Воронёнок: с ног на голову, а может и нет.

      Студенты возвращались с каникул, школа, было заснувшая, снова оживала. В коридорах опять что-то громыхало, взрывалось, слышались строгие слова преподавателей, жалобы студентов друг на друга, томные вздохи влюблённых парочек по углам. Одним словом — школа.       Директор был зол, как никогда. А когда Альбус Дамблдор злился, то его предпочитали не трогать. Вот и сейчас он расхаживал по кабинету, точнее метался как дикий зверь в клетке, и возмущался: — Уму непостижимо! Министерство оставляет здесь дементоров до конца года! В школе! Они совсем там из ума выжили! Корнелиус Фадж считает, что это убережёт наших детей от Беллатрисы Лестрейдж! — Альбус, — тихо заговорила профессор МакГонагалл, — возможно в чём-то они и правы. Ведь детям нужна защита…. — Минерва! — и феникс на жёрдочке вздрогнул. — Ты не хуже меня знаешь, что дементоры неразумны, прожорливы и опасны! А если они выйдут из-под контроля и хлынут в школу? Точнее не если, а когда?! Что мы будем делать? Как нам защитить учеников. Не думал, что когда-нибудь это скажу, но иногда я согласен с Люциусом Малфоем! Я даже начинаю думать, что его предложения не всегда безнравственны! — директор разражено выдохнул. — И что же такого предложил Люциус Малфой? — не выдержав спросил Снейп. — Свою кандидатуру на пост министра, — не то отшутился, не то сказал правду директор. — И это ещё не всё! Теперь министерство потребовало, чтобы пароли в факультетские гостиные менялись дважды в день! — Ну, это ведь не обязательно исполнять? — спросила Помона Спраут. — Они вбили этот пункт в контракт, правда на один месяц, так что, боюсь, исполнять это требование придётся. — Директор раздражённо фыркнул. — Ладно, что-нибудь придумаем.       Учебный год потёк своим чередом. Гарри исправно посещал все занятия, старательно игнорируя все придирки Снейпа и его прямые угрозы тем, что экзамен по зельям Гарри завалит.       Мальчику было всё равно. Он всерьёз рассматривал то, чтобы уйти из магического мира. Карьера министерской сошки его не привлекала, Аврорат тем более. Ничего романтического в том, чтобы гонять мелких жуликов и разного рода торговцев Гарри тоже не видел, а редкие рассказы Сириуса о недолгой боевой молодости и вовсе привили ему такое омерзение к полицейской работе, что напрасно кто-то ждал героических помыслов и деяний от Воронёнка. Не дождались бы.       Две недели по возвращении в Хогвартс всё было тихо, а потом в обед в большом зале произошло чрезвычайное происшествие. За столом Гриффиндора взорвался громовещатель и грозный голос Августы Лонгботтом отчитал Невилла при всём большом зале. Бледный парень дослушал послание до конца и под дикий хохот слизеринцев, не всех, конечно, старшекурсникам до мелкоты дела не было, выбежал из большого зала. Следом за ним кинулся Рон Уизли и два старших его брата. Фред и Джордж. Гарри, к тому времени уже пообедавший, и направлявшийся в библиотеку, был сбит с ног сначала Невиллом, и только он поднялся и отряхнулся, как на него свалился Уизли Шестой, а сверху, споткнувшись о брата, приземлились Уизли номер четыре и пять соответственно. Началась куча мала, Гарри ворчал, ругался и попытался подняться. Минут через пять ему это удалось. — Вы бы хоть смотрели куда прёте! Остолопы! — Воронёнок, не нарывайся! - Довольно зло ответил Фред. — Если мы бежим, значит есть на то веская причина, — добавил Джордж, утягивая брата догонять убежавшего вслед за Невиллом Рона.       Гарри ругаясь начал собирать свои вещи в сумку. Учебник по трансфигурации, пергамент, перья, молескин и ещё один пергамент. Странно. Такого пергамента он не помнил, осторожно взяв его рукой, он почувствовал тягучее тепло, а на чистом, желтоватом пергаменте проступила надпись. Господа Лунатик, Сохатый, Бродяга и Хвост приветствуют тебя, о юный искатель сокровищ! Они (сокровища) хранятся у домовиков на кухне. Чтобы туда попасть, найди картину с фруктами и пощекочи грушу. Итак, в путь, наш юный последователь! Но перед дорогой торжественно поклянись, что замышляешь только шалость!       Ноги немного подкосились. Бродяга — Сириус Блэк, Сохатый — его отец, а вот про Лунатика и Хвоста Сириус не рассказывал почти никогда. Петтигрю — Хвост. Крыса и предатель! И просто Лунатик.       Не сомневаясь ни секунды, Гарри сунул карту отца к себе в сумку. Нужно будет как следует изучить. Вечером он отозвал Терри, чем немало его удивил. Значит он доверял ему, а это дорогого стоило. — Смотри, что я нашёл, — Гарри развернул пергамент. — Интересно, — Терри склонился над ним так, что мягкие волосы чёлки почти коснулись стола. — Похоже на загадку. Мальчик приложил волшебную палочку к листу и нараспев сказал: — Торжественно клянусь, что замышляю только шалость! — и на мгновение карта засветилась. Побежали чёрные линии коридоров и стен древнего замка, закопошились чёрные точки, поименованные учениками, учителями и привидениями. — Ничего себе! — присвистнул Воронёнок. — А вот нафига это было делать? — Ну, не знаю? Эксперимент? — Да, пожалуй. А как карту скрыть? — А вот тут есть подсказка. Это…. Ой, а зачем это Лонгботтом пошёл на астрономическую башню? Даже побежал на неё, судя по скорости. — Не знаю, на…. — Гарри вздрогнул. Логика у него срабатывала молниеносно. Тоже тёткино свойство, но Петуния об этом уже никогда не узнает. Гарри вспомнил, что рассеянный Невилл записал все пароли от входа в общую гостиную Гриффиндора на неделю вперёд, да и посеял этот список. А вот кто-то из слизеринцев его нашёл, пробрался внутрь, пока все были на занятиях, и устроил погром. Да ещё и по спальням прошёлся. Испортил вещи маглорождённых, на кровати Грейнджер намалевал «ГРЯЗНОКРОВКА».       Декан факультета Гриффиндор устроила розыскные мероприятия честь по чести. Ну, она подняла шум и когда Полная Дама поведала, что у ученика был список паролей на всю неделю вперёд, Минерва начала выяснять, кто его потерял.       Невилл нашёл мужество и сознался сам, за что и был отлучён навсегда от походов в Хогсмит, так же ему запретили сообщать пароль от двери гостиной, и теперь ему приходилось топтаться в коридоре, дожидаясь, когда кто-нибудь пойдёт в общую комнату. Громовещатель, присланный Августой Лонгботтом, просто допёк Невилла.       Тут надо сказать, что тюфяком или даже сквибом он не был никогда. Просто любое его действие в глазах бабушки было не таким. Она замкнулась в своём горе после того как узнала, что стало с её сыном. То, что внук по характеру другой она в упор не замечала, поэтому ребёнок с детства только и слышал, что всё делает не так. В школе эстафету подхватила декан факультета, которой просто некогда было справляться с нагрузками и разбираться с проблемами учеников. Минерва МакГонагалл искренне считала, что воспитывает в подопечных мужество.       Весьма сомнительное утверждение. Самыми храбрыми и наглыми в школе были Слизеринцы, которые хоть и чтили выгоду больше всего на свете, друг за друга стояли стеной. Самыми трудолюбивыми и сообразительными, кто бы там что не утверждал, были Пуффендуйцы, именно большинство выпускников этого факультета занимали руководящие посты и не только в министерстве.       Отменные артефакторы, врачи, мастера рун и чар. Хотя бы тот же помощник главного целителя госпиталя святого Мунго. Он закончил Пуффендуй, как и Амелия Боунс. Гриффиндор выпускал в основном авроров, спортсменов, мелких клерков и секретарей. Редко, но попадались хорошие артефакторы-механики. Целители и зельевары почти никогда не выходили из стен факультета.       В чём преуспел алознамённый факультет, так это в детском травматизме. Ученики часто болели, плохо лечились, ибо если ребёнок был стеснительный или просто легкомысленный, или не мог просчитать последствий своих действий, то в больничное крыло он не попадал. Никто за этим не следил. Так вот и повелось. Огромная гостиная предоставленных самим себе детей — это было страшно.       Картина, сложившаяся в голове у Поттера была не радужной. Что мог с собой сделать Невилл? зачем он в половине девятого вечера побежал на астрономическую башню? Гарри схватил карту: — Найди нашего декана как можно скорее, а я за Лонгботтомом, — и Гарри выскочил из спальни. Терри побежал разыскивать профессора Флитвика.       Невилл сидел на парапете башни и любовался на звёзды. Прыгать вниз он не собирался, просто не смог в очередной раз попасть в гостиную и решил прийти сюда. Хорошо, не придти, а прибежать. Его всё достало. Разобиженный шестикурсник, у которого пострадали вещи, тихо сказал пароль, а его отпихнул от входа со словами: — Ночуй в коридоре, жирдяй. Это было обидно, парень чуть не разрыдался, и чтобы никто не увидел его слёз, бросился сюда. Сейчас он успокоился, глубоко вздохнул и собрался уже уходить, как послышались шаги и голос, в котором он узнал Воронёнка, тихо сказал: — Не надо этого делать. Оно того не стоит. — Погоди, — Лонгботтом удивился, — ты как здесь оказался? — Мимо шёл. — По воздуху? — Нет, по воде, — мгновенно вспыхнул Гарри, — слазь, надо поговорить. — Ну, хорошо, — Невилл присел прямо на каменную площадку. — ты-то здесь зачем? — Неважно. Что там получилось у вас на Гриффиндоре? — Да, — мальчик махнул рукой, — как-нибудь наладится. Пойду я, пожалуй, и спасибо тебе. — А почему ты здесь? — Гарри пошёл рядом с Невиллом. — В спальню не пустили. — Даже так. Слушай, это, конечно же, не моё дело и ты меня сейчас пошлёшь по матери и будешь прав, но всё это уж как-то слишком. Давай напишем об этом директору? Невилл пожал плечами, махнул рукой и тихо спросил: — Думаешь, он не знает? Да и вообще, меня, наверное, правильно наказали. — Это ты сам так считаешь? Или бабушка указала тебе как правильно считать? — прошипел Гарри. — Ну, я же потерял пароли и…. — Случилась хулиганская выходка. И вот о чём подумай. Того кто это сделал не то что не поймали и не наказали, а даже не искали. Ты теперь безвылазно сидишь в замке, в спальню тебя не пускают. Уроки сделать ты тоже не можешь, поскольку не можешь вовремя забрать учебники, и… — Ты не прав. Мне Рон с Гермионой их носят, а Гермиона ещё помогает…. — А что же пароль не сообщили от двери-то? — Им запретили и они…. — Не имеют понятия о дружбе. Они неплохие ребята, но не более того. Случись с тобой, что и о тебе все забудут. Помяни моё слово. — Не уверен. А потом я не хочу жаловаться. Директор ведь и так всё знает. Это его работа, и…. Они уже шли по тёмному замковому коридору. Гарри захохотал, разбудил несколько портретов, но никак не мог остановиться. — Нет. Ты, похоже, не представляешь себе работу директора. Его забота обустроить снабжение замка, нанять штат преподавателей, защищать учеников. О том, что происходит в спальнях и в гостиных факультетов он имеет только общее представление. И если…. — Поттер! Лонгботтом! — рявкнул вышедший из темноты профессор Снейп. — Что вы делаете в коридоре?! Очевидно, правила писаны не для вас! Весь волшебный мир стоит на ушах, спасая вас, мистер Поттер от самой опасной убийцы, верной помощницы Того Кого Нельзя Называть, а вам всё равно! Как вы похожи на своего отца! Такой же заносчивый, высокомерный, и…. — Мой отец не такой! — с ненавистью в голосе отчеканил Гарри. — Я, кстати, тоже! — Что у вас в карманах?! — зельевар осветил топорщащуюся толстовку Гарри. Тот не ответил. — Выверните карманы, Поттер! — приказал Снейп. — Нет! — огрызнулся Гарри. — Выверните карманы, иначе мы сейчас же пойдём к директору школы! Гарри, которому весь Хогвартс даром не упал, вдруг набычился, и Снейпу показалось, что перед ним Джеймс, который сейчас снимет очки, отдаст их Люпину, и кинется в драку. — Хорошо, мы идём к директору школы! Такого поворота Снейп не ожидал. Он ощерился желтоватыми, неровными зубами: — Ах вы…. — В чём дело? — к ним спешил Филиус Флитвик. — У меня тот же вопрос, — с другой стороны коридора шёл Римус Люпин. — Ничего особенного, — как-то уж совсем по-взрослому ответил Гарри, — мы идём к господину директору. — Из-за чего? — удивился декан дома Когтевран. — Вот свиток с чёрной магией! — Снейп потряс картой. — Это утверждение? — тут же спросил Гарри. — Подождите, — призвал к порядку полугоблин, — давайте разберёмся на месте. Гарри, что ты делаешь ночью в коридоре? — Профессор, спасибо за ваш вопрос, но думаю, что лучше будет поговорить у директора. — Хорошо, я как твой декан иду с вами. Может отпустим мистера Лонгботтома? — Не стоит, — Гарри уже закусил удила, — ему тоже будет полезно прогуляться до башни.