День второй - "Новая кожа"
23 июня 2017 г., 15:46
Темнота, вновь окружившая девушку, не долго держала её в своём плену, и вскоре вместо пустоты это место вновь превратилось в небольших размеров комнату. Только на этот раз стены были заполнены не хаотично расположенными многоугольниками, а длинными узкими зеркалами, тянущимися вверх, к такому же зеркальному потолку. Несколько таких зеркал выстроились по кругу от Фарис, которая оказалась прямо посередине новообразовавшейся комнаты. Если бы можно было взглянуть на эту комнату сверху, то её форма была бы восьмиугольником. Четыре пары зеркал смотрели друг на друга. В этой комнате не было никого, кроме Фарис, так что в каждом из восьми зеркал отражалось хрупкое тело шестнадцатилетней девы. Изображение, отражающиеся в одном зеркале, передавалось картиной другому, стоящему напротив него, а тот в свою очередь вновь передавал отражение первому, создавая непрерывный круг отражений.
Сейчас Фарис буквально находилась везде в этой комнате. Её отражений было множество и множество тысяч, и все они уходили в какой-то мир за пределами зеркала, видимый, но неприкосновенный. Поднявшись на ноги, девушку поразил такой обман зрения, ведь выглядело это действительно эффектно. Она подняла руку, глядя в зеркало подле неё, и улыбнулась детской поражённой улыбкой, ведь весь ряд отражений повторил это движение за ней, точно тогда же, когда было совершенно действие. Это выглядело, как один из таких военных отрядов, которые выступают, показывая, как сложено и синхронно они умеют обращаться с оружием.
Поумерив свой ребяческий восторг, Фарис подошла к одному из зеркал. В зеркале отражалась через чур худая девушка с мертвецки бледной кожей. На худом лице не было ярко выраженных скул, каковыми любят хвастаться красивые девушки. На голове гнездом лежали чёрными путанными волосы девушки, которые были ещё более растрёпанные, чем обычно. Фарис никогда не отличалась хорошими волосами. Они часто и очень сильно путались, и не были такими уж и густыми или длинными, а на ощупь походили на солому. Быть может эту ситуацию бы исправил поход к парикмахеру, или хоть какой-нибудь уход за волосами, помимо расчёсывания и мытья, но Фарис, не любившая заморочки по поводу внешнего вида, оставляла всё на волю случая.
В больших сёрых глазах уже не было той искорки жизни и былого счастья. Редкого, но всё же счастья. Обычные серые глаза. Очень тусклые. Вот чем могла похвастаться Фарис, так это аккуратными и оттого красивыми чертами лица. Маленький нос, чуть пухлые губы, большие глаза, в общем выглядела она с нынешним телосложением и оттенком кожи, как фарфоровая кукла, если не считать конечно тёмные круги под глазами. Большими формами Фарис также не обладала, особенно с нынешней худобой. В своё время многие считали, что девушка, не получив от природы большинства красивых качеств для современного мира, она все свои силы возлагала на учёбу, цепляясь за неё, как за последний спасательный круг, ведь и характер у Фарис был, мягко говоря не очень в плане коммуникабельности с другими людьми.
Только сейчас девушка задумалась, как именно она должна изменять себя, ведь, по факту, кроме больших зеркал в этой комнате не было ни-че-го. Фарис вспомнила совет от Гробовщика: «Всё в твоей голове.». И как же это, чёрт возьми, должно помочь Фарис?! То что это место, каким-то образом связанно с подсознанием Фарис, девушка поняла уже давно. И что же ей делать? Фарис приложила ладонь к стеклу, ожидая хоть какой-то реакции, но никаких действий не последовало. Девушка взглянула на своё отражение. Глядя на свои волосы, в воспоминаниях сразу же всплыл фрагмент из уже прошлой жизни. Она вспомнила волосы своей лучшей подруги Арии. Её белокурые мягкие пряди. От природы ей. достались волосы светлого цвета, колеблющиеся в своём оттенке между блондом и русым. В четырнадцать Ария приняла решение осветлить волосы. Теперь это стало для неё обычной процедурой.
В шестнадцать девушка имела длинные светлые, практически белые, густые волосы, переливающиеся при лучах дневного солнца, стоит ей показаться на улице. Фарис часто, можно даже сказать, что всегда завидовала этому подарку природы для Арии. Новый цвет невероятно шёл ей, и брюнетка часто восхищалась ими, а её подруга была только рада этому. Конечно завидовала Фарис не цвету, а именно их мягкости и густоты. Она любила зарываться руками в её невероятно мягкие волосы руками, нередко даже зарываясь в них лицом, такие они были приятные. Вспомнив это, девушка улыбнулась вспоминая лицо подруги. Эта девушка хоть и была с виду сущим ангелом, однако в душе её точно сидела дьяволица. Одно неправильное слово в её адрес, и вам не отделаться без трёхэтажного мата в вашу сторону. Ария предпочитала рок, нежели её подруга-меломанка, которая всё-таки симпатизировала классической музыке. Они обе обожали чёрный в предметах, как своего гардероба, так и прочих вещей…
Но в памяти Фарис навечно останутся её белокурые локоны. Всё это время Фарис не отнимала руки от зеркальной поверхности, погрузившись в свои мысли. И тем не менее от её внимания не ускользнул тот факт, что цвет её собственных волос в зеркале сменил свой цвет на тот самый светлый блондинистый цвет из воспоминаний. Вокруг ладони девушки волосы приобрели новый оттенок, и Фарис отложила руку от зеркала, чтобы прикоснуться к волосам. И действительно, вместо чёрных сухих волос Фарис пряди изменили не только свой цвет, но и саму структуру. Теперь они были мягкие, как шелк. Вновь приложив пальцы к зеркалу, девушка повела кисть вниз и вверх, покрывая всю длину волос этим цветом, не выпуская из головы образ Арии.
Через минуту вместо колчана спутанных волос на голове Фарис красовалась прекрасная копна белокурых волос, спускавшихся по спине вниз до пояса. Девушка приоткрыла рот в удивлении. Теперь она получила столь прекрасные волосы, которыми всегда восхищалась. Проверив корни волос, Фарис убедилась, что в данный момент, цвет, который носят её новые волосы, это не краска, а натуральный оттенок. Девушка решила поэкспериментировать. Разделив копну светлых волос на две части, она перекинула каждую через плечо так, что они обе оказались на груди Фарис. Прикоснувшись к зеркальной поверхности перед ней, бывшая брюнетка выбрала из палитры цветов, что сейчас находилась у неё в голове, первый попавшийся оттенок, пришедший ей на ум.
Фарис медленно двигала кончики пальцев по зеркалу, наблюдая, как нижняя половина волос приобретает приторный пастельно-розовый цвет. Не то, чтобы этот цвет очень нравился Фарис, просто на её нынешних волосах розовый подошел бы как нельзя кстати. Так что вскоре концы волос были «окрашены» в сладкий цвет, ассоциирующийся у людей с любовью. Выглядело это действительно красиво, ничего не сказать. Но вот уместен ли будет столь неестественный цвет в мире, куда она направляется? И хочет ли Фарис всю следующую жизнь носить на себе такую копну волос? Насчёт цвета, вспоминая Мадам Ред, Анжеллу, да или того же Сиэля, девушка всё-таки получила какую-то волю в выборе цвета будущих волос, но сильно увлекаться этим не стоит. И хорошенько подумав, Фарис поняла, что как бы сильно она не любила волосы своей подруги, но проходить с ними следующую жизнь она бы не хотела.
Так что девушка вновь начала менять форму и цвет своих волос, мысленно прощаясь с такой роскошной шевелюрой. Теперь вместо светлых длинных волос появилась короткая стрижка рыжего цвета. Вместо чуть волнистых прядей на голове девушки закрутились пышные кудряшки, обрамляющие круглое лицо Фарис. И вот уже из зеркала на Фарис глядела девушка, подобная солнышку. От милых рыжих кудрей на голове сама Фарис немного приободрилась. Она улыбнулась, коротко посмеявшись, и крутясь перед зеркалом, как обычно это делают девушки в новой одежде, которая им необычайно идёт. Вот только портили всю картину серые холодные глаза.
Девушка уже решила для самой себя, какой характер будет у неё в следующей жизни, и образ «радостной и беспечной» больше подходит Лиззи, а так как в мире уже есть одно «солнышко», второго Фарис казалось добавлять нет смысла. Хоть внешность и не главное, и даже девушка, что с виду напоминающая божий одуванчик, может быть жёсткой и холодной, но для Фарис сейчас это совершенно не представляется. Она скорее примерила на мгновение этот образ лишь из интереса: «А что если бы…?». Но вспомнив, что время, отведенное ей, не будет продолжаться вечно, уже начала серьезно обдумывать свою будущую внешность.
Русые волосы, как вариант, сражу же отпали, так как этот цвет, впрочем, как и блонд, был слишком распространен в бывшем мире Фарис, так что этот цвет не вызывал у девушки особой симпатии. Черных волос она уже наносилась на себе предостаточно за свою короткую жизнь, так что брюнеткой ей точно не быть. Но каким же тогда цветом лучше «раскрасить» будущие волосы, чтобы они были не особо экзотического оттенка, но тем не менее, чтобы придать себе некой оригинальности, какой у девушки не было в предыдущей жизни? И тогда на ум Фарис пришла одна идея. Чтобы как можно точнее изобразить этот цвет, в мыслях девушка представила плитку шоколада, переплавляемую, а затем разглаживаемую, чтобы на поверхности не осталось не единого бугра.
Коснувшись зеркала, Фарис проделала те же движения, что уже делала ранее. Рыжие кудри ушли с головы девушка, сменяемые густыми пышными волосами, имевшими цвет того самого шоколада. Тёмный насыщенный оттенок скользил по новым прядям Фарис, блестя на гладкой поверхности объемных волос. Челки не было, так что двё длинные пряди сейчас обрамляли лицо девушки, опуская вниз вместе с остальными волосами, останавливаясь у талии Фарис. Этот цвет действительно понравился ей, но оставлять его таким, это было бы так же, как художнику в порыве вдохновения оставить холст абсолютно чистым. Дополнить сладкий цвет шоколада можно только не менее сладким цветом ванильного пудинга, чуть желтоватого или скорее бежевого оттенка.
Этим цветом Фарис и покрасила нижнюю часть волос, как ранее она это сделала с волосами Арии, часть из них перекрашивая в розовый. Будучи при жизни заядлой сладкоежкой, у Фарис чуть ли не потекли слюнки от таких вкусных оттенков на своих волосах. И всё же чего-то явно не хватало во всём этом. Какой-то малейшей детали, которая сразу приукрасит весь её образ. Взяв в руки одну и передних длинных прядей, вторую Фарис перекинула через плечо к остальным волосам, вновь прикасаясь к зеркалу. На этот раз девушка снова вспомнила о своей подруге, и прядь, что сейчас находилась у неё в руке приобрела тот светлый цвет белокурых прядей Арии. Этого оказалось достаточно, чтобы Фарис тотчас же влюбилась в новую себя.
Настал черёд изменения тусклых серых глаз Фарис. Подойдя ближе к зеркалу, чтобы было удобнее придавать им новый цвет, девушка уже придумала, какой цвет приобретут радужки её новых глаз. Коснувшись кончиком пальца зеркало, Фарис немного напряглась, готовя себя к какому-либо дискомфорту, ведь всё-таки глаз — это не волосы, и они могут чувствовать прикосновения. Но Фарис так ничего и не почувствовала, а тем временем радужка её правого глаза сменила свой серый цвет на небесно-голубой, что был настолько светлый, что казалось, будто через глаз обычной девушки смотрит ангел. Второй глаз уже должен был приобрести тот же оттенок, что и правый, однако вместо этого он стал фисташкового цвета, идеально сочетающегося со светло-голубым.
Какого же было в тот момент искушение у Фарис, оставить новые глаза такими, какие она сейчас видит в зеркале. Ведь многие мечтают о гетерохромии, считая это очень необычным и в какой-то степени таинственным, или даже мистическим. В числе этих людей, к сожалению, находилась и Фарис, так в данный момент она буквально боролась с внутренним «я», которое подобно демону нашёптывало девушке включить в список своих достоинств пункт: «гетерохромия». Но, к несчастью, уже вдоволь оторвавшись на волосах, Фарис понимала, что такое большое количество индивидуальных черт будет неуместно, и скорее всего с разным цветом глаз девушку ждут неприятности. Так что Фарис решила не злоупотреблять своими нынешними возможностями, где-то в глубине понимая, что совершает ошибку, отказавшись от таких желанных разноцветных глаз.
Левый глаз, как и правый, по прикосновению Фарис приобрел светло-голубой цвет. За волосами и глазами в изменении последовала кожа. Фарис дотронулась до зеркала, и мертвецки бледная кожа сменила свой цвет на живой, чуть смугловатый оттенок. На щеках вновь появился румянец, и теперь аккуратные формы лица в сопровождении медной кожи, светлых глаз и обрамлённые каштановыми волосами смотрелись поистине великолепно. Каждая девушка, так или иначе, мечтала о божественной внешности, идеальном теле и прочем, что приковывает взгляды людей. Фарис тоже была в их числе, так что в этом девушка мало чем отличалась от остальных, разве что тем, что Фарис не симпатизировала косметике, не считая это особо важным. Сейчас девушке было дано право выбирать «себя», и было бы большой ошибкой не воспользоваться этим шансом. Впрочем этим она и занималась.
Фарис никогда не была очень высокой или низкой, однако сама девушка больше желала иметь рост ниже среднего, считая низких девушек милыми, особенно в сочетании с высоким парнем рядом. Думая, как можно изменить нынешний рост, Фарис снова коснулась зеркала, дотрагиваясь до макушки своего отражения. Двигая кисть вниз, Фарис наблюдала, как синхронно с её движениями рост девушки начал уменьшаться. Вместе с этим в зеркале над головой Фарис появилось трехзначное число, знаменовавшее по-видимому о нынешнем росте девушки. «162,7… 159,3… 155,4». На этой отметке Фарис прекратила двигать руку, останавливая уменьшение своего роста.
Теперь следовало бы добавить своему телу женственные формы, которые были не даны Фарис при рождении в прошлой жизни. Девушка приложила ладонь к зеркалу, представляя, как маленькая грудь медленно начинает увеличиваться. И всё так и произошло. Спуская руку ниже, девушка обрисовала своё новое тело. Вместо исхудалого тела Фарис увидела в зеркале фигуристую юную девушку, глядевшую на неё светлыми голубыми глазами. В этом отражении шатенка даже не сразу узнала себя. Уж слишком удивительно смотрелись такие перемены. Но как ни странно девушке нравилось смотреть на саму себя. Но слишком долго любоваться в зеркало не было времени, и Фарис решила, что уже пора заканчивать с созданием своего нового тела, и перейти ко всему остальному. Как по команде, все зеркала, окружающие девушку со звонким треском разбились, как бьётся любое стекло при сильном ударе. Вместо зеркальной комнаты снова появилась та же тёмная пустота, что окружала её в этом месте постоянно. «Неужели время истекло?» — Истерически пролепетал внутренний голос Фарис. Однако девушка не слышала ни смеха, ни гулких ударов колокола, знаменовавших бы полночь, так что спустя время шатенка успокоилась… А шатенка ли? На глаза Фарис попалась чёрная прядь её старых волос. Опустив взгляд вниз, девушка поняла, что кожа приняла свой привычный тусклый цвет, а вместо густых длинных волос «выросли» путанные чёрные локоны.
