2.
8 июня 2017 г., 14:29
Чон появился из неоткуда. Он медленно шел по береговой линии в сторону знакомого костра. Рыжее пламя завораживающе извивалось в медленном танце. Чонгук подошел сзади и, невесомо прикасаясь к парню, обнял его со спины. Их пальцы переплелись, мгновенно расходясь. Но…это всего лишь грезы. Мин открыл глаза, понимая, что это был всего на всего сон.
Очередной бесполезный день шел мучительно долго. Время отыгрывалось за свое последнее поражение и вот-вот могло одержать победу. Казалось, смысла находиться у Мексиканского залива больше не было. Юнги по-прежнему был в тупике своего расследования, а парень, ради которого он отбросил все на второй план, пропал.
Целые вечера Мин проводил вместе со своим таинственным незнакомцем, а после его ухода, он весь день ждал очередной встречи. Чонгук никогда не рассказывал о себе, он внимательно выслушивал каждую историю своего собеседника, пристально наблюдая за выражением лица, эмоциями и плавной речью. Парень часто оглядывался перед уходом, убеждаясь, что Юнги все еще ждет его и надеется на новую встречу. И он ждал.
Луна отражалась в бездонном море, превращаясь в белые блики, которые бегали по волнам. Ночная тишина и никого вокруг. Никого, кроме одинокого путешественника, загипнотизированного лунным светом. Но вдруг глаза застелила темнота. Чьи-то холодные руки закрыли весь пейзаж.
— Прости, что заставил ждать, — шепотом донесся до Юнги знакомый голос, а потом… потом поцелуй в щеку. Ошеломляющее действие бросило Мина в дрожь.
Ничего не ответив, парень ждал объяснений за все произошедшее. Теперь Юнги был слушателем, и теперь он внимательно выслушивал Чонгука. Он рассказывал неуверенно и не торопясь, будто боялся упустить важную деталь и все-таки не упустил. В завершении рассказа Чон тихо произнес: «ты мне нравишься». И это «нравишься» было совсем не в дружеском понимании, и это «нравишься» заставило обрушиться мир Юнги на миллион осколков, готовых собраться в новую вселенную. Казалось это очередной сон, и вот сейчас Мин проснется в палатке один. Но он не просыпался. Парень смотрел на своего таинственного незнакомца, видел, как искренен он был в этот момент, и сам понимал, что испытывает к Чонгуку такое же «нравишься». И было слишком поздно, чтобы скрывать это.
— Ничего, — вдруг неожиданно произнес Юнги. — Если я найду призраков, ничего не будет. Мне больше это не нужно. — Чонгук подошел к нему со спины и обнял за талию.
— Ты же на самом деле приходил той ночью? — поинтересовался Мин, вспоминая свой сон подозрительно похожий на реальность. Чон лишь улыбнулся в ответ, неуверенно целуя парня. Губы, соприкоснувшись, сразу же разделились. Больше это не казалось грезами.
Они доверили свои чувства луне. Блуждая в ночи, лишь она видела все происходящее, и только с ее приходом парни вновь могли быть вместе. А днем Юнги ждал, все еще гадая, почему его, теперь уже любимый, незнакомец покидает ранним утром, возвращаясь только на закате.
***
Сидя в кафе за чашкой кофе, Юнги невольно подслушал разговор двух рыбаков. Речь шла о давно забытом кладбище. — Там нет тел, — говорил один из собеседников, всего лишь имена. Могилы — пустышки. — Никто не упокоил их, поэтому город мучается из-за призраков. — Не мели чушь, все тела давно лежат на дне залива, какие призраки? Дослушать разгорающийся спор Юнги так и не удалось. Он вскочил с места и направился к кладбищу. Мрачное место находилось в сотне метров от Мексиканского залива. Ограда заросла высокой травой, а памятники покрылись мхом и паутиной. Мин смотрел на бесчисленное количество памятников и понимал, насколько бессмысленная и безвыходная была смерть этих людей. Сами памятники находились друг от друга на кротчайшем расстоянии, значит, действительно ни одно из тел не было захоронено. Все могилы, правда, — пустышки. Парень пробираясь через густую траву, внимательно рассматривал имена ушедших. Многие люди, чьи имена были на надгробиях, были еще юны. Среди всех памятников, Юнги обнаружил один, привлекающий к себе внимание. Он не был заросший мхом, а вокруг не росла высокая трава, но больше заинтересовало имя, выгравированное на памятнике. «Покойся с миром, Чон Чонгук» Всего четыре слова заставили уйти сердце в пятки. Юнги не верил своим глазам. Парень, чье имя было на надгробии, умер в восемнадцать лет, а возраст парня, которого знал Мин… ему не известен. Но Чонгук, с которым Юнги каждую ночь сидел у костра, которого обнимал во время грозы, в которого был влюблен, казался таким живым. Он не мог умереть. Не должен был… — Что будет, если я их все-таки найду? Я влюблюсь в одного из них, — ухмыльнулся Юнги.- Я был на кладбище.
