Да что там гарем, саму историю изменю

— Что ты сказал? — спросил Мехмет, а я перевела тревожный взгляд на хранителя покоев. — Говорю, это уже наша третья встреча за сегодня, — с хитрой улыбкой сказал мужчина; слава Богу, ему хватило мозгов не ляпнуть лишнего. — Только вторая. — Правда? — мужчина задумчиво потёр бороду. — Ошибся. Кто Ваша прекрасная спутница? — Это, — Шехзаде поднял руку, указывая на меня, и как бы невзначай прошёлся пальцами по моему позвоночнику, от чего я непроизвольно выпрямилась, но к счастью, парень быстро убрал руку. — Элиф Султан — любимица нашего Мустафы, — Абаз продолжал стоять с той же улыбкой, вот только кончики его губ на секунду дернулись. — Она родила ему сына. — Вообще то двух и дочь, — исправила я брюнета. — Правда? Ошибся, — ничего себе ошибся! Мне кажется или они копируют друг друга? Вообще поведение Шехзаде меня сегодня не на шутку насторожило. Нет, я конечно понимаю, что по сути я никто в сравнении с ним, и любимый сын Султана Сулеймана может разговаривать с наложницей как ему захочется, но это немного перебор. Перебор именно для Мехмета, он никогда себя так не вел. Может он что-то подозревает? — Шехзаде, — к нам подбежал взволнованный Сюмбюль, нарушая столь тягостное молчание. — Султан потерял сознание, Ваша мать приказала немедленно за Вами послать… Шехзаде, даже не дослушав евнуха, сорвался с места и побежал во дворец, а вслед за ним побежал и ага. — Думаешь это серьезно? — спросила я у хранителя покоев, который так же хотел меня покинуть. — Здоровье повелителя последнее время только ухудшается. Почему ты не сказала? — Ты не спрашивал. — У меня нет привычки у каждой понравившейся мне женщины спрашивать, не принадлежит ли она кому-то из султанской семьи. Ты не похожа на рабыню. — А на жену Шехзаде? — спросила я, приподнимая бровь. — Также нет, — хм, озадачил… — Тогда на кого? — Простите, но меня ждут дела поважнее, — брюнет поклонился и ушел. — Мам, — Нихтан дернула меня за подол платья, и я, улыбнувшись, присела возле дочки. — Да, мой ангел? — Они мне не нравится. Те двое, что с тобой разговаривали, — она указала пальцем на поворот, за которым скрылись мужчины. — Тебе вообще редко кто-то нравится, к тому же один из них был твоим дядей. — Я знаю, из-за него папа расстроился, не хочу, чтобы ты с ним говорила. — Твоего отца расстроил не он, а Султан, но это обычное недоразумение, такое в семье часто бывает, — не буду же я рассказывать ребенку, что её дед козел. — Он мне тоже не нравится, как только он умрет, отец станет Султаном, а мы… Я закрыла ей рот рукой, рядом стоял только Аслан. Когда он только успел подойти. К счастью, все остальные рабыни были на приличном расстоянии. — Но она сказала правду, Валиде. Дедушка уже старый, а старый Султан бесполезен для империи. Они не услышат, — мой рыжеволосый мальчик проследил за моим взглядом, устремленным на служанок. — Подобные слова равносильны смерти, — строго заявила я, одарив своих детей грозным взглядом. — Чтобы больше подобного я от вас не слышала, иначе навлечете на всех нас беду. — Не волнуйся, мама, — с милейшей улыбкой начала Нихтан. — Люди вокруг будут слышать лишь то, что мы захотим. Но ведь Вам и только Вам мы можем рассказать правду. — Разумеется, и я это очень ценю. Но всё же, будьте осторожны — в этом дворце нельзя никому доверять. — Я видел, как служанка пыталась подслушать Ваш с отцом разговор, я хочу её выбросить из дворца, можно? — спросил Шехзаде, не скрывая своей злости. Это не Мехмета дети, и уж точно не Мустафы, они исключительно мои. — Потерпи, мой лев, скоро мы вернёмся во дворец, а уж там сможешь делать все что захочешь, — он с благодарностью поцеловал мою руку. — А теперь, будьте так добры, сделайте вид, что вы милые и наивные дети и не трогайте шпионов, пусть для начала потеряют бдительность. А сейчас мы пойдем к Султану, и вы поддержите вашего отца. — Дай Аллах, моему мудрому дедушке долгих лет правления. — Идеально, Аслан. Я горжусь вами. Если бы только Султан умер сейчас… Мустафа во дворце, а значит занять трон это будет дело пару минут — идеальней некуда. Вот только он обязательно очнётся, а если ему помочь? При его текущем состоянии самый банальный яд станет смертельным, но как это сделать? Убрать с дороги наложницу дело нехитрое, а вот Султана уже намного сложнее.

***

POV Автора Хюррем Султан ходила со стороны в сторону, наблюдая, как лекари бегают возле постели её мужа, как стервятники над добычей. Страх и волнение отбивались дрожью в руках. Она поспешно вышла из покоев, воздуха катастрофически не хватало; вокруг неё было куча людей, среди них были её дети и те, кто уже начали молится Аллаху, дабы глаза её возлюбленного больше не открылись. — Госпожа, не стоит так нервничать, — прозвучал где-то рядом голос Нигяр. — Султан обязательно поправится, это просто обморок от переутомления. — Я хочу видеть Элиф у своих покоев, — Султанша наконец посмотрела на калфу. — Настало её время доказать свою преданность. — А если она откажется? — А она так и сделает, поэтому мы её заставим, а потом избавимся.