Вася, иди спать, ты пьян!

Что-то случилось с Васей после произошедшего. Как-будто между нами возникла бетонная стена. А точнее, это он спрятался в бетонном колодце от меня и моментально отдалился. Поцеловав меня в щеку, он улегся на кровать ногами ко мне. Это было как минимум странно, и обидно, если честно. Целую ночь было слышно, как он ворочается и шумно вздыхает. А меня мысли облепили тугим коконом. Может дело во мне? Может ему не понравилось? Или я что-то сделал не так? Утром пораньше встал и, быстро собравшись, поплелся домой, пока Вася не успел проснуться. — Таня, мне нужна твоя психологическая помощь! — еще по дороге набрал подругу. — Вылетаю, — сонно пробурчала Татьяна. — Стоп, а ты где? — В общагу еду, — уныло пробурчал, выуживая ключи от комнаты из рюкзака. — Откуда? — в голосе Таньки читалась лисья интонация. — Оттуда! — еще больше впадая в уныние отвечал подруге. — Гроза в Эдемчике? Ничего не говори. Мы будем у тебя через пол часа. — Мы — это кто? — спросил в недоумении. — Мы — это я и бутылочка джина, — совершенно серьезно отвечала Танька. — Ну… — задумался ненадолго. — Мы уже обуваемся, — не терпящим возражений тоном заявила Тата и сбросила вызов. Мне оставалось лишь смириться. Подруга действительно явилась через пол часа. Шурша пакетами, девушка вихрем ворвалась в комнатку. На выходные сосед уехал домой, потому мы могли побыть только вдвоем с подружаней. Она моментально наметала на стол всяких нарезок, овощей и, наболтала коктейль с джином, попутно ноя о том, что не помешал бы лед. После нескольких коктейлей меня повело. Язык развязало, и я начал изливать душу: — Таня, ну вот что я делаю не так? Почему он отдаляется от меня? Сам же меня соблазнил, а теперь… — Стоп! С этого момента поподробнее! — вмиг стала серьезной девушка. — Он тебя соблазнил и бросил? Я прям кожей почувствовал, как Таня моментально приходит в ярость и готова сорваться с места чтобы мстить за меня. — Неет, мы с ним не…ну еще не совсем. Я просто, ну… Мы это… Трогали друг-друга, — выпалил я. — Понравилось? — Да. Что?! Таня, блин! — казалось, что у меня не покраснели только глаза. Танька захихикала: — Маленький развратник. И что случилось после того как? — А после того как, он стал замкнутым. И лег ко мне ногами, ты представляешь? Ну я утром и уехал втихаря. — Все ясно, — многозначительно протянула Танька, мешая очередной коктейль. — Что ясно? Ему не понравилось? Он меня разлюбил? — Ясно, что вы оба олухи. Вы говорить друг с другом пытались, два сапога пара? Каждый сыграл в молчанку, и ходите, дуетесь. А поговорить, ребята?! Черт, но ведь это же самое верное решение! Он так мне признавался в чуствах, завоевывал, можно сказать, избавлял от страхов. А что сделал для него я? Сбежал, как только его начали грузить какие-то мысли. А он тоже хорош… Что-то себе надумал и ушел в себя. Дурак. — Я идиот, — резюмировал, допивая остатки коктейля. — Нам просто нужно поговорить… — Аллилуйя! — заорала Таня, едва не опрокинув стол. — О, а вот и твой возлюбленный звонит. Подруга сунула мне трубку: — Таня, ты не знаешь, где Миша?! Он не отвечает на звонки уже несколько часов! — прокричал в трубку знакомый до боли голос. — Алло, Таня! Алло! Схватил свой телефон и с ужасом осознал, что забыл включить звук. На экране светилась туева хуча оповещений и пропущенных от Васи. — Але, — меня моментально развезло и всхлипывание вырвалось само собой. — Миша, Мишка, это ты? — взволнованно кричал Вася в трубку. — Я… — жалобно проблеял в ответ, начиная еще больше реветь. Танька, наблюдая за мной, лишь красноречиво закатила глаза и, покрутив пальцем у виска, вышла из комнаты. — Вася, прости… — жалобно позвал. — Миша, прости ты меня, прости, пожалуйста! Так волновался, когда ты пропал! Я так сильно тебя люблю, Миша! Вел себя как кретин, прости. Еще минут десять мы просили прощения друг у друга, пока я захлебывался в слезах, шмыгая носом. От этих слез так легко и спокойно становилось на душе. Хотелось говорить, говорить, говорить с Васей. Обнять его, все выяснить. Быть с ним ближе. — Я так хочу тебя увидеть, — вырвалось у меня. — Приезжай… — Стапэ, пингвинчики, — оборвала меня Таня. — Ты в курсе, который час? — Ой, — за посиделками не заметил, что уже десятый час. — Вот тебе и ой. Через час теть Люба никого впускать не станет. Твой Ромео под общагой ночевать будет? — девушка начала убирать на столе следы нашего застолья. — Что же делать? — то ли притихшему Васе, то ли Тате задал вопрос. — Что, что… Лететь на крыльях любви к твоему ненаглядному, — Танька резво собрала пакеты с мусором и принялась обуваться. — Пять минут на сборы. Сейчас таксо вызову и отвезу тебя, принцесска. — Вася, мы едем! — затараторил в трубку. — Тань, а ты как потом? Может я сам? — Ага, чтоб тебя лишил невинности не Василий, а гопарь в подворотне, — Тата забрала телефон и отключила вызов. — Не, не, не. Не для него я твой цветочек растила. — А ты? — пропустил мимо ушей все шутеечки. — Да не кипишуй. Потом теть Марине позвоню, заеду к ней переночевать, она давно в гости звала. — Тань, ты — спасительница моя! За эту легкость на подъем я обожал подругу. А еще за то, как она умела разрулить все мои проблемы одним махом. …Минут сорок, и мы уже подъезжали к знакомому дому. Несмотря на все недоразумения между мной и Васей, я так по нему соскучился за эти несколько часов. Будто не домой ездил, а куда-то очень далеко. И сейчас возвращаюсь после долгой разлуки. Еще несколько минут, и я увижу его. Родного, теплого. Обниму, прижмусь покрепче. Мы вместе все преодолеем. Только быть рядом. Он не может меня разлюбить. Все, что между нами было — это так важно и ценно. Нужно все выяснить и понять. — Что там происходит? — вывел меня из раздумий возглас Тани, выходящей из такси, припарковавшегося на стоянке у дома. Обернулся в ту сторону, куда указывала девушка и мне стало не по себе. Под подъездом у Васи происходила какая-то потасовка. Немного приглядевшись, в тусклом свете фонарей рассмотрел, что возле лавочек несколько человек кого-то избивают ногами. Ничего не успел сказать, когда Таня сорвалась с места и бросилась к подъезду. Ох, не к добру это. И еще не известно, кому именно не повезло. Когда Таня была в таком состоянии, даже я ее боялся. Девушка не переносила несправедливость. Она превращалась в злобную фурию, сметающую все на своем пути. Под действием не успевшего выветриться алкоголя, я тоже рванул к подъезду. Но это было ошибкой. Схлопотав от переключившихся на нас гопников по щам звонкую оплеуху, я моментально завалился на землю, отлетев далеко от пострадавшего человека. Длинноволосая незнакомка в толстовке и джинсах лежала на земле, свернувшись в позу эмбриона, закрывая голову руками. То, что их мудохает девушка, гопники, кажется, даже не успели понять. Высокая, жилистая, Танька напоминала мальчишку-подростка. Еще и новая стрижка-андеркат, да хрипловатый голос. — Уроды, — шипела Таня, раздавая хлесткие удары четверым обидчикам. — На девушку руку подняли, еще и вчетвером, вот пидорасы! Кто-то подбежал к нам и начал помогать Таньке разметать гопников. Вася! Я завороженно смотрел на то, как подруга и парень дерутся и в душе восхищался. Эти двое дрались четко и слаженно. Таня почти все школьные годы занималась борьбой, и до этого я уже не единожды видел девушку в драке, правда на соревнованиях. А вот Васю видел впервые дерущимся. И, скажу честно, я им залюбовался. Сильное тело выдавало отточенные удары, ни одного лишнего движения, при этом оставаясь пластичным. Это же мой парень… Ловкий, сильный. И чертовски красивый. Осознание этого будоражило. Получив крупных люлей, и осознав, что теперь силы не на их стороне, гопники с матами разбежались. — Ты в порядке? — бросился ко мне встревоженно Вася. А я ничего не мог ему ответить, наблюдая, как в полумраке мерцают его глаза, как он дышит на полную грудь, переводя дух, и немного подрагивает. И несносный язык зализывает разбитую губу. Ты — самое прекрасное из всего, что я видел в жизни. Но у меня нет сил это сейчас тебе сказать, потому просто хватаю тебя за одежду и обнимаю крепче крепкого. Ты дрожишь. А сердце готово оставить синяки на моей грудной клетке, так сильно бьется. То ли от перенапряжения, толи от того, что ты чувствуешь. С трудом оторвавшись от груди Васи, бросился к лежащей девушке: — Вы в порядке? В ответ она лишь тихо простонала, пытаясь подняться. Волосы полностью закрывали лицо, потому не было сразу понятно, насколько сильно она побита. Девушка принялась шарить руками по земле. Таня присела к ней, положив руку на дрожащие плечи: — Ты как, встать сможешь? Может скорую? Девушка замотала головой, отчего ее пушистые темные волосы, измазанные в пыли, еще больше разметались. Наконец она выудила из-под лавочки чехол с наполовину торчащей из него гитарой и прижала к себе. — Эй, малышка, тише, все хорошо, — голос Тани стал ниже и стал походить на мурлыканье кошки. — Ноги, руки целые? Живот, спина, грудь не затронули? Острой боли нет? Дышать можешь? На все вопросы девушка лишь отрицательно махала головой. — Ребята, пошли поднимемся ко мне. Нужно обработать ей раны, — решительно скомандовал Вася, крепко взяв меня за руку, — Может ей помочь подняться? — Держись, — скомандовала Таня, подхватывая девушку, как пушинку, а Вася взял гитару. Видимо, незнакомке хорошо досталось, так как она тихо постанывала от боли, когда подруга несла ее на шестой этаж. — Мда, веселый вечерочек, — бурчала Таня, которой все же прилетело в драке — щеку перепоясывала багровая полоса. Вася шел молча, лишь иногда сильнее стискивая мою ладонь. Этот молчаливый жест говорил больше любых слов. Я с тобой. Я рядом. — Куда ее? Ей бы промыть раны да умыться, — долговязая Таня так и не выпускала из рук девушку. — Иди в ванную, там аптечка, Миша тебе покажет, — устало опустился на пол Вася, — Я видел эту девчонку раньше. Она, кажется из соседнего подъезда. Почти всегда с гитарой. В музыкалку, наверное, ходит. Что же этим утыркам от нее нужно было? Протопав в ванную с Татьяной и ее ношей, смиренно сидевшей на руках, начал рыться в аптечке, в поисках нужных медикаментов и пластырей. — Малышка, я сейчас осторожно уберу волосы…тихо, тихо, я аккуратно. Черт, к ране залипли, — Танька усадила девушку прямо на бортик ванной, принимаясь бережно убирать волосы с ее лица. Стоя спиной, я услышал, как изменилось дыхание у Тани, и как ее тембр голоса стал еще ниже и окрасился бархатными нотками. О, я знал этот тембр. Так она говорила с понравившимися ей девчонками. То, что Таня предпочитает девушек, я знал уже очень давно. Но влюблялась она крайне редко. И всегда невзаимно. — Вот так уже лучше, — ворковала подруга. — Да ты симпатяжка. Эти уроды немного рассекли тебе бровь и досталось скуле. А так личико не пострадало. Эй, ты чего плачешь? Я обернулся, увидев наконец лицо незнакомки. Тонкие черты, большущие голубые глаза и дрожащие маленькие пухлые губки — все во вкусе Тани. — Это Миша, его парень, прибежавший на помощь к нам — Вася, — тихо заговаривала подруга, аккуратно промывая от пыли лицо девушки. — А меня зовут Таня. Глаза незнакомки округлились. Видимо, она таки не признала в Тане девушку изначально. Одетая в худи и черные джинсы, Татьяна действительно не сразу проявляла женскую натуру. Прихватив перекись, медицинский клей и пластырь, вышел в коридор к Васе. Тот, оказывается задремал. Он сидел на полу, запрокинув голову, выставив на обзор линии шеи, ключиц. Небольшие ссадины делали его еще более привлекательным для меня. Волосы растрепались и слегка завились от влаги. Я присел возле него на корточки и несколько секунд просто любовался. — Вася, — тихо позвал, нежно огладив по щеке. Парень моментально проснулся, тут же схватив меня за руку: — Не пропадай никуда! Будь со мной. Прости, я себя вел как осел вчера! Я все объясню… — Тише, — не дал договорить, прикрыв его рот ладонью. — Не нужно ничего объяснять сейчас. Я тоже сделал глупость, уехав утром. Если честно, твое поведение меня расстроило. Но я, кажется, просто тебя не верно понял. Ведь мы не говорили. Давай больше никогда не скрывать ничего друг от друга. Если что-то не так, давай говорить. — Ты — самое важное для меня. И мне страшно тебя потерять, — парень убрал мою руку от губ, прижавшись к ней щекой, — Мне тяжело говорить об этом, но, если честно, после того, что между нами… Я почувствовал себя плохо, будто принуждаю тебя к этому. Делать все те вещи, — Вася покраснел, — Мои желания иногда чересчур… я могу перегибать палку. И вчера отстранился от тебя, чтобы не заставлять ничего делать, что было бы постыдным или неприемлемым для тебя. Мне стало стыдно перед тобой. Вдруг тебе неприятно. Или неловко. Прости меня. — А вот не прощу, — сердито буркнул этому кадру, на что он понуро опустил голову. — Не прощу, потому что это все бред сивой кобылы. То, что ты принуждаешь меня к чему-то. Мы взрослые парни, и потребности есть не только у тебя, но и у меня. И может даже больше чем твои. Вася поднял голову, смотря на меня удивленно. — Ты даже представить себе не можешь, какой ты для меня. Объект моего восхищения, обожания, и желания, — сделал упор на последнем слове. — Ты же секс ходячий. Я не могу спокойно думать о тебе, смотреть на тебя. И у меня возникает желание делать с тобой все эти постыдные вещи, ни капли не стыдясь. Ведь ты — это ты. Я принадлежу тебе, а ты — мне. И знаешь, как я расстроился вчера, когда подумал, что это тебе не понравилось? — Боже, не говори все эти вещи таким милым тоном, иначе меня сейчас порвет на части, — Вася порывисто прижал меня к себе. — Я обещаю, что больше ни разу не усомнюсь в том, что тебе хорошо со мной. Его голос стал вкрадчивым и «мурлыкающим», отчего мне захотелось слизать этот тон в поцелуе, но сдержался, так как пока что в квартире были гости. Таня вдруг пулей вылетела из ванной, протопав к выходу. — Эй, ты куда? — спросил, поднимаясь с пола, все еще на взводе от нахлынувших чувств. — Я курить. — Стоп, ты же давно бросила? — удивился я. — Угу, — хмуро пробурчала Таня, обшаривая свой рюкзак. — Что-то случилось? Тебе же вроде бы девушка понравилась… Таня замерла. Устало потирая глаза, она пробормотала: — Мне очень понравилась девушка. И я ее даже поцеловала. Иди познакомься, — и вышла из квартиры. — Странная она сегодня, — Вася приобнял меня. В ванной девушка восседала все на том же месте, только теперь ее волосы были стянуты резинкой в «мальвинку». Она смотрела в одну точку и вздрогнула, когда мы вошли. — Привет, как тебя зовут? — Артем, — вполне сформировавшимся баском ответила «девушка». — Вот это поворот, — задумчиво выдавил Вася, выметаясь из ванной. — А меня зовут Миша. Ты не обижайся на Таню, она хорошая. Просто ты немного на девушку похож. Вот она и смутилась. За что тебя так? — бережно поправил пластырь на его брови. — За вот это вот все, — паренек красноречиво показал на себя. — Пояснить за внешность требовали. — Да ну их, уроды моральные. В ванную вернулась Таня, явно не пахнущая сигаретами. Что-то в ней поменялось. Заострились черты, стал тяжелее взгляд. Будто она решала внутри какую-то громадную проблему, и все никак не могла найти правильное решение. — Сдержалась, — на мой немой вопрос ответила подруга. — Но закурить хотелось. Ну что, Артемка, пошли я тебя домой провожу. Вася говорил ты из соседнего подъезда. Ты с кем живешь? Парень недоверчиво поднял взгляд на Таню, будто не веря, что она к нему обращалась. — Я? Сам… — Ну пошли, Сам. Этим голубкам миловаться не будем мешать. Парень попытался встать, но пошатнулся, потеряв равновесие. — Эх, принцесса, что же мне с тобой делать? — хмыкнула Таня, подхватив за талию Артема. — Держись за меня. Все, мы упетляли. Махнув удивленно смотрящему на нее Васе, девушка с Артемом ушла. — Это не день, а песня… — Вася устало плюхнулся на кровать, пока я созванивался с дошедшей к месту назначения Таней. — Прости, я так измотан, что едва языком ворочаю. Вот теперь мы остались одни, и в голове назревал план сладкой мести этому вредному парню.