Глава девятая
21 июля 2017 г., 14:55
Никто не сделает первый шаг, потому что каждый думает, что это не взаимно. Ф.М. Достоевский
Белые камелии. Драко не видел ничего кроме сотен белых камелий. Камерная музыка обволакивала все вокруг и дарила покой. Месяц подготовки к свадьбе был невероятно тяжелым. Малфой уходил в лабораторию и соглашался со всеми идеями Астории касательно церемонии, лишь бы самому полноценно не участвовать во всем этом. И вот настал день «икс». По традиции, венчание решено было провести в родовом поместье, но только не в особняке жениха, а в доме семьи Гринграсс в Ницце. Со стороны Драко не было никого, кроме Блейза. Колдомедики запретили Нарциссе покидать Мунго, но Малфой-младший и так знал, что мать не в состоянии выдержать перемещение из страны в страну. Грег бежал из Англии еще до суда, а Винс погиб в битве за Хогвартс. Кажется, должна прибыть Панси с родителями, но они с Драко не общались со школы, а потому другом он мог её назвать с большой натяжкой. Этим погожим сентябрьским днем было еще по-летнему тепло и солнечно. Драко стоял у алтаря в лучшем своем костюме и старался разглядеть сквозь сотни чертовых камелий, которыми, казалось, было украшено абсолютно все, худощавую фигурку Грейнджер. Они не виделись с Чемпионата мира по квиддичу. Драко честно старался не думать о ней, но не мог. Волнение перед бракосочетанием совсем не ощущалось. Малфой все для себя решил. Но в его планы входило убить одним выстрелом двоих, а то троих зайцев сразу. Уладить финансовое положение и укрепить связи, но главное — наказать Грейнджер. Пусть видит, что потеряла. Но та упорно не попадалась на глаза. В итоге он оставил идею выискивать её взглядом и решил сосредоточиться на своей невесте. Когда Астория пошла под венец под руку с отцом, Драко все же залюбовался ею. Она любит его и сделает все, чтобы они были счастливы. Это льстит и подкупает. Любил ли Люциус его мать до свадьбы? Да и что такое любовь? Драко был нежен с Асторией в постели, внимателен к её просьбам. Да, она была не лучшим собеседником, не самой страстной любовницей. Но в том пресном нормальном понимании «отношений» они преуспели. У них было уважение друг к другу. В конце концов, брак — это обычное партнерство, а в их конкретном случае еще и взаимовыгодное. Когда банкет был уже в самом разгаре, Драко заметил Забини. Одного. Блейз подошел, поздоровался за руку с другом, серьезно посмотрел в его серые глаза и попросил отойти в сторону сада, чтобы поговорить. Сердце Драко пропустило пару ударов. Неужели Грейнджер не вынесла мук совести и во всем призналась? Неужели Забини закатит скандал или сцену ревности на его, Драко, свадьбе? Призвав все свое самообладание, Драко отошел и взглянул на Блейза непринужденно. — Поздравляю с успешным окольцеванием, друг, — Блейз улыбнулся, но взгляд его был серьёзен. — Спасибо, брат. — Я знаю, что сейчас не время и не место, Драко, но я хочу кое-что спросить у тебя. Драко лишь вопросительно приподнял бровь, и Забини продолжил: — Помнишь, в Хогвартсе вы встречались с Панси… ну и… В общем, у вас было ЧТО-ТО? — Признаться, я обескуражен… — Просто ответь. — Эм… на самом деле нет, ничего серьезного, лёгкие заигрывания, неумелые детские ласки, не более. Мой шестой курс как-то не располагал к любовным похождениям. Так какого черта тебя это интересует? — Ну, мне кажется, я влюблен. — Влюблен в… — В Паркинсон. Это так странно. И неожиданно для меня самого, — Забини улыбнулся широко, но чуть смущенно. — Ее отец попросил о помощи в кое-каких юридических делах, а потом мы с Панси пошли развеяться, и все произошло само собой. Лондон, воспоминания о школе… Знаешь, мне с ней невероятно легко. — А как же Грейнджер? — Мы расстались с Гермионой несколько недель назад. Эти отношения изжили себя. Думаю, она и сама все понимала. Никогда не думал, что скажу это, но мать была права: Грейнджер не нашего круга. Как бы она ни пыталась соответствовать, ей самой же было плохо от этих попыток. Драко не видел ничего кроме сотен белых камелий. Камерная музыка шла неприметным фоном, а сердце билось часто и громко. Почему-то он вдруг почувствовал себя полнейшим ослом. Окольцованным ослом.***
Конец августа ознаменовался для Гермионы Грейнджер разочарованием в мужчинах. После эпизода с Малфоем на пляже чувство вины поспособствовало тому, что Гермиона стала более терпима к Блейзу. Они обоюдно решили проигнорировать события в особняке Гринграсс. Будучи неглупой ведьмой, Гермиона поняла, что впредь никому не станет показывать своей слабости. Она предпочитала вовсе не встречаться со своим парнем в дни, когда ее настроение было особенно неровным. Они виделись реже, но в эти редкие встречи ведьма была одета с иголочки, улыбчива и готова раздвинуть перед Забини свои стройные ноги по первому его требованию. За несколько недель она взяла себя в руки и отказалась даже от кофе, не то что от сильных стимуляторов. В надежде стать для Блейза той самой идеальной Гермионой Грейнджер она втиснулась в свой лучший деловой костюм и отправилась к нему в офис. Гермиону крайне расстроил тот факт, что в приемной её встретил новый ассистент. Новый «временный» ассистент, попыталась успокоить себя волшебница и вошла в кабинет Блейза Забини. Тот явно не ожидал её визита, и когда она заявила, что готова вернуться к прежним обязанностям, он лишь устало сжал пальцами переносицу и попросил Гермиону присесть. — Я все откладывал этот разговор, но, видимо, время пришло, Гермиона. — Понимаю, что разочаровала тебя, но я справилась со своими… проблемами. Готова работать, как и прежде… — Да, и это отлично, — перебил её Забини. — Но я хотел поговорить с тобой о нас. — О нас? — тихо, словно эхом, повторила Гермиона. — Да, мы слишком отдалились в последнее время, и я думаю, что не стоит морочить тебе голову. Я уже не чувствую той искры, что была между нами вначале, и я все еще уважаю тебя, а потому хочу быть честен. — Ты бросаешь меня? — Я всего лишь не хочу мучить нас обоих. Ты замечательная, я вижу, что ты почти справилась с зависимостью. Ты волевая и сильная, но я просто не чувствую того, что раньше. Прости, дело не в тебе, а во мне. Это стало абсолютно неожиданным ударом для Гермионы, но она умела держать удар. Гордость не позволила гриффиндорке разводить влажность на рабочем месте, да еще и при Блейзе. Она глубоко вздохнула и попыталась решить вопрос, по которому она, собственно, и приходила изначально: — Что ж. Я понимаю. Но наши личные отношения не должны влиять на рабочие. Я готова приступить к своим прямым должностным обязанностям уже сегодня. — Насчет этого. Герм, я не смогу нормально работать рядом с тобой после всего что у нас было. Пойми, мне тоже сложно будет пережить расставание с тобой. — Но ты его инициатор! — Да, но тем не менее это слишком отвлекающий фактор. Ты получишь более чем достойное выходное пособие и самые лучшие рекомендации… — Мне нахрен. Не нужны. Твои чертовы. Рекомендации! Гермиона развернулась на каблуках, хлопнула дверью в кабинет Забини и вырвала из рук его нового ассистента магический степлер. В конце концов это она его покупала. Вернувшись домой, она с трудом поборола желание позвонить их бывшему дилеру. Решив выбрать меньшее из зол, Гермиона достала припрятанную бутылку белого полусладкого и уже собиралась его открыть, как услышала сову, влетевшую в кухонное окно. Серая неясыть доставила ей элегантное приглашение на свадьбу Драко Малфоя и Астории Гринграсс.
