Do you speak English?

— Мне почему-то кажется, что нам здесь не рады. — Конан боязливо поежилась. Она и двое её друзей – Дейдара и Сасори – шли по коридорам Мусамурахисаги, оглядываясь в поисках кабинета завучей. Дети в легком шоке рассматривали троицу, пытаясь понять, каким ветром их сюда занесло. И было чему удивляться: молодые люди были очень мало похожи на преподавателей. Впереди шла Тэнси Конан – высокая стройная девушка с голубыми волосами. Пирсинг в носу, в брови, большое количество колец на длинных пальцах и браслеты на тонких запястьях. Одетая в свободную рубашку и джинсы, особа чем-то напоминала хиппи. С той лишь разницей, что её волосы были вымыты, причудливо уложены и закреплены огромной заколкой в виде белой розы. Прямо за ней, вплотную друг к другу, шагали двое юношей. Почему-то с первого взгляда казалось, что они пара. Два метра роста и некоторая полнота Сасори резко контрастировали с девичьей хрупкостью маленького, субтильного Дейдары. Акасуна – крашеный в ярко-красный цвет, с коротко стрижеными волосами, Тсукини – натуральный блондин, который мог похвастаться гривой до поясницы. Единственное, что у них было общего – идеально симметричные татуировки. По шее Сасори вился китайский дракон, исчезая под воротом майки. И точно такой же дракон присутствовал на шее Дея, только его морда была развернута в другую сторону, таким образом, когда эти двое шли рядом, драконы смотрели друг на друга. И да: никто не отменял проколотых ушей, бровей, тех же колец и браслетов. Но все же, несмотря на полное различие во внешности, что-то выдавало этих двоих с головой. Может, это нежный взгляд, который Дейдара иногда бросал на своего друга, или редкие прикосновения пальцев Сасори к руке блондина? « Эх нифига себе…», — Какаши, который в недобрый час решил выбраться из своего кабинета, застыл посреди коридора. Его взгляд был прикован к синеволосой девице, обвешанной украшениями. Трудно сказать, о чем он в тот момент подумал. Когда Конан ненароком задержала свой взгляд на преподавателе, голова Хатаке мигом опустела. Да что там опустела – даже мысли о Тсунаде были начисто сметены оттуда озорным взглядом молодой и, надо сказать, очень красивой девушки. Уж и учителя английского давным-давно прошли, и звонок на урок прозвенел, а Какаши все еще продолжал стоять на одном месте, пытаясь понять – а что это вообще было-то?.. В классах стояло тихое шушуканье. Все обсуждали появление странных незнакомцев. Тем, кто хоть пару лет проучился в этой школе, было не привыкать к необычному виду преподавателей. Взять того же Нагато. Отовсюду торчат колечки и сережки, а преподаватель он неплохой, на своих уроках загоняет по стадиону, но сделает это так, что ученики ему еще и благодарны останутся. А вот новенькие были еще морально неподготовлены к тому, что их может учить непонятное создание, раскрашенное в пять цветов радуги и одетое как клоун из цирка. — Эй, Гаара… Гаара? Гаара, черт тебя дери! – Канкуро невежливо толкнул брата. – Проснись и пой, птенчик. — Ну чего тебе от меня надо? – недовольный, заспанный юноша с трудом разлепил глаза и повернул голову к своему соседу. — Ты видал на перемене тут симпатичную дамочку с диким раскрасом? — Идиот. Ты забыл, что я только что пришел? Собеседник понурился. Действительно, он совсем забыл о том, что Гаара не посещает первые уроки из принципа. — Ну и черт с тобой, поговорю с кем-нибудь другим. Мальчишка стянул с головы шапку и внимательно огляделся. Почему-то оказалось, что большинство учеников их класса находятся приблизительно в том же состоянии, что и его братишка. Прямо напротив него сидел блондин со смазливой мордашкой, который, в отличие от одноклассников, не спал и что-то увлеченно рисовал в своем блокноте. — Пс! Наруто! — Чего тебе? — будто нехотя развернувшись, мальчишка уставился на Канкуро своими ярко-голубыми глазами. — Видел новеньких? — Ты про двух мужиков с китайскими драконами? — Да нет. Я про девушку, что была с ними. Скажи, симпатичная? — Не знаю, — пожал плечами Узумаки. – Мне вообще девчонки не очень нравятся. Проигнорировав изумленное лицо товарища, блондин отвернулся, продолжив расписывать свою тетрадь. «Вот это да. Будущий голубой. Прикольно. Надо держаться от этого чудика подальше, а то мало ли что… Хотя, личико у него очень привлекательное», — Канкуро плотоядно облизнулся. «Звонок. Звонок. Ну зво-о-оно-о-ок…», — Тен-Тен гипнотизировала взглядом дверь. Придя в среднюю школу, она обнаружила для себя предмет, который был в сто раз хуже, чем икебана и вышивание. Домоводство. Это был ужас, ад для слабонервных. В этом триместре они изучали готовку и начали с несложных салатиков, но Такахаши знала, что все этим не ограничится. Ей, вегетарианке, было страшно даже представить себе процесс разделывания мяса и рыбы. А косить-то надо. Спасительное треньканье прокатилось по зданию школы и в коридоры, до этого наполненные тишиной, вырвались десятки детей. Основной поток устремился в недорогую столовую, часть вышла на улицу. Похоже, Тен была единственной, кто решил присесть у широко распахнутого окна с припасенным заранее яблоком. Через проем залетал легкий ветерок, приносивший с собой запахи улицы. «А что, здесь не так уж и плохо. Жалко только, что Хина заболела сразу на второй день обучения. Без нее скучно». Хрум. Хрум-хрум. Канкуро повернул за угол и резко затормозил, увидев сидящую на подоконнике девчонку. Он не ожидал, что в полностью опустевшей школе есть еще хоть кто-то, кто предпочтет помещение улице. Понадобилось всего пару секунд, чтобы мальчик узнал её. «Ба… так это же Сплюшка!», — Канкуро усмехнулся и чуть пристальнее вгляделся в Тен, не забыв при этом сделать шаг назад и спрятаться за углом. На самом деле, эта особа была достаточно симпатична. Волосы, которые до этого были заплетены в гульки, сейчас были завязаны в высокий хвост, прямая челка прикрывала глаза цвета молочного шоколада. Сказать, что она понравилась Сабаку, значит, ничего не сказать. — Эй, Сплюшка! Что ты тут забыла? – грубый окрик отвлек Такахаши от созерцания цветущих деревьев и вернул её на тот самый подоконник рядом с открытым окном. Перед ней с самым самодовольным видом стоял тот самый мальчик в странной шапке, который привлек её внимание на вступительной церемонии. — Я имею такое же право здесь находиться, как и ты, — пока она не была настроена на перепалку, а посему отвечала довольно мирно. — Нет, не имеешь. Это мое место. — На нем что, написано? — Да, посмотри, — с наглой усмешкой, мальчишка ткнул пальцем в надпись «Собственник данного подоконника – Канкуро». — Хм. А что будет, если я расскажу завучу, что кое-кто портит школьное имущество? — Тогда ты будешь не только Сплюшкой, но еще и ябедой! – ответом был злобный выкрик. — Ладно-ладно, так и быть. — Топай отсюда играть в куклы с другими глупыми девчонками. — У меня нет кукол. Своих одолжишь? Канкуро даже на секунду открыл рот от такой наглости. Впервые он увидел кого-то из сверстников, кто мог ему достойно ответить. Тен-Тен же рассмеялась, посмотрев на удивленное лицо собеседника, но расценила это по-своему. — Что, я угадала? Знаешь что, я буду называть тебя кукольником! А он все стоял, пораженный мыслью, что какая-то девчонка так смело ему отвечает. А еще Сабаку очаровал ее смех. Он был похож на звон капельки дождя, когда та срывается с веток деревьев и разбивается о мокрый асфальт. — Кукольник? Эй, ты чего? – она протянула руку и легонько толкнула собеседника в плечо. Тот не шевелился, но на лице отразились кое-какие следы напряженной умственной работы. Что не ускользнуло от Такахаши. — Ну, раз ты погрузился в медитацию, то разговаривать с тобой, похоже, уже бесполезно. Бывай, — она спрыгнула с подоконника и прошла мимо все еще тормозящего Канкуро. Оглянувшись напоследок, брюнетка хмыкнула и скрылась за поворотом. А с мальчика в шапке-ушанке как будто бы слетел гипноз. «Да что это я, в самом деле!», — он запрыгнул на свое любимое место, рукой отметив, что оно еще теплое после Тен. «Совсем голову перед ней потерял. Вот засранка. Да кто она вообще такая?!», — чем больше Канкуро думал, тем сильнее ему становилось неловко за свое молчание. Он ведь мог ответить, когда она его дразнила, так почему же он этого не сделал?! — Эй, братишка, чего завис? – к нему подошла Теми и дружески хлопнула младшего по плечу, тем самым прерывая его размышления. От старшей сестры пахло чем-то… как-то неправильно. Канкуро принюхался. — Темари, ты что, куришь? — Тихо ты, идиот. Ну, только пару раз. — А Реджи тебя не убьет? — Он сам дымит, как паровоз, — блондинка пожала плечами. – Да и мне нравится. Все почему-то говорят, что когда учишься курить, поначалу тошнит очень сильно. Врут же. — Может, ты что-то делаешь неправильно? — Ой, да какая те… — Сабаку но Канкуро, слезьте, пожалуйста, с подоконника! — Да, Анко-сан, — паренек мягко приземлился на паркет. — В общем, не пыли. Все в порядке, — заверила его старшая. Звонок на урок прозвенел как раз вовремя. Остаток дня пролетел почти незаметно для Канкуро. Он тихо сидел, погруженный глубоко в свои мысли, не обращая внимания на происходящее вокруг. Даже апатичный ко всему, кроме себя любимого, Гаара заметил изменение в поведении брата. Впрочем, на следующий день все снова стало так, как раньше. А что за мысли копошились под шапкой у этого мальчугана… Наверное, он сам до конца не понял, как много передумал за остаток дня. — А что, неплохое местечко. Я думала, до конца жизни буду искать работу. — Да уж, с такой внешностью, как у тебя или Сасори надо умудриться найти что-то стоящее, — Дейдара кинул мячик Конан и тут же получил его обратно в глаз. — Ребята, ребята, не ссорьтесь. Джирая, конечно, классный мужик, но может и выгнать, если что не так. Пэйн, Конан, Дейдара и Сасори сидели в небольшом кабинетике преподавателя физкультуры и пинали… предавались блаженному безделью. — Вы уже начали составлять расписание? – поинтересовался рыжий владелец кабинета. — Нет, для начала мне надо найти некоего Квак-ши… — Какаши, Конан, Хатаке Какаши, — устало поправил Сасори. — Да, действительно. Его и еще какого-то чудака в зеленых трениках. Это классные руководители двух новых классов. — А чудика зовут Гай, — добавил красноволосый, по-хозяйски развалившись на диване. На этот самый диван незамедлительно шмыгнул Дей. — Эй, без порнографии тут, окей? – грозно прикрикнул Нагато. Тэнси тихо рассмеялась. — В общем, финансовый кризис временно отступил. Предлагаю за это выпить, друзья! Какаши сидел на подоконнике в своем кабинете и с легкой грустью смотрел в окно. Там, к выходу со школьной территории, двигалась группа людей, среди которых четко выделялась голубая шевелюра. — Понравилась? – раздался смешок над ухом и мужчина обернулся. Позади него стояла Анко, завуч и его хорошая подруга. — Не то чтобы очень, но что-то в ней явно есть, — задумчиво протянул преподаватель, а женщина снова усмехнулась. — Так познакомься, чего теряешься. Вы же вместе работаете, ничего сложного. — Анко, я не могу. Хочешь верь – хочешь нет, не могу. — Хатаке, ты прямо как ребенок. — А что у тебя на личном фронте, а? – перевел стрелки Какаши. – Орочимару не торопится с предложением руки и сердца, как я погляжу. — Ты же знаешь его, — пожала собеседница плечами, — после своего первого брака с какой-то моделью, он боится новых отношений. — Но вы же встречаетесь, нет? — Серьезных отношений, Хатаке. Я у него только для «переночевать пару раз». — И тебя это, как я погляжу, совсем не смущает? — Я подожду, пока он решится. В конце концов я ничего не теряю. В отличие от тебя. Мужчина с легким замешательством посмотрел на подругу. Та лишь хитро улыбнулась и кивнула в сторону окна: — Поторопись, а то кто-нибудь уведет твою Конан. Вам, кстати, всю следующую неделю вместе работать. — О как… — Да. Расписание уроков английского составлять. Бери быка за рога, Какаши. А то получится, как в прошлый раз. — Я тебя первым бросил, не забывай. У некоторых удивительно гнусный характер, — учитель впервые за весь разговор улыбнулся. — Ты сам тот еще козел. Они рассмеялись.