Унесённая в прошлое

Помыв руки, мы подошли к дверям столовой, где уже столпилась очередь из пионеров, организованно заходивших внутрь отрядами. Пока мы ждали, к нам подошёл Олег Дмитриевич. — Добрый день. Заполнили обходные листы? Все собравшиеся члены отряда передали вожатому бегунки. Тот не поленился, рассмотрел каждый и, довольно кивнув, положил их себе в карман, после чего обратился ко мне: — Записалась куда-нибудь? Удивляться такому вниманию было нечего — я была единственной новенькой в отряде. Про остальных Олег Дмитриевич наверняка всё хорошо знал, а вот меня он пока ещё изучал. — Да, в стенгазету, — ответила я. Судя по одобрительной улыбке, я его не разочаровала. — Стенгазета — это хорошо. Добрянской и правда пригодится помощь, — заметил вожатый. — Молодец, Персунова! Кстати, почему я не вижу Добрянскую? — Я здесь! — раздался голосок Тани. — Ага, теперь вижу. Так, наша очередь. Отряд, заходим! В столовой я, недолго думая, села рядом с Виктором: на данный момент это был единственный приятный мне человек в отряде. Как и утром, за одним столиком с нами сидели Артём, Рита и Женя. Последняя оставалась для меня загадкой — ничего определённого я про неё сказать не могла, кроме того, что она явно немногословна, а заодно технарь, раз состоит в кружке кибернетики. Я начала думать над тем, как завязать разговор с этой девушкой. Что бы такое спросить? — А ваш робот и правда будет с искусственным интеллектом? — нашлась я наконец. Женя молча кивнула. «Вот же блин! Хоть бы «да» или «нет» сказала». Зато раскрыл рот Артём: — Вы серьёзно? Это же невозможно! Он у вас и заявленные до этого функции выполнять не сможет, что уж тут говорить об искусственном интеллекте! У вас нет таких ресурсов, а даже если бы и были, то не могут два обычных школьника создать… — Эй, очкарик, — сидевшая за соседним столиком Валя уже успела закончить обедать и совершенно внезапно вынырнула из-за спины Базарова. — Сама не лучше. Ты тоже иногда носишь очки. — Рот закрой. Я, вот, хочу твоё авторитетное мнение по одному вопросу узнать. — И что за вопрос? — Ты знаешь, что при удушье делать? — Мне доводилось читать об этом. — А хочешь на практике теорию проверить? — Что? Это как? — А вот так! Руки Вали сложились на шее Артёма сложным захватом. Тот, хрипя и постепенно синея, негромко сказал: — Ты… что творишь?.. Отпусти… Удивительно, что никто из отряда не спешил вмешиваться в ситуацию, а остальные пионеры просто не обращали на неё внимание — словно всё шло так, как надо. Видимо, Артём успел много кому тут насолить. — Родионова, ты что творишь?! — вожатый был тут как тут. — Отпусти его, живо! — А я что? А я ничего, — Валя мгновенно подняла руки. — Просто демонстрировала нашему скептику будущие возможности нашего робота. Думаю, я избавила его от сомнений. Не так ли, Артём? Тот не ответил — откашливался. — Ещё раз сделаешь что-то подобное — мигом вылетишь из лагеря! — сказал Олег Дмитриевич. — Марш в свой кружок, и чтобы до ужина я тебя не видел! Считай это домашним арестом. «Думаю, подобное наказание ей только в радость — отвлекаться не придётся», — подумала я и по выражению лица Вали поняла, что права. — Так точно, товарищ вожатый! — она отсалютовала Олегу Дмитриевичу и обратилась к Жене. — Ты пообедала? Девушка молча кивнула и встала из-за стола. — Тогда пойдём. Труд освобождает! — усмехнулась Валя и вместе с Женей покинула столовую. Вожатый тяжело вздохнул, покачал головой и, кажется, что-то хотел сказать Артёму, но воздержался и вернулся за столик к взрослым. «Взрослым? Давно ли стала ребёнком?», — усмехнулось подсознание. «Со вчерашнего вечера, если не заметила», — ответила я. Наш обед продолжился молча. Даже что-то болтавшая до этого Рита притихла. Только когда Артём быстро доел обед и удалился, Виктор вздохнул и сказал: — Сказочный идиот. Лично я не знала, как тут отреагировать. С одной стороны, наш библиотекарь как всегда был не прав — нет, вещи он говорил правильные, да вот только ломать чужие надежды нехорошо. С другой, реакция Вали была ну слишком агрессивной и жестокой. Можно было бы просто подзатыльник влепить или что-нибудь в этом духе. — Анечка, мы же идём на пляж? — неожиданно спросила Рита. «Блин. Точно. Мы ж договаривались», — подумала я, понимая, что как раз-таки на пляж мне сейчас не хочется. Особенно в самую жару. Но ведь пообещала же. — Идём, — ответила я обречённо. — Здорово! А мы вдвоём пойдём или ещё кого-нибудь с собой возьмём? Просто я подумала, что чем больше людей, тем лучше. Рита подала отличную идею. Я не была уверена, что смогу в одиночку выдержать её хоть полчаса — но если я возьму кого-нибудь с собой… Только вот кто согласится? — Витя, — я обратилась к Громову. — Хочешь с нами? Тот посмотрел сначала на меня, потом на Риту, потом снова на меня, словно прикидывая, а стоит ли присоединяться к такой сомнительной компании. Но, похоже, он всё-таки прочёл немой призыв о помощи в моих глазах и согласно кивнул. — Пойду, почему ж нет, — сказал Виктор. — Только переодеться надо. — Да, конечно! Вы пообедали? Нет? Я тогда побежала переодеваться! Рита покинула столовую, оставив нас вдвоём. — Спасибо, что согласился, — сказала я. — Да ладно уж. Всё равно особо делать нечего, а болтовня Риты — это ещё не самая страшная вещь на свете. Только сразу говорю — купаться не буду. — Никто и не заставляет, — я пожала плечами и отставила пустые тарелки. На обед, кстати, сегодня давали рассольник и рис с мясом. И если второе было ещё неплохо, то первое по традиции было так себе. Ещё ни в одном лагере мне не доводилось есть вкусный рассольник. «Совёнок» не стал исключением, но здесь он хотя бы был съедобен. Да и выбора у меня не было. Закончив обедать, мы вышли из столовой.