Дар богов

      Если прежде Амори чувствовала себя игрушкой, неодушевлённым существом, то теперь её превратили в животное. Слыша за собой рычание нашвактов, она не могла отделаться от мысли, что её загоняют, как зверя. Амори задыхалась от долгого бега, но не могла позволить себе даже маленькую передышку. Монстры шли по её следу, а другие монстры, только без клыков, стреляли в воздух, пугая лесных обитателей. То и дело с разных сторон Амори слышала крики:       — Эй, девочка, хватит прятаться! Всё равно ведь найдём!       — Если не вернёшься сама — хуже будет!       — Слышишь нашвактов, Амори, они давно не ели, может, отдать им тебя на ужин?       Обычный страх уже сменился древним инстинктом, что поднялся из глубин сознания, словно с морского дна. Инстинкт приказывал бежать. Бежать и не останавливаться. Амори слышала рычание, свист и улюлюканье сзади, справа и слева, её пытаются окружить. Если Амори позволит взять себя в клещи — она уже труп. И в таком случае лучше пусть её убьют на месте. Вспомнив, что такое свобода, она уже не сможет вернуться к той жизни, не сможет покорно принимать побои и ложиться под Зденко. Лучше смерть.       Погоня была близко, ветки больно хлестали по лицу. На руках и ногах уже не было живого места, сплошные царапины, оставленные буреломом, через который продиралась Амори. Она падала, поднималась и снова падала, не обращая внимания на грязь, ушибы и синяки. Амори владела всё та же сумасшедшая радость, что толкнула её на безрассудный побег. Она свободна! И Амори будет бороться за свою свободу.       Нашвакты вроде слегка отстали. Амори облегчённо выдохнула, она предпочла бы умереть от выстрела, чем от клыков животного. Она остановилась, переводя дух. У Амори закололо в боку, и она согнулась пополам, прикусив ладонь, чтобы не стонать. Но раздавшийся совсем близко хруст веток заставил девушку забыть о боли. Кто-то пробирался через подлесок. Амори рванула в противоположную сторону, преследователь, услышав её, тоже побежал. При мысли о том, что это может быть Зденко, Амори внутренне похолодела. Но нет, это был не он. Оттел настиг её и повалил на землю, сам падая сверху, придавливая хрупкое тело.       — Я всё понять не мог, что в тебе такого, почему капитан тебя так бережёт, даже друзьям своим не даёт попользоваться?       Амори отбивалась, пытаясь сбросить его с себя, но в физической силе тонкая девушка в разы уступала рослому наёмнику.       — Теперь-то он всё равно тебя убьёт, — продолжил Оттел, издевательски скалясь. — Думаю, Зденко будет не против, если перед тем, как отдать тебя ему, мы немножко позабавимся.       — Не смей! Отвали от меня!       Амори взвизгнула, когда с треском порвалось на груди её платье. Паника захлёстывала сознание. Амори вертела головой в поисках чего-нибудь, чего угодно, любой возможности спасения. Она продолжала брыкаться, и занятый тем, чтобы её обездвижить, Оттел не заметил, как Амори потянулась к камню, что лежал неподалёку. Ещё чуть-чуть, какой-то сантиметр… И она с огромным удовольствием проломит Оттелу череп.       — Ну что ты? Тебе понравится!       — Не трогай меня!       Рука Оттела легла на незащищённую даже лёгкой тканью грудь девушки, в ту же секунду Амори наконец дотянулась до камня, но пустить его в ход не успела. Оттела буквально сдёрнули с неё. Амори не успела понять, что произошло. Она видела, как Оттел потянулся к кобуре, но его противник оказался проворнее. На лицо Амори брызнула кровь. Отвратительно тёплая, настоящая кровь. Оттел издал странный булькающий звук и упал на землю, орошая кровью зелёный мох.       В ужасе Амори подняла глаза и тихонько всхлипнула, увидев существо, что стояло над ней с окровавленным ножом в руке. На родине Амори были легенды о лесных духах, что могут быть милосердны и добры, а могут проявлять невиданную людям жестокость, если их разозлить. Древние легенды родной планеты тут же всплыли в памяти. Алоглазый демон медленно опустился на одно колено, а Амори не могла пошевелиться, скованная страхом. Он приложил палец к губам, призывая молчать, а потом протянул руку к Амори. Тут нервы девушки не выдержали, она пронзительно закричала, спугнув птиц на ближайшем дереве. Но не только птицы слышали её.       — Она там! Скорее! Взять её!       Тявканье нашвактов вызвало волну дрожи. Голоса приближающихся охотников отвлекли алоглазого на мгновение, и Амори воспользовалась этим. Она швырнула в него камень, предназначавшийся Оттелу, целясь в лицо. Приглушённый вскрик и красные капли на жутковато-синей коже означали, что это существо всё-таки из плоти и крови. Но думать о том, кто или что это, и собирается ли оно убить Амори так же безжалостно, как убило Оттела, времени не было. Замешательство существа длилось недолго, но Амори успела вскочить и броситься в лес. Среди голосов пиратов она различила новый, незнакомый, что раздался совсем близко. Существо выкрикнуло пару фраз на непонятном наречии, для Амори его слова сливались в однообразное шипение и щёлканье. Кажется, он не стал её преследовать, побежал в другую сторону, но Амори уже и думать забыла о нём, нашвакты всё ещё идут по пятам.       Снова безумная гонка по лесу. Усталость постепенно брала своё, Амори уже не бежала, а шла по краю оврага, дно которого щетинилось колючими кустами. Звуки погони были близко, но заставить себя бежать она не могла.       — Амори! Мы знаем, ты где-то здесь!       Треск ломающихся веток, рычание нашвактов было всё ближе. Слёзы отчаяния навернулись на глаза. Амори не жалко отдать жизнь за час свободы, но она знала, что Зденко выполнит давнее обещание, скоро Амори будет умолять о смерти.       Некто налетел на неё сзади, Амори не разглядела, кто именно. Широкая ладонь тут же зажала ей рот, не дав даже пискнуть. Не в силах разжать словно стальную хватку, Амори ногой ударила невидимого противника по голени, он поскользнулся, несколько секунд оба они балансировали на краю оврага. В последней попытке вырваться, избежать падения, Амори повернулась лицом к нему, и испуганно ахнула, встретившись с горящим алым взором. В ужасе Амори качнулась назад, и вместе с алоглазым покатилась вниз по склону. Она была уверена, что сейчас переломает себе все кости. Острые колючки и удары о камни принимала на себя спина, лицом Амори уткнулась в грудь мужчины и зажмурилась.       К её удивлению, до дна оврага они докатились, не получив серьёзных увечий. Алоглазый придавил Амори к сырому мху и снова зажал ей рот. Как раз в этот момент сверху раздались голоса пиратов.       — Она должна быть где-то близко.       — Посмотри там…       Алоглазый пригнул голову, чтобы его не заметили в густых зарослях, на лицо Амори упали длинные пряди чёрных волос. Некоторое время слышно было только удаляющиеся шаги, её тяжёлое дыхание и его глубокое, размеренное, потом шаги затихли. Амори и её неожиданный спаситель или похититель ещё минуту не двигались с места. Решив, что пираты отошли достаточно далеко, Амори попыталась вырваться, замычала в ладонь алоглазого. Некоторое время он смотрел в её расширенные от ужаса глаза, словно раздумывая, что дальше делать с девушкой.       — Сейчас я отпущу тебя, — сказал он тихо, растягивая шипящие и как-то непривычно жёстко произнося согласные. — Только ты не будешь кричать, хорошо?       Амори с готовностью закивала, насколько это было возможно. Очень медленно, наверное, боясь испугать её резким движением, он убрал руку от её лица, скатился с Амори и поднял руки, демонстрируя, что не собирается нападать.       — Сколько?       — Сколько чего? — не поняла Амори.       — Сколько людей за тобой гонятся?       Его акцент странный, Амори не слышала такого раньше. Пугающе-нечеловеческий. Он делает паузы между словами, наверное, давно не говорил на общегалактическом.       — Всего на корабле было двадцать восемь человек, сколько отправились в погоню, я не знаю, — ответила Амори. — А ещё шесть нашвактов.       — Нашвактов? Это животные с шипами на спине?       Амори кивнула. Она начала успокаиваться. Кажется, этот человек… экзот… не собирается убивать её или насиловать, или делать ещё что-то, что хотят сотворить с ней головорезы Зденко. Её новый знакомый поднялся на ноги, и Амори получила, наконец, возможность рассмотреть его. Высокий, выше среднестатистического человека, синяя кожа, сверкающие алые глаза. Бровь рассечена, запёкшаяся кровь на лице — последствия удара камнем. В иссиня-чёрных волосах запутались веточки и листики, наверное, сама Амори после падения на дно оврага выглядит не лучше. Её удивила одежда экзота, сшитая из шкур животных, причём неровно, криво и косо. Его тунику и штаны шила или последняя неумёха, или человек, совершенно не умеющий этого делать.       Экзот так же внимательно разглядывал Амори, фиксируя каждую деталь, изучая.       — Ты должна пойти со мной, — сказал он.       — Куда? — настороженно спросила она.       — В безопасное место.       Он, несомненно, заметил недоверие в её взгляде и то, как Амори начала отползать от него.       — Скоро солнце зайдёт. Если останешься в лесу одна, ты не переживёшь ночь.       Амори открыла было рот, чтобы возразить, но тут же закрыла, признав его правоту. Она знала леса родной планеты, но эта чаща ей незнакома, она понятия не имеет, какие хищники здесь обитают, кто выходит на охоту, когда наступают сумерки. Экзот подошёл к Амори и остановился, нависая над ней. Амори сжалась, она не знала, чего от него ожидать.       — Я или они? — проговорил экзот, протягивая ей руку.       Выбор был прост. Что угодно, только не Зденко. Амори взялась за руку экзота, внутренне сжавшись, она не любила прикосновений, он рывком поднял девушку с земли. Он оказался ещё выше, чем думала Амори. Для большинства людей она была маленькой, а по сравнению с ним просто коротышкой. Амори ему до плеча не доставала. Глядя на неё сверху вниз, экзот вдруг чуть улыбнулся уголками рта. Это была не злобная самодовольная ухмылка, к которым Амори привыкла за последнее время, а просто ободряющая улыбка.

***

      Обдирая руки до крови, они выбрались из оврага. Экзот вёл Амори по лесу уверенно, он явно знал дорогу, но она не видела ни троп, ни каких-либо отметок. Её спутник шёл быстро, и Амори старалась не отставать. Из всех вариантов, что у неё есть, самый лучший — держаться возле этого странного экзота, непонятно зачем решившего её спасти. Амори немного прихрамывала, во время падения она ударилась ногой об камень, и теперь лодыжка отзывалась болью на каждый шаг, но ей к боли не привыкать. Погони не было слышно, но экзот не сбавлял шага, наверное, он хотел выбраться из леса до сумерек. Через некоторое время они вышли на берег реки с довольно бурным течением.       — Мы будем переходить вброд? — спросила Амори, увидев, что он, не останавливаясь, идёт к воде.       — Да. Не бойся, здесь не глубоко. Так мы точно собьём нашвактов со следа. Амори не особенно любила воду, но возразить не решилась. В этом лесу распоряжается тот, кто хорошо его знает.       Экзот уверенно шагнул в воду и протянул руку Амори. В первое мгновение она отшатнулась, чуть не поскользнувшись на мокрых камнях, от чего её и хотел уберечь алоглазый. Амори инстинктивно боялась касаться кого-то. Для неё физический контакт почти всегда означал боль. Несмело подойдя к экзоту, Амори всё-таки не устояла, нога её проехала по камню, но экзот не дал девушке плюхнуться в воду. Амори только испуганно пискнула, он подхватил её на руки и пошёл вперёд. Первым побуждением было вырваться как можно скорее. Но Амори удержала себя, подавив инстинкты, выработанные за шесть лет в рабстве. Он не пытается причинить ей вред, просто переносит через реку.       На другом берегу экзот поставил Амори на землю, и они продолжили путь. Каждый новый шаг давался девушке всё труднее. Нога болела, и от усталости ныли все мышцы. Наконец, когда сил совсем не осталось, она остановилась и прислонилась к дереву. Не слыша больше её шагов, экзот обернулся.       — Нужно идти, — сказал он. — Скоро стемнеет.       — Я… можно мне немного отдохнуть?       — Я возьму тебя на руки.       На этот раз он предупредил Амори, помня её реакцию на прикосновения, но не дал возможности возразить. К собственному удивлению, Амори не чувствовала дискомфорта.       Боль в ноге постепенно утихала, Амори расслаблялась. Сумерки окутывали лес, и в неясном свете уходящего дня Амори разглядывала профиль экзота и думала о причинах, заставивших его рисковать жизнью ради её спасения. Но мысли путались, разбегались. Этот день принёс слишком много волнений, и Амори слишком устала. Пока единственное, что имеет значение, — она свободна. Амори не заметила, в какой момент опустила голову на плечо экзота и задремала, убаюканная его размеренной походкой.

***

      Амори проснулась от пения птиц. Так было дома, но на этой планете голоса у птиц другие. Она резко села на постели, события вчерашнего дня промелькнули перед глазами. Побег. Свобода. Экзот. Горящие алые глаза.       Она внимательно оглядела помещение, в котором находилась. Маленький домик, всего одна комната, значит, экзот живёт один. Амори удивило, что некоторые вещи и предметы обстановки были явно самодельные, а другие обычные, к каким Амори привыкла за шесть лет. Она сидела на кровати, явно сделанной странным экзотом самостоятельно, а вот одеяло было плотное, фабричного производства, такое не сделаешь, живя в лесу.       Её нога была аккуратно перебинтована, наверное, Амори спала так крепко, что экзот перевязал её, не разбудив. Рядом с матрасом на плетёном подносе стояли тарелка и кружка. В тарелке обнаружилось вяленое мясо и какие-то неизвестные Амори ягоды, в кружке — обычная вода. Вначале она решила не брать еду, вдруг это оставлено не для неё? Но голод победил привычный для рабыни страх наказания. Амори поела, но не могла никого поблагодарить за ночлег и завтрак. Где хозяин этого дома? И чего он хочет от Амори? Никто не стал бы помогать ей по доброте душевной. Намереваясь как можно скорее задать этот вопрос, Амори встала и вышла из домика.       Яркий солнечный свет после приятного полумрака заставил её на секунду прикрыть глаза. Домик стоял неподалёку от лесной опушки, а хозяин домика был поблизости. Он сидел на расстеленном одеяле и… шил. Амори невольно улыбнулась, впервые она видела мужчину за подобной работой.       — Доброе утро, — сказал экзот, не поворачивая головы.       — Доброе.       Амори несмело подошла и остановилась перед ним. Пару минут никто не нарушал молчания. Экзот казался полностью поглощённым своей работой, а Амори изучала его. Пока она не могла сделать никаких выводов. Мотивы этого существа, его мысли оставались для неё загадкой. Амори прежде не встречала существ его расы. Он красив, подумала девушка. У него правильные черты лица, острые скулы. Он и вправду похож на сказочных существ, духов леса.       — Присядешь? — он, наконец, взглянул на Амори, и она вздрогнула, алые глаза прожигали насквозь.       Амори опустилась на краешек одеяла, чувствуя через ткань холод утренней росы. Прохлада заставила Амори вспомнить о том, что её платье превратилось в лохмотья. Она смущённо обхватила себя руками за плечи, прикрывая полуобнажённую грудь.       — Вот, примерь.       Экзот протянул ей тунику, над которой работал, когда Амори пришла. Она недоумённо уставилась на мужчину. С утра он занимался тем, что перешивал на неё свою одежду. Отчаявшись понять, в чём состоит его интерес, Амори приняла неожиданный подарок, надела тунику поверх изорванного платья. Он немного не угадал с размером, даже в перекроенную тунику можно было бы поместить двух таких девушек, как Амори, но зато в ней было тепло.       — Зачем ты помог мне? — спросила Амори.       — Ты нуждалась в помощи, — пожал плечами экзот, будто для него это было очевидно. — Меня зовут Митт`рау`Нуруодо.       Он выжидающе смотрел на девушку.       — Амори, — представилась она, мысленно повторяя сложное имя своего нового знакомого.       — Почему те люди гнались за тобой, Амори? — спросил Митт`рау`Нуруодо.       — Потому что я убежала.       Он тихо засмеялся, и Амори тоже улыбнулась, поняв, насколько глупо прозвучал её ответ.       — Их капитан, Зденко… я принадлежу ему… то есть принадлежала раньше, — сказала она, запинаясь и пряча взгляд. А вдруг узнав, что она была рабыней, Митт`рау`Нуруодо не станет ей больше помогать? Или продаст обратно Зденко?       — Принадлежала? — переспросил он, щуря глаза, внимательно вглядываясь в её лицо. Амори поняла, что врать ему бесполезно и увиливать тоже.       — Он выиграл меня, — призналась Амори. — Около года назад. Вчера я сбежала.       Амори смотрела на свои руки, боясь поднять взгляд на экзота. Она слышала, как он встал и подошёл к ней, Амори, не в силах противиться страху, отползла, сжалась, пригнув голову и обхватив руками плечи.       — Ты была в рабстве?       Амори закивала. Она хотела броситься бежать, но это бесполезно, Митт`рау`Нуруодо намного быстрее и сильнее. Он вернёт её к Зденко, и тогда Амори уже не видеть свободы. Лучше смерть, чем возвращение.       — Не отдавай меня им!       Вместо того, чтобы бежать от экзота, Амори метнулась к нему, обняла его ноги. Она ненавидела унижаться подобным образом, но сейчас была готова на что угодно. Что бы ни потребовал у неё Митт`рау`Нуруодо, она это сделает, лишь бы не становиться снова рабыней Зденко.       — Умоляю, не отдавай меня!       Огромные, полные слёз глаза с мольбой смотрели на экзота. Он, казалось, потерял дар речи от неожиданности, но через секунду процедил что-то сквозь зубы на своём языке, то ли возглас удивления, то ли ругательство. Он разжал руки Амори, помог ей подняться.       — Ты не вернёшься к хозяину, — сказал Митт`рау`Нуруодо, и сейчас акцент был сильнее, чем раньше, должно быть, от волнения.       Он всё ещё держал её руки в своих, и от этого Амори было неуютно. Она боялась прикосновений, не любила их.       — Можешь не трогать меня?.. Пожалуйста… — попросила Амори.       Митт`рау`Нуруодо тут же отпустил её и отступил на шаг, уходя из личного пространства. Он смотрел пристально, чуть щурился, и Амори казалось, что алые глаза видят её насквозь, экзот знает каждую мысль в её голове. Амори порадовалась, что на ней туника с длинными рукавами, закрывающая полностью грудь и ключицы. Но синяки на лице она скрыть не могла, как и отметины на шее, не похожие ни на что, кроме как на следы безумной животной страсти. И почему-то Амори казалось, что от внимательного взгляда алых глаз не ускользнёт ни одна деталь.       Амори видела, как губы Митт`рау`Нуруодо сжались в тонкую линию, но знала, что гнев направлен не на неё. Она подумала, что не хотела бы чем-то разозлить его. В этом существе чувствовалась некая внутренняя сила.       — Амори, клянусь, пока я жив, твой бывший хозяин никогда не тронет тебя.       Широко распахнутые от удивления голубые глаза встретились с алыми. Амори инстинктивно коснулась амулета, который вчера каким-то чудом не потерялся в лесу. Боги далёкой родины не оставили её. Пусть Митт`рау`Нуруодо не дух леса, но встреча с ним изменит её жизнь, Амори чувствовала это.