — Нам нужна пища, а не чай! — вспылил Зуко. — Мы пойдём ловить рыбу.       Они с Кайро удалились к реке, оставив генерала рассуждать об изысканности чая и мучительной смерти. Но им не повезло снова, будто их преследовал злой рок. Их улов составила лишь одна маленькая рыбешка, пойманная принцем. А слуга просто промок, свалившись в реку и вызвав бурю негодования.       Юноши даже не ругались — сил на ссоры не хватало, поэтому до поляны они дошли в напряженном молчании. Генерал по-прежнему сидел на том же месте.       — Помните, я говорил вам о растении, которое хотел добавить в чай? — голос Айро почему-то казался печальным. — Я ошибся…       Он повернулся лицом, и юноши в ужасе отшатнулись назад, роняя самодельные гарпуны. Лицо Айро было покрыто жуткой сыпью, а глаза и щеки заплыли. В руке он держал палку, которой почесывал спину.       — Когда сыпь дойдет до горла — я перестану дышать. Но смотри, что я нашёл, — он продемонстрировал им ветку, на которой оказались несколько гроздьев красных ягод.       — Это ягоды пакуи. Из них делают противоядие от Белого Нефрита… Глаза принца зажглись надеждой при взгляде на них. Какое везение, что яд удастся сразу нейтрализовать.       — Либо это ягоды макаоли… — добавил генерал. — От них слепнут.       Зуко, взволнованный и разозленный, выхватил ветку из рук дяди и отшвырнул её в сторону.       — Мы больше не будем рисковать! Нам нужна помощь.       — Но куда же мы пойдем? — спросил Айро, не прекращая чесаться. — Мы враги магов Земли и беженцы из страны Огня.       — Если нас найдут маги земли — они нас убьют, — произнёс принц, с горечью глядя на страшные пятна на ноге дяди.       — А если нас найдут маги огня — нас отдадут Азуле…       Они втроем многозначительно переглянулись. Последний вариант явно не устраивал их всех. Принцесса Огня могла придумать что пострашнее, нежели казнь.       — Уж лучше маги земли, — произнёс Зуко эту мысль вслух. — Здесь поблизости есть небольшое поселение, если верить карте.       Поселение оказалось достаточно большим, почти городом. Переодетые в одежду народа Земли, они сошли за простых путников, а когда жители увидели опухшего и постоянного почесывающего Айро — даже показали им, где найти лекаря. Вопросов им почти не задавали, до тех пор, пока генерал, весь обмазанный каким-то весьма пахучим составом, стал меньше походить на шар и больше на человека.       — Наверное, вы не из наших мест? У нас никто не трогает Белый Нефрит и, тем более, не заваривает из него чай, — завела ненавязчивый разговор девушка-целительница.       — Да, мы странники, — ответил ей принц.       — И у вас, наверное, есть имена, — «прозрачно» намекнула она, легонько шлепнув Айро по руке, чтобы он перестал чесаться.       — Конечно, у нас есть имена, — фыркнул Зуко. — Меня зовут Ли. А это мой дядя — Муши*.       Генерал недовольно глянул на принца, а потом рассмеялся.       — Да, моего племянника Ли назвали в честь отца. Поэтому мы зовем его Младший. — Айро усмехнулся, видя, как тот разозлился и начал строить свирепые рожи за спиной у девушки.       — Муши и Младший, — целительница улыбалась. — А меня зовут Сонг. А вас как?       Она обернулась к Кайро, и тот отпрянул от лекарств, выставленных на продажу, так что спрятать в руках он ничего так и не успел.       — А? О, я Кай, — раздумывать было некогда, так что парень просто сократил свое. И отзываться легче, и в царстве Земли такое имя в ходу.       Девушка хихикнула, прикрывая рот ладонью и отводя глаза. — Очень… нежное имя, для такого воинственного мужа.       Кайро сначала не понял этой реакции, а потом покраснел. Если у народа Огня иероглиф «кай» означал гибкость и ловкость без привязки к полу, то у народа Земли значение было то же, но скорее в понимании плавности и изящности движений. Как веточка ивы, например. И имя давалось изящным девушкам.       — Как назвали, — буркнул он.       Зуко подавил смешок, завидев смущение слуги. Да, им всем не повезло с именами. Хотя «гибкий и изящный» Кайро, пожалуй, перескакал их с дядей, вместе взятых. То же мне, нашлась ивовая веточка.       «Хотя он и вправду очень гибкий, и не только в бою», — подумал юноша и немного покраснел, вспоминая, где ещё его слуга особо отличился.       — Вы, наверное, проголодались, — кажется, Сонг чувствовала себя немного виноватой. — Приходите к нам пообедать!       — Извините, нам надо идти дальше, — ответил принц, пряча взгляд. Есть, конечно, хотелось ужасно, но могут ли они быть уверены, что его сестра не будет в деревне через пару-тройку часов? Небольшое поселение не станет ей преградой, она ведь выжжет всех, если кто решится встать у неё на пути. Надо спешить.       Желудок сиротливо сжался от этой мысли.       — Очень жаль, — вздохнула Сонг. — Моя мама сегодня готовит утку.       Заслышав это, Айро сразу заулыбался.       — А где ты живешь, девушка?       Зуко только глаза закатил и рукой махнул, выходя из домика. Вечно дядя сделает что-нибудь… эдакое.       Тем не менее, приглашением они воспользовались. Семья девушки приняла их троих, как старых друзей. Ужин был очень вкусным, особенно после нескольких голодных дней.       — Дочь, говорит, что вы беженцы, — сказала хозяйка дома. — Мы тоже когда-то были беженцами.       — Когда я была маленькой, люди Огня напали на нашу деревню, — пояснила Сонг. — Всех мужчин увели в плен. С тех пор я не видела отца.       Она вздохнула и опустила голову в печали, а принц нахмурился и сжал пиалу в пальцах немного сильнее. Он, конечно, знал, что много людей пострадали от этой войны, но напрямую сталкиваться с этим невыносимо. Его нацию боятся и проклинают. Его воины лишили многих людей жизни, крова и семьи. И, может, именно он не был виноват в этом — но всё же было сложно. Сложно вынести этот взгляд, особенно от того человека, который помог тебе бескорыстно.       — Я тоже не видел отца много лет, — произнёс юноша, отводя взгляд.       — Ох… Он сражается на войне?       Зуко немного поморщился. Что же, можно и так сказать.       — Да, — кивнул он. — Отец Кая тоже был воином, но… — принц глянул на парня и ободряюще положил руку на его плечо. — Мы все здесь не видели своих отцов долгие годы.       Разговор грозился стать совсем неловким, но тут вмешался «дядюшка Муши», перетянув на себя инициативу, так что вскоре и Сонг, и её матушка довольно улыбались, с интересом слушая генерала. За что оба юноши были ему очень благодарны — поддерживать сейчас беседу было в тягость.       — Спасибо большое. Эта утка — самое вкусное, что я ел в жизни, — рассыпался в комплиментах Айро.       Принц безмолвно кивнул и выскользнул на улицу. Кайро лишь посмотрел ему вслед, немного беспокоясь. Он прекрасно знал этот взгляд, поэтому остался пока в доме — Зуко хотел побыть один. Вот только Сонг этого не понимала и решила составить ему компанию. Слуга только глаза закатил, стараясь скрыть легкое раздражение.       — Я знаю, вам кажется, что надежды нет, — послышался голос девушки за дверью.  — Но это не так. Надежда есть. Аватар вернулся!        — Да. Я знаю, — глухо ответил принц, а слуга с трудом удержался от того, чтобы не хлопнуть себя по лбу. Утешение было совершенно идиотское, если знать их ситуацию.       «Хватит травить ему душу», — подумал парень с некоторой долей ревности. Зуко явно ей понравился. Кайро направился было следом, но его поймал за рукав генерал.       — Ох, Кай, ты же еще не попробовал! — и Айро положил ему на тарелку кусок какого-то пахучего сыра.       Впрочем, и сам принц был не в восторге от компании.       — Я знаю, что ты пережил, — тем временем продолжала Сонг. — Мы все это пережили.       «О, вряд ли твой отец — Хозяин Огня, который отрекся от тебя» — хотел бы съязвить он, но промолчал, продолжая глядеть перед собой.       — Тебя ранили люди Огня? — спросила девушка, и Зуко чуть скривил губы, сдержанно кивнув. Что же. Это ведь была правда. Его отец — один из представителей нации Огня.       Сонг потянулась было к шраму, но юноша жестко перехватил её за руку, немного раздраженный и разговором, и тем, что приходится отмалчиваться. Однако она поняла этот жест по-своему.       — Ничего. Они ранили и меня.       С этими словами девушка приподняла полы кимоно и показала ужасающий шрам. Это зрелище было крайне грустным. Сонг была красивой, у неё были изящные девичьи ножки, и эта метка действительно уродовала её. Принц скорбно поморщился, снова чувствуя себя виноватым.       — Прости, — непроизвольно вырвалось у него.       — О? За что?       Зуко неловко дернулся, пытаясь придумать оправдание, но девушка опередила его.       — Всё в порядке. Ты не виноват в этом, как бы там ни было.       Юноша лишь пожал плечами, отводя взгляд. Хотелось бы в это верить.       Они вскоре вернулись к столу, и Зуко казался ещё более мрачным, чем уходил. Сонг неловко улыбнулась и переглянулась с матерью. Та кивнула, и Кайро понял, что им сейчас предложат остаться на ночь. Конечно, было бы неплохо отдохнуть под крышей, но все равно поднялся быстрее, чем они успели начать       — Думаю, нам пора идти дальше. Спасибо за ваше гостеприимство!       «Мы же не хотим, чтобы Азула пришла в этот дом?» — выразительно взглянул он на принца, и тот кивнул.       — Да, спасибо. Дядя, пойдём.       Хозяйки дома сильно удивились подобному решению, но собрали им немного еды с собой. Тепло простились с Сонг — она, как-никак, а спасла генералу жизнь. А когда свет за их спинами погас, Кайро передал господину свою сумку.       — Сейчас догоню, идите вперед.       Вернулся парень уже с двумя страусами, которых увел с заднего двора.       — Верхом будет удобнее и быстрее, — невозмутимо сообщил он.       — Что ты делаешь? — вполголоса возмутился Айро. — Эти люди отнеслись к нам с добротой и приютили в своём доме!       Страусы начали нервно притоптывать лапами — похоже, им совершенно не нравился чужой запах — и принц, бросив быстрый взгляд назад, первым запрыгнул на одного из них. Времени на разборки не было, и попасться за воровством совершенно не хотелось.       — После разберемся. Дядя, залезай на второго, мы с Кайро поедем на этом.       Долгое время ехали молча, хотя, пожалуй, возмущение Зуко можно было и так уловить. В конце концов, он не выдержал и коротко отчитал Кайро за то, что он сделал. Да, идти пешком было гораздо утомительнее, но те люди разделили с ними пищу и готовы были оставить их в доме, оказывая доверие, которого они, в итоге, не оправдали. Слуга на это что-то пробурчал, но принц особо не вслушивался.       Заночевали опять в лесу — страусы выбились из сил — зато днём уже были в черте большого города. Уставшие и голодные, они брели под солнцем по улицам, жадно ловя ноздрями ароматы пищи. Да уж, беженцем быть невыносимо. И неизвестно, когда это закончится. Если вообще когда-нибудь закончится.       — Нужно достать еды, — хмуро произнёс Зуко.       — Я думаю, нам стоит выйти на главную площадь для этого, — ответил генерал.       Юноша приподнял бровь, не понимая.       — И что нам это даст?       — Мир не без добрых людей, — изрёк Айро. — Всегда можно протянуть руку и попросить помощи.       — Ты… предлагаешь нам просить подаяние? — чуть не сорвался на крик юноша.       Кайро только глаза закатил. После кражи страусов он вообще предпочитал не возникать лишний раз и потому предоставил эту перепалку родственникам. Честь, при которой считалось унизительным воровство, но не считалось унизительным просить милостыню, была ему не понятна. Генерал, правда, попытался объяснить, выдав прочувственную и строгую речь, но слуга по-прежнему считал, что раз теперь они волею судеб оказались в его мире — то и следовать нужно его правилам. Правилам улиц. Однако ему ответили категорическим отказом.       Что же. Нет — так нет.       Какое-то время Кайро послушно сидел у стены, наблюдая за балаганом. Дядюшка просил милостыню хорошо, принц — отвратительно. Зуко состроил самую кислую и хмурую мину из своего арсенала и воротил нос так, будто не они бедствовали, а все, кто подавал или хотел им подать. А таких было не так уж много. И даже девушки, заприметившие было молодого и сильного юношу, отходили подальше, встретившись с ним взглядом.       Слуга снова попытался начать разговор о «более продуктивных способах добычи денег», выслушал гневную тираду и без того раздраженного принца, и молча ушел, оставив вещи. Зуко проводил его взглядом и помрачнел ещё больше.       — Это унизительно, — фыркнул Зуко. — Они нам должны отдавать то, что мы захотим.       — Будут. Если попросишь, — ответил генерал.       За то время, пока Айро выпрашивал пару медяков, Кайро без особенного старания утянул средних размеров кошелек. Не у самого бедного человека, так что совесть его не мучила. Так что он вернулся вполне довольный собой и зашёл в корчму, напротив которой как раз сидел принц и его дядя. Заказав горячую похлёбку, парень демонстративно принялся есть, бросая на Зуко ехидные взгляды.       — Нет, я сейчас просто окуну его лицом в миску! — разозлился тот и, поднявшись, быстро пересек улицу и подошёл к парню. — Ты издеваешься, да? — прищурился принц и сложил руки на груди. — Чего ты этим пытаешься добиться?       — Насытиться. Ем я, — Кайро немного издевательски усмехнулся. — Если считаете, что вам должны отдать — пойдите и возьмите сами.       Он кивнул головой в сторону. Недалеко от них один из рабочих оставил плату за обед на столе и ушёл, а девушка из обслуги, которая несла сразу несколько подносов, забрать деньги сразу пока не могла.       — Там как раз на одну похлёбку. Вкусная, кстати. Только пересолили немного, — парень ухмыльнулся и допил остатки через край миски.       Зуко с силой сжал кулаки и очень выразительно посмотрел на слугу. Если бы маги огня умели испепелять взглядом — тот уже давно бы загорелся.       — Вот как, значит? — произнёс сквозь зубы принц, глядя на наглую морду Кайро. — Что же. Хорошо. Я тебя понял.       И, не сказав, что конкретно он понял, юноша развернулся и быстро вышел из корчмы, так и не притронувшись к чужим деньгам. Может, он и выглядит, как оборванец — но дядя был прав. Он воин. Он — человек чести, а не вор. И уж лучше просить подаяние, нежели воровать.       — Да и пожалуйста, — буркнул ему вслед Кайро и вернулся к генералу. — Вот только не надо снова мне про честь, хорошо? Для меня воровство по-прежнему в порядке вещей. И только из уважения к вам всем я не делал чего-то подобного ранее. Почти не делал. — оборвал он открывшего было рот генерала.       Крайне надоело вечно чувствовать себя виноватым Пламя пойми, за что. Айро, как ни странно, промолчал. Покосившись на шляпу, парень закатил глаза и сел немного по-другому, сразу становясь меньше и несчастнее раза в два. Повернув голову так, чтобы было видно раненый и слепой глаз, он сделал жалобное лицо.       — Не бросать же вас одного. Купить еды? У меня хватит еще на одну порцию, а на ночлежку, так и быть, выпросим.       Этот день весьма напоминал воришке его прошлую жизнь. Они ещё несколько часов они выпрашивали подаяние, пока к ним не пристали стражники, требуя плату «за право попрошайничать».       — Зачем вы пугаете моего старого дядюшку, почтенная стража? — Кайро состроил самое жалкое выражение лица, которое только умел.       — А чего вы тут без разрешения побираетесь? — рявкнул воин, хватая парня за ворот рубахи. Лицо слуги плаксиво скривилось, и только генерал заметил, как мстительно и остро сверкнули его глаза.       — Но мы не побирались. Мы долго шли, и шли, и так устали, и присели отдохнуть, просто отдохнуть, мы не попрошайничали, у нас нет денег, — он намеренно говорил жалобным голосом, повторяя некоторые слова, отменно играя роль нищего побирушки.       Их обыскали, но Кайро умел прятать кошельки, так что стражники, ничего не найдя, сразу же отпустили этих двоих. Парень поморщился и, как только «почтенная стража» отошла подальше, порыскал в кошеле, спертого у одного из воинов с пояса. Вытряхнув несколько медяков, он тихо ругнулся.       — Неудачный день у стражи. Пойдемте, дядя. Устроимся на ночлег.       Трактир, в котором они остановились, производил дурное впечатление, как и отведенная им на ночь убогая комнатушка с бумажными стенами и парочкой тонких циновок. Футоны, выданные им хозяином за отдельную монету, были далеко не самые чистые. Кайро лишь коротко вздохнул при взгляде на эту «роскошь» и, оставив генерала внутри, направился на главную площадь — Айро сказал, что туда после заката явится его племянник.       У Зуко, как ни странно, день прошёл гораздо удачнее, хотя он и успел ненадолго засомневаться в своём выборе, выйдя на улицу. На работу его брать никто не стремился — помощник на один-два дня никому был не нужен. Но решение пришло оттуда, откуда юноша не ожидал.       Ноги привели его в какой-то отдаленный район. Отдаленный и явно не особо благополучный. Нет, нападать на него не спешили, но вот несколько домов удовольствия вкупе с игральными принц заприметил. На самой широкой улице проводился рукопашный бой на ставки. И тогда Зуко и осенило.       Вернулся он ближе к вечеру. Утирая разбитый нос, он встал в самом центре площади, выискивая взглядом генерала и стараясь не обращать внимания на косые взгляды. Да, его неплохо «обработали» — у того здоровяка, местного чемпиона, были огромные руки. Один кулак размером с голову. Если не больше. Но на то принц и тренировался. Так что мешочек с золотом всё же достался ему. Честно, без подаяния и воровства.       Однако вместо дяди ему навстречу вышел Кайро.       — Вы попали в неприятности? — парень снова почувствовал себя виноватым, соображая, где мог нарваться принц.       — Нет, — коротко отрезал Зуко, утерев рукавом губу. — Где дядя? Я достал денег.       С этими словами он вынул из-за пазухи мешочек. Некоторое время поводив им перед носом удивленного слуги, юноша спрятал его обратно и красноречиво посмотрел Кайро в глаза. В глаз, если быть точным. Очень хотелось сказать что-то резкое об утреннем инциденте, но принц всё же сдержался. Право, они уже наговорили друг другу достаточно «добрых» слов.       — Хватит на еду и ночлег. Идём. Потом поговорим, я очень голоден.       — Как скажете, — смиренно кивнул Кайро.       Лезть с расспросами и навязчивой заботой он пока не стал.       Забрав из трактира генерала, они направились искать более приличное место для ночлега, при этом Айро то и дело беспокойно косился на племянника.       Вскоре они оказались под крышей. На этот раз комната оказалась чистой и более просторной. Футоны пахли луговой травой, а ужин, поданный хозяином заведения, походил на еду… а не на то, что уже пропустили через желудок и вывернули обратно. Поэтому уставшие путники чувствовали себя вполне счастливыми.       Пища была простой, но вкусной и сытной, поэтому все трое блаженно молчали, наслаждаясь ужином. Только принц иногда губу зализывал — она неприятно пощипывала. От чая пришлось отказаться по той же причине.       Лишь тогда, когда их тарелки опустели, генерал спросил:       — Так всё же, дорогой племянник. Что произошло?       Зуко, надеявшийся было избежать объяснений, коротко вздохнул и передернул плечами.       — Ничего особенного. Я подрался.       — Но Зуко, — перешёл на шепот Айро. — Ты…       — Уличные бои. Ничего особенного. Победил одного верзилу. Всё честно.       Кайро прищурился. Он мог бы и сам догадаться о таком варианте заработка. В стране Огня эти поединки тоже частенько устраивали, но парень никогда туда не лез. Совершено не его профиль. Состязались обычно очень сильные и подготовленные бойцы. От таких юркий воришка предпочитал вовремя убегать. С другой стороны…       — Неплохой вариант, — выдал он.— Я не вспомнил про них. Не самый приятный способ, но в следующий раз я с вами. В пятнадцать лет от меня в таких местах толку было мало. Но многое изменилось.       — И всё же… Это небезопасно, дорогой племянник, — покачал головой Айро. — Я не хотел бы, чтобы тебе…       — Лучше походить с синяками, чем спать на футоне с клещами и есть то, что дают скоту, — решительно отрезал юноша. — Но не стоит волноваться, дядя, — добавил он немного мягче, — мы скоро покинем город, а до этого момента денег нам хватит. Потом найдём место поспокойнее и придумаем, как нам быть.       — А теперь, — Кайро достал из кармана баночку с мазью. — Позволите? — и, наткнувшись на взгляд генерала, пояснил: — Я ее купил. На деньги, что принес принц.       Зуко повернулся к слуге и прикрыл глаза.       — Можешь мазать.       Лицо по-прежнему жгло, но юноша уже почти привык к тому, что у него всё время что-то болит. Такова его жизнь. Неспокойная и вечно связанная с риском. Но ничего не поделать — либо борись, либо сдайся и умри. А он пока умирать совершенно не хотел. Не бросать же этих вот…       — Скоро сойдет, — пообещал Кайро, закончив с ранениями принца.       Постелив свой футон у окна, слуга забрался на подоконник, созерцая темнеющую улицу. Они молчали. Генерал, вероятно, был не слишком доволен днем. Зуко устал, а он сам всё еще чувствовал себя неуютно. Ни принц, ни генерал никогда не знали жизни на улицах. Глупо требовать от них менять себя по первому требованию. В конце концов, они были снисходительны к самому Кайро, объясняя ему поначалу правила поведения на чайной церемонии и вообще «в приличном обществе». Даже Зуко, тогда ещё совсем юный и не в меру вспыльчивый, хоть и раздражался постоянно на неумение воришки «выражать почтение», но был снисходителен. А Кайро вот… натворил ерунды.       — Я… Я видимо должен извиниться, — тихо произнёс слуга. — Мне не следовало так себя вести, и подбивать вас на то, что вам несвойственно и противно. Завтра я попытаюсь придумать и найти более приемлемые способы заработка. И, может, — он кинул взгляд на генерала, — более безопасные.       Принц открыл один глаз и с легкой усмешкой посмотрел на парня.       — О, ты извиняешься? — тон его был немного ехидный, но, тем не менее, беззлобный. — Впрочем, не нужно.       Юноша пожал плечами и коснулся разбитой губы кончиками пальцев. Та, по-прежнему, слушалась плохо, но лицо болеть перестало.       — Это всего-лишь драка. Эти несколько лет были гораздо опаснее. Но подбивать меня на воровство более не стоит.       Генерал укоризненно посмотрел на Кайро, но Зуко лишь головой покачал.       — Я понимаю, что это самый легкий способ добыть деньги, но… Я, всё же, принц, хоть и в изгнании. Я не должен опускаться до уровня мошенников, у которых нет ни единого понятия о чести и достоинстве. Мы придумаем другой способ. А теперь давайте спать, я очень устал.       С этими словами он с наслаждением потянулся на футоне и перевернулся набок. Тело, по-прежнему, ныло, но к утру, скорее всего, пройдет. Да и спокойная ночевка в чистой комнате стоила пары-тройки синяков.