Глава 30. «Оправдав мои поступки»
6 августа 2017 г., 19:43
Лежа на кровати не в самой удобной позе и скверном расположении духа, Леви изучал узоры и трещины на деревянном потолке, стараясь расставить мысли и эмоции по полочкам в чертогах разума. Когда гнев, затуманивший трезвость ума, поутих, он стал прокручивать в голове произошедшее снова и снова. Почему строптивица с ним так поступила, ему было невдомек. Быть может, по возвращении удосужится рассказать. Или же сюда заявятся сотрудники полиции. У него в голове не укладывалось, что она могла предать его. Кто угодно, но не его Микаса. При следующей встрече он получит ответ от этой твердолобой девицы.
В любом случае, оставаться здесь в подобном состоянии Аккерман не собирался. Он уже пробовал рывками дергать цепь, но это не принесло желаемого эффекта. И его озарил другой способ…
Подпрыгивая на кровати, закидывая ноги за голову, чтобы со всей силы выбить решетку у изголовья, через прутья которой перекинута цепь наручников, после очередного удара Леви утешал себя лишь тем, что его никто не видит в подобном состоянии. В противном случае, его авторитет грозного бандита резко сошел бы на нет.
Скрип кровати навеял мысли, что подобную гибкость в постели он предпочел бы демонстрировать, занимаясь более приятным делом, с которым его «жестоко кинули». Для такого гордеца, как Аккерман, подобное деяние уж точно не останется безнаказанным. Лишь предвкушение предстоящей «мести» смогло приподнять его настроение, отвлекая от тревожных раздумий.
И когда решетка все же поддалась под ударами его ног, Леви наконец-то смог принять более удобное положение, вскочив с кровати, чтобы потянуться и размять затекшую шею.
Сначала дело, а потом он разберется с Микасой, заставив объяснить ему все, без утайки.
Оковы на руках больше напоминали толстые кандалы. Она явно тщательно подготовилась, зная физическую мощь Леви на собственном опыте. Замок настолько старый и жесткий, что ни одна отмычка не сможет помочь ему освободиться…
и другие части тела на Микасу, решил действовать на свое усмотрение.
Кенни поднялся с дивана, медленно двигаясь в сторону рабочего стола.
— Да, наводку ты дал… только вот твоей задачей было лишь узнать необходимую информацию, а не действовать, да еще и от моего имени. Разумеется, тебя там не было?
Дрейк непонимающе посмотрел на высокого мужчину в шляпе.
— Какого…
— Конечно, тебе нравится пистолет. Ты чувствуешь себя большим боссом с большой, мать ее, пушкой, — на этих словах «ковбой» вытащил свой ствол из кобуры, играючи изобразив стрельбу, взяв на мушку одного из своих людей, — Бам, и ты труп, — затем наставил на другого. — Бум, отбросил коньки. Кто следующий? Ты? — наставил он дуло на Микасу, не понимающую, что происходит. И повернувшись к Гордону, затейливо сказал. — Или ты?
От произнесенных слов Кенни, по телу заместителя прошел неприятный холодок. Капитан не отрывал от него глаз, продолжая наставлять пистолет.
— Пиф-паф, — специально дернув рукой в этот момент, чтобы как следует «встряхнуть» мужчину, он нажал на курок, после чего вместо выстрела раздался издевательский смех. — Шучу, Дрейк. Он ведь на предохранителе, — убрав оружие обратно на пояс, не переставал прыскать Кенни-жнец.
— Совсем охренел?! — всерьез испугавшись, в грубой форме сказал заместитель.
— Расслабься, я убрал пушку. По правде говоря, я не очень люблю огнестрельное оружие, — присаживаясь на край рабочего стола, продолжал свои больные мысли Аккерман старший.
— Да, Кенни-жнец предпочитает резать глотки, наслышан, — с нотками раздражения и непонимания выговорил Гордон.
Капитан облизнулся, вспоминая свои былые похождения.
— И получаю от этого огромное удовольствие. Тебе стоит попробовать. Когда ты держишь кого-то, доставая нож, в его глазах читается голый ужас, оттого еще более прекрасный. И чем сильнее человек испугался, тем больше его страх подпитывает мою жизненную энергию. Пушка это не то. Она не дает такого чувства эйфории. Ты лишь сделал одно движение пальцем, и враг упал. Другое дело бритва, нож, кинжал…
На этих словах, Кенни поднялся со стола, подходя к Дрейку ближе, и слегка навис над ним. После чего достал из заднего кармана нож, резко воткнув его в стол перед носом ничего не подозревающего заместителя.
— Бл*ть, ты что делаешь?! — ошарашено выдал полицейский.
— Когда ты режешь чью-то глотку, чувствуя пальцами, как пульс резко усиливается, после чего исчезает насовсем, это ощущение несравнимо ни с чем. Истинное проявление силы, — больше всего в речи мужчины пугало его спокойствие и некое упоение, с которым он рассказывал подобное. — Именно этому я учил своего племянника. И он неплохо усвоил это, судя по тому, что осталось от головорезов, которых ты ему подослал.
Гордон понял, что к чему, слишком поздно. Кенни успел схватить его за волосы, приставив нож к горлу.
— Я… я все исправлю. Больше подобное не повторится, — стараясь держать себя в руках, пытался достучаться он до «партнера».
— Конечно, не повторится, трусливая ты гнида, — на этих словах Кенни-жнец оправдал свою кличку, полностью смакуя процесс. Лезвие хлестко прошло по шее Дрейка, после чего мужчина отпустил его голову, и Гордон ударился лбом о стол, продолжая еще некоторое время дергаться, пока кровь пульсировала из раны.
Микаса видела картину гибели заместителя от и до, и ей овладел немой ужас. Подобное может совершить лишь истинное чудовище. Не сказать, что ей было жаль корумпированного полицейского, но такого конца она не пожелала бы никому.
Дрейк бесспорно был умен и проницателен. И любил рисковать. Однако он слишком зазнался, что и затуманило его взор. Его погубила гордыня и спесь. Не стоило переходить дорогу таким опасным людям.
— Самовлюбленный кусок дерьма, — обтирая испачканное лезвие о спину свежего трупа, вполголоса произнес Кенни. — Уходим отсюда.
— А что с ней делать? — поинтересовалась Траут.
Остановившись рядом с пленной, Кенни лишь ухмыльнулся, не до конца веря в свое везение.
— Берем с собой. Она нам пригодится.
Когда Микасу кто-то подхватил под руку, она окончательно потеряла сознание.
***
Лучшая сотрудница полиции заслужила подобный статус отнюдь не просто так. И очертя голову попасть в лапы преступника, которого она подозревала, уж точно не собиралась. Именно поэтому она подключила в свою затею Спрингера и Браус, объяснив всю ситуации, и, обусловив с ними все детали, отправилась в кабинет Дрейка на назначенную им встречу. Микаса смогла добиться того, что было необходимо — вывести его на чистую воду. Осталось лишь подать условный сигнал, чтобы Конни и Саша пришли на подмогу. Нужно было брать людей, которым она доверяет, а их всего четверо в Военной полиции. Марко в лазарете, а Жана отправили караулить особняк Рейссов, вместе со значительным количеством сотрудников Лейб-гвардии, после анонимного предупреждения о надвигающемся нападении на аристократов. Собственно, последнее — дело рук самой Аккерман в попытке защитить Леви от опрометчивого действия, при любом раскладе сулившего ему скверный исход. Напарники сидели на крыше здания напротив. Нужно лишь подойти к окну, что довольно проблематично в связи со сложившейся ситуацией. Но Микаса не из тех, кто ищет легкие пути. Вырываясь из лап мерзкого заместителя, она не стеснялась использовать все подручные средства в качестве оружия, в том числе и зубы, сильно укусив руку подонка, которой он пытался заткнуть ей рот. Предпринятое действие возымело нужный эффект. Умудрившись выбить из рук Дрейка пистолет, полуазиатка смогла встать на ноги, параллельно успев пару раз болезненно пнуть мерзавца. Но он преградил ей путь к окну. Нужно схватить его сейчас, иначе Гордон сможет избежать правосудия, уничтожив все улики. Он явно физически превосходит ее. Микаса вспомнила обещание, которое не так давно дала авантюристу, а перед глазами пронеслось воспоминание из логова работорговцев, и голос Леви, советующий перенаправлять силу и не расходовать ее за зря. Пусть его нет рядом, но он все равно помогает ей. Уникальный человек. Она любой ценой вернется к любимому, если он сможет простить ее, переступив через свою гордость. Он был прав. У нее получилось нанести несколько серьезных ударов Дрейку, успев увернуться от его ответных действий, в дополнении разбив о голову мужчины бутылку с дорогим спиртным. Он даже упал на колени. Но Микаса рано расслабилась. Мужчина резко дернул за край ковра, на котором она стояла, и Аккерман с грохотом упала на спину, сильно ударившись об пол. Он сразу же подорвался в сторону пистолета, и завладев оружием, выстрелил ей в живот. Сотрудница полиции вскрикнула от боли, но на удивление, это был дротик с перьевым хвостиком, который она тут же выдернула из своего тела. — Это транквилизатор. Для охоты на медведей. Ох уж эти забавы богачей, — слегка отдышавшись, пригладив потрепанные волосы назад, Гордон допил оставшийся в стакане коньяк, поставив стеклянную тару на стол. — Ты ведь не поняла, что пистолет не боевой? Мне не хотелось тебя убивать, по крайней мере, здесь. Все-таки штаб Военной полиции. Дрейка совсем не устраивало ее несговорчивое поведение, учитывая его шантаж, предпринятый к ней ранее. Неужели ей не важно, что ей предъявят обвинение наравне с преступниками? Сумасшедшая сучка. Желанием мужчины было как можно жестче сломать эту дрянь, унизив и отымев прямо на ковре, а если Микаса и дальше будет сопротивляться, то он просто избавится от нее. Самоуверенная идиотка пришла к нему в самый удобный час. Секретари уже ушли домой, а Док отправился навестить свою семью на несколько дней. Так что им никто не помешает. Аккерман попробовала подняться, но почувствовала сильную слабость в мышцах, голова начала кружиться, а разум мутнеть. — Уже чувствуешь, как силы покидают тебя? Скоро ты совсем не сможешь сопротивляться, — на этих словах Гордон подошел к окну, задернув шторы от нежеланных зрителей. — Вот тогда мы с тобой развлечемся, — медленно шагая в сторону отползающей к выходу Микасы, он с ликованием оглядел ее тело, затем пнул ее в отместку пару раз, после чего, схватив за ноги, протащил на середину комнаты. — Пусти, ублюдок, — предпринимая попытки вырваться из последних сил, она не могла поверить в то, что все-таки проиграла мерзавцу…***
Расположившись на крыше, Конни, наблюдая за окном кабинета, заметил фигуру Дрейка, резко задернувшую шторы. — Нужно идти на подмогу. Вдруг ей угрожает опасность, — обеспокоенно выпалила Саша, дожевывая взятую с собой булочку. — А если ничего не происходит? Может, он и вовсе не виновен? Прикинь, мы сейчас влетим такие в окно заместителя Найла Дока, мол, спасая Микасу, а они там чай попивают, мирно беседуя. Я уже представляют этот взгляд полный отчуждения и нескрываемой надменности на лице Дрейка. И Аккерман, прижимающая ладонь к лицу, скрывая свой стыд за нас… — с наигранным сарказмом рассуждал Спрингер. — Особенно, когда после этого мы все под трибунал отправимся. Как там говорится, «нападение на вышестоящее лицо, порча общественного имущества»… — А если что-то все же случилось? Конни, нужно действовать. Они с Марко крайне редко ошибаются насчет преступников. Мы должны рискнуть, — Браус говорила со всей серьезностью в голосе, которая в обычное время ей совсем не свойственна. Беспокойство за подругу даже отбило у нее аппетит, что бывает крайне редко. Тяжело вздохнув, парень понимал в душе, что Микаса поступила бы ради них так же. — Хорошо, — кивая в знак подтверждения, решительно выдал Конни. — Идем! Если мы сможем спасти Аккерман, это будет легендой светских сплетен еще долго, — подмигнув напарнице не без ухмылки, он встал на краю крыши, собираясь с силами, чтобы решиться на подобную авантюру. И выпустив трос в здание штаба, спрыгнул с нее, нацелившись влететь в окно кабинета Гордона Дрейка. Как в следующий момент поперек траектории его полета промелькнул темный силуэт, срезав его трос. — Конни! — обеспокоенно крикнула Саша, «кидаясь» на подмогу другу, и успев схватить его, слишком поздно заметила, что ее трос срезали подобным образом. Болезненно ударившись об козырек местного магазинчика, заработав немалое количество ссадин и ушибов, полицейские скатились в переулок, «окунувшись» во временное забытье. Рядом с ними приземлилась фигура с приводом.***
Затаившись в кроне деревьев рядом с особняком Рейссов, Леви снова чертыхнулся, не переставая удивляться целеустремленности Микасы. Количество сотрудников полиции на квадратный метр просто зашкаливало. «Зараза», — с легким раздражением подумал он. Отказываться от своего плана возмездия мужчина не собирался. Но он вполне может найти другой способ, как вычислить худощавого «ковбоя». На его руках «красовались» металлические браслеты, прикрытые рукавами рубашки. Разрубить цепь о лезвие топора у него получилось, а вот сами оковы вскрывать подобным образом он не решился. Ему снова пришли на ум сказанные ею слова. И Леви ощутил некое тепло в душе, медленно расплывающиеся по всему организму, вспоминая ее ласковый взгляд и нежные губы на собственных устах. В своих чувствах Микаса ему точно не солгала, что даже неким образом оправдывает ее действия. Защитить любой ценой, даже от самого себя. Возможно, это ее истинная цель. По крайней мере, он поймал себя на мысли, что поступил бы так же ради нее. Леви почувствовал острую потребность увидеть девчонку. Он должен с ней поговорить, чтобы убедиться в своей догадке.***
Когда Дрейк навис над сотрудницей полиции, притянув ее к себе за ноги, она уже мало распознавала окружающую ее обстановку. Но организм продолжал бороться против таких чуждых ей прикосновений. И сильно пнув мужчину ногой, Микаса ничуть не пожалела о своих действиях. Даже когда тот грубо раздвинув ей ноги, влепил не хилую пощечину, чтобы хоть как-то утихомирить. Пока Гордон возился с ремнем на ее брюках, дверь кабинета открылась. С опаской подняв взгляд на прибывших, он вздохнул с неким облегчением, узнав своего партнера. — Похоже, отвлекаю тебя от важного дела, — без капли сожаления в голосе, в кабинет прошел высокий мужчина в шляпе, осматриваясь. — Ты крайне не вовремя, так что зайди попозже, — с нескрываемым раздражением процедил заместитель, не намереваясь отвлекаться от задуманного. — Прервись-ка ненадолго, дело безотлагательное, — взяв яблоко из фруктовой вазочки, Кенни плюхнулся на диван, ведя себя абсолютно расслабленно, словно пришел к себе домой. Дрейк окинул взглядом сначала незваного гостя, а затем и его спутников. И осознав, что мужчина не шутит, встал с Микасы, отдернув свою форму, и пригладив назад пару выбившихся коротких прядей челки. — Что с девчонкой? Ты ее накачал чем-то? — безэмоционально осведомился «ковбой», изучающее посмотрев на лежащую на полу девушку, чуть не ставшую жертвой изнасилования. — Да так… всего лишь лошадиная доза транквилизатора, чтоб не рыпалась, — присев на свое рабочее кресло, закинув ноги на стол, Гордон закурил любимую сигару, думая, как поскорее выпроводить из кабинета незваных гостей. — Пару часов пробудет в таком состоянии, может, в отключке. — Хорошо, — заключил Кенни, мотнув головой своим подчиненным, чтобы те оттащили девушку. — Траут, присмотри пока за ней. — Да, сэр, — выдала блондинка, беспрекословно подчиняющаяся своему командиру. Микасу оттащили к дивану, облокотив на него спиной. Траут, присев на корточки, заглянула ей в глаза, проверив реакцию зрачков и изучив ее состояние в целом. — Капитан Аккерман, мы обезвредили двух полицейских, намеревавшихся проникнуть сюда через окно, — только что вбежав в кабинет, отрапортовал один из людей Кенни. Тот немного отстраненно посмотрел в сторону Дрейка. — Я понятия не имею, кто это, — сделав очередную затяжку и выдохнув, ответил на немой вопрос Гордон. — Они видели вас? — поинтересовался «ковбой». — Нет, сэр. Они явно не ожидали подобного. После падения валяются без сознания. Нам прикончить их? Микаса словно сквозь сон слышала, о чем они переговариваются. И то, что речь шла о ее друзьях, ей догадаться не составило особого труда. Но она никак не может помочь им сейчас. Сотрудница полиции пыталась сжать руки, попробовав предпринять хоть какую-то попытку, но голос худощавого мужчины позволил ей расслабиться ненадолго. — Не нужно. Все равно нас здесь уже не будет, когда они очухаются, — срезая кусок яблока своим любимым оружием, Кенни смачно отправил его в рот. — К тому же, пару лишних трупов полицейских привлекут внимание. И снова изучающим взглядом окинув Микасу, не удержался от реплики. — Девчонка хороша, — продолжая поедать яблоко подобным образом, рассуждал он. — Но, видимо, не твоя, раз приходится прибегать к подобным мерам, чтобы подмочить свой фитилек, — с усмешкой добавил капитан Аккерман. — Кенни, чем обязан таким поздним визитом? — пропуская мимо ушей острую реплику, раздраженно выпалил Дрейк. — Да вот… до нас дошел слушок о твоих последних «успехах». Устроить бойню — это неплохо…но в церкви, во время венчания… даже я бы не додумался до подобного, — с наигранным восхищением ответил он. — Всего лишь дать наводку нужным людям. И дело сделано. Кажется, таков был наш уговор, — налив очередную порцию дорогого коньяка, Гордон пригубил напиток. Именно Кенни сообщил Гордону о том, что преступник все еще жив. Он был намерен отыскать наглого «щенка», и с подобной просьбой обратился к заместителю главы Военной полиции, коему не чуждо грязное ведение делишек. И именно худощавый мужчина высказал свое предположение по поводу связи лучшей сотрудницы полиции и преступника, основываясь на поведении племянника. Мужчина полагал, что Дрейк сделает все чисто, не привлекая внимание, но Гордон, заточивший зуб***
Жан не сильно обрадовался появившейся работенке от Гордона Дрейка. Подчиняясь непосредственно приказам Короля, подобная организация только и занимается большую часть времени тем, что охраняет не мирных жителей, а именно богатых аристократов от набега на их имущества или же жизни. Кирштайна радовал тот факт, что его не оставили за главного. И так много всего навалилось, а еще отвечать за эту неблагополучную семейку совсем не хотелось. Сидя на кухне с Хитч и Марло, он все не мог понять столь странный выбор Микасы. Зачем ей сдался этот преступник? Что она в нем нашла? Ладно Йегер с его непростым нравом, но он, хотя бы, не грабитель и не убийца. — Сыграем в карты? — поинтересовалась Хитч, скучающе осматривая кухню. — Мы на службе. Не положено, — серьезно ответил Фройденберг. — К тому же, азартные игры запрещены в нашем государстве. — Азартные игры запрещены, — пародируя голос коллеги, выдала Дрейс. — Какой ты нудный. Можно же не на деньги, тогда это уже не азартная игра, — и театрально вздохнув с закатанными глаза, она продолжила. — Хорошо, как насчет шашек. Или они тоже под запретом? — В шашки можно, — все в той же нарочито правильной манере выдал Марло. — Ну что, мальчики, на раздевание? — выпалила Хитч, расставляя шашки на клетчатой доске. Кирштайн и Фройденберг резко уставились на нее, приподняв брови и открыв рот. — Шучу-шучу, расслабьтесь, — заливаясь смехом и вытирая выступившую слезу, выпалила она. — Видели бы вы свои физиономии. Ладно, можно на желание. Я не сильно люблю дежурить. — Пойду прогуляюсь немного, здесь довольно душно, — решил уединиться Жан, резко вскочив из-за стола и направившись в сторону выхода.***
Шагая по каменистой тропинке в сторону небольшого садика с фонтаном в центре, Кирштайн не переставал удивляться масштабу и роскоши данного особняка. И даже поймал себя на мысли, что будучи бандитом, также выбрал подобных толстосумов себе в жертву. С них точно не убудет при краже. Пока Жан находился в собственных раздумьях, кто-то резко схватил его сзади, протащив на приводе к ближайшему дереву. Полицейский даже не успел прикинуть в голове, кто это может быть или позвать на помощь, как его взору предстал похититель. — И как это понимать?! — не без возмущения выпалил Кирштайн. — Ищу Микасу. Она здесь? — с привычным холодом во взгляде и голосе, вел разговор Леви. — Да вы издеваетесь?! Я не собираюсь быть вашим связным, — даже с некой обидой пробурчал Жан, совсем не испытывая эйфории от лицезрения своего соперника. Ревность заглушить крайне непросто. — Просто ответь, — строго сказал Леви, продолжая сдерживать свои эмоции. — Ее здесь нет. — Я не могу ее найти. На квартире ее нет. И в Подземном городе тоже, — в голосе Леви все же проскальзывали нотки беспокойства. — Она, наверное, в штабе, — решил немного проявить участие Жан, стремясь избавиться от нежеланной компании. — Нужно разыскать ее, — твердым голосом заключил Аккерман, — И ты поможешь мне. Это была совсем не просьба. После предыдущего проникновения мужчины в штаб Лейб-гвардии, они усилили охрану. Леви нужен местный, кто без труда проведёт его внутрь. И приятель Микасы — подходящая кандидатура. Как бы авантюристу не претила мысль сотрудничать с полицейским. — И почему это я должен помогать преступнику?! — Потому что, она тебе дорога, — посмотрев Жану в глаза, процедил мужчина. — С ее везением, она могла легко попасть в беду. Здесь точно не поспоришь. Кирштайн прекрасно понимал, что Леви не понаслышке знает умение Микасы нарываться на неприятности. Да и в его взгляде несмотря на грубость было еще что-то. Что-то, заставляющее верить в его намерения. — Если ты не заметил, мы сейчас занимаемся охраной особняка, — с нотками раздражения, пояснил Жан. Темноволосый мужчина лишь усмехнулся, на мгновение приподняв уголки губ. — В этом нет необходимости, — подойдя к полицейскому, он с небольшой паузой и нескрываемой издевкой добавил. — Вы защищаете хозяев дома от меня. Взгляд Кирштайна был непередаваем в этот момент. Особенно в сочетании с кислой миной от сложившейся ситуации. — Ладно, — с неохотой выдохнул Жан, искренне беспокоясь за судьбу Микасы. — Только сбегаю за приводом, и отправимся в штаб. — Надеюсь, ты не планируешь какую-нибудь глупость, — с характерной интонацией, наводящей на простых смертных ужас, и фирменным прищуром для большего устрашения произнес Леви. — Нет, я быстро. Оставил его на кухне. Аккерман еще некоторое время прожигал его взглядом, после чего отпустил. — Тогда пошевеливайся. Жду тебя здесь. Жан уже двинулся в сторону кухни, но остановился, обернувшись на преступника. Тот облокотился спиной на ствол дерева, отряхивая рукава рубашки с недовольным выражением лица. — Вы ведь Леви Аккерман, не так ли? И как мне к вам обращаться? — из приличия осведомился Кирштайн. Аккерман с каменным лицом уставился на парнишку, после чего с тем же выражением выдал: — Просто Леви. После многозначительного молчания полицейский продолжил. — Мое имя Жан. — Без разницы, — даже не посмотрев в сторону юноши, бросил Аккерман. Ругнувшись себе под нос и тихо зверея от наглости преступника, Кирштайн побрел в сторону кухни, чертыхаясь и искренне не понимая, каким образом подобный субъект смог зацепить Микасу. Когда Жан зашел в помещение, увиденное обескуражило его еще больше. «Нет, вы точно издеваетесь, — только и пронеслось в его голове. — Дурацкий день». Марло и Хитч сидели в объятьях друг друга, тщательно изучая каждый изгиб ротовой полости языком. И когда Жан зажег на кухне свечу, молодые люди тут же отстранились друг от друга, больше походя на провинившихся детей. Особенно забавно смотрелся Фройденберг, залившись краской словно помидор. Хитч лишь накручивала прядь волос на палец, слегка прикусив губу. — Поиграли на желание? — не без ухмылки выдал Кирштайн. — Расслабьтесь, я за приводом, — даже не смотря в их сторону, он взял УПМ и поспешил скрыться за дверью, бросив. — Пойду покараулю пока на улице.***
Не найдя в стенах Военного штаба лучшую сотрудницу полиции, мужчины случайно наткнулись на побитых Конни и Сашу. Леви успел ловко скользнуть за угол, чтобы остаться незамеченным. Из их разговора он понял лишь, что Микасе угрожает опасность, так как в словах упоминался пресловутый Дрейк. Аккерман сильно сжал ладони в кулак, пулей направившись в кабинет заместителя. Когда до упомянутого места добрался Жан, он не сразу поверил своим глазам. Леви стоял рядом со столом Гордона, на котором и лежал мужчина, причем мертвый. Молодой человек уже дернулся к оружию, но Аккерман быстро вернул ему рассудок. — Это не моих рук дело. Он мертв около получаса, — внимательно изучая разрез на шее Дрейка, спокойно сказал он, не испытывая ни малейшего сожаления о смерти этого человека. — Господи, — приложив свою холодную ладонь ко лбу, не мог уложить в голове подобное Жан. — Кто же мог такое совершить? — Есть только один человек, — бросив взгляд с ледяным блеском стали в его сторону, выдал Леви. Почерк Кенни мужчина распознает в любой ситуации…
