Соизмеримость недозволенного

Создав видимость раскаяния и полного повиновения, я скосил себе срок домашнего ареста с месяца до двух недель. Ай да я! Потому уже через две с небольшим недели я первым делом, как только остался один, позвонил Киру. — Привет. Я рад тебя слышать. Если честно, я боялся, что ты не позвонишь больше… — немного опасливый голос Кирилла слегка смущал. — Но я позвонил. Давай в кино сходим? Там сейчас идёт какой-то ужастик, — сто лет не был в кино, и очень туда хотелось. А Кир — как приятное дополнение. — Идёт. Встретимся у кинотеатра. В назначенный час мы встретились, купили поесть-попить, уютно устроились на последних рядах кинозала и блаженно вздохнули. — Я скучал по тебе, — улыбнулся мне парень, осторожно и незаметно для посторонних глаз взяв меня за руку. — Я тоже, — я погладил его кисть большим пальцем, сжав в ответ. — Ты изменился. — В плане? — Стал иначе вести себя. — Плохо?.. — уже было расстроившись, решил уточнить Кир. — Нет… просто непривычно, — успокаивающе улыбнулся ему я. — Ты думал о моём признании? — решился, всё же, спросить парень. Этот вопрос явно давненько его мучил. Чёрт, а вот я не ожидал такого внезапного вопроса. Заметив, видимо, моё замешательство, Кирилл поспешил добавить: — Я не требую от тебя ответа. Можешь не отвечать. Мне остаётся только надеяться, что ты не уйдёшь… — Не уйду, — мягко ответил я, вновь погладив Кира по руке, в ответ на что он довольно улыбнулся. Куда ж я от него уйду? — Пойдём к тебе после кино? — Пойдём. Главное не заснуть в этот раз. Не хочу ещё две недели провести без тебя… — убедившись, что на нас никто не смотрит, Кирилл прижал тыльную сторону моей ладони к своей щеке и потёрся об неё. — Какой гладенький… готовился? — усмехнулся я. — Конечно, ты сомневался? — заулыбался в уже привычной мне манере, губами и глазами, парень, поцеловав мою руку. — И что, ты прямо везде такой? — стал я улыбаться уже криво, с довольно пошлым намёком. — А вот потерпи — и узнаешь, — не остался в долгу Кир. * * * Приподнявшись на локте, нависаю над ещё не восстановившим дыхание Кириллом. Его лицо ещё немного красное, губы припухли от поцелуев, глаза поблёскивают, влажные волосы зачёсаны назад. А он действительно красивый… может, что-то и выйдет из наших отношений? Серые глаза плавно перемещают взгляд на моё лицо. — Когда ты сам начнёшь покупать презервативы? — лениво спросил парень. Улыбаюсь в ответ, начав поглаживать его пальцами по лицу, шее, обводя соски и щекотно касаясь их самой чувствительной части. — Вот не куплю в следующий раз… и останешься без секса, — угрожающие обещает мне Кир, потрепав мои синие волосы. — Не останусь, а вот ты сосать заколебаешься, — засмеялся я, за что получил толчок в грудь, и теперь уже Кирилл навис надо мной, угрожающе, но с искрой задора глядя мне в глаза. — Хочешь приступить прямо сейчас? — пуще прежнего заулыбался я. Кирилл глубоко поцеловал меня, и я уже было вновь настроился на секс, как он вдруг отстранился. — Тебе домой пора, — его пальцы провели по моей щеке и обветренным губам. После он сжал пальцами уже почти отодравшуюся кожицу на губе и попытался осторожно её оторвать, но я ойкнул, ударив его по руке и враждебно на него зыркнув. Губа сильно засаднила. Кир тут же приник к ней, слизнув выступившую кровь и немного втянув в себя мою губу, пощекотав языком. — Болеть теперь будет… — ворчал я, слезая с постели. Так не хотелось выбираться из тёплой койки, по-родному пахнущей нами, но что поделать… уж сейчас, в моём шатком положении, мать лучше не злить. Уже поправляясь у зеркала, я заметил одну деталь, сильно не соответствующую моему образу паиньки. — Есть пластырь? — Да. Зачем? Ты что, губу собрался заклеить, страдалец? — засмеялся Кир, на что я цокнул. — То есть ты меня совсем за имбецила держишь? — обиженно буркнул я, взяв из рук парня пластырь и осторожно наклеив на шею. — Засосов не надо оставлять. — Извини… забылся, — Кирилл виновато опустил глаза, закусив губу. Вздохнув, я нежно поцеловал его в щёку, куснув за ухо. — Эй, ну я же шутя, — улыбнулся я ему. — Просто лучше не на таких видных местах. Поверь, если бы не домашние… — Ну да. Зато тебе можно мне засосы хоть на лбу ставить, — улыбнулся Кирилл. — А разве на лбу возможно? — нахмурился я. — А почему нет? — пожал плечами Кирилл, наблюдая, как я причёсываюсь и застёгиваю куртку. — Ну… не знаю. Там кожа как-то натянута… не думаю, что там засос можно поставить, — с сомнением размышлял я. — Да можно, почему нельзя-то. То же самое, что и на шее, — продолжал убеждать меня Кир. — Да ну на фиг, нельзя на лбу поставить засос, — уже явно вошёл в раж спора я. — Спорим? — выгнул бровь Кир, как-то коварно улыбнувшись. — А спорим! — с энтузиазмом согласился я, после чего мы пожали руки. — А если я выиграю? — тут же проявила себя корыстная натура любовника. — Мм… свожу тебя в бар за мой счёт, — предложил я. — Расщедрился. Если я пойду в бар — всех твоих сбережений не хватит, — махнул на меня рукой Кирилл. — Что-то более осуществимое. — Исполню любую твою сексуальную фантазию, — наконец, придумалось мне. — И от тебя в ответ жду того же. — О, договорились, — тут же согласился Кир. Идея ему явно пришлась по вкусу. — Но экспериментируем на тебе. — Мог бы догадаться… — уже не так довольно буркнул Кирилл. — Только пообещай, что честно будешь стараться, а не просто меня помуслякаешь, чтобы выиграть. — Я — человек чести, ты меня обижаешь такими заявлениями, — с притворным возмущением отозвался я. — Наклонись, что ли, каланча великовозрастная… — с некоторым смущением сказал я. То, что мой любовник выше меня на голову, всегда немного смущало. — Наклонюсь, мелочь пузатая, — не остался в долгу парень, наклонившись ко мне. — Ты где это у меня пузо увидел? — возмутился я. — А вот оно, — заржал Кирилл, сквозь куртку больно ущипнув меня за бок. — А хер тебе, это кожа! — Да-а-а, кожа, — всё не переставал улыбаться Кир, глядя мне в глаза. — Потому что кожа, — надулся я. — Давай экспериментируй уже, тяжело же так стоять. Вздохнув, беру Кирилла за голову, примерившись. Бред, как можно поставить засос на лбу? Начну пока придумывать сексуальную фантазию… * * * — Что с шеей? — без всяких предисловий спросил ты, стоило мне вернуться домой. Дурацкий заметный белый пластырь. Хотя… пластырь на шее, наверное, в принципе трудно не заметить. — Сам догадаешься или тебе подсказать? — отвечаю я привычно и враждебно, в ответ на твой дерзкий тон. Подходишь, схватив меня за локоть и резко развернув, после чего срываешь пластырь. — Дурак? Он теперь обратно не приклеится! — Засос, — констатировал ты, не обратив внимания на моё возмущение. — Да, засос, уважаемый Шерлок! Мне теперь тебе премию выписать? — На то, что это была девушка твоего возраста, мне не рассчитывать? — Сам догадаешься или тебе подсказать? — повторяю фразу, сказанную полминуты назад. Знаю, что мои шаблонные ответы тебя выводят. — Стас! — Шестнадцать лет, как, — всё так же флегматично отвечаю я, пытаясь пройти мимо тебя в комнату, но меня останавливает твоя упёршаяся в стену рука. Ты выразительно молчишь. — Ну чего тебе ещё надо? Да, он парень, да, ему двадцать пять лет, да, я с ним трахаюсь, и буду трахаться, ты мне не помеха. Устроил свою личную жизнь? Молодец, не мешай устраивать её другим. Поговорили? Поговорили. Теперь пропусти, — я шагнул вперёд, однако упёрся грудью в твою непрошибаемую руку. Грёбаный, блин, Терминатор. — Нет, не поговорили. Я встречаюсь с… — Да-да, я слышал эту историю, — оборвал тебя я. — С очаровательной пятнадцатилетней девушкой, — выделял я интонацией каждое слово. — А я трахаюсь с двадцатипятилетним мужиком. Какой уж уродился. Твоя терапия, как видишь, не помогает. Слушая про твою очаровательную девушку мне ни на йоту больше не хочется трахать девушек вместо своего двадцатипятилетнего мужика. Не лезь, а? — Стас… мы же обещали больше не ругаться. Тогда, в парке… ты помнишь? — твой голос стал тише и уже не таким сердитым. — То есть ты меня решил виноватым сделать? — возмутился я. — Я не лезу, заметь, в твою личную жизнь! — А я в твою лезу, потому что я переживаю за тебя! — Да чего за меня переживать? Ему не сорок, он не наркобарон, не «папик», который меня в клубе склеил, он обычный парень, всего лишь немного старше! — Познакомишь? — вдруг резко спросил ты, слегка сощурившись и посмотрев на меня. — Чего?.. — опешил я. — Хочу, чтобы ты меня с ним познакомил. Окей, я смирюсь с тем, что ты… с ним… и перед родителями твою тайну сохраню. Но я хочу быть уверен, что доверяю тебя хорошему человеку. — Что за бред? Ты в мамочку решил поиграть? — нахмурился я от такой смены декораций. Познакомить его? С Кириллом? Что за… — Я не мамочка, я твой старший брат. Неужели сам не хочешь избавиться от моего навязчивого беспокойства? — Хочу, — незамедлительно отреагировал я. — Ладно. Я вас познакомлю. * * * Мы с Кириллом сидели в кафе вдвоём, ибо договорились встретиться на час пораньше, чтобы я обрисовал ему ситуацию. Не люблю разговаривать по мобильному, тем более, если надо объяснить что-то настолько глобальное. Потому сейчас, сидя за чаем, я растолковал Киру, зачем мой брат хочет с ним познакомиться. Без деталей наших с тобой отношений я расписал ему наши беседы, и он лишь с пониманием кивал. — Что ж… беспокойство твоего брата обосновано, наверное. Хотя, это скорее я с тобой встречаюсь, а не ты со мной, — уголок губ Кирилла дрогнул в подобии улыбки, и парень отхлебнул немного чая. Когда Кир посмотрел на меня, я невольно хрюкнул от смеха в чашку, на что парень незамедлительно надулся. На его лбу красовался поставленный мной вчера засос, немного замазанный пудрой. Или тональным кремом, хрен его знает, что Кирилл творил с ним, это уж точно не по моей части. — Зато я оказался прав, — отвечал на это парень, хотя и заметно дулся. Ну, я и сам не подозревал, что поставить засос на лбу действительно реально. — И теперь ты исполнишь мои самые извращённые желания… — уже пошло заулыбался Кирилл, недобро на меня взглянув. — Боюсь спрашивать, — с искренней опаской отозвался я, расстегнув свою кофту, надетую поверх майки. Немного жарко здесь. — Правильно боишься, — продолжал скалиться парень. Но тут он заметил моё напряжение и взгляд, устремлённый на двери кафе. В них вошёл ты: в толстовке, с рюкзаком наперевес. Даже немного непривычно видеть тебя таким, обычно ты одеваешься элегантнее. А эти вещи скорее по мою душу. — Твой брат? — негромко спросил Кирилл, на что я кивнул в ответ. Ты опустился на стул напротив нас, поставив рюкзак на пол и шумно выдохнув. — Привет. Мы кивнули в ответ. Официантка шустро принесла тебе меню, которое ты пока решил отложить. — Кирилл, — парень смело и расслабленно протянул тебе руку, которую ты пожал, тоже назвавшись: — Алексей. — Очень приятно, — кивнул Кир, движением руки заставив свои часы сползти немного ниже, на запястье. — Значит, вы встречаетесь, — резюмировал ты. — Да ты что! Сам догадался? — не удержался я от своего привычного едкого комментария, но, поймав твой взгляд, тут же замолк. Не стоило выносить сор из избы. Да и мы, опять же, договорились не ругаться. — Тебе двадцать пять? — решил ты вновь уточнить очевидные вещи. — Да. — И тебя не смущает, что моему брату шестнадцать? — Да нет, нисколько. Мы прекрасно общаемся, и любовник из него хоть куда… Благо, в этот момент Кирилл посмотрел на меня и не заметил твоей реакции, от которой лично у меня мурашки побежали по спине. Кир, ну зачем так в лоб-то… — Ты работаешь? — Да, я бармен в «Бездонной бочке». Пока, разумеется. Я чувствовал себя неловко из-за того, что ты устроил Кириллу такой допрос. Однако Кир, кажется, чувствовал себя абсолютно свободно. Такое ощущение, что я — девочка, ты — мой строгий папочка, а Кирилл… ну, а Кирилл — это Кирилл. Тоже мне. Прямо сам не разберусь, с кем мне встречаться. Кирилл отвечал на твои вопросы ещё какое-то время, я лишь тихо сидел и иногда поддакивал. Я здесь лишь посредник, всё-таки. И я был чертовски рад, когда закончилась эта беседа. Кир покинул нас, смекнув, что нам нужно переговорить, а мы остались наедине. — И? — решил начать я. — Ладно. Он не плохой человек, думаю, тебя можно доверить ему, — проявил ко мне благосклонность ты. — Спасибо, что разрешил, — немного язвительно ответил я, хотя и пожалел об этом сразу же. Расплатившись за еду, мы вышли из кафе и направились домой. — Хотя, — вдруг совершенно внезапно начал ты. — Меня всё равно немного коробит то, что ты встречаешься с таким взрослым парнем. — Брось, — просто махнул я рукой, уже устав аргументировать свою позицию. Успокоишься сам. * * * — Ну что, исполнишь сегодня мою фантазию? — вкрадчиво спрашивал Кирилл, обнимая меня за шею и дыша в мои губы. — А что мы делаем сейчас? Мы стояли посреди моей комнаты, и Кир уже успел обнажиться по пояс. Его фантазией было заняться сексом в моей комнате. Ничего оригинальнее не мог придумать… связать меня там, или выпороть. Но нет же. Сколько бы я не убеждал его, что это опасно, он настаивал и давил меня своим законным желанием, которое я проспорил. — Это лишь часть моего желания, — улыбнулся парень, лизнув меня в ухо и заставив мои ноги подкоситься. — Ох… что ещё? — боязливо спросил я, ощущая, как руки Кира настойчиво меня раздевают. Вот я уже без рубашки… без майки… в расстёгнутых брюках… — Хочу, чтобы ты сделал мне римминг… — шепнул мне парень, высвобождая из белья мой член и поглаживая его, заставляя меня забывать о страхе. — Кого сделал? — нахмурился я. — О, моё чистое неиспорченное создание… — с насмешкой проговорил Кирилл, лизнув меня в шею и активно лаская меня ниже пояса ловкими прикосновениями пальцев. — Придётся немного тебя замарать… Парень стянул с себя джинсы, явив мне своё обнажённое тело, забрался на мою постель и встал в коленно-локтевую позу. — Теперь… сделай языком то же, что ты обычно делаешь членом, — негромко прошептал Кир, на некоторое время погрузив меня в задумчивость. — А-а-а… — наконец, дошло. Хотя я и немного опешил. Так делают?.. Встав на постель позади Кирилла, я мягко поцеловал его в поясницу. — Эм… прямо внутрь?.. — смущённо уточнил я. — Да… Сглотнув, я осторожно высунул язык и погрузил его внутрь парня. Кир издал грудной стон, выгнувшись и подавшись мне навстречу. Понемногу входя в раж, я стал двигать языком вперёд-назад, явно доставляя любовнику удовольствие. Это правда так приятно?.. Надо будет попробовать. — Хватит, — наконец, остановил меня Кир. — Теперь входи. — Кир… — я навалился на Кирилла, вжавшись членом между его ягодиц. — Чёрт… по закону жанра если я начну — обязательно кто-нибудь придёт и застанет нас. — Мы не в кино, Стас, никто не придёт, входи уже… Закусив губу, я всё же послушался любовника и вошёл в него, начав двигаться, хотя полностью сосредоточиться на процессе у меня всё равно не получалось: я невольно прислушивался к шумам дома, боясь, что кто-то войдёт. Вот я же как знал! Послышались попытки открывания двери ключом, а после — настойчивая трель звонка. Сматерившись, я спешно отстранился от Кирилла, стянул презерватив, бросив за кровать, и стал запихиваться в одежду. Парень стал делать то же самое. Поправляясь уже на пути к двери, я напоследок глянул в коридорное трюмо, окончательно убедившись в своём пригодном виде, а после открыл дверь. На пороге стояли несколько удивлённые ты и Лиза. — Эм… ты разве не собирался к Кириллу? — недоумённо спросил ты, так и стоя с ключом в руках. — Что-то вроде того, — пожал я плечами, пропуская вас в квартиру. — О, — удивился ты, увидев Кирилла. — Привет. Кир несколько вяло поздоровался, подперев голову рукой и глядя в окно. На твоём лице появилось несколько смущённое выражение. Судя по всему, ты догадался, от чего оторвал нас, и теперь чувствовал себя неловко. И правильно. Сам-то говорил, что идёшь в гости к своей Лизе! — Привет, — девушка тоже заглянула в комнату и присела на кресло, как раз рядом с диваном, на котором устроился Кир. — Ты друг Стаса? Глянув на меня и получив утвердительный кивок, Кирилл ответил ей: — Ну да. — Я Лиза, — девушка дружелюбно протянула руку парню. Тот глянул на неё, прямо как я тогда, при нашем первом знакомстве, однако, в отличие от меня, Кир и не думал её пожимать. — Кирилл, — лишь ответил парень, отвернувшись. — Что-то случилось? Ты чего такой хмурый? — обеспокоенно спросила Лиза. Какая у тебя, блин, заботливая девушка, всё заметит: кто дрожит, кто хмурый… тоже мне. — Да так, пустяки. Не дослушав эту милую беседу, я утащил тебя на кухню, ногой прикрыв дверь. — Ты же сказал, что к Лизе пойдёшь, — несколько раздражённо напомнил я, опершись спиной на дверь и скрестив руки на груди. — Я и пошёл… но у неё родители рано вернулись, потому мы решили пойти к нам. Если бы ты сказал, что собираешься с Кириллом… — …потрахаться, — закончил я за замявшегося брата. — Ну да… — ты отвёл взгляд, покусывая нижнюю губу. — Мы бы куда-нибудь в другое место пошли… — По-идиотски получилось, — резюмировал я, уткнувшись взглядом в пол. — Не то слово, — послышался с твоей стороны удручённый вздох. Чтобы как-то сгладить напряжение, решили попить чаю вчетвером, благо на кухне был уютный диванчик и круглый стол, за которым мы и собрались. Я сбегал за печеньем, ты, тем временем, накрыл на стол, а наши гости лишь переглядывались. Ну, точнее, Лиза, как я видел, искренне пыталась завязать беседу, но, как бы девушка ни старалась, Кирилл её энтузиазма не разделял. Ну, так уж вышло, он вообще не особо любил общество девушек. Был у него такой маленький пунктик. Только не соотносите это с гомосексуализмом, это просто человеческий пунктик. Когда чай был готов, мы сели уже все вчетвером, но говорили по отдельности. То ты с Лизой, то ты со мной, то Лиза пыталась говорить с Кириллом или со мной. Однако допив чай, Кир извинился и довольно торопливо ушёл. Лишь уже в дверях ехидно шепнул мне: «вот откуда ты всё наперёд знаешь?», улыбнулся и поцеловал меня, сказав, что позже созвонимся. Ну вот, оставил меня наедине с этими голубками. Удружил. Вздохнув, опускаюсь за стол. — А что, я Кириллу так не понравилась? Почему? — тут же обиженно спросила девушка, воспользовавшись отсутствием Кира. Видимо, это её сильно гнетёт. Чувствую скрытые комплексы и желание нравиться всем и вся… ты, судя по лицу, догадывался, чего она Кириллу так «не понравилась», точнее, почему он вовсе был такой хмурый, но явно не знал, как подобрать слова. Я решил тебе помочь в этом: — Не обращай внимания, у него просто настроение плохое с утра, не в тебе проблема, — успокоил я Лизу. Та облегчённо выдохнула. — Мм… жалко. У тебя-то сегодня настроение нормальное? — Вполне, — пожимаю плечами. И правда. Немного странно, но, кажется, меня уже не трясёт от вашего вида. Неужели я… разлюбил тебя? Вот так внезапно, ничего не заметив? — Стас? — М? — откликнулся я на твой зов. — Так ты пойдёшь? — Куда? — опешил я. — В кино… ты чего? — нахмурился ты, положив руку на стол. — А… нет, не хочется, — отмахнулся я. Странно, я даже не услышал вопрос. — Ну ладно, мы тогда вдвоём сходим. Да, милая? — улыбнулся ты, пододвинувшись к Лизе и… поцеловал её. Вот тут у меня вдруг резко сдавило сердце, словно бы чьей-то жёсткой рукой. Я инстинктивно схватился за него, закусив губу и слегка загнувшись вперёд. Чёрт, нельзя, чтобы вы это видели и опять начали беспокоиться. Осторожно разгибаюсь и потихоньку выбираюсь из-за стола. — Ты куда? — на мгновение оторвавшись, спрашиваешь ты. — Скоро вернусь, — ответил я, дабы подавить в тебе желание идти за мной, и быстро скрылся в комнате. Чёрт, где же это долбанное лекарство… капаю его себе в кружку побольше, выпиваю залпом и сажусь в угол возле стола. По щекам катятся слёзы. Странно, мне так резко стало больно. Всегда с тобой так… мне уже кажется, что я не люблю тебя, мне кажется, что ты меня достал и раздражаешь, но один взгляд с твоей стороны, одно движение, касание — и я мгновенно разбиваюсь на миллионы осколков, превращаюсь в тряпку… и снова эти слёзы и мысли, за которые так стыдно. Зачем ты делаешь это со мной?.. Прекрати, умоляю тебя… я ведь только-только стал сильным… * * * Несколько дней я не делал ничего. Благо близились каникулы, по всем предметам в школе у меня всё было хорошо, потому я слёг с мнимой болезнью. Немного покашлял ночью, постучал по тылу градусника, а лоб натёр одеялом, и для матери я уже бедный заболевший сыночек. Под этим благовидным предлогом я уже несколько дней валяюсь дома, почти не вставая с постели. Я не говорю, аргументируя это больным горлом, а на самом деле просто не хочу. Не хочу никого видеть и ни с кем говорить. Встаю только в туалет, хотя велик соблазн перестать вставать и ради этого. Просто лежать… лежать… лежать… а лучше нажраться, как скотине. Хотя сейчас нельзя, меня кормят таблетками, и их контакт с алкоголем вряд ли будет иметь благоприятные последствия. Но я и не сдохну, так что, пользы вообще никакой. Ты пытался за мной ухаживать: приносил фрукты, пытался со мной заговаривать, хотя бы фразами, имеющими биполярный ответ, но я лишь вяло кивал или мотал головой. Голод даже не ощущался. Еду, приносимую матерью, я тихо сваливал обратно в общую кастрюлю, чтоб не заподозрила, что я ничего не ем. Может, хоть голод меня доконает. Хотя, чувствую, доконала бы меня как раз еда, ведь если я поем — меня явно вывернет. Хреново… до чего же хреново. Кириллу написал sms, что из-за больного горла не могу разговаривать, и он меня тоже не доставал. Ближе к обеду я задремал, ибо из-за кошмара проснулся в четыре утра и так и не смог заснуть до этого времени. Проспав пару часов, я встал с больной головой. Ещё бы, после такого. Держась за лоб и жмурясь, я поплёлся в туалет. Вот я подбредаю к двери, сопровождая каждый шаг болезненным стоном, открываю дверь… а там ты стоишь под душем и активно полируешь своего «младшего». Увидев это, я распахнул глаза, а после панически захлопнул дверь, прижавшись к ней снаружи. Блядь, обдрочиться, какой же у тебя большой… и какая аппетитная задница… боже, я бы трахал тебя сутки напролёт, пока сознание бы не потерял от истощения! А едва очухавшись, трахал бы ещё сутки в том же режиме… и ещё… и ещё… твою мать… Не замечаю, как сползаю на пол, как за дверью затихает душ, и с той стороны раздаётся смущённый стук… — Стас… — А? — Эм… чёрт, мне очень стыдно… я думал, что ты спишь… — Ну… я спал… — лишь ответил на это я. — Но ничего страшного. Все это делают, и… всё такое. Я тоже, — усмехаюсь, пытаясь разрядить обстановку. — Правда?.. — Конечно. — Тогда… выпустишь меня? — Ой… — встаю, отойдя от двери и позволяя тебе выйти. — Забылся чуток, — улыбаюсь тебе. Получив в ответ улыбку, заметно расслабляюсь. — Эм… Стас? — на твоём лице появилось беспокойство. Взгляд опустился ниже моего пояса. Лишь сейчас, проследив за твоим взглядом, я понял, что у меня конкретно так стоит. — Как будто у тебя по утрам не стоит, — нервно отмахнулся я, натянуто улыбнувшись. — Видишь, я же говорил, бывает. — Ну да. Тогда вперёд, — придерживая полотенце, всё с той же улыбкой негромко сказал ты, удалившись в комнату. Проводив тебя взглядом, я спешно скрылся в ванной и, так уж вышло, занялся тем же самым, чем и ты, хотя не планировал. Чёрт, как же я хочу тебя… «и днём и ночью мне не обрести покой, я душу Дьяволу продам за ночь с тобой» — будто исполнялось для тебя, а не для красавицы Эсмеральды. Хотя, как раз в русской версии Собора Парижской Богоматери эта самая Эсмеральда была страшная, как моя жизнь. Однако, чем-то моя порочная страсть смахивает на запретное влечение Фролло, хотя, думается, даже у него всё не так плохо. Пусть он священник, но влечёт его к женщине, красивой женщине, пусть и всего лишь бродяжке. Она ему хоть не сестра, да и пола другого. «Ты погубишь меня… а я буду проклинать тебя до конца моей жизни», как он пел в своей арии. Уже выйдя из душа, я упал в кресло в зале, а ты вдруг заботливо вручил мне кружку тёплого молока и печенье. Вдруг стало так хорошо, уютно и спокойно… вот бы всегда так было. — Кстати, — вдруг начал ты, сев на подлокотник. — Я только погодя сообразил. Ты же говорить не мог? Я опешил, шокировано уставившись в пространство перед собой. Чёрт, ведь и правда, я же болею, вроде как. Хотя… сам виноват, нечего дрочить с незакрытой дверью! Тут и не такое забудешь… — И правда… — прошептал я. — Видимо, мне-таки полегчало. Ты меня просто так… удивил, что я и забыл, что мне не стоит пока говорить, — улыбнулся я, пытаясь стереть и намёки твоих подозрений. — Ну, тем лучше, потому что тебе Кирилл звонил, — ты опёрся об мою макушку, слегка наклонив меня и глянув в окно. — Блин, снег пошёл. — Это плохо? — Мокрый вернусь. — Да ладно… зато покайфуешь после в горячей ванне, — улыбнулся я, хотя при упоминании о ванне меня аж подбросило. — Верно, везде свои плюсы. Теперь-то можно тебя одного оставить? — ты мне подмигнул, соскользнув с подлокотника и направившись в нашу комнату. Видимо, вопрос был риторический. Уже через несколько минут ты вынырнул из-за двери одетый для зимней прогулки, щебеча по мобильному со своей Лизой. Я лишь фыркнул в кружку, отвернувшись к окну. Падающий снег успокаивал, и я едва не забыл, что мне ещё нужно позвонить. Дабы снова не забыть, тянусь к телефону и звоню Кириллу. — Привет. Ты как, уже можешь говорить? — заботливым тоном осведомился парень. — Да, всё в порядке. Мне лучше. Случилось что-то? — несколько вяло интересовался я, с удовольствием потягивая молоко. Туда бы ещё немного кофе сыпануть, и сахарку… надо было тебя попросить, пока не ушёл. Чёрт. — Ну, на самом деле да. Дело такое… деликатное. Даже не знаю, как начать. А вот теперь я заинтригован всерьёз. — И-и-и? — приподнимаюсь в кресле, облокотившись на собственные колени. — В общем-то, мне тут названивает эта ваша Лиза… — неуверенно начал парень. — Ээ… Лиза? — опешил я. — Тебе? С чего бы это? — А я знаю? Мне самому, между прочим, интересно. — А телефон твой где она взяла? — продолжал пребывать в шоке я. — Не поверишь – сам гадаю. Но эта Лиза ни в какую не хочет признаваться. — И… что же она говорит? — попытался я наводящими вопросами развеять свои опасения. — Да чушь какую-то. Спрашивает, что я делаю, какие люблю фильмы, где работаю, можно ли ей как-нибудь ко мне зайти, и всё в этом духе. — Хм… это очень странно, — резюмировал я. Было сильно похоже на враньё. Но, во-первых, зачем Киру врать мне? Во-вторых, у меня нет поводов не верить ему. Хотя ситуация действительно была очень странной. — Не то слово. Мне, конечно, не хотелось бы ничего такого предполагать, но, она на меня… ээ… запала? — несмело предположил Кирилл. — Похоже на то… — невесело отозвался я. Всё указывало на это. Но странно, она вроде такая милая и хорошая девочка на вид, вот уж не думал, что она может с кем-то флиртовать за твоей спиной. Может, мне снится это всё? — Может, хоть раз соизволишь с ней встретиться, чтобы убедиться наверняка? Ну, просто, как ни крути, даже если кажется, что всё указывает на один исход, бывает и так, что на самом деле всё не так, как нам видится, и мы лишь внесём смуту и попусту обвиним человека. — Я ни хрена не понял, — откровенно и несколько раздражённо признался Кир. — Ну, только то, что ты предлагаешь мне убедиться на все сто, что она на меня запала, и только потом мы сообщим об этом твоему брату? — Да, именно это я и имел в виду, — кивнул я, хотя Кир, ясное дело, не мог этого видеть. — А сразу вот так и сказать нельзя было? — Это ж я, — усмехнулся я в трубку. Меня, на самом деле, достаточно часто журили за витиеватость фраз. Любовь у меня такая. Своеобразная. У меня все любови какие-то своеобразные, пожалуй. — Ну да. Ладно, если она ещё раз позвонит — позову её, что ли, на работу. Там более-менее обстановка подходит, хоть не полезет, и отвлечься будет на что, чтобы ситуация не накалялась. Ты это, как поправишься, заглянешь? — Конечно. Думаю, ещё день-два, и буду в норме, — уверенно сказал я. Ещё бы не уверенно, я же и сейчас в норме. На этом мы попрощались, а я крепко задумался. И вот ты сейчас гуляешь с этой двуличной гадиной? Хотя, стоп, сам же сказал, что нужно обойтись без преждевременных выводов. Впрочем… нет, нужно обойтись без преждевременного оглашения выводов. А в своей голове выводы я уже сделал, имею право. В тихом омуте черти водятся — не зря же так говорят. Блин, а ведь она правда казалась мне милой… даже несмотря на то, что на тебя покусилась. Хотя, в то же время, она мне сразу не понравилась. То есть да, милая-красивая, но что-то я сразу в ней почувствовал неладное. Чужеродное. Не знаю, как объяснить. Но, всё-таки, неожиданно, что оно оправдалось. Пока не оправдалось, но… почему-то не сомневаюсь, что оправдается. Дома ещё часа три как минимум будет тихо и безлюдно, если тебе, конечно, не приспичит вдруг вернуться раньше. Хотя, судя по твоему лилейному голоску, которым ты разговаривал со своей Лизой, этого не произойдёт. Так что я спокойно устроился на диване, положив подушку у подлокотника и опершись на неё, чтобы полусидя почитать книгу. Как ни крути, а иногда я всё-таки читаю. Очередной глупый ужастик, правда. Почему-то данная поза резко навела меня на странные мысли. Я представил, как ты сидишь на моих бёдрах, лицом ко мне, опираешься на мои плечи и неторопливо двигаешься на моём члене, постанывая и стискивая пальцы. Твоя голова откидывается назад, ты протяжно стонешь, поёрзав и вжавшись в мой пах своей аппетитной задницей, а я изнываю от наслаждения, придерживая тебя за бёдра, резче насаживая на свой член и увлечённо надрачивая твой. Чёрт, я бы рехнулся от кайфа… я даже ощущаю жар твоего тела, его мягкость и напряжение. О, да… Лёша, как же я хочу тебя…