Глава 17. «Возвратиться на круги своя»
3 июля 2017 г., 18:04
Военная полиция, как элитное войско, должна символизировать справедливость, власть и правосудие самого короля. И, конечно же, как и любая подобного рода организация, она должна выполнять «нормативы». Раскрыть энное количество преступлений, предотвратить несколько краж или более опасные происшествия и тому подобное. За внесенный вклад в общую «копилку» сотрудник получает так называемую «звездочку» отличия. И при получении достаточного количества «звездочек» его ждет повышение. Если же Лейб-гвардия не выполняет необходимый лимит в указанные сроки, нагоняй получают все без исключений. «Снежный ком» отборной брани и более существенных видов наказаний спускается с самого главы Военной полиции по головам сотрудников званиями ниже. Соответственно, наиболее весомый удар приходится именно на тех, кто стоит у подножия иерархической лестницы.
Лучшие солдаты из сто четвертого выпуска Кадетского училища за четыре года успели подняться на несколько ступенек выше благодаря своей усердной службе, особенно в сравнении с другими «сердобольными работниками». Поход в Подземный город также не обошелся без вклада в процветание «доблестной» Лейб-гвардии.
Схватить трех мерзавцев, угрожавших детям, Жану помогли подоспевшие вовремя Марко и Саша, в то время как Марло оказывал помощь «помятому» от падения Конни. Связав преступников, Кирштайн, как ответственный за операцию, распорядился сопроводить их до ближайшего участка Военной полиции, повесив это ответственное задание на Браус и Марло. Жан сначала предложил кандидатуру Спрингера, чтобы он сам смог обратиться за медицинской помощью, но тот героически отказался от данной миссии, помпезно заявив «Мужчины не плачут. Да и шрамы будут мне к лицу», после чего вскрикнул немного по девчачьи, когда Саша притронулась к царапинам кусочком тканью с целью прочистить его «боевые ранения». Кирштайн с Боттом переглянулись с легкой усмешкой. Но не стали возражать решению приятеля.
Подойдя к паре маленьких бандитов, которых совсем недавно спас, Жан жестом руки попросил вернуть награбленное. Мальчишка с неохотой протянул ему кошелек. После чего полицейский услышал предложение от друга поговорить с местными жителями этого непростого местечка, дабы узнать нужную информацию. Кирштайн счел эту идею весьма рациональной. И Ботт занялся «обработкой» детей, попробовав завоевать их доверие с помощью еды.
Они сидели в забегаловке под названием «Сдыхающий пони». Местечко было не самым уютным, но крысы по полу не бегали, что уже радовало. Брат с сестрой ели непонятное полужидкое блюдо, которым их любезно угостили полицейские, оплатив заказ. Мальчик не особо хотел принимать помощь от «тупиц из Военной полиции», но голод не тетка, он должен заботиться о сестре.
Паренька смешили «разукрашенные» лица двух полицейских (Жан снова остался без единой царапины). Мальчик даже осведомился, где они заработали такие ушибы, не упустив возможность поглумиться. Конни и Марко не особо обрадовались излишнему вниманию со стороны ребенка.
Военные расспрашивали мальчика о последних новостях в пределах Подземного города, быть может, он что-то слышал об ограблениях на поверхности. Но тот лишь покачал головой. Мальчуган не был особо настроен разговаривать с представителями закона, но на нем висел долг за спасение. А быть должным Военной полиции он совсем не хотел. К тому же, они простили ему «организованное нападение на сотрудников Лейб-гвардии», что карается весьма строго. И ребенок дал им совет побывать в восточной части города, так как там много заброшенных зданий, да и район один из самых опасных. Крупные преступные организации обустраивают свое логово именно там. По крайней мере, многие жители Подземелья, в том числе и сам мальчишка, просто не осмеливаются туда наведываться.
Доблестные сотрудники полиции, поблагодарив мальчика за наводку, отправились в «эпицентр» преступного мира. У них складывалось ощущение, что эта часть города просто вымерла, так как они не увидели ни одной живой души, а здания напоминали развалины, оставшиеся после прихода титанов. Пока в этой «мертвой» тишине они не услышали выстрелы. Кто бы это ни был, сотрудники полиции должны выяснить обстоятельства дел.
Отыскав здание, из которого доносились звуки, они отправились внутрь. И их удивлению не было конца, когда они наткнулись на трупы вооруженных бандитов. Встретилось и несколько живых, хоть и обездвиженных, но не хило отделанных. Оповестив о своем приходе, как их учили, громко и четко, военные, словно по хлебным крошкам в виде тел, поднялись на второй этаж, где увиденная картина их ошарашила не на шутку.
— М-Микаса? — только и смог выдавить из себя Жан, стоя с открытым ртом вместе со своими коллегами.
Она лишь одарила их мимолетной улыбкой в знак приветствия. Спустя мгновение отойдя от неожиданной встречи, Кирштайн быстро опустил ружье, не забыв наклонить дуло пистолета Конни, чтобы тот ненароком не попал в нее.
— Как ты… ты же должна быть с Эреном, — он не мог скрывать своего удивления. Что с ней произошло? Как она здесь оказалась? Все ли в порядке?
Микаса поняла, почему никто не спохватился при ее исчезновении. Они все думали, что она уехала в Хлорбу к брату. Девушка не знала, что ответить. Сил придумать какую-то ложь у нее просто не было. Лишь слегка нахмуриться, продолжая хранить молчание.
— Аккерман, ты что, взяла липовый отпуск, чтобы навести порядок в Подземном городе?! — Конни смотрел на нее как на сумасшедшую. — Нет, я, конечно, знал, что ты трудоголик, но не настолько же…
Самым обидным для нее было то, что и Жан с Марко были склонны верить предположению Спрингера, судя по лицам, выражающим недоумение и непонимание.
— Я рада, что вы здесь, ребята, — с облегчением выдохнула она.
Хорошо, что именно друзья нашли ее, а не кто-то другой. Они не будут задавать лишних вопросов, приняв теорию Конни за истину в последней инстанции. Им не нужно ничего пояснять. Они ей помогут доставить преступников в участок и вывести несчастных пленников, что чуть не оказались в качестве прибыльного товара на «аукционе» живых душ.
***
Вернувшись в слегка разгромленный дом, Леви был рад встретить Корстона. — Босс, ребята прибрались в доме, ликвидировав лишних… «сожителей», — с лукавой улыбкой Джон поведал ему об участи трупов работорговцев. Поручив банде навести порядок перед уходом, мужчина был рад исполнительности своих людей. — Надеюсь, они или их друзья больше не побеспокоят нас, — с толикой сарказма подыграл он. — О, думаю, не стоит волноваться. Яма с негашеной известью стала их последним пристанищем. Трупы в скором времени растворятся, и от них не останется и следа. Следствие зайдет в тупик, если оно вообще начнется. Кровь с полов Леви ототрет, оружие ублюдков — продаст или отдаст на вооружение своим парням. — Хорошо, — холодно кинул он, проходя мимо Корстона. Аккерман был доволен находчивостью своих подчиненных. — Да, Джон, есть еще одна работенка, — он обернулся на владельца арбалета. — Возьми пару-тройку ребят и отправляйтесь на склад этой швали. Фарлан покажет, где он. Там ящики с полезным инвентарем. Заберите, сколько успеете. Раз уж работорговцы были схвачены, они вполне могут поживиться их имуществом, пока не нагрянет с разборками Военная полиция.***
Гордон Дрейк — человек серьезный, эмоционально стойкий и уверенный в себе. Удивить подобную персону чем-то иной раз просто невозможно. Но услышав о появлении небольшой группы сотрудников Лейб-гвардии под предводительством Микасы Аккерман, что несколько дней назад он лично направил в руки работорговцев, получив неплохую денежную сумму за это незатейливое действие, был ошарашен как никогда. Он хотел сбагрить девчонку от греха подальше, пока она не начала копать грязные делишки некоторых сотрудников, которые могли бы привести к персоне самого заместителя главы Военной полиции. Но сучка умудрилась не просто спастись от профессиональных преступников, но еще и раскрыть липовое дело, состряпанное для нее же в качестве наживки. Да еще схватив и устранив своих потенциальных похитителей. Стоя в кабинете главы рядом с Найлом Доком, Дрейк проклинал про себя ее живучесть и уповал на то, что ее «куриные» мозги не смогут догадаться, кто именно ее подставил. Он будет отрицать все. Каждое сказанное ей слово. — Что ж, — начал свою речь глава Лейб-гвардии. — Поймали парочку разбойников с улиц Подземного города. Разворошили гнездо работорговцев… Смотрю, вы начали реабилитировать свое шаткое положение после провала последней миссии… что не может не радовать! — Док держал руки за спиной, медленно проходя мимо выстроенного отряда Военной полиции, заглядывая каждому подчиненному в глаза. Он был доволен успехами своих сотрудников. Ребята были одними из лучших, и в данном деле они доказали свое мастерство. — Кирштайн! — Да, сэр! — вышел он вперед, не забыв отдать честь. — Надеюсь, вы проявите такое же усердие в расследовании дела об ограблении хранилища Рейссов. Сроки поджимают, — постучав по тыльной стороне запястья, отметил Найл Док. — Так точно! — только и оставалось ответить Жану, пытаясь зафиксировать взгляд на занавесках, дабы гуляющим по кабинету взором не выдать его некоторые опасения по этому поводу. — Отлично! — выпалил начальник полиции. — Дрейк! — Гордон встрепенулся и сделал шаг вперед, поравнявшись с начальником. — В отчете Аккерман было сказано, что ты отдал ей задание с работорговцами под прикрытием. Дрейк напрягся. Он старался сдержать свои эмоции, но в холодный пот от страха его все же кинуло. — Под твоим командованием ребята отлично сработали. На твоем месте, я бы тоже выбрал Аккерман для такой миссии. Поздравляю! — Док кивнул в знак уважения. — Благодарю, сэр! — лукаво усмехнулся заместитель. Снова он умудрился выйти сухим из воды. Пусть и очень удивился своему везению в этот раз. — А теперь, за работу! Нас ждет еще много дел, — напутственно выпроваживал из кабинета своих людей Найл Док. Затем перевел взор на Микасу. — Аккерман, к сожалению, бумаги подписаны, и я не могу перенести даты твоего отпуска. Но у тебя есть еще два с половиной дня законного отдыха. Жду тебя в понедельник утром на построении. — Да, сэр! — отозвалась она перед тем, как покинуть кабинет. После всего пережитого ей просто необходимо увидеть Эрена.***
Тренировки всегда помогали Леви разобраться с мыслями. И сейчас, он нещадно атаковал грушу, набитую опилками до отвала. Удар ногой, переворот, кулак на уровне лица, затем второй, что живому человеку впечатало бы нос внутрь черепа. Он давно не тренировался до изнеможения, что в случае Аккермана бывает крайне редко. Но чувство усталости было каким-то желанным, помогающим освободить мысли от некоего бремени. Насилие — отличный способ выпустить напряжение, в том числе сексуальное, ибо в бордель Леви сейчас силком нельзя было затащить. Не говоря уже о его собственном нежелании посетить это место ни при каком условии. Груша - не лучшая альтернатива, но хоть какая-то. Он старался выкинуть из головы воспоминания о чарующих глазах, взгляд которых ему нравилось ловить на себе. О нежной и бархатной коже, которую так приятно было осязать. И о запахе тела, аромат которого мог снять все запреты, разрушая рамки дозволенного. От усталости Леви оперся мокрым лбом о грушу, приобняв ее рукой, чтобы не завалиться от бессилия. — И как, помогает? — в помещение зашел Фарлан, присаживаясь с краю импровизированной лавочки из досок. Аккерман нашел в себе силы оттолкнуться от снаряда и принять более-менее устойчивое положение на ногах, удерживая равновесие. Голова кружилась, но он не покажет слабину. — Не особо, — выпалил он при очередном ударе кулаком. Некоторое время в помещении царило напряженное молчание, сопровождаемое чуть сбитым дыханием и глухими ударами. Но Черч решил озвучить некоторые предположения, затаившиеся в его разуме, тихим шепотом. — Ты любишь ее? Внутри словно что-то щелкнуло, вынудив резко остановиться. Несмотря на столь длительное знакомство с приятелем, подобного прямолинейного вопроса Леви никак не ожидал. — Фарлан, не мели чушь, — как ни в чем не бывало, он спокойно продолжил тренировку. Однако партнер и не думал униматься. — Она довольно миленькая. Фигура хороша, не отрицай, что пялился на нее, — Леви лишь шумно вздохнул от услышанного. — Совсем не глупая, дерется отлично и обладает неплохим набором душевных качеств. Еще и исполнительная. — Завались, — буркнул Аккерман, совершая очередной удар по снаряду. Костяшки пальцев пробили ткань, и из зияющей щели начал сыпаться песок тонкой струйкой, вызвав едва сдерживаемое гортанное рычание мужчины. Слова Фарлана с новой силой пробуждали в его сознании воспоминания о ней. — Не отрицай очевидного. Я твои вкусы знаю, и она подходит по всем параметрам. — Я этого и не отрицаю… Хотя, покорной я бы ее точно не назвал, — Леви не удержался от комментария, за что секунду спустя корил себя. Черч все же втянул его в свою «игру». — Только не говори мне, что не хочешь ее. Леви и не думал. Он хотел ее. До боли в паху хотел. Мужчина не помнит, когда вообще испытывал подобное влечение. И испытывал ли вообще когда-либо. Микаса нравилась ему всем. Даже своим строптивым характером, при воспоминании о котором он возбуждался еще больше. Лишь его самообладание смогло удержать положение в допустимых рамках. Благодаря этому он смог спасти девчонку от самого себя. — С каких пор это одно и то же?! Я не говорил тебе о своих желаниях. Хотеть я могу все, что угодно, — Аккерман разозлился не на шутку. Но он должен сдержаться. Иначе потерпит фиаско. Перед Фарланом, перед сотрудницей Военной полиции, перед самим собой. Он снизил количество яда в словах до минимального, стараясь сохранять беспристрастность и отстраненность. — Это всего лишь увлечение. Ничего больше. Черч до конца не понимал, кого именно друг хотел убедить в своих словах, его или самого себя, но решил оставить его в покое, что было верным решением. Леви старался перевести мысли в более спокойное русло. И в голове всплыло еще одно условие сделки, до сих пор не выполненное им. Он толком ничего не обещал Микасе, но это был единственный способ избавиться от надоедливой особы. И в его голове созрел план. Завершив тренировку, он двинулся к месту, где сидел притихший Фарлан. Приземлившись на лавку рядом и облокотившись на холодную стену спиной, по которой стекали капли пота, слегка задрав голову, Аккерман позволил себе наконец-то расслабиться. Немного отдышавшись, он обратился к другу. — Если бы ты был неприлично богат… — лицо Черча засияло некой гордостью, видимо от представления своей персоны в роли богача, — …и у тебя была бы любимая дочь, на день рождения которой ты заказал несказанно дорогой подарок. В случае потери, что бы ты сделал? С удовольствием подключившись в приятную беседу, тот без промедления сосредоточил мыслительный процесс на предложенной теме. — Подарок был неприлично дорогой? — с легкой игрой в голосе поинтересовался Фарлан. — Крайне дорогой, — холодно подметил Леви. — А я богач каких свет не видывал? — на его слова приятель кивнул. — Ради любимой дочурки и вложенных средств я бы не скупился на вознаграждение… — И тут в глазах друга Аккерман увидел прозрение. — Именно, — подтвердил он догадку партнера.***
Микаса провела один день с братом, поделившись последними событиями, и узнав у него об успехах в работе спасательного отряда и в целом Развед-корпуса. Разумеется, она не поведала ему о приключениях, которые перенесла в Подземном городе. С Эреном все хорошо, и это самое главное. Правда, постоянное присутствие рядом Кристы немного раздосадовало. Вернувшись на территорию стены Шина, девушка присоединилась к расследованию. Первый раз она пыталась раскрыть дело, виновников которого знала лично. Но заложить их совесть ей так и не позволила. Она выполняла наставления Жана, как командира подразделения, но не участвовала в общем мыслительном процессе. Парень был очень рад пополнению отряда в виде очаровательной полуазиатки. Но, увы, их взаимоотношения так никуда и не продвинулись от дружеских, встав намертво. Пока в один прекрасный день Глава Военной полиции снова не вызвал их к себе на ковер… Док сидел за столом, внимательно разглядывая какую-то бумагу. Глаза бегали по строчкам, после чего на лице появилась ухмылка. — Итак, Ботт. Могу поздравить тебя. Трибунал откладывается на неопределенный срок, — не вставая из-за стола, Найл посмотрел в сторону Марко. Фингал на лице юноши уже почти выцвел, и приятное удивление молодого человека не скрылось от окружающих. — Да, вы не ослышались. Бриллиантовая диадема нашлась. Ребята вздохнули с облегчением. «Дамоклов меч» больше не висел над их головами. — Не с вашей помощью, конечно. Но все же это спасает ваши шкуры, — договорил он начатое. — Сэр! — Жан решил уточнить. — Можно поинтересоваться. Кто смог вернуть украденное? Найл Док усмехнулся, и встав с кресла, медленно подошел к подчиненным. — О, эта история покрыта мраком. Думаю, это сделали грабители. — Грабители, сэр? — спросила Саша, недоумевающе переглянувшись с коллегами, пребывающими в подобном состоянии. — Но зачем им это делать? — То есть они просто вернули украденное владельцам? — недоумевающее спросил Марко. Микаса молчала. Она не могла поверить в услышанное. Неужели она смогла достучаться до сурового и непреклонного главы банды разбойников? Неужели честь и благородство ему все же знакомы?.. Сердце предательски кольнуло. Снова из-за надменного коротышки, который распускает руки, когда не следует. Воспоминание о шлепке по ее упругой мышце вызвало ощущение «пламени» на щеках, которое она тщательно пыталась скрыть. — Конечно же, нет, — Док неодобряюще покачал головой от их недогадливости, поджав губы. — Двое прикинулись сотрудниками Военной полиции и пришли в особняк Рейссов. Недоверчивый балбес предложил вознаграждение за возвращение дорогого имущества. Они и потребовали его в размере одной десятой от стоимости диадемы. Не знаю, каким способом им удалось его уговорить, но он обменял деньги на желанную вещь, не посоветовавшись с высокопоставленными представителями Лейб-гвардии и даже с собственной охраной, — Найл даже не думал скрывать нотки насмешки над богачом в голосе. Это была огромная сумма. Не для такого аристократа, как Род Рейсс, конечно, но все же. План Леви был безупречен. И раздобыв два комплекта формы Лейб-гвардии, Фарлан и Джон, как главные плуты банды Аккермана, вырядились в военных. Они использовали самые хитрые уловки, чтобы навешать лапшу на уши «тугодумному толстосуму». И тот дрожащей ручонкой передал деньги взамен драгоценного подарка для любимой дочки, чей день рождения должен был быть накануне. Сумма с лихвой окупала затраты, позволяя ему выполнить другую часть уговора. Придя в себя после льстивых речей лжеполицейских, Род Рейсс тут же оповестил штаб о неполном возврате своего имущества. Были еще деньги, украденные из хранилища. И какого же было удивление Микасы, когда в вечернее дежурство Марко и Жан смогли отыскать потерянные денежные средства на одном из заброшенных складов, привлекший внимание молодых людей небольшой дымкой от пожара, «случайно» произошедшего в том же здании, где и была обнаружена находка. Леви не составило особого труда убедить верных подчиненных в том, что деньги необходимо вернуть ради их собственной безопасности. Они получили нужную сумму, обеспечивающую длительное безбедное существование. Пусть дело было раскрыто не до конца. Оставалось убийство Бориса, которое начальство могло охотно списать на несчастный случай, так как более «ценную» потерю они смогли возместить, оправдав в глазах короля запятнанную репутацию Военной полиции. Сделка была выполнена. Но Леви остался верен себе. Он не какой-то юнец, что будет потакать прихотям девчонки. Он выполнил условия по своим правилам, не за двадцать четыре часа, а за девяносто шесть, чем был весьма горд… Микасе так и не пришлось выполнять свою угрозу раскрыть их в случае неповиновения, чему она была необоснованно, по ее мнению, но все же рада.
