Да что там гарем, саму историю изменю

— Мой ангел, — воскликнула я, когда Нихтан зашла в покои и сразу же бросилась обнять дочь. — Последние дни были для меня самые тяжёлые. С тобой все в порядке? Я сделала шаг назад, чтобы внимательно осмотреть свою дочь. К счастью, кроме подозрительной бледноты, больше ничего тревожного на мои глаза не попалось. — Со мной все в порядке, — уверенно заявила она. — Я тебе верю, но лекарша должна тебя осмотреть. Я за ней уже послала, — быстро добавила я, когда заметила, что Нихтан собирается перечить. — Перед тем как пропасть, ты заболела, поэтому говорить можешь что угодно, но я должна быть уверенна, что всё хорошо. — Разумеется, Валиде, я сделаю все для Вашего спокойствия. Как мои братья и сестра? — Аслан каждый день проводил в седле в поисках тебя. Позволял отдыхать себе только, чтобы не упасть без сил. Ахмед и Орхан тоже волновались, но они даже из этой ситуации умудрились извлечь выгоду. Пожаловались Падишаху, что настолько волнуются за сестру, что не могут сосредоточится на занятиях. — Что за маленькие лисы, — рассмеявшись, сказала дочь. — Валиде, Вам стоит их разделить, тогда они будут не столь изобретательны. — Нет, мне нравится их командная работа, пусть и в большинстве случаев это для не совсем благих целей. Даже Шехзаде Джем спрашивал о тебе. Есть одна вещь, которую ты должна знать, — я подала знак, чтобы все вышли, и лишь, когда мы остались одни, продолжила. — Паша, которого должны были обменять на тебя, был отравлен. — Вы знаете, кто это сделал? — Прямых доказательств у меня нет, но всё указывает на Нергисшах. Лицо Нихтан в миг изменилось — это походило на извержение вулкана. Взгляд резко стал злым, уничтожающим. Пусть она и научилась контролировать злость, но с Нергисшах у них особенные отношения. Казалось бы, война должна была быть между Шехзаде, но Джем ещё слишком мал, чтобы соперничать. Да и всем прекрасно известно, что больше всего внимания Мустафа уделяет именно дочерям, а они постоянно грызутся за звание любимой дочери. — Я её… — Ты ничего не сделаешь, — перебила я дочь. — Вы спустите это ей с рук? — Я никому ничего не прощаю, и в скором времени она своё получит, а ты не вмешивайся. Более того, обходи её десятой дорогой и даже заикаться не смей об этом. — Но я уже взрослая, Валиде, и могу решать свои проблемы сама! Или же Вы считаете, что я не справлюсь с ней? Не слишком ли Вы её переоцениваете? — Это проблемы гарема, мой ангел. И запомни, никогда не недооценивай глупых людей. Умный просчитает все возможные последствия, а глупый в момент гнева наломает дров, с которыми потом разбираться и тебе, и ему. Дверь резко открылась, и в покои залетел Аслан, поклонившись мне на бегу, а после поднял на руки Нихтан и начал её кружить. От такой милой картины я не смогла сдержать улыбку.

***

 — К чему такая подготовка, принцесса? — спросила мадам, наблюдая, как Фарья вытащила из сундука все свои наряды и теперь примеряет их по очереди перед зеркалом. — Или это всё ради Султана Мустафы? — Не заставляйте меня сожалеть о том, что я Вам рассказала, мадам. — Я поэтому Вас и предупреждаю, принцесса, чтобы Вы потом не сожалели. Где Вы и кто перед вами — никогда этого не забывайте. — Я помню, именно поэтому и хочу выглядеть достойно. Он Султан, я не могу просить о помощи в неподходящем виде. Два часа спустя — Султан Мустафа хан хазретлери, — поклонившись, поприветствовала принцесса, и взглядом дала знак, чтобы мадам оставила их одних. — Прошу, садитесь. Мустафа дёрнул уголком губ в едва заметной улыбке. — Ты была права насчёт замыслов отца, — безэмоционально ответил Султан, проходя мимо, и сел на подушку. — Отлично, рада, что Вы поняли, что я не лгунья, — с улыбкой произнесла принцесса и села напротив. — Я сделала то, что мне следовало, теперь Ваш черёд. Вы должны сдержать своё слово. — Не помню, чтобы я обещал чего-то. — Как это? — возмутилась девушка, но быстро взяла себя в руки, вспоминая своё нынешнее положение и слова кормилицы. — Вы же сказали, что поможете, если то, что я сказала, правда. А если нет, то казните, разве не так? — Да, мы это обсуждали, но слова я не давал, — Султан заметил, как от злости начали подрагивать её губы. — Я для этого сюда и пришёл. Моё слово имеет вес, убивший твоего отца — наказание свое получит. — Не сомневайтесь, что получит, я лично его накажу. Конечно, если Вы дадите мне армию. — Армию? — он удивлённо приподнял бровь. — Да, я буду ею командовать. Я пойду на своего дядю войной и утоплю его в пролитой им же самим крови, освободив свой народ, — услышав это, Мустафа не смог сдержать смеха. — Почему Вы не воспринимаете меня всерьёз? Почему смеётесь? Потому что я женщина? — улыбка на лице Повелителя стала понемногу меркнуть. Фарья высоко вскинула подбородок и, встав, продолжила. — Я не похожа на женщин в Вашем гареме, не одна из тех принцесс неженок! Я хорошо сражаюсь, и Вы это видели. На моём мече кровь многих воинов, и если у меня будет армия, то меня никто не победит. — Я в этом не сомневаюсь, но Вы забыли в какой Вы стране. И обещаю подумать над Вашими словами, но не сегодня. Простите, но сегодня я не могу задержаться, хорошего вечера.

***

Войдя в комнату хранителя покоев, Нихтан огляделась. Небольшой диван, стол, стул и два шкафа — без каких-либо излишеств. Дверь позади неё резко распахнулась, и девушка сразу же повернулась к вошедшему. Небрежная походка, кривая ухмылка и прищуренный взгляд. Такое чувство, будто они всё еще в том злополучном доме, а не во дворце её отца. — Уже соскучилась по мне? — голубые глаза Айзека искрились весельем. Нихтан уже хотела сказать, чтобы Айзек даже не мечтал о подобном, но вовремя вспомнила для чего она здесь. — Можно и так сказать. Я принесла тебе подарок, — она поставила кувшин на стол. — Это очень дорогое вино. — Какая честь! С чего вдруг такие перемены? — усмехнувшись, наёмник в упор посмотрел на Нихтан. — Ты сегодня очень красива. Для меня старалась? Девушка сделала глубокий вдох и еле заметно улыбнулась — Оказавшись дома, в привычной обстановке, я поняла, что была с тобой слишком груба. А ведь ты спас мне жизнь, заботился… я хочу сказать, что это, — она подняла вино, что держала в руках. — Моё извинение. Ты хороший человек, насколько может быть наёмник, — быстро с милой улыбкой добавила девушка. — Как мило, — на секунду во взгляде парня мелькнуло что-то похожее на искреннее удивление, но тут же исчезло в насмешливом выражении. — Ты недавно не пила никаких странных лекарств? — Я в своем уме, если ты об этом, — она подошла к столу и налила немного вина в бокал. — Попробуй, Айзек, — она протянула ему напиток. — Ты же не против, чтобы, когда мы будем оставаться одни, я буду называть тебя настоящим именем? Моей Валиде очень нравится, когда отец, пусть и крайне редко, но называет её Анной. Некоторое время парень внимательно изучал её, а затем с благодарной улыбкой принял вино и поднес к губам. — Как хочешь зови, — когда напиток уже касался его губ, он неожиданно опустил руку с бокалом. — Хочешь, кое-что расскажу о себе? — Хочу. — Я убил многих, но и многие пытались убить меня. А так как в бою я почти непобедим, и смертников, которые бросали мне вызов, было не так уж и много, то мои враги нашли другой способ убить меня. Меня пытались отравить настолько часто, что я даже выучил запах большинства ядов. Некоторые из них имеют очень приятный запах, чем часто вводят в заблуждение, — Нихтан на секунду закрыла глаза и, сжав губы, снова посмотрела на Айзека. — Но ты ведь этого не знала? — наёмник насмешливо приподнял бровь и сделал пару шагов, из-за чего его лицо приблизилось к лицу девушки почти вплотную. — Ты хочешь сказать, что там яд? — с искренним удивлением и обидой спросила Султанша. — Как мне нравится, что ты играешь до последнего, — губы Айзека ухмылялись в дюйме от её. Резко оттолкнув его, Султанша мгновенно увеличила между ними расстояние, отойдя в противоположную часть комнаты. — Не расстраивайся так сильно. На мгновение я правда поверил, что нравлюсь тебе. Ты умеешь быть убедительной. Почему ты хочешь меня убить? — если до этого парень улыбался, то теперь его лицо стало непроницаемым. — Ты правда думал, что я позволю наёмнику находиться рядом с моим отцом? — Так ты хочешь моей смерти? — теперь Айзек смотрел на неё с каким-то странным выражением, которое девушка никак не могла понять. Нихтан неуверенно кивнула, не отводя взгляда от ледяных глаз собеседника. Он по привычке бесцеремонно разглядывал Султаншу, вот только от этого взгляда по спине пробежали мурашки. — Ну что ж, — Айзек усмехнулся. — Давай, мне нравится способ, которым ты пытаешься лишить меня бдительности, — парень ухмыльнулся ещё шире. — Насколько ты в себе уверен? Разрывая зрительный контакт, наёмник сел за стол. Он с нескрываемым удовольствием откинулся на спинку стула и насмешливо протянул: — Ты даже не представляешь насколько. Мне определенно нравится наша игра. Не желая продолжать этот разговор, девушка развернулась и направилась ко двери. — Нихтан, — не оборачиваясь и взявшись за дверную ручку, девушка остановилась. — Я буду ждать тебя, — окликнул он, вновь насмешливо изогнув бровь.

***

— Что сказал Султан? — спросила мадам заходя в комнату. — Он не даст войска! — воскликнула принцесса. — Мусульмане не могут поверить, что женщина может чем-то управлять, что она может сделать что-то наравне с мужчиной! — зло выпалила Фарья. — Вам стоит успокоиться, всё-таки это очень важный вопрос, а он Вас почти не знает. Если бы Султан знал Вас, как знаю я, он бы без раздумий дал войско. — У меня нет на это времени. Чем больше я жду, тем дольше этот подонок восседает на троне моего отца. — Я понимаю, это неприятно, но сейчас Султан Мустафа наш единственный шанс и Вы должны быть более благоразумны и спокойны. Ни один мужчина, а особенно мусульманин, не стерпит, чтобы женщина указывала ему. — Ты, — обратилась принцесса к девушке, что принесла еду. — Ты из дворца? — Да, госпожа, — не отрываясь от сервировки стола, ответила рабыня. — Тогда ты должна знать, что такого особенного в этой ночи? Султан ушел крайне рано, объяснив это тем, что сегодня не может задерживаться. — Сегодня ночь с четверга на пятницу, наш Повелитель всегда проводит её с любимой женой. — Это со сколькими же? — Только с Элиф Султан. Уже больше десяти лет только она может пройтись по золотому пути в эту ночь. Были случаи, когда он звал других девушек, но насколько я знаю, так ни одна и не переступила его порога.

***

POV Элиф — Султан прибыл во дворец, но до этого он навещал принцессу Фарью, — доложил Мурад. — Но ведь он не остался у неё на ночь, и сегодня к нему иду я, — спокойно ответила я, смотря на своё отражение. — Принцесса не так проста, она убийца. Убила кардинала, внука Папы Римского. Недавно по неё приезжали послы, но Султан её не отдал, — взволнованно сказал евнух. — Ты правда думаешь, что тот факт, что она убила неверного, сможет очернить её в глазах Повелителя? — Почему Вы так спокойны? Если так пойдет и дальше, то вскоре он останется там на ночь. — Я этого жду, — с улыбкой ответила я, надевая серьги. Взгляд евнуха и правда сейчас меня веселил. — Она проиграет, как только пустит его к себе в постель. — Я не понимаю… — Жила когда-то женщина, её звали Анна Болейн. Она понравилась королю, и, чтобы обладать ею, он был готов дать ей всё, что угодно, лишь бы Болейн была его. Но Анна сказала, что обладать ею будет только её муж. Чтобы получить эту женщину, он семь лет добивался развода и в итоге порвал с церковью. У неё есть то, чего никогда не было ни в одной из девушек, что переступали порог гарема — право выбора. Фарья может поставить условие, сказать, что только взяв её в жены, он сможет обладать ею. — Но разве это не рискованно? Насколько мне известно, она красива и очень талантлива. Девушки, что так умело владеют мечом, встречаются крайне редко. — Оглянись, — устало сказала я ещё раз, проверяя, хорошо ли выгляжу. — Султан живёт в гареме, где некрасивых девушек просто нет и каждая из них по-своему талантлива. Действительно ценным здесь считается только то, что не сможешь получить. Если ей хватит ума разыграть этот козырь, я начну волноваться и вмешаюсь немедленно. А если нет, то пусть Мустафа утолит свой интерес и тогда преждевременной смерти принцессы он не придаст особого значения. В любом случае любовница — это туалет, куда мужчина ходит справлять нужду. — Простите, но иногда ход Ваших мыслей мне непонятный. — Просто я не живу в утопии и не верю в верность мужчин. В юности я ещё лелеяла надежду быть единственной, но это было глупо. Посмотри на меня. — Вы прекрасны, — ни на секунду не задумавшись, сказал евнух уже давно заученную фразу. — Зелёное платье как нельзя лучше подчеркивает блеск Ваших изумрудных глаз. — И этого ничтожно мало. Бросив на него короткий взгляд, я снова посмотрела в зеркало. Зелёный цвет имеет особое значение в жизни мусульман. Он всегда был знаком особого отличия.

***

Мустафа стоял возле входа на террасу, не отрывая взгляда от открывшегося вида. — Мой Повелитель, — широко улыбнулась Элиф, таким образом обращая на себя внимание. — Рад, наконец, видеть твою улыбку, — спокойно произнес Мустафа. Уголки его губ потянулись вверх, и только теперь он полностью повернулся к жене. — Какая красота, — воскликнула Султанша, подойдя к столу. Она немного наклонилась и провела кончиками пальцев по рубинам на ожерелье. — Купил для Атике. Играясь, Джем случайно сломал её украшение, не хочу, чтобы она злилась на сына. — Я, разумеется, не имею права сомневаться в твоих благих намерениях, но, как по мне, будет правильнее подарить это Айше, а потом заказать ещё одно для Атике. — И почему же? — Дело в Нергисшах, — она тяжело вздохнула. — Она считает, что её матери не уделяют должного внимания именно из-за нас. Боюсь, что в будущем это может перерасти в ненависть. — Я уважаю её мать и никогда не ущемлял, поэтому её обида беспочвенна. — Боюсь, дети видят этот мир совершенно в другом свете. Этот маленький подарок сделает Нергисшах счастливой, как бы там не было, а делать детей счастливыми — это наша самая главная обязанность. — Ты как всегда права. Завтра же подарю его Айше, — с улыбкой сказал Султан и потянулся к Элиф за поцелуем. — Я слышала о принцессе, — быстро сказала Элиф с улыбкой, когда между ними оставался сантиметр. — Мне вот стало интересно, — шепчет она, проводя указательным пальцем по его шее. — Она не в гареме, значит, не интересует тебя как женщина. Тогда какие у тебя на неё планы, любовь моя? — Хотелось бы мне хоть раз в жизни увидеть твою ревность, — он прижимает её всем телом ближе, смотря в завораживающие зелёные глаза. Мустафа наклоняется к ней, накрывая чужие губы страстным поцелуем. — Не переводи тему, — с ухмылкой разрывает поцелуй женщина. — Она хочет, чтобы я вернул ей трон, — шепчет он, сжимая её талию сильнее. — И ты это сделаешь? Будешь жертвовать солдатами ради неверной? — Нет, я закончу начатое отцом — захвачу Венгрию полностью, а знания принцессы помогут мне это сделать с меньшими потерями. Османы никогда не отдают то, что принадлежит им. Он притягивает к себе Элиф для поцелуя, и женщина отвечает с тем же желанием. — У меня есть для тебя подарок, — говорит рыжеволосая, когда Султан стал целовать её шею и спускаться ниже. — И какой же? — он отстранился, внимательно посмотрев на жену. Женщина улыбнулась и взяв его ладонь в свою, накрыла ею свой живот. — Я беременна, у тебя будет ещё один Шехзаде. Я узнала об этом только сегодня утром, ещё никому не говорила. — Элиф… это лучший подарок на всем белом свете.

***

Элиф Султан вернулась к себе в покои уже после завтрака. Ещё на выходе с покоев Султана её оповестили, что Нихтан ожидает её с самого утра. — Ангел мой, что-то случилось? — сразу же спросила госпожа, как только переступила порог покоев. — Доброе утро, Валиде, — девушка сразу же встала и подошла к матери. — У меня есть к Вам просьба. Хотела попросить ещё вчера, но Вы уже были у Повелителя. — Разумеется, — она указала рукой, чтобы девушка садилась на подушки. — Ты же знаешь, я не в силах тебе отказать. — Пару лет назад Вы дали мне слово, что я стану женой человека, которого выберет моё сердце. Мне уже пятнадцать, большинство девушек в моем возрасте уже имеют детей. — Я дала слово и, разумеется, я его сдержу, поэтому позволь узнать: кого ты выбрала себе в мужья?