Дементор
8 июля 2017 г., 18:17
За покупками к школе было решено идти в будний день. Накануне Сириус решил проинструктировать Гарри о правилах поведения, дабы избежать неприятных эксцессов.
— Гарри, завтра на Косой Аллее народу почти не будет, все предпочитают приходить за покупками к школе тридцать первого августа. Шансов выбрать что-нибудь нормальное будет больше. Давай посмотрим список учебников.
Гарри задумался, внимательно посмотрел на крёстного и протянул ему пергамент. Сириус Блэк долго и внимательно вчитывался в него, а потом нахмурился и спросил:
— Чудовищная Книга о Чудовищах, эта та кусачая дрянь, которая испортила диван?
— Она самая, — хмуро ответил Гарри, — у Хагрида странные подарки, но он….
— Я не осуждаю твоего друга, — Блэк понял, что ещё слово и Гарри обидится. Он ведь помогал разложить мальчику вещи, тот с одной рукой просто не управился бы. Он успел оценить потрёпанные вещи, единственный комплект одежды, надетый на самого Гарри, мантии в количестве именно трёх. В гардеробе у Гарри не было не то, что лишнего, там отсутствовало половина необходимого, зато были бережно завёрнуты флейта от Хагрида и два свитера от миссис Уизли. Небольшая пачка писем, как предположил Сириус, лежала в жестяной коробке из-под обычного маггловского монпансье. — Так, для начала мы поедем в Лондон, в самый обычный магазин одежды. Нужно купить тебе вещи.
— Спасибо, не стоит, — буркнул Гарри и уставился в пол.
— Гарри, вещи нужно купить, ты понимаешь?
Гарри это понимал, но ему было стыдно. Унизительно идти в магазин как бродяжка, унизительно выбирать вещи, вплоть до трусов, при чужом человеке, а именно так он воспринимал крёстного. И тот всё это понимал, он видел внутреннюю борьбу подростка, но знал, что доверие надо заслужить, оправдать. И впервые в жизни Сириус Блэк не полез нахрапом. Он дал время подумать. Наконец, Гарри напряжённо кивнул:
— Благодарю, мистер Блэк.
— Можешь называть меня просто Сириус, — смущённо улыбнулся Бродяга.
— Простите, но нет, мистер Блэк.
— Хорошо, нет, значит, нет, Гарри.
***
Это был дикий, колючий подросток. Он просто не шёл на контакт, запирался в своей комнате, делал летнее задание, читал книги, иногда выскальзывал погулять в примыкавший к дому сад. Был вежлив и насторожен, пробиться через стену отчуждения казалось нереальным, но для Блэка преград не существовало. Он решил разузнать о крестнике через его окружение. Вечером, после того как они съездили в Лондон, утомлённый Гарри спал у себя в комнате, а Сириус приступил к написанию писем. Уважаемый мистер Бут! Доброго времени суток. Мой крестник, Гарри Поттер, очень тепло отзывается о Вас и вашем сыне, поэтому я хотел бы познакомиться с вами лично. Надеюсь, вы примете моё приглашение на чай. Если вам это будет удобно, то в эту субботу, в 16:00. Спасибо, что уделили внимание этому письму. Пожалуйста, отправьте ответ с совой. Ответ на письмо прилетел через два дня. Мистер Бут выразил свою благодарность за приглашение, заверил, что будет и пригласил Гарри погостить у него остаток лета. Ровно к четырём часам вечера появился Терри и его отец. Мальчики поздоровались, а через полчаса, когда все формальности были произнесены, удалились в комнату Гарри. — Мистер Бут, у меня к вам просьба. Расскажите мне о Гарри? Как он жил? Что любит, что не любит. Он у меня уже почти половину месяца, а я даже не знаю, на каком факультете он учится. — Зовите меня просто — Арчибальд, — отец Терри улыбнулся. — Примите мои поздравления в связи с состоявшимся решением по вашему делу. А насчёт Гарри…. Он учится на Когтевране, но я мало знаю. Знаю, что друзья зовут его Воронёнок, Филч может рассказать больше. — Школьный завхоз? — не сдержал своего изумления Блэк. — А разве с ним можно договориться? — Как выяснилось да. Гарри его кошку любит, та в его руках так и мурчит. — Так он это для неё бегающую мышку покупал. Я думал кошка у него. — Нет. Его питомец полярная сова. Букля, кажется, но он оставляет её у Хагрида на лето. — Ясно, — задумчиво прошептал Блэк. — Сириус, не огорчайся. Ты справишься, он оттает. — Я очень на это надеюсь. — О. ещё Гарри с Луной Лавгуд общается. Может она тебе что расскажет? — Точно, Ксено же дельный человек. Обязательно посоветует что-нибудь. Надо было сразу к нему обратиться, — Арчибальд кашлянул. — Ксено больше не невыразимец, — Блэк опешил. — Как, это же такой специалист? Да лучше него тёмные заклятия никто не изучал. Он же все эти плетения…. — Пандора погибла, а он не справился. Три дня пластом лежал, думали за ней пойдёт, но он оклемался. Только вот…. в уме он повредился, но не опасен. Нет, в Мунго проверяли. Пенсию получает, газету издаёт да путешествует. Глава отдела Тайн большую часть денег в сейф Луны кладёт. Та хоть и странная, но в быту очень приспособленная. Правда только там, где дело касается других. Поговори с ней, у девочки большое сердце, она всё понимает, но выражается иносказательно. Мы предполагаем, что у неё дар провидицы. — Как у Трелони? — Хуже. Трелони видит стихийно, а Луна постоянно. Потому людей и сторонится.***
До школы оставалось всего ничего, но дел была масса, и поход за покупками был далеко не основной сложностью. Был у Сириуса Блэка старинный особняк, доставшийся от родителей, как единственному уцелевшему Блэку, да и то, только потому, что любимая Беллатриса находилась в Азкабане, а Нарцисса была женой Малфоя. Этот старинный, мрачный дом располагался на площади Гриммо и увидеть его могли только маги. Без хозяев дом ветшал, он таращился на мир слепыми окнами, наглухо закрытыми ставнями. В мрачном коридоре поджидала ротозеев неприятная подставка для зонтов, выполненная в виде ноги тролля, на мрачной стене висел портрет неприятной старухи в старомодном чепце. По пустынным, пыльным коридорам шатался неприкаянный домовик, который брюзжал об отродьях грязнокровок, зачитывал портрету великие деяния семейства Блэк и костерил недостойного предателя-Сириуса. Сам дом стал рассадником для богартов, пикси и докси, и это если не учитывать бесконтрольно валявшиеся по всем кабинетам и жилым комнатам тёмные артефакты. Дверь тихонько скрипнула и в отчий дом, тяжело опираясь на трость, вошёл Сириус Орион Блэк. — Здравствуй, гнездо родовое. Радости не испытываю! Проходите, господа, — следом скользнули фигуры в синих мантиях. Они двигались бесшумно и очень плавно. Следом скользнули авроры, а последним прошёл директор Дамблдор. Без него обыск и уничтожение тёмно-магических вещей было бы незаконным, а судиться с Малфоями, которым он хотел оставить особняк Сириусу не хотелось. — Проклятые осквернители крови! Грязнокровки! Как смели вы переступить порог благороднейшего и древнейшего дома семьи Блэк?! — надрывалась Вальбурга на портрете. — Кричер! Кричер! Выставь их вон! Тут же материализовался дряхлый и уродливый домовик, с гневным брюзжанием он пытался атаковать незваных гостей. Вспышка белого света угодила ему в лоб, и маленький негодяй осел, а потом начал распадаться, пока от него не осталась мерзкая вонючая лужа. — Так, на портрете заклятие вечного приклеивания, — глухо заговорил невыразимец из-под капюшона. — Не беда, — ответил другой и достал будто бы из воздуха кинжал, украшенный красноватой рунной вязью. Как только лезвие коснулось полотна, повалил серый дым, Вальбурга на портрете взвыла, заметалась, но что она могла? — Альбус, — обратился один из авроров к директору, — я чую здесь несколько тёмно-магических вещей, и похоже один, нет два, крестража. — Как? — светлый маг нахмурился. — На одном магия неназываемого, а второй слишком старый, хозяин, определённо, не успел возродиться. Мы заберём оба и уничтожим их. — Хорошо. Через двенадцать часов мрачный особняк Блэков был похож на обыкновенный старый, нежилой дом. Не было в нём ничего зловещего, только скрипели половицы под ногами людей вычищавших его. — Всё, — устало сказал Блэк. — Спасибо, господа, но я тогда откланиваюсь. Дом передадите семейству Малфой, а мне позвольте откланяться. — Сириус, погоди, — Дамблдор поймал его за руку как раз в тот момент, когда он собирался аппарировать. — Директор? — он изогнул бровь, и сразу стало видно, что Снейп большей частью манерничает, но аристократизма, воспитания и такта ему не хватало. Блэк весь кипел от ненависти, но смотрел заинтересовано, внимательно, будто бы ожидая откровения. — Римус, он…. — Поединка не будет. Так ему и передайте. — Вы же были друзьями, я не прошу его простить, но попробовать… — он осёкся, напоровшись на ледяной взгляд Блэка. — Правильно, были. Единожды предавший, предаст ещё раз. Позвольте вас покинуть.***
А за два дня до Хогвартса случилось страшное. Беллатриса Лестрейдж сбежала из Азкабана. Как ей это удалось — никто не знал, но факт оставался фактом. Безумная женщина смогла убежать. Конечно, она могла утонуть при попытке к бегству, но никто точно не знал, и магическое сообщество замерло в тревожном ожидании. К Хогвартс экспрессу подошли двое. Мужчина, тяжело опирающийся на трость, и мальчик-подросток. — Гарри, это сквозное зеркало, — Сириус сунул стекло в руку Воронёнка. — Если что-то покажется подозрительным, сразу вызывай меня. Достаточно открыть и сказать моё имя. Мальчик не ответил, только кивнул, и переложил зеркало во внутренний карман куртки. — Как доедешь, пришли сову, — Гарри молча кивнул. Он не знал, как отвечать тому, кто о нём заботится. Свободных купе не нашлось и Гарри пришлось ехать с Гриффиндорцами и каким-то хмурым типом в потёртой мантии. Тот, по счастью, спал у окна. Гарри, как обычно оценивал обстановку. Мужчина, болезненного вида, измождённый, одежда латанная-перелатанная. На полке стоял чемодан перевязанный верёвкой, на медной табличке, прикрученной к чемодану, значилось: «Профессор Р. Дж. Люпин». — О, — тихо шепнул Гарри, — новый преподаватель по Защите. Цирк с конями и балет с доярками продолжается. Главное, чтобы наш преподаватель сам не помер. Вид у него, будто бы его прокляли. — Гарри, как тебе не стыдно, — шёпотом возмутилась Гермиона, — это же преподаватель, и…. — Всё. Свят, непогрешим, богоизбран, — продолжил Гарри, а Терри только вздыхал. Появление в жизни друга крёстного нисколько не улучшило его характер. Бут решил сменить тему. — А ты ещё Луну не встречал? — Она в купе с Невиллом и Джинни. Лонгботтом обещал присмотреть за ней, чтобы ничего не случилось. Разговор перетёк в другое русло. Обсуждали всякую ерунду вроде Хогсмида, мороженого, квиддича. Рон мечтал поскорее туда попасть, точнее в магазин «Сладкое Королевство». Куда он так ел, оставалось загадкой для всех. Гарри предполагал, что это либо ускоренный метаболизм, либо глисты. Малфой с Крэббом и Гойлом заглянули на огонёк, дело кончилось скандалом, но профессор не проснулся. — Рон, — предложил Гарри, — потыкай его чем-нибудь острым. — А то, может быть, мы едем с трупом. — Гарри, — зашипела Гермиона. — Что Гарри? Я в свидетели не хочу… Поезд резко затормозил, все переглядывались, полезли к окнам. В купе прибежали Лонгботтом, Луна и рыжая Уизли. — Что случилось? — спросил Невилл. — Это не я, — лихо ответил Гарри, а потом погас свет. Пока соседи по купе подсвечивали люмосом, Гарри выудил из кармана старенькую бензиновую зажигалку, приобретённую в Лондоне по случаю. В дверях кто-то столкнулся, вскрикнул. Профессор Люпин наконец-то соизволил «проснуться», зажёг свет на кончике своей палочки. Дверь в купе медленно отворилась и появилась фигура, закутанная в длинный сгнивший саван. Она сипло засасывала воздух. Гарри услышал истошный женский крик, на виски стало давить и он понял, что сейчас ему придёт конец. Он вздрогнул, вжикнуло колёсико. Мальчик прибавил горючего и запалил саван твари. Одновременно вместе с этим щит, созданный преподавателем, вытеснил существо из купе, а Гарри провалился в блаженную тьму. Когда он очнулся, то понял, что снова горит свет, подрагивают фонари, а поезд мчится дальше. — Так, кто кричал? — Гарри посмотрел на Терри. — Никто, — тихо ответил Бут. — А этот где? — Поттер кивнул на дверь. — Это дементор, — тихо пояснил Люпин. — Ты очень смелый, но огонь их не пугает. Гарри посмотрел на профессора и ехидно сказал: — Ну, должен же я был хоть как-то защищаться? Не находите? Вы проспали, — он обозначил в воздухе кавычки, — два скандала, остановку поезда, столкновение в дверях. Вдруг вы бы и дементора проспали? Станется с Вас. Мужчина покачал головой и протянул ему большую плитку шоколада. — Съешь, легче станет, — Гарри сделал вид что не заметил, но тут вмешался Терри. — Правда, будет легче. — Спасибо, сэр, — мальчик взял угощение и немного надкусил. Есть дальше он и не подумал. Не из вредности, просто не верил ему, вот и всё.
