Воронёнок: с ног на голову, а может и нет.

Гарри сидел в гостиной Когтеврана и думал. Он думал о том, что начинал привыкать к участию других людей в своей судьбе. Это было непривычно, раздражало, нервировало и немного пугало. Та стена, которую он тщательно выстроил между собой и внешним миром, дала трещину, и этому было множество причин. Он боролся с собой, он не хотел стать уязвимым. Сколько лет он ждал того, что на пороге дома Дурслей объявится какой-нибудь дальний родственник и заберёт его? Никто за ним не пришёл. Родственник в виде крёстного объявился недавно, и, да, забрал его. Вот только лучше от этого не стало. Нелюбимый в семье, Гарри просто не знал, как общаются в семьях, где детей любят. Точно не как с Дадли. Но как же правильно? Он в своё время много читал книг по психологии, знал, что такое девиации, что такое психоз, и даже кое-что о девиантном поведении подростков в пеницитарных учреждениях, а по-простому о хулиганах в тюрьме. Гарри Поттер не был гением. Он просто проглотил эти книжки от тоски и одиночества, запомнил термины, но не наделил их смыслом, просто потому, что не у кого было спрашивать советов. Но с появлением в его жизни Сириуса Блэка всё начало меняться. Потихоньку, со скрипом, но меняться. Сириус стал присылать письма, и Гарри, чтобы не обижать крёстного, которому он стал доверять чуть больше, пытался на них отвечать. Первое письмо от Блэка он получил два месяца назад. Дорогой Гарри! Ты уж прости меня за мою навязчивость, но видно годы тюремного заключения и одиночества подточили мою выдержку и мне теперь требуется общение. Поэтому прошу простить моё любопытство, но всё же спрошу. Как твои дела в школе? Мои почти нормально, хотя были мелкие неприятности, которые, увы, до конца исправить не удастся, впрочем, я почти сжился с этим. Всего ли тебе хватает? Я так и не понял, увлекаешься ли ты каким-нибудь спортом? Если да, то напиши мне, я надеюсь, что смогу помочь подобрать литературу, а если выразишь желание, и инструктора. Ещё такой вопрос: видел шикарный набор для рисования шаржей, но не уверен, пользуешься ли ты такой маркой, и насколько удобны сами пастели и мелки, поэтому прилагаю фотографию. Если ты не будешь против, то пришлю этот набор в дополнение к уже имеющемуся. И ещё, Гарри, прошу, приезжай на Рождество. У меня как выяснилось, нет друзей, но сидеть в одиночестве как-то страшно. Я понимаю, что со мной не слишком интересно, но всё же, прошу, приезжай. Твой крёстный, Сириус Орион Блэк Получив такое письмо, Гарри три дня ходил хмурый. Вот что ему было с ним делать? Терри, помня, что с Гарри нельзя говорить, пока он не позволит, ну, если не хочешь нарваться на характеристику своих умственных способностей. Только беспечная Луна Лавгуд простодушно подошла и сказала: — Твои моражанки беспокойны. Их жжёт злой огонь. Что случилось? — Полоумная, — фыркнула откуда-то Чжоу Чанг. Гарри покосился на неё, та и не заметила, но приобрела себе врага. Падма Патил напряглась, но ничего не сказала. Это была скромная, милая девочка, и лезть в чужие дрязги она не хотела. — Мистер Блэк написал мне письмо, — сказал Гарри, после того, как увёл Луну в библиотеку и усадил за уединённый столик. — И на него надо отвечать. — А ты не хочешь? — широко распахнутые глаза Луны смотрели прямо в душу Гарри, и тот ответил честно. — Не знаю. Я просто не понимаю, чего он от меня хочет? — Он хочет заботиться о тебе. Защищать тебя. Он огненный, но ты не сгоришь. Ты согреешься. — Я не могу! — почти простонал Гарри и взъерошил непокорные волосы. — Понимаешь? Не могу! Он ведь не обязан! Даже кровная тётка плевать на меня хотела! А он мне никто! — Ну, так уж и никто! — послышался возмущённый голосок Грейнджер. Как выяснилось, Гермиона стояла здесь рядом и слышала всё. Гарри невольно отметил, что грива каштановых волос уложена теперь в косу. Так определённо было лучше. — Грейнджер! Ей Богу, я тебя пришибу и получу славу спасителя Слизерина! — девочка возмущённо фыркнула. Гарри был неприятным человеком, но Невилл, с которым она дружила, всегда говорил, что это от того, что его никто не любил и не щадил его чувств. Он просто не знает, как правильно себя вести, вот и ершится. — Даже не думай! — откуда-то из-за стеллажей появился рыжий Рональд Уизли. Он был менее сдержан и счёл, что Гарри оскорбил Гермиону. Обстановку разрядили Невилл и Терри. Первый везде ходил с Роном, второй пришёл искать друга. — Что происходит? — синхронно спросили Бут и Лонгботтом. — Наш Мальчик-Который-Чистый-Сарказм, — иронизировала Гермиона, — от родственников отказывается. — Не смешно, — с ледяной угрозой отчеканил Гарри. — Я не смеюсь, но ведь Сириус Блэк твой родственник, — спокойно ответила Грейнджер. — Голословно, — парировал Гарри. — Нет, — это уже вмешался Уизли, — все волшебники в той или иной степени родственники друг другу. У тебя бабушка, по-моему, из Блэков. Вот и получается, что он твой родственник. — Так я про это и говорю, — глаза Гермионы метали молнии, — нужно ответить на письмо Блэка. Там ведь ничего личного нет. — Хорошо, — Невилл посмотрел на Гарри, — что отвечать будешь? — Ах, как мило, — Гарри встал, — спасибо, что спросили меня. Я…. — Пожалуйста, — тихо попросила Луна, — сядь. Ведь ты же знаешь, как это важно. И Гарри сдался. Он не знал, кем надо быть, чтобы огорчить солнечную Луну? Сириус перечитывал ответ несколько раз и был доволен. Понимал, насколько парню тяжело свыкаться с новым для него положением. Уважаемый мистер Блэк! Спасибо за такое тёплое письмо в мой адрес. Школьные дела идут своим чередом, я ни в чём не испытываю нужды. Спорт требует изрядного количества свободного времени, а его у меня здесь почти не бывает, поэтому нет никакой нужды тратить деньги на тренеров и атрибутику. Набор, безусловно, хороший, но он стоит более пятидесяти фунтов, поэтому не стоит его приобретать. Вы и так многое сделали для меня. Благодарю за приглашение на Рождество. Я привык проводить его в школе…. дальше на письме расползалась клякса, и строчки были неровными, будто бы Гарри с кем-то боролся, а серьёзный нажим на перо и слегка порванный пергамент говорили о том, что письмо было закончено позже. … но, я принимаю ваше приглашение и прибуду. Сириус Блэк, конечно же, понял, что на таком ответе настоял Терри. Иногда Молли Уизли подкидывала информацию о Гарри, но поскольку Рон учился на другом факультете, то много узнавать не удавалось, но вот историю написания ответа Рон отправил своей маме. От Молли Уизли Сириус узнал, что ответ на его письмо писали ещё пять человек помимо Гарри, что согласие приехать на Рождество Луна буквально выплакала из своего сокурсника. Сейчас крёстный Гарри Поттера готовился к Рождеству. Пускай было ещё много времени, но Гарри нужно было встретить, окружить заботой и в то же время не навязываться. Да и самому нужно было отвлечься. Кузина его не обманула. Отдала ключ от сейфа, нарисовала чашу, сама в банк не пошла. Невыразимцы подтвердили, что это тоже крестраж. Альбус Дамблдор терзался вопросом, сколько же крестражей сделал Том, а Сириус тосковал. После того, как кузина отбыла в Штаты, он решил развеять грусть-тоску и предаться плотским утехам. Деваха оказалась бойкой и весьма сговорчивой. Пара бутылок пива, бильярд и номер в гостинице. В дом, где он собирался растить крестника он решил её не вести. И всё же было прекрасно, но в самый ответственный момент его пах накрыла такая боль, что он, хоть и был очень терпеливым от природы человеком, согнулся пополам и завыл…. Это позже, при обращении к целителю, какой тут стыд, боль была такая, что Блэк думал, что умрёт от шока, выяснилось, что в тюрьме он перенёс двухсторонний гнойный орхит. Как он не умер от воспаления и боли? Ну, повезло. Боль при эрекции обещали устранить в течение двух-трёх недель, но вот с развившимся бесплодием уже ничего сделать было нельзя. И это было прискорбно. Гарри вырастет, создаст семью, а его ждёт одиночество. От этого хотелось выть и лезть на стену. Он держался, как умел. Гарри всё никак не мог забыть последнюю встречу с крёстным. Тот по своим делам наведывался к Дамблдору, но зачем-то вызвал его. Они снова сидели на берегу озера и не знали, о чём говорить. И снова первым начал Блэк. — Спасибо, что принял приглашение, Гарри. — Это честь для меня, мистер Блэк. Можно я задам вопрос? — Конечно. — Почему? — его голос дрогнул и крёстный с тревогой посмотрел на него. — Почему?! — уже с какими-то истеричными нотками спросил подросток. — Вы не обязаны обо мне заботиться! Я же сирота! Никчёмный, свалившийся порядочным людям на головы сирота! Я же не нужен вам! — он задыхался, по щекам катились злые слёзы. Он действительно не понимал, почему Блэк с ним возится. Он спрашивал ещё что-то, точнее просто выкрикивал бессвязные обрывки фраз в надежде, что Сириус Блэк просто уйдёт, но он ошибся. Сильные руки притянули его к себе, прижали к груди и Гарри услышал сердце, бухающее о чужие ребра. Он начал вырываться, чтобы сбежать и проплакаться без свидетелей, как делал это лет с пяти, но крёстный не пустил. Гарри молотил его кулаками по спине, брыкался, вырывался, но против подготовленного аврора, хоть и бывшего, ничего противопоставить не мог. Через час он успокоился и просто заснул на плече крёстного. Блэк наколдовал невербального патронус и отправил по профессорам, благо зелий в этот день не было, а остальные отнеслись с пониманием. Трелони даже изрекла пророчество о чёрном наследнике, но никто, точнее почти никто, не воспринял его в серьёз. А Гарри с того момента примирился с мыслью, что он не один на этом свете, а ещё Сириус просил передать Хагриду, что не позволит казнить его гиппогрифа, и Малфой не помешает.