Курс на Процион

      Йоханесс оказался прав. Простуда у Ас задержалась ненадолго. Спустя трое суток она преспокойно моталась по кораблю, хмуро шмыгая носом время от времени. Терранская команда вновь была в полном сборе. До этого земляне Ас не навещали по нескольким причинам: во-первых, всё это время либо спала, либо утыкалась в оружейные схемы Эктора, во-вторых, заражаться никто не хотел, а в-третьих, Эктор бы их просто напросто не пустил бы, повторив первую и вторую причины.       Сейчас терранцы заседали в своём обжитом углу в столовой и скучающе маялись всякой дурью. Кто ковырял столешницу, кто вытаскивал инопланетную грязь из-под ногтей, кто просто пялился в пространство и думал о чём-то своём. Вокруг галдели пришедшие со смены на обед Кометы. Ас развлекалась тем, что снимала и надевала переводчик, слушая то страшный гомон тысячи самых разных языков, то нормальную речь. Рычал ЛаТрайль, щёлкал и цокал языком Иссиль, издавал противный уху металлический скрежет Ци. Тараторил на чём-то, смутно напоминающем эльфийский, Чарр и эмоционально размахивал руками.        - Чарр, кчалла л’ннэ! – сказал, ощерившись, когда увесистая железная рука Риквуда долбанула его по лбу, Иссиль. Ас надела переводчик обратно, - …хватит руками махать! Успокойся, кому говорю! Я, конечно, понимаю, эмоции и всё такое, но надо же меру знать. Откуда в тебе столько энергии, блин, берётся?        - А у меня вместо сердца электрический моторчик, - весело подмигнул Риквуд, постучав механической рукой по груди, - Энергию вырабатывает ведрами! Искусный механизм, надо отметить. Полная замена настоящего. Его мне поставили, когда… - Ас вновь стянула переводчик с уха, - … лантье орро дайонуул. Го алантие отану. Э тэмпте?..        - Кхта манэ! – воскликнул Уитеннс, после чего Ас поспешила вернуть переводчик на место. Надо же было знать, что там происходит, - А не врёшь?        - Ни капли! – отозвался Чарр и протянул Уитеннсу здоровую руку, - У меня даже пульса нет. Хочешь, проверь.       Ас надоело баловство с переводчиком. Из-за этого она прослушала самую важную часть разговора. И как теперь узнать, почему Чарру заменили сердце? Интересно, он его подзаряжает? Наверное, это – одна из причин, по которой Чарр стал главным механиком. Вдруг сердце начнёт барахлить, а рука откажет? Ведь больше на корабле, судя по всему, Комет с такими серьёзными имплантами нет.       От размышлений Ас оторвало резко возникшая позади корейская речь. Повернувшись к Хану, Ас стремительно нацепила переводчик и зареклась сегодня больше его не снимать.        - Пойдём, что ли, в трюме поковыряемся? – протянул Хан, оглядывая землян, - Вдруг интересное что-нибудь там найдём?        - Найдём, разберём по частям, а ещё лучше случайно проделаем дыру в фюзеляже, - едко проговорил Пётр, театрально кивая, и вдруг совершенно серьёзно сказал, - Я за. Пойдём.       Терранцы всей гурьбой поднялись из-за стола и направились к выходу. Кометы за столами их даже не заметили – так были заняты едой и разговором. Обед сегодня вышел на удивление съедобным. Никто не хотел упускать такой момент.       Трюм, как обычно, был освещён лишь на половину, если не меньше. Миновав уже знакомые им полки с ракетным топливом и одеждой, терранцы направились дальше, в самую темноту. На стеллажах покоились тонны пустых коробок, целая армия бутылочек со смазкой и алкоголем (вполне возможно, что и то и то имели одинаковое действие) и ворох деталей для звездолётов. Далее следовали крючки для инструментов и прислонённые к стене огромные пласты металла. После следовал длинный застеклённый шкаф с оружием, закрытый кодовым замком, рядом стояли открытые ящики с долгохранящейся едой. Затем – густая темнота.        - Всё. Ничего интересного, - вздохнула Настя.        - Да нет, можно было бы сделать из этих коробок нечто вроде санок, - пожал плечами Пётр, - Только вот гор тут нет. Снега – тем более. Зато сквозняка предостаточно.        - А кто сказал, что это всё? – вскинулся Хан, - Мы же можем и дальше пойти?        - И чего ты там найдёшь, без света-то? – приподнял одну бровь Пётр, но Хан уже шагнул во тьму.        - Тут что-то есть! – крикнул он.       Эхо мгновенно поймало его слова и разнесло по всему трюму от и до. Тьма, в которой исчез Хан, встрепенулась и зашевелилась. Пётр сглотнул и сделал шаг назад.        - Слушай, вылезай-ка ты оттуда, - нервно пробормотал он.        - А? – громче прежнего отозвался Хан.       На терранцев из темноты с дикими воплями ринулось мельтешащее чёрное облако и разлетелось во все стороны, исчезая среди полок стеллажей. Земляне, закрыв руками голову, пригнулись и, выкрикивая проклятия, принялись кое-как отмахиваться от невиданных тварей. Когда же тьма, наконец, рассеялась, на свет вышел оторопелый Хан.        - Это что было вообще? – прошептал он.        - Галактические летучие мыши, - проворчал, выпрямляясь и поправляя волосы, Пётр.        - А давайте их поймаем? – загорелась энтузиазмом Ас, - Устроим летучемышиную ловлю! У них же отличный эхолот! Если мы привяжем мышь ко лбу, она будит орать во тьму, а мы получим от этого сигналы в голову. Говорят ведь, что люди улавливают сигналы, сами того не зная. Тогда мы сразу поймём, что там, в темноте, лежит!        - Издеваешься? – повернулась к ней Сия, - Или всерьёз?        - А что, это же отличная идея, - присоединился к Ас Пётр.        - Мышей ко лбу привязывать? – уточнила Настя, изо всех сил пытаясь понять, что не так с её друзьями.        - Да нет, - встрял Хан, - Ловить. В эту темноту я больше не попрусь. Я там чуть ноги не переломал, на полу всякой фигни навалено.        - Вот-вот, - поддержал его Пётр, - Поймать-то можно. Посмотреть. Я никогда летучих мышей не видел. Тем более, космических.        - И как вы их ловить собираетесь? – продолжала недоумевать Настя.        - Коробками! – этим возгласом Ас закрыла беседу.       И началось. В трюме царила такая неразбериха, что было даже удивительно, почему никто из дежуривших Комет не пришёл на жуткий шум и грохот на складе. Носился, размахивая коробками, как флагом, Хан, орал командирским голосом пытающийся руководить терранцами Пётр, с боевым кличем бросалась на паникующие стаи очень странных мышей Ас. Настя ещё в самом начале этого глупого, по её мнению, спектакля с ногами забралась на какой-то сундук и теперь отчаянно упрашивала Судьбу, чтобы её не задел этот мечущийся по трюму шторм из орущих изо всех сил мышей и не менее громко орущих терранцев. Удивительно, как они не разворотили весь трюм? Канистры с ракетным топливом опасно покачивались, когда мимо них проносились эти сумасшедшие.        - А-а-а! – браво голосил Пётр, воздев руки к потолку, - Даёшь атаку! Ни один приспешник Бэтмена от нас не уйдёт!        - Атаку-уй! – принял приказ Хан, выставив коробку на манер щита.        - Захватим этих летучих крыс! – задорно щерясь, гаркнула Ас. В этот момент она смутно напомнила Сие Эктора.       Так уж получилось, что после того, как терранцы прогнали мышей по кругу раз эдак десять, большинство мышей смекнуло, что к чему, и разлетелось в разные стороны. Больше не было общей кучи, лихорадочно мечущейся из стороны в сторону. Мыши летали по одиночке или в парах. Но землянам всё равно удалось загнать одну из них в угол. С размаху ударившись об стенку, мышь грохнулась оземь и с паникой воззрилась на окруживших её терранцев. Пронзительно запищав, она принялась с силой долбить крыльями по полу, пытаясь взлететь. Но что-то ей мешало, отчего мышь с удвоенным страхом забилась с угол. Осторожно подкравшись к мыши, терранцы присели на корточки и принялись разглядывать зверя, несмотря на его предостерегающую пискотню.       Зверь оказался больше летучей мыши в размерах. На носу у него было два зазубренных выступа, а ноздрей не было вообще. С внешней стороны рта росли четыре острых верхних клыка, напоминающих клыки оленя кабаргу. У зверя было четыре уха и два зрачка, один чёрный, а другой в виде белого кольца, заходящего за первый зрачок. Зверёк цеплялся за пол острыми когтями на кожаных крыльях и угрожающе топорщил шерсть на загривке. Позади нервно дёргался длинный хвост и слабо дрожали птичьи лапы, покрытые мехом вплоть до пальцев. Одно крыло у него неестественно выгнулось в другую сторону.       Ас протянула руки и взяла враз ощерившегося зверька. Внутри рта у него оказались не менее острые, чем снаружи, зубы. Тем не менее, Ас взяла его так, что крылья зажали голову и не давали делать ей резких движений. Теперь внеземная летучая мышь не сможет цапнуть её за палец. Ей оставалось только обречённо глазеть на происходящее, будучи зажатой терранскими тисками, именуемыми руками.        - Ого! – воскликнул, наклоняясь к мыши, Пётр. Мышь надменно повела уставилась на него, - Клыкастая какая.        - И откуда они, интересно, здесь взялись? – поинтересовался Хан, почесав затылок.       Захватив с собой Настю, терранцы отправились продемонстрировать кому-нибудь свой «трофей». Кому угодно, лишь бы продемонстрировать. Неплохо было бы ещё найти Уитеннса. Он вроде бы разбирается во всякого рода галактической живности.       Наконец, не найдя никого достойного узреть космическую летучую мышь, терранцы каким-то образом добрались до капитанской рубки. У штурвала стоял Эктор, а рядом с ним задумчиво разглядывал звёздную карту какой-то незнакомый Комета.        - Капитан, смотрите, что мы нашли, - подал голос, подходя ближе, Хан.        - Я занят, - ответил, даже не обернувшись, тот, - Потом подойдите.        - Да ничего ты не занят! – возразила Ас, - В небе полный штиль, метеоритов нет, вражиских кораблей нет, ничего нет!        - Занят, я сказал.        - Ну, эй! – возмутилась терранка.        - Не эйкай, - сдержанно осадил её Эктор.        - Пап!        - Не папкай, - Эктор начал ухмыляться. Стоящий поодаль корсар выронил что-то из рук и удивлённо оглянулся.        - Синейший капитан всея Галактики герр Эктор!        - Так тоже не делай, - поморщился Т’Урман и посмотрел краем глаза на Ас, - Ну, что за хрень вы мне принесли?        - Вот это мы бы и хотели узнать, - проговорил Пётр.       Ас шагнула вперёд и протянула к Эктору руки с зажатой в ней зверюгой. Зверюга, увидев огромного синего капитана Комет, оторопело заморгала и нахохлилась. Эктор, в свою очередь, моргнул всего один раз. После этого он накрыл одной ладонью лицо, а второй безо всяких вопросов толкнул на своё место того самого Комету.        - Теперь и у нас завелись эти тары! – со стоном произнёс он, - Вселенная, за что?! Чем мы так провинились?        - Кто? – не понял Хан.        - Это, - Эктор отнял руки от лица и указал на «летучую мышь», - Тар. Они летают по открытому космосу, залетают в открытые люки кораблей и сжирают все запасы подчистую. Вывести их крайне сложно. Чего только стоит их изловить! Удивительно, что вы смогли поймать хоть одного.       «Космические корабельные крысы» - догадались терранцы.        - В открытом космосе? – недоверчиво прищурился Пётр, - Там же дышать нечем.        - А они и не дышат, - сказал Эктор, - У них просто-напросто нет лёгких. Не нужны. А вы что думали, живность в космосе обязательно должна соответствовать вашей терранской живности?        - А-а, - понимающе протянул Пётр.        - Кстати, на кой чёрт вы вообще в трюм подались? – теперь черёд подозрительного прищура перешёл к Эктору, - В трюм же? Иначе где ещё вы могли найти эту тварь?        - Нам стало скучно, - пробурчала Ас.        - Вот из-за этого «скучно» обычно всё и начинается… - вздохнул Эктор и повернулся к второму корсару, - Постой пока у руля. Мне надо дать пару распоряжений остальной команде.       Комета кивнул и, скользнув чуть недоумевающим взглядом по Ас, отвернулся.       Эктор снял со стены рацию и сообщил о наводнении таров. С каменным выражением лица приказал Уитеннсу, Иссилю, Галло и ещё паре Комет явиться в трюм с сетями и ещё чем-нибудь, что может оказаться полезным. После этого он вышел из капитанской рубки и прямиком направился в грузовой отсек трюма. Терранцы, недолго думая, поспешили за ним.        - Вы уже поймали себе одного, - обернулся на них удивлённый Эктор, - Зачем вам туда опять?        - Посмотреть, - ответила Ас, прижав к себе вконец ошалевшего тара.        - И поиздеваться, да? – уныло добавил капитан, - По себе знаю, просто поглазеть на такие мероприятия не ходят. А вы, судя по всему, уже выяснили, какая это жесть – ловить этих таров.        - Нет, - заверила его Ас, про себя ответив совсем по-другому, - А можно мне этого оставить себе?        - Вот это страшилище? – Эктор поднял брови, - Зачем? Нет, я понимаю, когда дети просят завести типичных гуррасок или ойонов, но чтобы вот это вот – нет. Выкинем его в шлюз вместе с остальными, когда изловим.        - Но он не может летать! – возразила Ас, - Ты хочешь, чтобы он болтался в космосе? Совсем один?        - Кхм, - крякнул Эктор, не найдя подходящих слов для ответа. Бросив взгляд на умоляюще вытаращегося на него тара, Эктор вздрогнул и отвернулся.       В трюме их уже ждали Кометы с сетью и пустыми коробками наготове. Увидев капитана, они моментально вытянулись в струнку, прервав бесцельное пинание ножек шкафов и боязливые взгляды в кишащую тарами черноту.       И вновь в трюме начался хаос. Бегали меж стеллажей с криками Кометы, с таким же панически пронзительным писком носились от них тары, покатывались со смеху забравшиеся на сундук терранцы, и над всем этим гремели указания Эктора («Правее! Хватай их, гурраска тебя укуси! А-а-ай, идиоты!»). На терранцев время от времени с ненавистью оглядывался Галло. Но просверлить их взглядом ему так ни разу и не удалось: Эктор за каждое отлынивание от дела раздавал смачные подзатыльники.       Когда все тары были изловлены и вытолканы в космический вакуум, а терранцы утратили способность смеяться и издавать какие-либо звуки вообще из-за того, что, кажется, охрипли, Эктор вытолкал из трюма сразу всех, смешав свой экипаж и землян. Терранцев отправили прочь, на верхние этажи корабля, а Кометы во главе с капитаном остались прочёсывать остальные мрачные закоулки. Вдруг там тоже кто-то завёлся? Вообще, состав эдакого дезинфецирующего отряда сменился: троих вымотанных Комет Эктор отпустил, а на смену им позвал группу матросов. Впрочем, терранцы против «ссылки» не возражали. Во-первых, их тоже могут припахать к облаве, а во-вторых, все они дико устали и были бы не против развалиться на лавочке в столовой.

***

      Эктор ходил по Иттриоту и недоумевал, куда опять могла подеваться Ас. В каюте нет, в столовой – тоже. И в машинном отделе она с Ханом не ковыряется. Да и в реактор она свалиться не могла, он проверял. Даже в форпик заглянул. А что? А вдруг? Всё-таки, место обжитое. Ладно, раз в местах первой важности её нет, значит, пора пройтись по менее интересным отсекам.       И точно. Стоило Эктору зайти в лазарет, на горизонте сразу обозначилась Ас. Сидя на табуретке, она подкатила больничную койку к себе и использовала её в качестве стола. На «столе» вяло расселся устало смотревший вдаль тар и апатично опустил вниз уши, накрыв вытянутые вперёд лапы мехом. Видно было, что ему уже абсолютно всё равно, что с ним делают, лишь бы сильно не дёргали. Тем временем Ас, закусив нижнюю губу, с упорством рвущегося к финишу спортсмена пыталась наложить шину на, судя по всему, вывихнутое крыло. Рядом не менее вяло расселся Йоханесс, со скучающим видом наблюдая за этим процессом.        - И не лень тебе с этим пугалом возиться? – поинтересовался он у Ас, подперев щёку рукой, - Он же страшный, страшнее рожи Крукта.        - Ты тоже не красавец, знаешь ли, - буркнула та, поправляя основу-палку.       Йоханесс поперхнулся воздухом от возмущения. «Вообще-то» - подумал он, - «за мной гонялись пять девиц с разных планет, умоляя жениться на них. Я мог бы пользоваться огромной популярностью, если бы не стал корсаром!». А вслух сказал лишь:        - Ну и сиди тут тогда со своей чувырлой.       После этого Йоханесс ушёл, оскорблённо нахохлившись не хуже самого тара. Ас же продолжила хмуро ковыряться с шиной. Эктор все ещё продолжал наблюдать со стороны. Обмотка у Ас выходила криво, да и палка всё время съезжала. «Палку-то она откуда достала?» - нахмурился Эктор, но, приглядевшись, понял, что это не палка, а пластиковая трубка, - «Правильно, зачем спрашивать разрешение, если можно стянуть самому… Научил ребёнка воровать, молодец. Вот и отчитывайся теперь за это, раз такой умный». Эктор ещё раз поглядел на трубку и подумал, что на самом деле на этом воровство Ас заканчивается. Стащить какую-то безобидную мелочь ей не составит труда, но Эктор был больше чем уверен, что заставь он её украсть чьё-нибудь колье, Ас бы ещё долго колебалась и бросала нерешительные взгляды на цель. Всё-таки терранские моральные устои сохранились даже после длительного пребывания в обществе корсаров.        - Ты неправильно накладываешь бинты, - проговорил Эктор, подходя к Ас и усаживаясь рядом. Тар встрепенулся и настороженно уставился на капитана. Отобрав у неё моток бинтов, он принялся показывать, как правильно перевязывать, - Вот, смотри. Одной рукой держишь основу, второй обматываешь. Причём обматывать надо туго, а не как ты. Не подарок же ленточкой перевязываешь.        - Но ему же больно… - несмело подала голос та.        - Не больно ему. Эти твари выживают даже после самых тяжёлых ран.       Эктор сделал взъерошенному тару шину сам. Закончив, он пододвинул зверя к Ас.        - И что теперь? Будешь тратить на него запасы нашей еды и держать у себя в гамаке?        - Ну… - Ас замялась, не зная, что ответить.        - Ясно, - вздохнул Эктор, - Пусть только это не прилетает ночью мне на голову.        - Он не «это». Он Яштанар, - проговорила Ас, проводя пальцами по мягкой шерсти зверя, - Яша.        - Яша. Просто прекрасно, - едва слышно проговорил Эктор сам себе, безысходно рассматривая засыпающего от прикосновения тёплой терранской ладони тара.        - Может, он и страшный, - проговорила Ас, беря на руки совсем разморенного теплом Яштанара, - Но он же не виноват. Зато он добрый.       «Добрый» - повторил про себя Эктор, - «Почему, интересно? Жалеет его, несмотря на клыки и когти. Все вы, терранцы, особенные. Нет таких больше во Вселенной». Глядя на спящего тара, капитан почувствовал, что и его тоже начинает клонить в сон. Набегался. Надо бы в каюту пойти да отоспаться…       Медленно приближающаяся неизвестная планета показалась в иллюминаторе лазарета. С рассветом нужно будет вставать.             Небо звездное, руки августа,             На дороге — машин метелица,             Что пожнем, когда пыль рассеется,             Степь красна, как чернила Фауста.             Ночь светла, как круги от времени,             Что забросил я в смерть уставшую,             Все дороги растут из семени,             Не дошедшего да не доставшего.             Жду от нового века белого             Продолжения понимания,             Что мы — часть всего безответного,             Что мы — ночь всего ожидания. *