Унесённая в прошлое

Красочный сон, который я не смогла запомнить, был прерван громкой трелью будильника. Я простонала и, не открывая глаз, начала рукой возить по столу, ища источник ненавистного шума. Но кто-то нашёл его раньше меня — наступила блаженная тишина, и я отвернулась к стене, надеясь поспать ещё пару часов. Ага, кто бы мне дал. — Анечка, просыпайся, — Сырнова настойчиво потрясла меня за плечо. — А то мы опоздаем! — Ну и что? — невнятно проговорила я, натянув одеяло на голову. — Ты иди, а я опоздаю. — Анечка, так нельзя, — укоризненно сказала Рита. — Я пойду умываться, а ты просыпайся и собирайся поскорее. И тоже иди умываться! Хорошо? Ты встанешь? — Да встану, встану, — проворчала я. — Иди уже. Я слышала, как моя соседка заправляет постель и одевается. Когда дверь за пионеркой закрылась, я стянула одеяло и, не без труда открыв глаза, осмотрела комнату. Со вчерашнего дня здесь ничего не изменилось. С чего тут чему-то меняться? Единственное возможное изменение — это возвращение в родной мир, в свою квартиру. Но я всё ещё была здесь и даже не знала, рада я этому или нет. Конкретно в данный момент — не очень. — Ох, будьте вы прокляты! Блин, — я заставила себя сесть, после чего от души так зевнула. Стрелки на часах показывали пять минут девятого. До линейки оставалось всего десять минут — стоило поторопиться. Я уже заправила постель и оделась, как в домик вернулась Рита. — Ты встала. Умничка, Анечка, — девушка улыбнулась. — Поторопись — времени мало. Хочешь, я схожу с тобой? Путешествовать с Сырновой — дело утомительное и раздражительное. С другой стороны, тут срабатывал тот же фактор, что и вчера с Таней — получать вдвоём по шапке за опоздание не так страшно, как одной. — Давай, — ответила я. Взяв умывальные принадлежности и шляпу, я вышла из домика. Вчера я встала всего на полчаса раньше, однако температура за это время заметно изменилась: стало намного теплее. Лето, что уж тут. Встретив по пути других пионеров, а затем глянув на Риту, я заметила, что все одеты по-спортивному, и одна я снова надела пионерскую форму. Для чего мне спортивная одежда дана, спрашивается? ≪Завтра — обязательно переоденусь, — решила я. — Сейчас уже времени нет≫. На улице, конечно, стало теплее, но вода из умывальников была всё такой же холодной. Вздохнув и морально настроившись, я принялась умываться, периодически фыркая и потирая быстро замерзающие руки. — Я встретила Танечку, когда умывалась, — сказала Сырнова. — Она почему-то хмурая и грустная сегодня. Может быть, она заболела? Про тебя спрашивала. — И что спрашивала? — спросила я, вытирая лицо. — Спрашивала, как твоё настроение и дела, — ответила соседка. — А почему она спрашивала? Ты тоже заболела? Заразилась? — Ох, да не заболела я. И Таня тоже абсолютно здорова. — А что тогда случилось? Может быть… — Да ничего не случилось. Всё нормально. Лучше скажи, что ты ответила Тане. — Я ответила, что ты спишь и не хочешь вставать. Я вздохнула и сказала: — Ясно. — Я что-то не так сказала? — Нет, всё нормально. Мы там не опаздываем? — Ой, опаздываем! Побежали скорее! Пока мы добежали до домика и забросили туда умывальные принадлежности, пока добежали до площади, я уже успела устать. А вот Рита выглядела намного бодрее, чем я — недаром Алиса так радовалась её участию в соревнованиях. Мы и правда опоздали — зарядка уже вовсю шла, так что мы, надеясь, что наше опоздание осталось незамеченным, тихо присоединились к задним рядам и принялись заниматься. Вернее, Сырнова принялась заниматься, а я симулировать и попутно наблюдать за другими пионерами. Товарищи по отряду находились очень быстро, что было удивительно — я обычно плохо запоминала что лица, что имена. Таня с волосами, собранными в хвост, старательно повторяла за ведущим, но получалось у неё не очень — то ли не выспалась, то ли мысли девушки были сейчас где угодно, но только не на зарядке. Виктор же явно симулировал деятельность — так же, как и я. Заметив, что я за ним наблюдаю, он кивнул мне и продолжил «заниматься». Женя исправно выполняла все упражнения. Интересно, у неё вообще меняется выражение лица? Стоявшая рядом с ней Валя так же усердно занималась. Пожалуй, даже слишком усердно — похоже, в кружке кибернетики энергию тратить некуда. Саша же бездельничал, иногда присоединяясь к упражнениям, стоило ведущей зарядку вожатой посмотреть в его сторону. Находившаяся рядом с ним Алиса была куда трудолюбивее. Увидев меня, она приветственно кивнула. Лёша и Катя не занимались совсем — затерявшись между пионерами, они о чём-то тихо переговаривались, периодически посмеиваясь. Зарядка закончилась, и дети разошлись, чтобы переодеться на линейку. Я решила остаться на площади, благо уже была в форме. К тому же, уйти бы мне всё равно не дал подошедший Олег Дмитриевич. — Доброе утро, Персунова, — поздоровался вожатый. — Почему напару с Сырновой опаздываете? — Извините, я задержалась, — ответила я честно. Удивительно, что я не стала оправдываться. Впрочем, что плохого в том, чтобы иногда говорить правду? К тому же, мы все тут — взрослые люди. Я взрослая, вернее. Возможно, даже взрослее Олега Дмитриевича. Тот, тем временем, сказал: — Впредь не опаздывай. Я молча кивнула. — Как прошло утро? — поинтересовался он. — Хуже, чем вчера, — ответила я. — Немного не выспалась. — Вот поэтому надо соблюдать режим, а не болтать после отбоя! — вожатый улыбнулся, что само по себе происходило нечасто. — Я вижу, у тебя складываются хорошие отношения с Виктором. ≪И вы туда же! ≫, — подумала я не без раздражения и ехидно спросила: — Интересно, как вы это заметили. — Мне известно всё, что происходит в этом лагере, — глаза Олега Дмитриевича хитро сверкнули. — Но, говоря прямо, нетрудно было увидеть вас вчера, когда вы вместе ходили подписывать обходные. Также мне известно про инцидент в музыкальном кружке. Да и в первый вечер я видел, как вы разговаривали после отбоя. — А чего ж тогда не разогнали? — спросила я. — В первый день мы даём вам поблажки, — сказал вожатый. — Многие в это время и опаздывают, и просто правила забывают. А кто-то и намеренно нарушает. — Токарев, например, да? — я хмыкнула, вспомнив первую свечку. — Ему вы поблажку не дали. — Верно. Он опоздал намеренно, а таким поблажки не положены. — А если он всё-таки случайно опоздал? Или забыл? — За случайно бьют отчаянно. Слышала такую поговорку? Бить мы права не имеем, зато наказать можем. Хотя, если честно, периодически хочется и ударить. — Понимаю, — я усмехнулась, вспомнив свой опыт работы. — Приходилось с детьми работать? — спросил Олег Дмитриевич. Вопрос был неудобный. В этом мире я вожатой не могла быть по причине возраста и положения пионера. Так что правду тут говорить не стоило. — Угу, — только и ответила я. Олег Дмитриевич некоторое время с ожиданием смотрел на меня, но, поняв, что я больше ничего не скажу, заговорил сам: — За нашим разговором я совсем забыл, что хотел сказать. Так вот, Виктор — хороший парень, но он несамостоятелен, замкнут, одинок, периодически ленится. Мне кажется, что ты можешь оказать на него хорошее влияние. Более того, ты уже оказываешь. Вы похожи, однако ты ведёшь себя иначе. Ты более решительна, более… Вожатый не договорил, посмотрев куда-то мне за спину. Я оглянулась и увидела приближающуюся Катю. — В общем, меня радует, что ты сдружилась с Виктором, — сказал мужчина. — Продолжайте в том же духе, но постарайтесь без ЧП. — ЧП? — переспросила я, но Олег Дмитриевич уже отошёл. — Привет, Аня, — поздоровалась со мной подошедшая Катя. — А о чём это вы тут шушукаетесь? — А тебе какое дело? — спросила я. ≪У них у всех обострение, что ль? — подумала я не без возмущения. — Один уже в открытую агитирует вступить в отношения с Витей, другая спрашивает, будто бы намекая…≫ ≪Это где же она намекает? — объявилось подсознание. — Кажись, обострение не только у них≫. ≪Я ни о чём таком не думала≫, — заявила я мысленно, не очень уверенная в своих словах. ≪Ну-ну≫. — Ну, что ты сразу огрызаешься? Не хочешь — не говори. Право на личную жизнь у всех есть, — Новикова усмехнулась. — Какую ещё личную жизнь?! — воскликнула я. — Он же… — Ой, да ладно тебе. Он же красивый, неглупый, серьёзный мужчина в самом расцвете сил, — сказала Катя на полном серьёзе. — Или… — она подошла ближе и приблизила своё лицо к моему. — Тебе больше нравятся девочки? Если так, то мы можем познакомиться поближе… Я почувствовала, что краснею. Хотя какой краснею — пылаю! Когда расстояние между нами сократилось до минимума, пионерка расхохоталась и отстранилась. — Видела бы ты своё лицо! — сказала она, продолжая смеяться. Я глубоко и часто дышала, а потом жутко рассердилась. То ли дело в недосыпе, то ли ещё в чём, но я была просто в бешенстве! — Это… Это не смешно! — крикнула я, сжимая кулаки. Катя не услышала, продолжая смеяться. Поддавшись праведному гневу, я рванула к ней. Шутница, не долго думая, побежала от меня. Но погони не вышло — споткнувшись на ровном месте, я полетела на землю и серьёзно ударилась бы головой, не подхвати меня в последний момент чьи-то сильные руки. Вновь твёрдо стоя на плитках площади, я обернулась, чтобы взглянуть на своего спасителя, коим оказался Токарев. — Спасибо, — сказала я, после едва не случившегося падения мигом растеряв всё желание кого-либо догонять. — Ты вовремя. — Да на здоровье, — ответил тот, почесав голову. — Привет, кстати. — Привет. — Как дела? — Нормально. Я насторожилась. С чего это вдруг такое внимание? Ладно, если бы спрашивал Витя или даже Лёша. Но у Саши-то откуда такой интерес? — Ты точно не обижаешься из-за вчерашнего? — спросил он. ≪А-а-а, вот в чём дело≫. — Тебе Алиса мозги пилит? — догадалась я. — Эм… Ну… Ай, хрен с ним. Да, — Саша мгновенно стал выглядеть увереннее и нахальнее, поняв, что не нужно строить из себя виноватого. — Но ты же не… — Да не в обиде я, успокойся. Вчера же извинился. А чего от тебя Алиса не отстанет? — Э-э-э… — Токарев уже приготовился что-то сказать, но тут объявили построение на линейку. Линейка прошла как всегда быстро, как всегда торжественно, а после неё я уже не особо и вспоминала историю с Сашей. Нас ждал завтрак, и для всех пионеров это сейчас было куда важнее любых других дел.