(Не)подарок

Алекс вновь возвращается домой только под утро. Я знаю, в этот раз он предупредил меня, что вернётся поздно, но всё равно чувствую, как больно сжимается сердце, когда думаю, с кем и где он провёл эту ночь. Поскольку сегодня выходной, залёживаюсь в постели до десяти, что для меня считается непозволительной роскошью. Раньше в это время я уже была на занятиях по танцам. Как же давно я их не посещала… Наверное, меня уже успели исключить из группы. Ещё недавно мысль об этом вызвала бы ужас, но сейчас я ощущаю облегчение. Танцы остались в прошлом, как и та милая беззаботная девчонка, какой я была раньше. Теперь всё совсем по-другому. Алекс спускается на кухню ближе к обеду, но только для того, чтобы перехватить пару сэндвичей и вновь сообщить, что убегает. А мне так хотелось бы ещё немного послушать его голос… Я скучаю. - Евгения, - обрывает мои тоскливые мысли строгий мамин голос. Не люблю, когда она называет меня полным именем. Это означает, что я где-то облажалась, - мне звонил твой хореограф. Она переживает из-за твоих прогулов. В чём дело? Ты ведь готовилась к областным соревнованиям, а теперь… - Теперь я не в настроении для танцев… - бормочу, откладывая в сторону кусок пирога. Чувствую себя неловко. – После всего, что случилось в школе… - Я знаю, что тебе сейчас непросто, - вздыхает женщина, чуть смягчаясь. Она кладёт свою руку поверх моей. Я нервно кусаю губы. – Но ты вложила в это столько труда… Разве стоит бросать всё из-за чьих-то глупых шуток? Ты ведь всю жизнь об этом мечтала. - У меня изменились приоритеты, - лепечу невнятно, потупив взгляд. Не могу смотреть ей в глаза. Я не знаю, как рассказать ей всё. О насмешках, об угрозах, о том унижении, что мне пришлось пережить. Меня мутит от одной только мысли, что на меня будут все смотреть. Я больше никогда не смогу выйти на сцену. - Хорошо, если ты хочешь, я позвоню Татьяне Александровне и скажу, что ты больше не придёшь, - сдаётся мама, потянувшись за телефоном. В её голосе нет и капли осуждения. Она всегда старалась понять меня… даже когда я этого не заслуживала. – Но, милая, люди всегда будут шептаться. Я не давлю на тебя, но тебе придётся перебороть свой страх и посмотреть им в глаза. Что бы они не говорили, я их не слушаю, и ты не слушай. Какая разница, что о тебе говорят другие? У тебя всегда есть люди, которые верят в тебя, несмотря ни на что. Помни это. - Я помню, - киваю, так и не решившись взглянуть на неё. Я знаю, что они с папой всегда поддержат меня. От этого на душе становится теплее. – Спасибо… Знаешь, не звони пока Татьяне Александровне. Может, я ещё зайду на одно занятие. Мне не хочется разочаровывать маму. Я помню гордость в её глазах, когда я выиграла своё первое соревнование. Я знаю, как много это значит для неё, поэтому хочу ещё хоть раз попробовать. Для меня важно, чтобы она была счастлива. Весь этот день я провожу дома. Валяюсь на кровати с новой книжкой и пачкой чипсов, хоть знаю, как злится мама, когда я ем в постели. Но у меня была тяжелая неделя, и я могу выделить хотя бы один день, чтобы провести его так, как хочется мне. Кажется, мама понимает это, поэтому не делает мне замечаний, когда я уношу очередной сэндвич в свою спальню. Ближе к шести вечера слышится звонок в дверь. Сперва я решаю, что это Алекс снова забыл ключи, и бегу открывать. Но на пороге стоит Романа. Странно, не помню, чтобы мы договаривались встретиться. - Привет, - улыбается она, по привычке поправляя волосы. Вид у неё какой-то уставший. – Не хочешь прогуляться? - Сейчас? – удивляюсь, мельком взглянув на часы. Романа кивает. – Ладно, только переоденусь. Проходи пока. Мама там пирог испекла, угощайся. Быстро поднимаюсь на второй этаж и переодеваюсь в удобные джинсы и толстовку. На улице в последнее время похолодало. Чувствуется скорое приближение зимы. На ходу сообщаю маме, что вернусь через пару часов, не больше, и иду за тёплой курткой. Романа ждёт меня на диване в гостиной. Она быстро застёгивает осеннее пальто, и мы выходим на лестничную площадку. На улице ещё холоднее, чем я думала. Кутаюсь в воротник куртки, ёжась под осенним ветром, и неторопливо ступаю на подъездную дорожку, следуя за Романой, которая идёт уверенно, как ни в чём не бывало. - Что-то случилось? – спрашиваю, когда мы выходим на тротуар, ведущий к ближайшему парку. Она выглядит странно задумчивой. - Нет, ничего, - качает головой она, заправляя за ухо выбившиеся из причёски пряди. Её взгляд становится чуть грустнее. – Я целовалась с Алексом. - Что? – шепчу, остановившись на полдороги. Романа поворачивается ко мне. – Когда? - Вчера, - отвечает, немного замявшись. Её взгляд устремлён куда-то мимо меня. – Мы были в доме у Щербакова. Перебрали с алкоголем и… Я шумно выдыхаю. Значит, Алексу нравится Романа… Я чувствовала это, ведь каждый раз, когда она появляется в поле зрения парня, его взгляд теплеет, а улыбка словно бы становится мягче. - Если тебе нравится Алекс… - начинаю я, не решаясь посмотреть на неё. Разговоры об этом ведь не должны меня ранить. Алекс всего лишь мой брат… Всего лишь, - то будь с ним. В чём проблема? Знаю, что Романа поступила бы точно так же, влюбись я в парня, который нравится ей. Тем более, если эти чувства взаимны. Разве имею я право становиться на дороге у настоящей любви? - Проблема в том, что он нравится мне, но… я упорно думаю о Дэне, каждый раз, когда Алекс оказывается рядом, - выдыхает Романа, запустив в волосы тонкие пальцы. Она всегда делает так, когда нервничает. – Вчера, когда Алекс целовал меня, я думала не о том, как прекрасен поцелуй этого парня, хотя это действительно было так, а о том, что Дэн, возможно, сейчас тоже целует совсем другую девушку, и от этого так… так… - Ты звонила ему? – интересуюсь, заранее зная, каков будет ответ. Романа слишком гордая, чтобы проявить слабость перед парнем, который когда-то её отверг. Она качает головой, печально опустив взгляд, словно бы разглядывая носки дорогих ботинок. Мне кажется, я знаю, о чём она грустит. Мы обе думаем о парнях, которым на нас плевать. - Два года прошло, - произносит, наконец, девушка. Голос её звучит тихо, почти бесцветно. – У нас истекли все сроки давности. К тому же, если бы ему было до меня дело, он бы уже позвонил сам… Мне просто нужно, наконец, начать жить дальше. Вокруг столько парней… - Почему бы не начать новую жизнь с Алексом? – предлагаю, чуть прикусив нижнюю губу. Я должна быть сильнее этого. – Да, первое время будет трудно, но потом… Он хороший. - Я знаю, - соглашается она, вымученно улыбнувшись. Видеть Роману слабой позволено лишь избранным. Как ни странно, я одна из них. – Но он… не для меня. В том плане, что… он не поймёт… всего. Ещё он замечательный друг, и я не хотела бы потерять его, если между нами что-то не сложится. Так что, если он тебе всё ещё нравится… Я спешно качаю головой, повторяя её недавний жест. Не хочу говорить об этом. Насильно мил не будешь. Если я не нравлюсь Алексу, то к чему искать бессмысленные способы изменить его мнение обо мне. Мне тоже следует жить дальше. - Знаешь, я решила вернуться на танцы, - говорю после недолгого молчания. Романа с улыбкой смотрит на меня. – Мама убедила. Поможет отвлечься… Может, мне дадут нового партнёра, и он будет чертовски хорош. - Стасик ещё пожалеет, что от тебя отказался, - поддерживает Рома, вспоминая моего бывшего партнёра, который перешел к другой девушке во времена моей затянувшейся депрессии. Я не виню его. - Присоединяйся, если хочешь, - заговорщицки подмигиваю, думая о том, что всё, наверное, к лучшему. Жизнь продолжается. - Подыщем и тебе кого-нибудь. Нежного юношу, который похож на Дэна разве что в параллельной Вселенной. - Звучит заманчиво, но у меня есть другие способы отвлечься, - загадочно усмехается Романа, картинно вскидывая подбородок. Настроение у неё уже явно лучше. – Я иду в ТИР.