Мы свой, мы новый...

      Разъехались в стороны на ближайшем перекрёстке: один пикап, грузовик и бензовоз направо, в сторону Бейкон Хиллз, а второй и третий пикапы налево, в сторону Невады. Всё, что левые пикапы собрали за время поездки, ещё утром было переложено в багажники автоколонны, возвращавшейся домой.       Теперь на дороге остались только две машины. Впереди их ждал путь продолжительностью ориентировочно в неделю. Сначала на восток, через хребет Сьерра-Невада, а там на юг, мимо печально известной долины Оуэнс и до озера Сёрлс. Возвращаться собирались другим маршрутом, ближе к побережью: этот маршрут был заметно опаснее, но общее впечатление о делах в штате было жизненно необходимо.       В первой машине ехали Стайлз, Питер и Гарри. Во второй разместились Скотт, Эрика и Анна. Дерек, к его собственному неудовольствию, был вынужден оставить существенную часть своей стаи в условно опасной обстановке. В Бейкон Хиллз альфу ждали дела, к тому же правило, что в каждой поисковой группе обязательно присутствие хотя бы одного оборотня, никто не отменял.       Сам это правило установил, теперь приходилось его соблюдать.       До трассы US-395 должны были добраться сегодня же, благо, до неё оставалось не так чтобы далеко. Питер самодовольно крутил руль. Стайлзу оставалось только любоваться окружающей действительностью, представленной в основном хвойными деревьями и камнями.       На дороге через горы инфов почти не попадалось, а те, что попадались, выглядели настоящими неудачниками: какие-то застряли ниже по склону, пытаясь вскарабкаться на шум моторов, ещё парочка валялась выше дороги, среди скал, переломав себе ноги ещё задолго до появления экспедиции из Бейкон Хиллз. Инфы никогда не прыгнут с крыши, если жертва отрастит себе крылья и слетит с парапета, со скоростью у них тоже всё в порядке, а вот координация всё же подкачала. Не быть инфам канатоходцами.       Ну или так говорил информационный бюллетень по инфам. Сам Стайлз не проверял. Он инфов пока мог только убивать и не блевать при этом.       Сейчас, в начале осени, сильно поредевшие снежные шапки на вершинах гор укрывались полупрозрачными облаками. Непривычно жаркое, даже по меркам Калифорнии, некалендарное лето подходило к концу.       Питер рулил и, судя по довольному изгибу губ, представлял себя вожаком стада… простите, стаи. Стайлз на месте второго пилота отрешённо пялился в окно. Гарри спал, целиком заняв весь задний ряд, пристегнувшись сразу двумя ремнями безопасности. Вождение во времена зомби-апокалипсиса – дело такое. Непредсказуемое.       Вообще, для гор инфов тут более чем достаточно, если так подумать. Они как все твари – стремятся идти путём наименьшего сопротивления, то есть вниз и по дороге, если их не манить вверх и буераками. Большинство встречных инфов были одеты как туристы, разок промелькнула девушка в неразборчивых обносках какой-то формы. Стайлз задумался, что, вообще-то, инфы должны выползать навстречу кучно, от какой-нибудь ближайшей туристической станции. С другой стороны, с начала бардака прошло четыре месяца, инфы за это время могли попросту разбрестись кто куда. Погнаться за белочкой, например. Самый быстрый догнал, остальные потерялись по дороге...       Лазают ли инфы по деревьям?       – Мне скучно, – заключил Стайлз.       Сзади то ли хмыкнуло, то ли всхрапнуло.       – О, поздравляю, – выразительно повёл бровью Питер, не отрывая взгляда от дороги. – Ты долго продержался.       – Это было нелегко, – согласился Стайлз. Пошуровал в бардачке и достал оттуда тёмно-пёстрый браслет, который использовал в качестве чёток. Бусины походили одновременно на реалистичные глобусы и на виды вселенной. – Но даже моя выдержка не бесконечна.       – Особенно в условиях информационного голода, – поддержал оборотень.       – Это в наше-то время вездесущего интернета! – негодующе, но шёпотом возопил Стайлз. Мешать сну Гарри он не собирался. Ну, сильно мешать.       – Инфы, всё зло от них.       – Гады, чувак, без базара.       Стайлз вздохнул, покосился на часы навигатора и снова полез в бардачок. Там отыскался термос с надписью «Не-Аддерол», приклеенной прозрачным скотчем. Его прелесть, благодаря которой он столько дней в машине и ещё не начал буянить. Хлебнув самодельного успокоительного, подросток вспомнил, о чём он вообще, и с новым энтузиазмом защёлкал бусинами, ногтями вырисовывая на каждой абстрактные узоры.       – Скучно. Я думаю о странном и хочу сесть за руль.       – Не сегодня, – мягко, как капризному ребёнку, ответил Питер. – Могу предложить поменяться местами со Скоттом. Вряд ли девочки откажутся принять тебя в свою машину.       – Это туда, где на фоне работающего сканера ведутся разговоры о парнях, прокладках и карбюраторах? Ну, спасибо, добрый дядюшка, я знал, что ты меня любишь.       – Неужели ты против? – деланно удивился Питер. – Там сейчас твой друг, прошу заметить.       – И твою садистскую душонку это радует, – потыкал в него пальцем Стайлз. – Я тебя насквозь вижу! И Скотти полезно, ему ещё Эллисон обратно соблазнять. Пусть узнаёт женский пол в неформальной обстановке.       – МакКолл уже научился уворачиваться от пуль? – демонстративно удивился Питер.       – В профиле мистера Арджента есть пометка не ставить его в одну команду со Скоттом. А вне рабочего времени всё оружие обязательно сдаётся в оружейную.       Питер самодовольно улыбнулся. У стаи никто ничего никогда не отбирал, и этот признак превосходства стаи над прочими смертными грел оборотню душу.       За деревьями показались деревянные домики типа «избушка». Судя по промелькнувшему щиту, теперь вдоль дороги вытянулось небольшое поселение, а не очередная туристическая база. Стайлз решил, что нашёл подтверждение своей теории про разбрёдшихся «за белочками» инфов – в городке этих тварей почти не оказалось. Ладно, сколько-то их тут нашлось. Но заметно меньше, чем могло бы быть!       И все они остались позади, не успев выскочить перед машинами.       По-хорошему, стоило бы припарковаться и обыскать местный магазин на предмет интересного, но перед экспедицией Бейкон Хиллз стояла другая задача. Сегодня по плану следовало покинуть горы, выехать на трассу, и уже там присматривать подходящее место для ночлега. Ночлег следовало организовать минимум за час до темноты, это тоже являлось обязательным правилом выезда. Темнело ориентировочно в половине восьмого вечера, значит, устроиться следовало к половине седьмого.       Поселение промелькнуло, как не было его.       На этот раз Стайлз, натянув браслет на руку, как положено, вытащил из бардачка свой блокнот с «быстрыми мыслями» и начал изучать собственные записи.       Ритуалы – вещь! Сложная. Составная. Привязки… Защита, да. И… Стайлз пролистнул в конец записей, перещёлкнул ручку на красный стержень и подписал: «Долгосрочное только при известном способе отмены! Ничего такого, чего не смогу отменить!». Мало ли что. Подумал ещё, сменил цвет на синий: «Отрастить волосы, на все хотелки никакой крови не хватит».       Снова задумался. Можно ли использовать в ритуалах ногти? Или, например, волосы из подмышек? Или с груди. У него же когда-нибудь вырастут волосы на груди? Он же мужик! Тестостерон!       Когда вместо деревьев по обочинам потянулись пустыри с невысокими кустами, задумчивого Стайлза качнуло в объятьях ремня безопасности – Питер дал по тормозам, сбрасывая скорость.       Пока Стайлз пытался сообразить, что происходит, оборотень уже взялся за рацию.       – Машина один, мисс Свенсон, манёвр «повторяй за мной», приём.       – Машина два, принято.       Пикап, замедлившись где-то до сорока кэмэче, вильнул на встречку.       Стайлз машинально оглянулся, желая узнать, что такого Питер решил объехать, но кузов пикапа прозрачностью не блистал, а высунуть голову в окно мешала приваренная снаружи решётка.       Машина почти сразу вильнула второй раз. Стайлз тут же переключил внимание на дорогу впереди.       Перед третьим поворотом, вновь отправившим машину через жёлтую сплошную, Стайлз успел заметить приличную такую выбоину в дороге. Перед четвёртым – рассмотреть некоторые подробности этой выбоины в виде вздыбившихся обломков асфальта с подозрительными пятнами вокруг. Ого.       – Да ладно, – не удержался Стайлз после пятой, последней и самой большой воронки в дорожном покрытии, которую пришлось объезжать аж по обочине. – Прямо взрывчаткой?       – Жить захочешь… – философски протянул Питер.       – …Ещё и не так взорвёшь, – проскрипел с заднего сидения замогильный голос. Стайлз вздрогнул, про Гарри он успел забыть. – Что, серьёзно, взрывчатка?       Питер, снова прибавивший скорость, пожал плечами и молча кивнул на рацию. Стайлз понятливо притянул к себе микрофон.       – Машина один. Анна, ты рассмотрела, это же от взрывов было?       Рация хмыкнула.       – Машина два. Да, Стайлз, от взрывов. Чем взрывали – не скажу, не мой профиль.       – Базука? – с опасливым азартом предположил Стайлз.       – Или другой РПГ, или вообще не РПГ. Стайлз, вот честно, я не знаю, не моё! Это у Пэрриша спрашивать надо, он служил в армии, должен разбираться.       – Бомбануло же у кого-то, – мурлыкнула рация голосом Эрики.       – Ага, отбой, – закруглил разговор Стайлз. Нечего отвлекать водителя и засорять эфир. И тут же обратился к Питеру: – Как думаешь, давно взрывали? Поблизости от нас есть такие опасные люди?       – Давно, – спокойно ответил оборотень. – Месяца два назад, плюс-минус. Кости обглоданы начисто, кровь почти стёрлась, воронки начали зарастать травой.       В том, что бомбили толпу инфов, Стайлз даже не сомневался. И если он не ошибся с направлением взрывов, люди убегали в противоположном направлении, наверх. Не иначе как решили прятаться в горах. Может быть, у них даже получилось.       А волчьему зрению Стайлз завидовал – он никакой травы в воронках рассмотреть не сумел. А ведь он пассажир! Ему не надо было отвлекаться на вождение! Хорошо иметь такие глаза. С другой стороны, без оборотнячьих нюха и слуха Стайлз прекрасно обходился. На примере Скотти понятно, какая же это гадость – слышать по ночам всех соседей, и машины в пределах пяти кварталов, и чуять грязные носки в шкафчиках всей школы. Урождённым-то оборотням ничего, но обращённые, обращённые… Вон, слабослышащие от рождения, получившие слуховые аппараты, приходят в шок от постоянного шума вокруг, но слуховой аппарат хотя бы можно отключить. Оборотням такого счастья не светит.       Машины наконец-то выбрались на трассу US-395. По обеим сторонам потянулись остовы некогда сплошного, а теперь очень фрагментарного проволочного забора. Справа остались горные склоны, слева потянулись заброшенные поля. Снова какой-то городок с редкими одноэтажными домами, шириной в один участок, зато длиной километра в два. Ну или такими эти городки казались.       И снова с дефицитом инфов. Возможно, именно здесь взрывная команда набрала своих почитателей.       Через какое-то время двухполосная дорога превратилась в четырёхполосную, а Стайлз от нечего делать принялся играться с навигатором. Всё равно ближайшие километров пятьсот предполагалось двигаться исключительно по прямой.       – Технически мы сейчас рядом с Невадой, – бодро сообщил Стайлз. – И резво удаляемся от границы. Это просто прекрасно, на самом деле! Я тут посмотрел, там плотность населённых пунктов… О, заправка!       На въезде в очередной городишко действительно появилась заправка. Маленькая, в несчастные две колонки. Рекламный щит обещал к бензину бонус в виде пиццы с пивом. Жаль, верить подобным обещанием в этом сезоне было не модно.       Питер уже зарулил на стоянку. В правилах поисковых команд было останавливаться на каждой заправке, ведь неизвестно, когда встретится следующая и будет ли там хоть какое-то топливо.       Все вышли из машин, ради чего пришлось даже разбудить Гарри.       Двигатели не заглушали, дверцы остались открытыми. Люди принялись поводить стволами, высматривая потенциальную опасность, а оборотни двинулись к длинному одноэтажному зданию типа «барак». Здание неприятно пялилось двумя дырами, не предусмотренными конструкцией. Края дыр покрывала давно засохшая кровь. Судя по всему, кто-то когда-то попытался запереть инфов внутри, в итоге тонкие стены сдались раньше дверей и даже относительно высоко находившихся окон.       Щит с неактуальными ценами, почтовый ящик и даже таксофон. И ни одной живой души. Настоящий город-призрак.       Все сохраняли молчание. Если поблизости есть инфы, им хватит урчания моторов. Если инфы находятся чуть дальше, не стоит привлекать их внимание.       Патроны конечны; заражение смертельно; драка всегда лишняя – три истины, которые стоит помнить, покидая надёжное убежище.       Оборотни вынырнули из здания. Эрика метнулась на крышу, привычно занимая наблюдательный пункт, Скотт с Питером вынесли пару небольших канистр. Найти их смогли только по запаху: всё, что было на виду, давно забрали. Проверка показала, что подземный резервуар тоже пуст. Явно их группа тут не первая и даже не десятая.       Оборотни тут же принялись дозаправлять машины. Пополняли не исходный бензобак, а дополнительный, заборник которого ремонтники-тюнингаторы врезали выше основного лючка. Выглядело отверстие жутким самопалом, отлично вписываясь в общий стимпанковский концепт. Сам дополнительный бензобак, похожий на здоровенный железный сундук, установленный в кузове, сразу за кабиной, съедал прилично полезной площади, но уж лучше вернуть домой меньше вещей, чем из-за нехватки топлива не доехать совсем.       Брать в магазинчике оказалось нечего, даже стулья с полками кто-то прихватизировал, скорее всего на дрова.       Остатки бензина перелили в другую небольшую канистру, из собственных, они оказались получше местного мусора. После этого все тут же сели по местам и автомобили снова тронулись в путь.       Вся остановка заняла не больше пятнадцати минут.       Когда машины покинули городок, Стайлз облегчённо выдохнул. За прошедшие дни он успел проникнуться глубоким недоверием к чужим населённым пунктам. Бывало там… всякое.       Гарри снова принял горизонтальное положение и закрыл глаза. Он далеко не первый раз выходил в мир и успел подхватить все плохие привычки матёрых поисковиков. В частности, сил его не было смотреть на проносящиеся мимо необысканные магазины.       Обедали на ходу, не останавливаясь, тем, что специально приготовили утром.       Будь это прежние мирные времена, машины ехали бы раза в два быстрее. Но сейчас дорога могла оказаться перегороженной каким-нибудь завалившимся грузовиком, рухнувшим электрическим столбом, деревом (да, редко, но они встречались даже здесь). Да что там дерево! Позавчера, например, дорогу перегородил дом. Дом, Карл! Как эта штука попала на проезжую часть – науке неведомо.       Повреждения дорожного полотна тоже периодически встречались, и не только рукотворные.       Время от времени поисковым группам Бейкон Хиллз доводилось встречать другие автоколонны или одиночные машины, и порой они двигались не по своей полосе. Так что перед крутыми поворотами Питер сбрасывался до второй, а то и вовсе до первой передачи.       Ни о какой приличной скорости передвижения в таких условиях речи не шло.       – А мы быстро двигаемся, – заметила Эрика.       – Это, по-твоему, быстро?! – изумился Скотт, который на заднем сидении переживал очередное глубокое понимание женской натуры. Девушки при нём не стеснялись.       – Я ожидала худшего, – повела плечиком волчица.       – Тут Долина Смерти не так далеко, – напомнила Анна. – Вокруг неё не то чтобы лучше. Места пустынные. Трасса удобная. Заметили, после спуска с гор мы не встретили ещё ни одного завала? Все машины растащили по обочинам задолго до нас.       И темы, к неудовольствию Скотта, вернулись к прежним… «карбюраторам».       За оставшиеся до вечера часы машины одолели менее ста километров.       После короткого радио-совещания заночевать решили у озера Моно. Никто из присутствующих там не бывал, но это же достопримечательность, так что отель там точно найдётся, и наверняка не один.       Расчёты оправдались. Сначала им попалось что-то типа ресторана, а спустя ещё пару километров встретился отель. Расположенный через дорогу от озера, он представлял собой с десяток светлых одноэтажных строений, укрытых в пятне деревьев, которые сильно выделялись среди окружающих пустырей. До ближайшего городка оставалось километра четыре.       По порядку, заведённому ещё в Бейкон Хиллз, машины остановились, не глуша моторы, люди встали в охранение, а тройка оборотней рванула обыскивать скромных размеров территорию.       Спустя десять минут пикапы заехали вглубь комплекса. Там их припарковали рядом с выбранным для ночлега домиком-номером, так, чтобы автомобили нельзя было увидеть снаружи.       Стоя у крыльца, Стайлз пихнул Скотта локтем в бок:       – Соври, что вы тут всё проверили.       – Не всё, – согласился МакКолл, – Только пробежались по периметру. Но здесь не пахнет ни живыми, ни мёртвыми.       – Что, вообще?       – Э-э… Ну…       – МакКолл хочет сказать, что местных инфов тут давно перебили, – вклинилась Эрика. – Запах инфов выветрился совсем, запах мертвечины на захоронении с подветренной стороны, живые люди в последний раз заглядывали две недели назад или больше, ограничились столовкой и кухней. Обломались, – ухмыльнулась она, – там всё разграбили задолго до них.       Стайлз молча показал большой палец: Хейлы умеют натаскивать щенков!       Каждый из двух номеров в домике представлял собой одну спальню с санузлом. Кафельный пол, двухместная кровать из лакированных коряг, такой же стилизованный шкаф и аналогичный столик с двумя стульями.       Пока Питер с Эрикой деловито пробивали внушительную дыру между комнатами, превращая два номера в один, Гарри со Стайлзом разбирали захваченные на парковке коробки из-под пиццы и сноровисто заклеивали ими все четыре окна. Скотт, как самый небрезгливый вытащил на улицу матрасы и постельное бельё вместе со следами всего, что логично происходит с подобными предметами, если их оставить без присмотра. Хорошо ещё, что обошлось без муравейника в ковре и осиного гнезда в подушке. Да, такое тоже бывало. Вода в унитазе давно высохла, и слава Богу.       Анна сторожила. Пусть оборотни не засекли поблизости никаких признаков крупной жизни, но порядок есть порядок. А крупная жизнь склонна к миграциям.       Позже каркасы кроватей накрыли сначала досками, потом спальниками. На столики поставили кемпинговые лампы, на скорую руку вымели подсохшее дерьмо какого-то не слишком крупного зверья и смахнули паутину вместе с пауками.       Готовили уже в сумерках, на крыльце, используя газовую горелку. Пока вода закипала, оборотни ещё раз прошлись вокруг, теперь уже заглядывая во все двери. Найти удалось только следы былых трагедий и признаки нескольких поспешных обысков.       После ужина, уже практически в темноте, при свете фонариков, сходили в туалет по принципу «раз все девочки, два все мальчики». С сапёрной лопатой: сначала откопать ямку, потом закопать. На выездах запрещалось отлучаться в одиночку даже ради такого интимного дела, что стало одной из причин, почему в качестве медсестры в их команду определили именно Анну, не так давно прошедшую курсы медсестёр. Не окажись в команде другой девушки, Эрика ходила бы в туалет вместе с кем-то из мужчин – жизнь всё-таки важнее приличий.       Ночное дежурство разделили на три смены парами человек-оборотень. Первыми караулили Стайлз и Скотт, потом Гарри и Питер, а под утро Анна и Эрика. Перед сном относительно чистые матрасы занесли обратно в комнаты. Их прислонили к дверям, дополнительно проклеив строительным скотчем, тем самым создавая небольшую баррикаду и одновременно наглухо блокируя дверные стёкла. Только после этого включили свет и приступили к вечерним ритуалам: почистить пистолеты, даже если сегодня из них не стреляли, обсудить планы на следующий день, умыться...       В девять вечера, в полной темноте, парни выскользнули на дежурство. Стайлз с усилием открыл проход – матрас был больше самой двери. Так получалось только проскользнуть в щель. Физически более сильный Скотт придержал дверь, не позволив ей с грохотом захлопнуться за их спинами.       Забравшись в машину с приоткрытыми окнами, оба старались молчать, лишь изредка перешёптываясь в темноте. Стайлз снова достал браслет-чётки. Скотт прислушивался, стараясь не уплыть в мечты об Элли.       В двенадцать дверь домика открылась, выпуская вторую смену.       Где-то Стайлз слышал, что перед сном надо вспомнить и проанализировать прожитый день. Типа это чем-то там полезно. С мыслью, что за сегодня не произошедшего ничего такого, что хотелось бы анализировать на сон грядущий, он и уснул. Вымотанный постоянным нервным напряжением организм выключился в ту же секунду как тело рухнуло на нагретое Питером место.       Ему предстояло спать до половины шестого утра.