Эффект бабочки

Чарльз недовольно посмотрел на Эрика. Тот недовольно посмотрел на Чарльза. Впереди их ждал один из самых странных периодов жизни Эрика. Иной раз Чарльз хотел бросить все и вернуться в Колумбийский, но сейчас это желание было велико как никогда. Он невольно задумался о Рейвен, которой, к сожалению, возвращаться было не к чему. — Я не виноват, что она оказалась такая ранимая! — недовольно протянул Эрик. Чарльз посмотрел на шестилетнего мужчину в зеркало заднего вида, но затем вновь вернулся к дороге. Слава ЦРУ, им не пришлось ловить такси из-за того, что вышеупомянутое дало им машину. Конечно же, бедный Эрик совсем не был виноват. Как же. Едва они нашли мутанта со способностью менять возраст, как Эрик все испортил фразой «Ты можешь его заткнуть?». Эрик продолжал смотреть на Чарльза. Им повезло, что они нашли магазин детской одежды так быстро. И детское кресло тоже. — Тебе не безопасно оставаться у ЦРУ. Нам придется искать другое место, — холодно произнес Ксавьер, — Тебе повезло, что это не навсегда. Мальчик шмыгнул носом и повернулся к окну. — Как только я верну себе свой возраст, я покажу ей свои способности, — зло говорит Эрик. Он в бешенстве из-за перенесенного унижения. Он хочет вернуть то время, когда думал, что единственный мутант, но, думает он, это бы лишило его друга. — В этом есть и твоя вина, Эрик, — отрицает мужчина. Добром бы это не кончилось, — И ты об этом знаешь. Им нужно будет найти мотель. Скоро стемнеет. Наконец, они увидели яркую вывеску «Утренней Зари». — Эрик, мы должны будем притвориться, что я твой отец, хорошо? — обеспокоенно спросил Ксавьер, глуша двигатель. Когда дело касалось Эрика, то разговор с ним был сравним с пороховой бочкой — одно неправильное слово и все взорвется и накроет Чарльза обломками. — Хорошо, — Было видно, что Эрику такой расклад не нравится, но он не мог предположить альтернативного решения и поэтому промолчал. В голове будто напустили туману. Тело ощущало себя более чем странно. Эрик, было, сначала подумал, что Чарльз что-то сделал с ним, но один взгляд на раздраженного Чарльза ясно дал понять ему, что тот вовсе не причем. Он хочет распять Вагнер на кресте. Они вышли из машины и вошли в мотель. На ресепшене их встретила красивая девушка, которая очень сильно умилялась Эриком, что ему очень не нравилось. Чарльз еле сдерживал смех. Номер был словно по шаблону: обои в мерзкий цветочек, две кровати, слегка пыльное окно. — Завтра мы уже будем у ЦРУ, — сказал Чарльз. Он снял с плеч рюкзак и начал доставать аккуратно сложенную пижаму в клетку. Эрик мысленно сравнил ее с пижамой какого-то профессора, не то, чтобы он видел кучу пижам старых профессоров, и не нашел отличий. — Ты говорил, что нам придется искать другое место, но куда мы пойдем? — обеспокоенно спросил Эрик. «Нам» и «мы» грело сердце Чарльза. — У меня есть идея. Я думаю, тебе там понравится. У меня есть дом в Вестчестере. Там мы можем остаться, — Чарльз положил свою любимую пижаму на кровать. — И убить Шоу, — добавил Леншерр. Он сидел на краю кровати. — Эрик… — Что?! Ты сказал мне, что я убью его! — честно говоря, Чарльз не помнит когда он такое говорил. — Эрик, друг мой, убийство Шоу не принесет тебе мира. «Остановись, друг мой, пока ещё не слишком поздно. Пока ты не потерял все, что осталось от тебя», — мысленно умолял Чарльз. — Мир никогда не был целью, — слышать слова тридцатилетнего убийцы от шестилетнего мальчика было страшно. Чарльз достал вещи из сумки и ушел в душ. Он просто не мог находиться в одной комнате с Эриком. Не сейчас. Эрик достал из своего рюкзака пакет с пижамой и распаковал его. Чарльз купил одежду без него, но неплохо угадал с размерами. Эрик с удивлением посмотрел на голубую пижаму с акулами, которые улыбались оскаленной пастью. Мальчик покраснел и быстро переоделся в нее. Затем он лег в кровать и накрылся с головой, ощущая мягкость пижамы.

Х

Чарльза разбудил тихий плач. Он быстро подошёл к соседней кровати и пригладил мокрые от пота волосы Эрика. — Чшш… Все кончилось, Эрик. Все хорошо, — мальчик открыл слезящиеся глаза и посмотрел на Ксавьера. Он выглядел чересчур беззащитным: голубая пижама с акулами прилипла к телу, а лицо блестело от слез, но стальные глаза горели огнем ненависти, которая была направлена не на Чарльза, а на Шоу. — Когда… — всхлипнул Эрик и продолжил, — когда я проведу монету сквозь мозг Шоу, тогда… Тогда все закончится. И все будет хорошо. Детский мозг просто не мог справиться с такой нагрузкой и отчаянно пытался ее уменьшить. Чарльз решился на отчаянный шаг и начал сдвигать кровати вместе. Эрик быстро спрыгнул с кровати. — Я не маленький! Оставь кровати на месте! — возмутился мальчик. Он хотел отодвинуть кровати своей силой, но они и на сантиметр не сдвинулись. Он пораженно посмотрел на свои руки и на его лице изобразился такой ужас, что Чарльз быстро сдвинул кровати и улегся рядом с ним. — Эрик, прошу тебя… Давай поспим и разберёмся со всем завтра. Я не дам тебя в обиду. Эрик тихо лег. Его спина была прямой как доска и очень напряжённой. Чарльз слегка прикоснулся к ней, но Эрик тут же повернулся и сказал: — Не трогай. Не надо. Когда Чарльз проснулся во второй раз, то обнаружил, что Эрик разговаривает во сне. — Bitte, Herr Doktor, fass mich nicht an. Ich kann nicht… Ich will nicht diese Münze bewegen… Bitte…** — Эрик, ты со мной, с Чарльзом. Тебя там нет. — Чарльз послал Эрику волну спокойствия и тот прошептал: — Чарльз… — а затем обнял его. Чарльз неловко обнял Эрика в ответ. Больше происшествий за ту ночь не было. Чарльз долго думал насчет этих странных кошмарах и реакциях Эрика, в конце концов не удержавшись и запустив телепатию в мозг Эрика. Он понял, что воспоминания, когда-то сокрытые Эриком, открылись будто всковырнутая подживающая рана. А тело и мозг, в попытке адаптироваться, запустили старые реакции, устроив перестройку в голове Эрика.

Х

Эрик проснулся в кровати один, заботливо завернутый в одеяло. Дверь в номер открылась, и вошел Чарльз с пакетом с едой и стаканами с кофе и молочным коктейлем. — Я хочу кофе, — сказал Эрик. — Нет. Твоё тело не сможет хорошо его воспринять. — Дай мне кофе и никто не пострадает, когда все вернется обратно. — Сначала оденься, — сдался мужчина. Чарльз повернулся спиной, оставляя мальчику личное пространство. — Чарльз, помоги. Молния на штанах не хочет застёгиваться. — Эрик испытывал серьезное унижение, прося помощи у кого-либо в том, что он мог бы сделать либо самостоятельно, либо с помощью силы, которая сейчас спала, и Ксавьер не хотел, чтобы мальчик мучился, поэтому повернулся к Леншерру и опустился на колени, застегивая ширинку. Чарльз почувствовал волны стыда исходящие от Эрика и изо всех сил сдерживал себя от того, чтобы подслушать чужие мысли. Застегнув, он не удержался и посмотрел в глаза Эрика. Его лицо носило странное выражение, которое Чарльз не мог разобрать. Мальчик поспешно отвернулся и буркнул «Спасибо». Пока Чарльз вставал, он забрал свой стакан с кофе и сел на кровать. После первого глотка лицо Леншерра приобрело мечтательное выражение, и он залпом выпил оставшийся кофе. — Хороший кофе… — протянул мальчик, слегка воровато поглядывая на коктейль. Они доехали относительно быстро. Эрик всю дорогу приказывал ему ехать быстрее, но Чарльз возражал ему, держась из-за всех сил, чтобы не вышвырнуть Леншерра из машины. На входе их уже встречала агент Мойра МакТаггерт собственной персоной. Девушка с удивлением посмотрела на Эрика, и ее лицо озарилось самодовольством.