Да что там гарем, саму историю изменю

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Махидевран как только перешагнула порог комнаты Фарьи. — Валиде, — девушка подскочила с кровати и поклонилась госпоже. — Простите, я не знала, что Вы зайдёте, поэтому и предстала в ненадлежащем виде, — она ещё сильнее закуталась в свой халат. — Что ты, дорогая, садись, — Махидевран указала на кровать позади неё. — Я пришла, потому что мне сказали, что ты заболела. — Сейчас всё прошло, врачи сказали, что это наверняка аллергия. — Я очень рада, — женщина села возле принцессы и взяла её за руку. — Заботься о себе хорошо, ведь я очень расстроилась, когда мне сказали, что ты заболела. — Простите, что заставила Вас волноваться, но я и сама не знаю из-за чего… — Это дело рук Элиф, — Махидевран резко встала с кровати и, пытаясь успокоиться, начала наматывать круги. — Поэтому я и говорила тебе быть осторожной. Эта женщина уже не одну фаворитку Султана на тот свет отправила, а теперь и за тебя взялась. — Разве по законам вашей страны её не должны казнить? — аккуратно заметила Фарья. — Да, но мой сын отдаст приказ, только если будут весомые доказательства, а эта дрянь следов не оставляет. Но не волнуйся, — она повернулась к принцессе и тепло улыбнулась. — Я позабочусь о тебе, подобного более не повторится.

***

— Сафие! — окликнула девушку калфа. — Ты чего столбом стоишь? Тебе приказано помочь Назенин приготовиться к халвету. Если не поторопишься, то я лично тебя накажу! Сцепив зубы, венецианка подошла к девушке и начала надевать на неё украшения. Сафие никак не могла понять, что же такого в этой хатун, что вместо неё Шехзаде выбрал эту девушку? Фигура у Сафие намного лучше, чем у этой Назенин, да и на лицо она милее. Разве что таких рыжих волос у неё нет, но они настолько непослушные, что просто ужас. И танцевала она наверняка лучше всех! Сама Михримах Султан говорила, что от её танца глаз нельзя отвести. — Ай, какая красавица! — радостно воскликнул подошедший евнух, смотря на Назенин. — Шехзаде будет очень доволен! А теперь быстро отправляйтесь, не заставляйте Шехзаде ждать. Сафие шла позади счастливицы и всю дорогу сверлила её спину уничтожающим взглядом. Что она вообще может сейчас изменить? Девушка думала, что сразу же понравится Шехзаде. А тут мало того, что на хальвет не попала, так ещё и соперницу пришлось готовить! Её взгляд случайно пал на подол платья Назенин, а точнее на то, как его край тянется по ступенькам. Сафие наступила на ткань быстрее, чем успела осознать, что делает, но ничего уже нельзя было изменить: рыжеволосая попыталась ухватиться рукой за перила, но сумела это сделать только кончиками пальцев. Назенин беззащитно скатывалась по ступеням вниз. Отойдя от секундного шока, её сразу же обступили девушки, но лучше бы они этого не делали — картина была не из приятных. Шея, повёрнутая набок, глаза показывали весь испуг девушки в этой ситуации, изо рта шла кровь, а руки и ноги были неестественно изогнуты. Кто-то ужаснулся, кто-то закричал, а две из них побежали за лекаршами, хоть и было понятно, что помочь уже ничем нельзя. — Как это случилось? — спросил ошарашенный евнух. — Бюльбюль-ага, всё произошло так неожиданно, что мы и понять ничего не успели! — ответила одна из рабынь, что склонилась над телом. — Мне не было видно, — встряла Сафие, что так и осталась стоять на ступеньках. — Но кажется, она зацепилась за подол своего платья. — Аллах, Аллах, — испуганный взгляд евнуха бегал по девушкам. — Как же о таком доложить Шехзаде? Сафие почти бесшумно подошла к евнуху. — Позвольте мне это сделать, — тихо попросила девушка, но, судя по взгляду, которым одарил её евнух, ему эта идея совсем не понравилась. — Вы — евнух, важный человек в гареме и должны следить за порядком. Боюсь, если о смерти доложите Вы, то Вас, скорее всего, сделают виноватым. Другое дело я — простая рабыня. Шехзаде не будет что мне предъявить. — Ты говоришь умные вещи, — шёпотом сказал Бюльбюль, отводя девушку в сторону. — Я доверяю тебе это важное дело.

***

Осман, тяжело вздохнув, не знал как правильно преподнести подобную новость. — Вскоре во дворце будет праздник, нужно, чтобы ты проследил за приготовлениями, — сказал Султан, даже не взглянув на своего подчинённого. — Могу ли я узнать по какому поводу? — Разумеется, я выдаю свою дочь замуж за Ташлыджалы, — с улыбкой произнёс Мустафа. Если бы он сейчас поднял взгляд, то увидел, как ожесточились черты лица его хранителя покоев, а руки сжались в кулаки. — У меня для Вас плохая весть, — теперь уже парень был абсолютно спокоен, его больше не волновала реакция Мустафы. — В ночь на двадцать пятое сентября Шехзаде Баязид вместе со своими пятью сыновьями отправился к Аллаху, — бумаги выпали из рук Мустафы, и только сейчас он поднял свои полные ужаса глаза. — В Коньи случилась эпидемия оспы, болезнь продвигалась слишком быстро, они не были к этому готовы. — Нет, — взгляд Султана был расфокусирован, он схватился рукой за сердце. — Вам плохо? Позвать лекаря? — Никого не хочу видеть, — отстраненным голосом прошептал Мустафа.

***

— Госпожа, плохие вести, — сказал Мурад-ага, зайдя в покои, но как только увидел, что я не одна, сразу же замолчал. Аслан как раз воодушевленно рассказывал как подстрелил птицу в полете. — Прости, дорогой, — начала я, погладив сына по голове. — Ты восхитительный стрелок, у меня слов нет, чтобы описать как я тобой горжусь. — Я всё понимаю, Валиде, у Вас появились срочные дела, — я кивнула с лёгкой улыбкой. — Уже поздно, с Вашего позволения, я зайду к Вам завтра, — он поцеловал мою руку и вышел. — Надеюсь, у тебя весомая причина, чтобы прервать мой разговор с сыном. — Шехзаде Баязид вместе со своими сыновьями умер от оспы, — от шока я даже оступилась. — К-когда именно это случилось? — пытаясь унять волнение в голосе, спросила я. — В ночь двадцать пятого сентября, госпожа. Он и сыновья умерли в один день… Далее я перестала слушать евнуха. Как это вообще возможно?! Шехзаде Джихангиру стало плохо именно в день, когда он должен был умереть. Тогда я убедила себя, что это обычное совпадение, ведь до этого Шехзаде потерял отца и мать — это сильный удар. Но сейчас… насколько мне известно, Баязид всегда отличался крепким здоровьем. Но, даже если он и заболел, то почему и все сыновья сразу? И почему они умерли именно в этот чёртов день?! Двадцать пятого сентября Баязид и его сыновья были казнены, вот только это должно было случится через пару лет, но никак не сейчас. А если учесть, что Сулейман мёртв, а Мустафа в своем брате души не чаял, то Шехзаде должен был прожить долгую и счастливую жизнь. Как такое может быть, что они умирают именно в эти дни? Я буквально физически ощутила, как меня окутал страх. А действительно ли я изменила историю? Если такая судьба настигла их, то что будет с Мустафой? Сколько ещё он проживает? — Госпожа! — уже на повышенных тонах окликнул меня евнух. — Вы слышали, что я сказал? — Повтори, — садясь на подушку, я мгновенно опустошила бокал с водой. — Султан был очень потрясен новостью о смерти брата. Хранитель покоев попросил Вам передать, что Повелителю стало плохо и сейчас его состояние не лучше. — Лекари его осмотрели? — подорвавшись с места, спросила я. — Нет, Султанша. Повелитель никого к себе не подпускает, кроме хранителя покоев, и только потому, что тот приносит документы. Даже Валиде Султан в покои не пустили. Что Вы будете делать?

***

— Принцесса, — окликнула мадам, обеспокоенно заглядывая на Фарью. — После разговора с Валиде Султан Вы сама не своя. — Не знаю, — девушка неопределённо пожала плечами. — Просто дома всё было иначе. — Ну, а что Вы хотели, это другая страна, здесь иные законы и правила. — Я это понимаю, но тут… та женщина меня отравила, а самое худшее, что все об этом знают и просто закрыли глаза. Принцесса мерила шагами комнату, нервно теребя подвеску на своей шее. — Что Вы собираетесь делать? — А что я могу? — Фарья резко остановилась. — Здесь все мне чужие. Валиде Султан говорит, что заботится обо мне, что я ей нравлюсь, но мне кажется, она просто хочет избавиться от ненавистной невестки с помощью меня. Я не видела в её глазах искренности, она лишь использует меня. — Пусть даже и так! — няня подошла к своей воспитаннице. — Она использует Вас, а Вы используете её. Валиде Султан самая сильная женщина в Османской империи, Вам не сыскать в этом дворце более сильного союзника. Будьте милой и улыбчивой, обманите всех в этом дворце, а когда получите настоящую власть, вот тогда и покажите, с кем они имеют дело. — Ты права, пусть рабыни грызутся между собой, а я буду терпеливо ждать. Помоги мне приготовиться, сегодня я пойду к Султану.

***

— Шехзаде — в комнату зашла Сафие и поклонилась парню. Аслан стоял, повернувшись к ней спиной. — Я не тебя звал, — он обернулся и посмотрел на наложницу. — Где та девушка, которую я выбрал? — Мне жаль говорить Вам такие вести, но Назенин-хатун упала с лестницы, — сказала наложница, не поднимая головы. — Её не смогли спасти. Поэтому Элиф Султан прислала к Вам меня, чтобы я помогла Вам забыть ужасное событие. — Говоришь, моя Валиде тебя прислала? — Шехзаде взял её за подбородок, заставляя девушку посмотреть на него. Его лицо не выражало никаких эмоций, от чего Сафие нервно сглотнула. — За ложь Шехзаде положено наказание, тебе известно? — Возьмите меня хоть раз в свой Рай, Шехзаде, и тогда я готова навечно спуститься в Ад. Сафие неуверенно подняла руку и провела пальцами очерчивая контур губ. Аслан перехватывает ладонь и поцеловал её руку. Затем впился в губы так, что очертания комнаты поплыли перед глазами девушки.

***

Фарья шла от Мустафы расстроенной. Мало того, что он её не навестил, когда появилось подозрение, что она больна, так теперь даже принять не захотел. И именно в этот момент как назло на неё пути появилась Элиф Султан. — Мне вот интересно, — начала рыжеволосая. — Какой от тебя толк, если Султан не хочет тебя видеть в трудную минуту? — Что? — принцесса сцепила зубы, чтобы не наговорить лишнего. — Я позволила тебе пойти к нему, потому что подумала, что у новой игрушки больше шансов обратить на себя внимание. Так какой в тебе смысл? — Ты мне это позволила? — Фарья почувствовала, что внутри у неё что-то взорвалось и ярость накрыла её с головой. — Большей глупости я в жизни не слышала! Думаешь, я не знаю, что ты хочешь меня убить? Фарья прошлась взглядом по служанкам рыжеволосой. В руках одной из них была чаша с какой-то жидкостью. В тот момент девушка подумала, что Султанша что-то подливает Мустафе. — Каждый верит в то, что ему удобней. Я не трогаю игрушек Мустафы, пока он ими вдоволь не наиграется. Окинув принцессу скучающим взглядом, Элиф прошла мимо. — Передай Султану, что я хочу с ним поговорить, — евнух сразу же поклонился и поспешил доложить Повелителю. — Прошу прощения, госпожа, — мужчина вышел слишком быстро. — Повелитель сказал, что никого не желает видеть, даже Вас. Фарья специально задержалась в коридоре, и услышав, что Мустафа не принял эту женщину, и только теперь ушла со спокойной душой.

***

Четыре часа спустя — Повелитель, — обратился Осман. — Всё это время Элиф Султан ждёт у Вашей двери. Она сказала, что не уйдет, пока Вы её не примете. — Пусть войдёт. Элиф появляется в покоях в мгновение ока; в её руках была какая-то чаша, но Мустафу это не особо волновало. — Что ты хотела? Она видит в его глазах боль, в них отражается весь ужас его персонального Ада. — Я понимаю, как тебе больно, — опустив голову, начала Элиф, но Мустафа её перебил: — Нет, ты не знаешь… — Почему?! — крикнула она. — Потому что в один день потеряла всю семью? Из-за этого я не могу понять твоей боли? Я теряла детей, Мустафа. Это то же самое, что лишиться ноги или руки. — Я не это хотел сказать, прости, — он встал из-за стола и подошёл к женщине. — Но я всё равно хочу побыть один. — Разумеется, но после того как выпьешь лекарство. — Элиф, мне это не нужно. Я тебя услышал, спасибо за заботу, но теперь оставь меня. — Болезнь нужно лечить сразу, ты уже не молод и даже малейшая простуда может стать причиной смерти. — Элиф! Хасеки опустилась перед ним на колени и подняла чашу над головой. И этот обычный жест вызвал у Повелителя третины мира неожиданный шок. Потому что он уже забыл, когда эта женщина последний раз становилась перед ним на колени. — За проявление мной непочтения можете меня наказать как угодно. Бросьте в темницу, или сошлите в Старый дворец, но ВЫПЕЙТЕ лекарство и ложитесь спать. Единственное, что я от Вас прошу — это позаботиться о своём здоровье. Она не смотрит на Мустафу, её взгляд опущен в ожидании решения. Его приближающиеся шаги разносятся эхом по комнате. Султан выпил преподнесенное лекарство и поставил чашу на пол возле Элиф. — Ты самая непредсказуемая из всех женщин, что были в моей жизни, — она почувствовала его руки на своих плечах, а затем Мустафа сел перед Элиф. Его рука плавно перемещается на затылок и зарывается в роскошные рыжие волосы. — Ты знал, кого выбирал, — она посмотрела в затопленную чёрным радужку глаз брюнета. — Я не умею быть другой. — Ты хотела, чтобы я лёг спать? Что же, — он встал на ноги и подал ей руку, — тебе придётся лично это проконтролировать.