Личный слуга Его Высочества

      Утро началось с чая, неизвестно как раздобытого генералом. Притихший Кайро снова смазал синяки Зуко. Их ссора явно не была забыта, и оба юноши чувствовали себя немного неловко.       Воришка напряженно раздумывал, искоса глядя на принца. Он вполне уяснил, что воровство и разбой для принца неприемлемы. Конечно, он мог бы вспомнить навыки и снова попробовать просить милостыню, но это казалось парню слишком скучным и долгим. Если же они планируют задержаться в городе, то можно найти работу. Пара крепких рук, не чурающихся работы, лишней не будет нигде. Но если они снова пустятся на поиски Аватара — то бессмысленно куда-либо наниматься.       — Мы останемся здесь или пойдем дальше? — спросил слуга, когда они закончили с завтраком.       — Останемся, но вряд ли надолго, — ответил Зуко, с трудом отпивая чай — губа всё ещё саднила.       — К сожалению, ты прав, дорогой племянник, — генерал задумчиво погладил бороду. — Нам нельзя долго задерживаться на одном месте.       — Азула не оставит поиски, пока не убьет нас или не умрет сама, — принц поморщился. — Либо пока отец не даст ей иного приказа. Это тоже вопрос чести, хотя я не очень-то уверен в том, что моя сестра что-либо в ней смыслит.       Азула и впрямь была другой. Она охотнее врала и действовала исподтишка, в то время, как её брат был прямым и честным, из-за чего в детстве на него часто сыпались все шишки — сестрица умело сваливала вину на старшего.       — Я придумал, — оповестил Кайро и поднял на своих спутников неуверенный взгляд. — Способ заработка, — пояснил он. — На бои прямо сегодня вам соваться нельзя. Такие люди не слишком любят проигрывать и терять деньги. Да и вряд ли тот здоровяк рискнет снова встать против вас. Конечно, туда могу сходить и я, но у меня есть идея поинтереснее. Мы никого не будем дурить. Нужна только людная площать, небольшая мзда страже и наша ловкость. Судя по тому, каким унылым городок был вчера, бродячих ловкачей воспримут на ура.       — Звучит весьма интересно, — одобрительно кивнул Айро, широко заулыбавшись. — Ловкости вам двоим не занимать, так что…       — Это мало чем отличается от попрошайничества, — фыркнул принц. — Выступать перед кем-то… Я что, циркач?       — А ты посмотри на это иначе, принц Зуко, — дядя подлил им ещё немного чая. — Ты же вчера тоже выступал перед людьми.       — Я сражался.       — Сражался, а ротозеи на это смотрели, разве нет? Ну так почему бы и не показать другим ротозеям, что на что ты способен?       Юноша передернул плечами и задумался. Вообще-то всё это циркачество — не очень-то достойно для принца. Но сейчас они беженцы. И как заработать достаточно денег в короткие сроки без воровства и грабежа?       — Ладно, — выдохнул Зуко, отставив пиалу. — А ты, дядя, что будешь делать в это время?       — Сыграю в пай-шо, — хитро улыбнулся тот.       Принц громко хлопнул себя ладонью по лбу, а слуга рассмеялся.       — Неплохой план. Так, не будем терять времени. Надо найти хорошее место и решить, что именно мы будем делать, — обрадованный, что его план приняли, Кайро вскочил на ноги, потянулся и выгнулся назад, на пробу встав на руки. Покачался так какое-то время, посмотрел на кислое выражение лица Зуко и, спрятав улыбку, вернулся в нормальное положение. — Идемте же!       Снаружи было пока не очень людно, но слуга не терял боевой настрой. На главной улице города обнаружился небольшой помост недалеко от ратуши, однако, осмотрев его, парень поморщился, сочтя место бестолковым. А вот у торговых рядов им повезло — перед самым входом юноши заметили два широких и высоких столба. В праздничные дни их, очевидно, украшали лентами и флажками. Сейчас, когда до праздников было далеко, они смотрелись немного уныло.       Кайро радостно присвистнул и, забрав у принца пару монет покрупнее, пошел к стражникам — договариваться.       — И что же ты умеешь, оборванец? — с усмешкой спросил один из них.       — А ты не гони нас раньше времени и увидишь! — задорно ответил парень. — Еще и вернешь мне часть монет!       — Хах, размечтался. Ладно, можете выступить. Только смотрите, куда кидаете свои ножи. Я тебя запомнил, одноглазый. Не создавай неприятностей!       — Так точно, любезный.       Отсалютовав страже Кайро вернулся к принцу, который, тем временем, скептически осматривал столбы. Выглядели они, может, и крепко, но высота была приличной, а на памяти юноши только один человек мог без труда ходить — нет, даже плясать — на такой высоте, да ещё и по натянутому канату. Оставалось надеяться, что он просто недооценивает Кайро.       — Разрешение получено, — вернувшийся слуга оборвал его невеселые размышления. — Для начала нам, пожалуй, понадобится крепкая веревка, а то если сразу начать кидаться острыми предметами, народ испугается.       — Эта идея нравится мне всё меньше и меньше, — Зуко перевел взгляд на главного виновника происходящего. — Может, ножей будет достаточно?       Он произнес эти слова с непонятным выражением лица. С одной стороны, принц был немного недоволен тем, что они задумали, с другой волновался за слугу, а с третьей злился сам на себя из-за того, что волновался.       — Тебе не обязательно туда лезть, — добавил юноша под конец.       — Думаете, швыряться в меня острыми предметами безопаснее, чем плясать на высоте? — усмехнулся Кайро и, глянув на Зуко, улыбнулся теплее. — Не волнуйтесь, всё будет хорошо. Я бегаю по крышам и веревкам с девяти лет.       — Эй, ребята, помощь не нужна?       Юноши обернулись. К ним подошли трое — девчонка, едва ли старше Зуко, да двое мальчишек помладше. Выглядели они при этом крайне неуверенно.       — Сами справимся! — довольно резко ответил принц.       — Погодите! — Кайро бросил на своего господина укоризненный взгляд. — Погодите. Что умеете? — цепко и деловито обратился он уже к троице.       — Играть, — девочка явно была посмелее, поэтому выступила вперед. — Я на дудочке. У Сенто есть барабаны. Я еще танцевать могу, — она подняла глаза и смутилась. — Одним… очень сложно. У нас нет денег, чтобы откупиться от стражи. Возьмете в долю?       Кайро придирчиво оглядел новых знакомых.       — Хорошо. Распусти волосы, и начинайте играть. А ты, мелкий, возьми-ка, — он протянул самому младшему пустой мешочек. — Будешь собирать монеты. Справишься? Только учти — я бегаю быстрее тебя. И больно дерусь.       — Я понял, — насупился тот.       Слуга довольно оглядел свою маленькую труппу и ободряюще хлопнул Зуко по плечу.       — А теперь — музыку!       Их новые знакомые начали играть что-то очень задорное, отчего прохожие сразу стали обращать внимание на их импровизированное представление. Видно было, что юные музыканты, наконец, дорвались, отчего играли с усердием и душой, даже Зуко ненадолго заслушался.       — Мама, смотри, мальчик на канате! — маленькая девчушка потянула родительницу за юбку и указала пальцем вверх. — А ему не страшно? А он не упадёт?       — Нет, конечно, он ведь специально учился этому, Лао.       — А ты так и будешь стоять? — рядом с Зуко вдруг возник самый младший член их труппы. — Или не умеешь ничего?       — Ну-ка повтори! — вспылил тот. — Если я не лезу, как болван, на столб — это не значит, что я ничего не умею! Смотри, сопляк.       И принц ловко прошёл на руках несколько метров, потом отпрыгнул назад. Сделал сальто. В общем, зрелище было не менее интересное, чем у остальных, своеобразный танец огня, только без магии.       Вскоре их компанию окружила плотная толпа. Люди глазели с интересом или восхищением на юных артистов, щедро оплачивая зрелище, так что вскоре в мешочке приятно зазвенели монеты, среди которых попались даже парочка золотых.       Веревка подрагивала под босыми ногами, но страх Кайро чувствовал только в первые мгновения, как ступил на нее со столба. Дальше тело вспомнило привычную науку, и высота перестала пугать. Он пару раз прошёлся на пробу туда и обратно под возгласы прохожих.       В цветных шатрах актеры в ярких костюмах идут по веревкам медленно, либо танцуя, либо жонглируя прямо на ходу, а иногда залезают так высоко, что становятся едва видимыми фигурками. Танцевать, как циркач, парень не умел и никогда не учился, но и зрители за вход не платили, поэтому не были особо требовательны. Так что несколько ловких пробежек по канату и попытка сделать наверху примерно то же, что вытанцовывал внизу Зуко весьма обрадовали толпу.       Девочка закончила плясовую и отняла от губ дудочку, чтобы перевести дыхание, а запыхавшийся и взмокший Кайро спустился со столба. Кто-то разочарованно вздохнул, но представление они на этом не заканчивали.       — Тверда ли твоя рука, Ли? — задорно выкрикнул слуга, так, чтобы слышали все. — Не подводит меткость?       — Это надо спросить у тебя, Кай, — усмехнулся принц. — Я тебя младше, старик, так что это ты должен спросить у себя самого!       К своему вящему стыду Зуко понял, что такой способ заработка ему даже нравится. Поначалу, правда, он выступал только из-за того, чтобы доказать, что он не просто так стоит здесь и тоже стоит чего-то, но потом принц втянулся. Во-первых, ему нравились физические упражнения на ловкость. Во-вторых, люди и впрямь смотрели на него восхищенно. Не потому, что он наследник трона, как в столице его родины. Не потому, что так велел им страх. Толпе просто до блеска в глазах нравилось их выступление.       Жестом указав мальчишке из труппы взять напряженный барабанный ритм, Зуко достал, наконец, ножи. Следующие полчаса принесли им море оваций и не меньше денег. Они с Кайро кидали ножи друг в друга, нарочито медленно, чтобы увернуться, сбивали ими яблоки на голове, ловили клинки на лету или же просили подкинуть зрителей что-либо в воздух, где это «что-то» неуклонно встречалось с лезвием ножа. Люди были в восторге, а денег, что они заплатили за представление, хватило бы на пару недель проживания в приличном доме с хорошей кормежкой.       — Ну-ка, остановитесь.       Неприятный голос резанул по ушам, перекрикивая музыку. Зуко хмуро повернул голову на источник звука.       — В чём дело? — спросил он у неизвестного мужчины.       — Мне знаком этот мальчишка, — он сжал кулаки. — Это принц-изгнанник, Зуко, Сын хозяина Огня! Я видел, как он и его люди разрушают деревню!       Юноша отшатнулся, со страхом посмотрев на незнакомца. Вот и всё, это конец. Теперь их схватят и либо убьют сразу, либо передадут Азуле, что ещё хуже.       Толпа загомонила и отступила назад. Музыка оборвалась на одной ноте, девчонка прижала дудочку к груди. Кайро краем глаза уловил, как ее младший братишка деловито завязывает узелок с деньгами.       — Хах. Так нам еще не льстили! — он подмигнул музыкантам. — Да мы, оказывается, не бродячие артисты и не сироты! Мы — свита самого принца!       Он шутливо отвесил Зуко поклон. Кто-то из прохожих рассмеялся.       — И правда, станет принц Огня тут выступать перед нами! — послышался ещё один голос. — Думай, что говоришь, Ченг!        — Благородный господин перебрал саке? — Кайро встал перед принцем, пытаясь вспомнить, видел ли он где-нибудь этого громилу. Впрочем, поди разбери, кто есть кто, когда у всех одинаковые доспехи и шлемы. — Но если вы, уверены, что мы благородных кровей, можете просто заплатить нам больше! Не каждый день увидишь, как принц со своей свитой дает представление! — и он протянул руку ладошкой вверх, в извечном жесте попрошаек.       — Ах ты сопляк! Я и тебя помню, прихвостень принца!       Здоровяк замахнулся огромной ладонью, Кайро картинно вскрикнул, нарочито неловко прикрываясь.и падая чуть раньше, чем его коснулся удар.       — Ченг, не трогай их! Ты обознался, — крикнул кто-то из толпы, хватая мужчину за плечо.       Зрители зашевелились, вставая на защиту понравившихся артистов, от края площади заспешила стража.       — Что тут происходит?!       — Да вот, Ченг пытается нас убедить, что мальчишка-бродяга — это принц Огня.       — Который? — стражник повернулся к артистам.       — Он! — мужчина указал пальцем на Зуко. — Я узнал шрам.       Кайро громко фыркнул.       — Все знают, что принц обожженный! — гнул свое мужчина.       — Да пол-мира сейчас в ожогах ходит! — уже не позерствуя вскинулся слуга, гневно смотря на громилу. — Война идет сто лет. Иди найди того, кого она не коснулась!       — Но господин, — Айли, девочка, игравшая на дудочке, подала голос. — Я слышала, что у того принца шрам на другой стороне.       — Да точно, точно! — подхватил кто-то из зрителей.       — Ченг, ты и впрямь обознался. Не похожи они на людей Огня, а эти тут вообще уже неделю ошиваются, — стражник кивнул на Айли с братьями. — Да и зачем такое принцу? А вы, — он повернулся к Кайро, и подкинул серебряную монету, — молодцы, красиво. Но на сегодня хватит.       — Поняли, капитан, — слуга поймал деньгу на лету. — Спасибо вам! — он поклонился толпе и махнул рукой. — Уф. Ну что за безумцы, придумают тоже…       Принц ничего ему не сказал, только посмотрел как-то странно и подошёл к самому младшему мальчишке — ребята как раз начали делить деньги.       Звонких монет в мешочке было немало, и тут, казалось бы, стоит радоваться, что и делала троица. Вот только Зуко было совсем не весело. Ему пришлось отказаться от своего имени, от самого себя, чтобы от них отстали. Отвратительный и недостойный воина поступок. И как он после этого может считаться принцем? Попрошайка, да и только. Беглец и бродяга.       От этих мыслей становилось совсем тошно, юноша даже заметил, что Кайро начал поглядывать на него тревожно, но уточнять не стал. Только тогда, когда они к огорчению публики свернули выступление и разбрелись в разные стороны («Повторим завтра?» — предложила Айли), Зуко всё же вскинул голову и отчаянно посмотрел слуге в глаза.       — Это позор, Кайро, — произнёс он, убедившись, что их никто не слышит. — Мне пришлось отречься от себя. Какой я после этого воин?       Юноша с досадой пнул камушек, снова глядя под ноги. Его обуревали противоречивые чувства: досада, обида, отчаяние и — стыдно признать — страх. Страх того, что их, всё же, заберут стражники, что докажут его принадлежность к нации Огня.       Кайро вздохнул. С того момента, как к ним подошел тот мужчина, Зуко не произнес ни слова, и слуга догадывался, что его мучает что-то в этом роде, но не знал, как ему ответить. Сейчас принц, наконец озвучил то, что его мучило, но слуга все равно не нашел подходящих слов.       — Это не позор, — произнёс парень тихо, и Зуко дернул плечом. — Пойдемте, мне не хочется сразу возвращаться.       Принц не спорил, так что Кайро вскоре вывел их почти к центру города. Дома тут были побогаче и повыше. Залезть на крыши им не составило труда.       — Мы невидимки, — слуга стоял на самом краю. — Люди так редко смотрят вверх.       Ночной ветер встрепал ему волосы, и на мгновение подумалось, что он, все-таки, немного скучал по этому. Нагретые дневным солнцем крыши под босыми ногами, тихая ночь, дневная выручка за пазухой и совершенно никаких планов на будущее. Но сзади стоял все еще мрачный Зуко. Кайро тяжело вздохнул — вдруг нашел слова, которые показались ему верными.       — Это не позор. Вы не сделали ничего, что оскорбило бы имя принца. Разве зазорно порадовать людей? Или получить награду за свои умения? Вспомните их лица. Они смотрели на нас с восторгом. Вы бы хотели видеть там страх? Принц Зуко стал изгнанником потому, что не хотел зря проливать кровь своего народа. И я считаю это правильным. Принц Зуко, на моей памяти, не хотел лишней крови невинных людей. Вы предали себя, если бы пришли в эти земли с армией и огнем. А так вы просто не сказали свое имя. Воины в разведке ведут себя так же, и их это нисколько не принижает, правильно? — он подошел к Зуко и взял его за руку. — Вы всё равно принц. Вы не стали воровать и грабить, хотя этот выход проще. Я не знаю, как считает ваш отец, — Кайро дернул плечом, — но мой отец счёл бы вас достойным человеком       Зуко лишь отстранено кивнул на эти слова, но убирать руку не стал, задумавшись и вместе с этим засмотревшись на город. Закатное солнце окрашивало его в алый цвет, отчего казалось, будто город охвачен пламенем. Но нет, никакой огонь не буйствовал, и жители продолжали сновать по улицам, спеша закончить дела до ночи. Из одного квартала доносился шум трактиров, из другого — зазывания торговцев. Город продолжал жить с этом солнечном пожаре.       — Я запутался, Кайро, — признался, наконец, принц, шагнув к краю крыши. Ветер трепал его одежду и негромко свистел в ушах. — Я потерял всё. Честь, семью, трон. А теперь я остался без имени… — юноша сел на краю и свесил вниз одну ногу, на вторую он опустил подбородок, печально глядя вдаль. — Моя матушка, когда уходила, сказала: «Помни, кто ты такой». А я предал эти слова, последние слова моей матери.Я притворяюсь кем-то другим. Это ли достойно?       — Разве осудила бы она вас за сегодняшнее? — слуга сел рядом и прижался плечом к плечу своего господина. — Разве осудила бы она какой-то другой ваш выбор?       — Нет, — ответил принц через минуты две. — Не осудила бы. Она была единственным человеком, которому я был нужен. Она поддерживала меня в любых начинаниях. Но её больше нет со мной.       Мысли на секунду перескочили на воспоминания о той ночи, когда мать покинула дворец. Зуко тряхнул головой и крепче сжал ладонь Кайро.       — Знаешь, они ведь были правы, — заявил вдруг юноша. — Какой из меня принц? Нищий оборванец и беглец, да. Но не принц. И я не понимаю, почему ты до сих пор держишься человека, который даже имени своего недостоин. Ты ведь можешь в любой момент уйти, без меня тебе не грозит опасность, да и деньги заработать легче.       — Прогоняете? — Кайро наклонил голову, смотря ему в глаза немного грустно. — Я пошел за человеком, а не за титулом. И, кстати, встречный вопрос. Какого Пламени вы позвали за собой бродягу и оборванца, без чести и достоинства в принципе?       Он вздернул нос с вызовом, мгновенно превращаясь в того наглого мальчишку, каким был в пятнадцать. Вопрос был почти в шутку, парень опять насмехался — над Зуко, над собой, над всеми этими мудреными понятиями о чести. И только по легкой тревожности во взгляде можно было понять, что это важный для него вопрос.       — Не говори так, — принц покосился на Кайро и фыркнул. — Я не считаю, что у тебя нет чести и достоинства. Ты смел, не глуп и предан мне, а это многого стоит. Мало кто остался бы при опальном принце, рискуя собой.       И, надо сказать, что Зуко был благодарен парню за то, что он всё ещё с ним. Что не сбежал при первой же возможности, хотя так было бы безопаснее. Что всегда пытался поддержать его.       — Я не ошибся в выборе человека, — продолжил юноша. — Мы очень разные, я знаю, но я не вижу кого-либо иного на твоем месте, Кайро. Может, два года назад мой выбор был поспешным, да и сделал я его, скорее, из-за отсутствия иных вариантов, но, если бы мне сейчас предоставили хоть сотню кандидатов — я всё равно выбрал бы тебя снова. И не пожалел бы об этом       — Ну уж среди сотни нашелся бы кто и получше, — смутился парень, отводя взгляд. — Я тоже не ошибся. И рад, что я здесь, рядом с вами.       С крыши их согнала только вечерняя прохлада. Кайро, вдруг шмыгнув носом, заявил, что за них, наверняка, уже волнуются, к тому же снять комнату в хорошем доме и остаться ночевать на улице — то еще безумие. Да и есть хотелось просто зверски.       За ужином слуга красочно пересказал генералу их дневные приключения, без ложной скромности хвастаясь своими выкрутасами на канате и восхваляя искусство принца. А вот рассказ о Ченге всколыхнул в глазах Айро лёгкую тревогу.       — Нехорошо это, — изрёк он, наливая чай. — То, что вас узнали. Рано или поздно это случилось бы, но сейчас нам это, как палки в колеса.       — И что ты предлагаешь, дядя? — спросил принц.       — Надо сниматься с места и уходить. Денег у нас достаточно на переход, — он достал из-за пазухи мешочек и со звоном опустил его на стол. — Выиграл в пай-шо. Хорошая была игра! — Айро обратил было мечтательный взгляд в потолок, но наткнулся на хмурого племянника и продолжил: — Да, надо уходить из города.       — И куда мы пойдём?       — Это прозвучит безумно, но я предлагаю перебраться в Ба Синг Се. Столица народа Земли очень хорошо защищена, так что Азула нас никогда оттуда не достанет.       — А как мы сами туда войдём? — Зуко скептически изогнул бровь.       — Дорогой племянник, если ты думаешь, что весь мир знает нас в лицо — то ты очень ошибаешься, — генерал усмехнулся. — Войдём, как простые беженцы, и начнём новую жизнь.       — Новая жизнь в Ба Синг Се? Звучит неплохо, — улыбнулся Кайро и глянул на принца.       Ему нравилась эта идея. Большой город и возможность жить спокойно вдалеке от войны. Может, они даже начнут своё дело. Что-нибудь, что позволит им троим жить, не думая о судьбах народов и мира. И не тратя жизнь на постоянную погоню или бегство. Но подойдет ли это принцу? Ведь тогда его трон и наследие навсегда окажутся недоступны.       «Зато жить будет, а не погибнет в погоне за Аватаром. Или, скорее, в погоне за признанием своего ублюдочного отца, да простит меня Пламя за то, что я так думаю о Хозяине Огня».       — Ты предлагаешь мне отречься от самого себя? — Зуко словно прочёл мысли своего слуги, озвучив их сам. — Забыть то, кем я являюсь?       — Я предлагаю тебе сделать передышку, — Айро спокойно отреагировал на колкий взгляд племянника. — Мы все устали, дорогой племянник. Иногда нужно отступить, чтобы победить…       — Тогда Азула точно поймает Аватара первая, — перебил его принц.       — Что тебе важнее? Жизнь или Аватар? — генерал редко позволял себе переходить на такой тон, но сейчас был именно тот момент, когда стоило проявить жесткость, чтобы достучаться до Зуко. — С Аватаром или без него, нам грозит опасность. Нужно выждать время и залечь на дно. Ты знаешь Азулу — она не будет несколько лет гоняться за тобой, ей не хватит терпения, в отличие от тебя.       Юноша тяжело вздохнул, замолчав. Дядя был прав — даже если он поймает Аватара, то вряд ли отец примет его с почестями. Значит, стоит озадачиться тем, как выжить, когда против тебя настроен весь мир.       — Хорошо, — всё же согласился Зуко. — Отправимся в Ба Синг Се. Но нам нужно разделиться, чтобы сбить Азулу со следа. Завтра проложим маршрут и запасемся снедью для перехода.       Он и сам не верил в то, что согласился. Что так легко отказался от своей идеи и самого себя. Но, если его схватят — в этом тоже не будет ничего достойного. Его предадут позору, как предателя родины и казнят. Уж лучше попробовать переждать. Отступление — это ведь тоже маневр боя.