Орландо и Ошейник Тишины

Мистер Ди в теле Хейвуда художественно раскинулся на диване в гостиной и лениво ковырял две прожженных дыры в обивке. Винсент сидел напротив, не сводя с него ядовитых глаз. Клэр только что привела с собой Кевина и Леккс, все терпеливо ожидали возвращения Орландо. Заметив кожаные крылья у вошедших, Дейв довольно присвистнул и задержал скользкий взгляд на бывшем ангеле. — Во-оу, пташечка моя, тебе идет! В черной коже была бы вообще огонь, жаль, что ты не при полном костюме. Никто не обращал внимания на его скабрезности, и бывшему дьяволу не терпелось выдумать что-то, подмывающее. Он остановился на Кевине, рассматривал его некоторое время, ловчась выдать нечто такое, что бы задело и ранило, что-нибудь про братскую любовь и скорую жертвенную смерть его во имя демонического любовника, с которым Орландо расстаться сложнее, чем с братцем. Он уже составил злую ехидную ремарку и с наслаждением распахнул рот, но вместо слов через слипшиеся вдруг губы прорвалось только натужное мычание. Мистер Ди сначала не понял, что стряслось, предпринял вторую попытку, шире раскрывая челюсти, однако нечленораздельные звуки только наполняли его горло, не в силах вырваться наружу. Он наконец метнул взгляд в Винсента, шептавшего что-то под нос и наблюдающего за ним пристально. Никто не хотел следить за этими страшными метаморфозами дьявольского лица, от него отвернулись, и Дейв сдался. — Хорошо, что напомнил про рот зашить, а то я уж забыл, в какой книге то было, — прокомментировал негромко Винсент и блеснул злобным глазом. Во дворе послышался шум. Кевин взволнованно отодвинул занавес у окна и увидел, как Орландо тяжело шагает к дому, неся на руках маленького мальчика. Леккс придержала для него дверь. Пять пар глаз молча наблюдали, как Дьявол сурово пересекает гостиную, осторожно сажает мальчика на диван рядом с Дэвидом, опускается перед ним на колени. Орландо накрыл мягкие щеки ладонями и поднял к себе детское лицо. Он ослабил чары настолько, чтобы мальчик мог ответить ему, не приходя в сознание полностью. — Как тебя зовут? — спросил он шепотом. — Дункан… Родительская нежность и глубокое сожаление наполнили Орландо, он улыбнулся ласково, наклонился и долго поцеловал мальчика в лоб, прежде чем снова стал жестоким и отчужденным. — Прощай, Дункан. Дьявол поднялся с колен, накрыл ладонью грудь Хейвуда и сомкнул пальцы. За его рукой потянулся мутный, светящийся алым след, Орландо переместил его в тело ребенка и легонько похлопал его по щеке, приводя в чувство. — Ох ты ж, вы все огромные, — проговорил Дункан и заерзал на диване. Орландо был уверен, что первым делом после переселения разобьет Дейву физиономию, но теперь мог только в нерешительности рассматривать тело мальчика. — Не мог кого-то повзрослее полюбить? Теперь я, по крайней мере, понял, почему мое пламенное чувство осталось безответным, я и правда для тебя староват… Было что-то нестерпимо ужасное в том, как детское лицо приобретало повадки Мистера Ди, как его мимика становилась резкой, неприятной, движения юного тела носили совсем другой, угловатый характер. Орландо понимал, что от Дункана в нем больше ничего не было, так что ему не стоило большого труда размахнуться и насадить Дейва животом на кулак. Бывший дьявол повалился на пол и, не способный вдохнуть, какое-то время кряхтел в ногах. Орландо взглянул на Дэвида, который постепенно приходил в себя. Когда Хейвуд сориентировался в обстановке, он долго, со сдерживаемым ужасом, глядел на мальчика, потом перевел взор на Дьявола. Орландо отвел глаза и отошел в сторону. — Не разлюбил меня еще? А то как бы тебя не убить в человеческом теле. Дейв прохрипел снизу: — Не-е, можешь еще пару раз наподдать, пацан крепкий орешек. Дважды просить не пришлось. Орландо метнул Дейва на кулаке с пола в кресло. — Ах черт, а приятно ведь… — еле слышно проговорил он сам себе, разминая кулак. Подождали, пока Мистер Ди утрет льющуюся изо рта кровь и начнет излагать по сути. — В общем, котики, — он окинул присутствующих взглядом исподлобья, — есть одно незаконченное дело, которое могу завершить только я. И так уж совпало, что сейчас в этом деле самая острая нужда, — Дейв махнул детской ручкой в сторону Орландо, — не судите интерна строго, он делал как умел… Орландо нехотя шагнул навстречу, отводя руку, и Дейв инстинктивно выставил вперед ладони, защищаясь и смиряясь. Чего доброго, его и в самом деле прикончат в ярости… — Это воцарившееся благоденствие необходимо как следует встряхнуть. И только единственное существо способно быть столь беспощадным в своей кровожадности. Надо его выпустить. — Кого выпустить? — недоуменно вырвалось у Кевина, когда пауза затянулась. — Кракена, кого-кого! — отозвался Дейв. — Только я могу снять ошейник. Орландо внимательно посмотрел на Винсента, потом на Дэвида. Без резона Смерть не освободила бы Дейва. Дело должно быть серьезно. Он прикинул, что иметь вольного Гектора тоже было бы на руку, прежде его фигура бездействовала, что с его потенциалом было слишком уж несправедливо. Неужто он и в самом деле так одержим, как про него говорят? — Выпускайте, — разрешил Орландо, вздохнул и задумчиво прогулялся вдоль стены. — Винсент, отведи его, сделай что-нибудь. Невозможно смотреть, — всем уже нестерпимо хотелось, чтобы Дейв выглядел собой и это осквернение маленького тела, наконец, прекратилось. Официальная часть собрания была закончена, Винсент увел Дейва, и Орландо перехватил взгляд Хейвуда, дающий неуловимый знак. Они вышли в кухню, колдун прикрыл за собой дверь, оперся на нее спиной, некоторое время собирался с мыслями, решая, как начать. Он вздохнул и наскоро обвел взглядом помещение, прежде чем определил его на лице Орландо. — Сколько ему, пять? Дьявол предостерегающе склонил голову и поджал губы. — Не продолжай… — До заката еще пара часов. Еще можно было бы… Орландо ожесточенно приблизился и попытался закричать шепотом: — Вот сердце блядское мне не мучай сейчас! Как будто сам не знаешь! Я тебя бы, может, с удовольствием сам задушил руками. Но ты один — половина моей армии, мне такая роскошь непозволительна! — он запустил руку в волосы и откинул их со лба, отворачиваясь. Дэвид ухватил запястье Дьявола и снова развернул его к себе. — Его ты не простишь себе, в отличие от меня. Слушай, что я говорю. Я не шучу с тобой! — Я с тобой тоже не шучу, Дэвид, — мрачно и жестоко ответил Орландо, вырвал руку и открыл дверь, побуждая ведьмака отстраниться. — Возьми Клэр и съездите за ним. Будет лучше, чем призывать. Дьявол вернулся в гостиную, в которой остались теперь только Леккс и Кевин. Леккс о чем-то задумчиво размышляла, затем спросила: — Что ты отдал ей взамен? Орландо сдавил пальцами переносицу, но быстро опустил руку. — Еще не знаю. Он некоторое время сидел на диване, сосредоточенно забывшись в мыслях, пока не понял, что Кевин все еще здесь. Брат отошел от окна, у которого все время простоял, и сел в кресло напротив. — Ты себе, наверное, представляешь, непросто быть младшим братом дьявола, — заговорил Кевин тихо. Его серые глаза оставались непривычно серьезны и спокойны. — Вообще, всегда непросто было быть твоим младшим братом. От такой опеки тяжело куда-то деться. Не знаю, видишь ли ты, что я больше не мальчик. Видишь ли, что я способен понимать, и без всякого сомнения сделал бы то, чему должен был послужить. Твое дело и мое дело тоже. Я предан ему в равной мере. Орландо горько рассматривал светлое и такое взрослое лицо брата. — Я вижу.